Гитара, рок-н-ролл, любовь

Никто не думал, что эти двое поладят.    Адам славился не только как Первый человек, но и как самый грубый работающий ангел: мог запросто послать, а потом, естественно, попросить прощения, мог нагрубить или кинуть в адрес кого-нибудь пару язвительных шуток. Не каждый мог вытерпеть его характер: слишком «мягкие» убегали в слезах, слишком «резкие» пытались выманить ангела для «хорошего разговора», а у «терпил» в какой-то момент заканчивались нервы, и те клали на стол заявление об отпуске или, если уж совсем тяжко, об увольнении.    На роль заместителя подавались многие: и те, кто просто хотел продвинуться по «карьерной лестнице», и те, кто неровно дышал к Адаму, и те, кому нужна была хоть какая-то подработка, но выстоять до конца не смог никто. И вот, вакансия заместителя снова стала свободна.    Так Лют и попала на работу.    Вообще, она всегда хотела быть приближена к Командиру: с того момента, как вступила в армию истребителей, смотрела на него взглядом, полным восхищения, и вместе с этим завидовала рядом стоящим людям-заместителям белой завистью. Девушка знала о взрывном характере ангела, но ее это нисколько не пугало: наоборот, хотелось попробовать поработать, чтобы узнать, сколько она сможет в итоге продержаться.    Многие экзорцистки, с которыми она сдружилась, узнав о затее Лют, всеми силами ее отговаривали. Нервы, мол, только испортишь. Тем не менее, у них ничего не вышло, и на следующий день девушка относила заявление о принятии на работу.    Она впервые так близко подобралась к Командиру, и первое время действительно было тяжело: девушка впадала в ступор, не зная, как воспринимать эти многочисленные колкости в свой адрес. Первое время Лют было просто обидно от того, что Адам, ангел, на которого она равнялась, попросту не умеет ценить своих сотрудников, не уважает их вклад в работу и просто ведет себя как мразь. Вот только…ради чего?    Тем не менее, скопировать его манеру общения было самым лучшим решением в ее жизни. Так, ей даже пару раз удалось оскорбить Адама. Тот знатно удивился: впервые кто-то отвечает на его шутки, не боясь язвить в ответ. Лют, кстати, не пыталась извиниться, если перегибала палку, но в конце добавляла, что чувствовала тоже самое, когда ангел затрагивал те темы, которые ей неприятны.    В конечном итоге Командир армии истребительниц сам начал пытаться дружить: стал кидать в адрес своей подчиненной меньше колкостей, запоминал, какая из его шуток сильно задевала ее, что вообще она любит и чем увлекается. Та, поняв намерения Адама, и сама начала раскрываться, все больше и больше рассказывая о себе.    Оказалось, что вкус в музыке у них совпадает практически на сто процентов – нашлось очень много существующих в Раю групп, песни которых эти двое просто обожают. Постепенно эти двое стали самыми лучшими друзьями. Без ссор, конечно, не обходилось, но им всегда удавалось находить общий язык.    С того момента после работы они часто уходили домой к Адаму. Там у него стояла гитара, которую он любил, наверное, больше, чем ребрышки: чуть ли не пылинки с нее сдувал, не давал никому в руки даже просто ради того, чтоб подержать в руках или сфотографироваться – настолько дорог ему был музыкальный инструмент.    Лют стала первой, кому он разрешил трогать гитару. Когда девушка спросила, может ли она немного поиграть, ангел сначала отнесся скептически, но потом просто передал инструмент в руки подчиненной. Та смогла сыграть мелодию средней сложности: до таких соло, которые обожает Адам, далеко, но все равно звучит неплохо.    –Ну нихуя себе! –Воскликнул он тогда. –Не знал, что ты так умеешь!    –А то! –Посмеялась Лют.    Эта ситуация сблизила их настолько сильно, что теперь они стали буквально не разлей вода: всегда ходили вместе, заступались друг за друга, даже общие шутки, понятные только им, умудрились придумать. Сэра была в приятном шоке: наконец-то нашлась та, которой удается контролировать пыл Адама. Конечно, полностью сдержать не удается, да и это не входит в обязанности заместителя, но зато Командир армии истребителей стал чуть меньше орать на других вышестоящих ангелов. Экзорцистки, когда спрашивали у Лют про работу, и получали положительный ответ, тоже удивлялись: как ей удалось найти общий язык с Адамом? Та лишь смеялась, пожимала плечами и отвечала: «Сама не знаю».    В один из дней Адам понял, что хочет проводить с Лют намного больше времени, чем сейчас. Хотелось быть рядом, оберегать от плохого и помогать справляться с трудностями, которые ее настигают. Даже на работе он, видя, как девушка мучается, стал сваливать на ее плечи меньше задач, чтобы той было легче. На тренировках взгляд Адама теперь был прикован к одной лишь Лют, но, чтобы это было не так заметно, он наблюдал еще за несколькими другими истребительницами – если поймают, слухи ведь пустят ненужные… А еще пропало желание лапать каждую встречную.    Это уже явно не дружба, это – нечто большее.    Две попытки отношений закончились печально: те, кого он всей душой любил, выбирали в итоге совсем другого. Страх того, что история повторится вновь, не давал ангелу мыслить рационально: даже внешне было заметно, что что-то его гложет, причем сильно, но для всех он повторял одно и тоже – «не выспался». И вот, под конец рабочего дня, он попрощался с девушкой, сказав, что ему надо набраться сил и отдохнуть, и пошел не домой, а в бар, взяв с собой гитару, которую в последнее время таскал и на работу, чтоб на перерывах, когда обед был съеден, а время еще оставалось, было чем заняться.    Так, в ход пошел сначала первый коктейль, состав которого знал только бармен, потом второй, третий, четвертый и в конечном итоге пятый. Адам уже не мог нормально мыслить, но продолжал давиться каким-то цветным пойлом, которое, наоборот, только развязывало язык.    –И вот знаешь!.. –Заплетающимся языком жаловался бармену ангел. –Она просто шикарна: чувство юмора – есть, фигура – просто бомба, а характер – во! –Он поднял большой палец вверх, показывая «класс».    –И? –Бармен, который слышит сотни таких историй за свою смену, отреагировал немного не так, как хотел Адам.    –Что – и? –Удивился ангел. –Это – лучшая женщина, которую я встречал.    –Так иди и признайся ей. –Безразлично произнес сотрудник, начав готовить очередной коктейль.    –Думаешь, что это просто? –Обреченно спросил парень. –Да если б мог, уже давно бы был с ней!    –Тебе бы действовать, иначе уведут твою красотку, и все. –А вот об этом Адам не подумал… Действительно ведь – Лют пользуется популярностью у парней, влюбиться может в кого угодно! Сколько ее друзей намекали на то, что неровно к ней дышат, даже в присутствии Адама!    –Черт! –Адам ударяет кулаком по столу, а бармен вздрагивает от неожиданного звука. –Как мне признаться ей??    –Думаешь, я в этом разбираюсь? –Ангел кивнул. Бармен сначала закатил глаза, а потом уже стал думать. Ну как думать – делать вид, чтоб от него отстали. В один момент в поле зрения попадает странный объект, более походящий на чехол для какого-нибудь музыкального инструмента – в темноте не различишь. –Что у тебя с собой?    –Гитара…    –Так вот иди и спой ей песню. –А ведь реально: чего ж он раньше не догадался…    –Боже, чувак, ты просто лучший! –Адам кладет намного больше денег, чем требуется. –Оставь себе как чаевые.    Бармен лишь провожает его взглядом, круглыми глазами смотря на сумму, лежащую перед ним. Цифра была слишком огромной – намного крупнее, чем требовалось. Ангел, схватив гитару, быстро, насколько мог, пошел в сторону дома Лют. Несмотря на то, что была глубокая ночь, признаться в чувствах он решил прямо сейчас – мало ли, вдруг утром будет уже поздно? Вдруг ей какой-нибудь «друг» решит сделать сюрприз и придет на рассвете с букетом цветов?    Точно, цветы! Увидев первую клумбу, тот безжалостно вырвал прямо с корнем несколько цветочков, чтобы был букет.    Чем больше он думал о подобном, тем быстрее становились его шаги. Он должен успеть!    Так, проходя по тротуарам мимо пустых улиц, на которых изредка виднелись люди, он думал лишь о том, чтобы прийти первым. По пути Адам пытался вспомнить самую романтичную песню, которую он когда-либо слышал или сочинял сам. Получалось не особо хорошо: в мыслях всплывали разные обрывки текстов, но цельного текста – ни одного. Поняв, что ситуация сейчас – хуже некуда, ангел решает импровизировать.    Вот только сейчас главное не опозориться. На ходу Адам пытается тихо разговаривать с самим собой, что со стороны выглядит, конечно, страшновато. Ангел знал, где живет Лют: бывал у нее пару раз в гостях, а дорогу запомнил еще с самого начала. Район был такой, что можно было легко догадаться, где стоит какой дом. Тем не менее, когда он дошел до нужного ему места речь стала лучше, и теперь он мог связно произносить слова.    Адам, найдя взглядом балкон своей подчиненной, шатающейся походкой попытался встать прямо напротив, но, не выдержав таких резких движений, упал.    –Раз судьба не хочет, чтобы я стоял, значит буду признаваться сидя… –Тихо пробормотал он, со второй попытки наконец-то вытащив инструмент из чехла.    На всю улицу стало слышно пьяное пение ангела. С каждым словом оно становилось все громче и громче, причем до такой степени, что остальные жители уже начали просыпаться и смотреть, что же тут происходит. Лют, сквозь сон расслышав знакомый голос, сначала списала это все на галлюцинации или на какой-то отрывок из сна, но потом, когда все четче начинала слышать слова, убедилась, что она не бредит. Выйдя на балкон, девушка не поверила своим глазам: пьяный Адам пытается спеть какую-то песню о любви, путает строчки, да и по струнам лупит так, будто от них все зависит. Получалось из рода вон плохо, но парень продолжал играть.    –Ты идиот? –довольно громко прошипела Лют. –Всех разбудил уже!    –Пусть все знают, насколько сильно я тебя люблю! –Фраза сопровождалась аккордами, и девушка обреченно вздохнула, поражаясь тупости этого ангела.    Приняв решение забрать этого придурка к себе домой, чтобы его никто не избил за нарушенный сон, Лют накинула сверху на домашние шорты и футболку первую попавшуюся кофту и пулей вылетела на улицу. Адам, заметив ее, попытался встать и пойти на встречу, но, потеряв равновесие упал.    –Это – доказательство моей любви! –Громко прокричал он, все еще лежа на земле. Когда та подошла ближе, он первым делом отдал девушке букет. Цветы были, несомненно, красивые: яркие, пестрые, вот только земля с корней упала прямо на ноги девушке. Выругавшись, та приняла букет (ну не огорчать же ангела) и попыталась его поднять.    –Пошли домой. –Поняв, что физической силой поставить Адама на ноги не получается, та попыталась его уговорить словами.    –Домой? –Переспросил он.    –Да… –Выдохнула девушка. –Ко мне домой.    –Пошли! –Адам расплылся в улыбке и стал походить на кота, объевшегося сметаны.    Аккуратно сначала ведя того по ступенькам, а потом уже таща на своих плечах, Лют добралась до квартиры. Адама она смогла пронести только до своей комнаты, потому что она была самой ближней и тот, коснувшись подушки, сразу заснул. Выдохнув, Лют пошла разбираться с букетом, ища вазу, в которую он бы влез. Пусть букет выглядел не так красиво, как во всяких цветочных ларьках, но на душе все равно было приятно.    Закончив со всем этим, Лют вернулась в собственную спальню.    –И я тебя люблю… –Тихо прошептала она, поцеловав парня в лоб. –Вот только перед соседями завтра сам извиняться будешь.    Ей ничего не оставалось делать, как уйти спать в гостиную.