Глава 1: Летние балы и драки в книжных магазинах

Поместье Малфоев. Август 1992 г.

Летний воздух был насыщенным и удушающе тёплым. Ясное голубое небо освещало красочную сельскую местность Уилтшира, а приятный ветерок бродил по травянистым холмам. Можно сказать, это был идеальный летний день. Однако у Драко Малфоя был худший день в жизни. Во-первых, его заставили присутствовать на небольшой вечеринке в саду, устроенной для круга общения его родителей. Драко остался с Винсентом Крэббом и Грегори Гойлом играть в крокет «Чародеи», в то время как его отец ушёл в дом со своими товарищами, мать же болтала со своей компанией, потягивая охлаждённый лимонад. Во-вторых, несмотря на изнуряющую жару (насколько это возможно в Британии), ему всё равно пришлось надеть парадную мантию, в которой было слишком жарко. И пусть он выглядел сногсшибательно, ему казалось, что он тает! Даже охлаждающие чары, вшитые в ткань, не могли предотвратить неприятную липкость. Однако самым важным — и самым раздражающим — был тот факт, что Гарри Поттер всё ещё не ответил ни на одну из его сов! Драко раздражённо взмахнул молотком. Насколько Драко знал, они были в хороших отношениях, поскольку смогли разгадать тайну Философского камня и Квиринуса Квиррелла… Так почему же глупый Мальчик, Который Выжил со шрамом на голове не ответил? Прошло целых пять недель! Он подозревал, что, возможно, отец скрывал от него письма. Глава Малфоев ясно дал понять, ещё с того момента как Драко сошёл с поезда в середине июля, что он крайне разочарован в нём и не хочет, чтобы Драко «слонялся вокруг, как глупый гриффиндорец, и пятнал имя Малфоев». Сова, которая пару недель назад прилетела с его практически идеальными результатами К.О.Т. за первый год обучения, немного сгладила ситуацию. Но только немного. Его отец по-прежнему при каждом удобном случае отчитывал его за поведение. Драко вздохнул, опираясь на свой молоток, пока Грегори размахивал своим. Этот идиот, должно быть, ошибся в своих чарах — в очередной раз — потому что мяч полетел, как бладжер, отскочил от перекладин для крокета, прежде чем промчаться по обширным лужайкам поместья, заставив нескольких ценных павлинов отца Драко разбежаться, сердито и пронзительно крича. — Оба-на! — сказал Грег, прежде чем броситься за ним. Драко лишь закатил глаза. Ему быстро стало невероятно скучно, и он очень хотел убраться с солнца. — Я иду в комнату для волшебников, — сказал он Винсенту, чтобы сбежать. — Продолжай без меня. — Почему бы тебе не пойти в тот небольшой лес? — спросил его Винсент, указывая на ближайшие к ним заросли деревьев. — Мерлин милостивый, Винсент! — воскликнул Драко. — Это Священная роща Малфоев! Изготовители палочек собирали древесину с его деревьев на протяжении нескольких поколений, и я определённо не собираюсь таким образом вмешиваться в древнюю магию! — усмехнулся он, прежде чем уйти, не заметив, как лицо Винсента внезапно побледнело. — Все в порядке, дорогой? — позвала его мать из-под увитой цветами беседки, где все её сплетницы теперь с любопытством наблюдали за Драко, воркуя и обмахиваясь веерами, чтобы отогнать жар. — Да, мама! Просто великолепно! — крикнул он в ответ, взбежав по мраморным ступеням и с тяжёлым вздохом нырнув в освежающе прохладный бальный зал. Он посмотрел на хрустальную люстру, затем решил немного побродить по прохладным залам поместья, время от времени останавливаясь, чтобы поболтать со своими нарисованными предками о том, насколько скучными были такого рода визиты. — Ты не знаешь своего счастья! — его двенадцатый двоюродный дядя, Кэдмонд Чокнутый, воскликнул из богато украшенной рамы. — Радуйся! Подобные визиты пролетают незаметно. Я завидую тебе, дорогой племянник. Драко только усмехнулся, продолжив путь. Никто из них, казалось, не понимал, насколько ужасно он себя чувствовал, это было совершенно несправедливо. Он повернул за угол в западное крыло, собираясь закрыться в спальне, и вдруг заметил домового эльфа. Тот заглядывал в одну из комнат отца, дверь в которую была слегка приоткрыта. — Эй ты, что ты там делаешь? — спросил он, направляясь к существу. Домашний эльф вздрогнул, глядя на Драко широко раскрытыми зелёными глазами, затем пискнул и поспешно растворился в воздухе. Драко застыл, моргая, на том месте, где эльф (оказалось, это был Добби), только что что-то… делал. Очень странно. Если подумать, Добби в последнее время вёл себя очень странно… Всякий раз, когда Драко говорил с эльфом о том, что его беспокоило (обычно это касалось ситуации с письмами к Гарри), Добби был намного, намного страннее, чем обычно. И теперь, когда Драко подумал об этом, казалось, что всё, о чем Добби спрашивал его сегодня, было… — Успокойся, Яксли! Драко отпрыгнул назад, когда голос его отца разнёсся из комнаты, куда заглядывал Добби. — Ты действительно думаешь, что сидел бы здесь, если бы нам нечего было обсуждать? — Я скорее думал, что мы здесь для приятного дневного рандеву, — ответил, посмеиваясь, голос, в котором Драко узнал отца Теодора Нотта, Аттикуса Нотта. — Я просто до сих пор не понимаю, как, — раздался голос Корбана Яксли. — Тёмного Лорда давно нет. Драко знал, что ему не следует этого делать, но он не мог удержаться и наклонился, чтобы послушать, прижавшись щекой к двери. — Возможно, это и так, но это ещё далеко не конец, — с твёрдой убеждённостью сказал отец Драко. — У нашего вида ещё есть надежда на более светлое и чистое будущее. — И ты действительно веришь, что открыть её — наш лучший шанс? — Аттикус Нотт усмехнулся. — Это начало! — рявкнул Люциус. — И он просил меня сделать это. — И ключ ещё у тебя? — послышался скрипучий голос Сельвины Крэбб. — Нет. Мы решим это с мистером Боргином… С которым я намерен встретиться в течение недели! — Отец Драко быстро успокоил их, когда другие голоса начали стонать в знак протеста. — Как вы все хорошо знаете, Министерство в последнее время стало… гораздо больше совать нос не в своё дело. Остальные тут же недовольно загалдели в знак согласия. — Что ж, пронесём его тайком со студентом, это будет самый безопасный вариант, — прогремел грубый голос Айвана Гойла. — И это должен быть кто-то чистокровный, таковы были инструкции Тёмного Лорда, — протянул отец Драко. — Никаких полукровок или грязных маленьких грязнокровок. Тайную комнату может открыть только чистокровная душа. Драко сделал быстрый шаг назад от двери, выругавшись, когда половица под ним зловеще скрипнула. Разговор в комнате внезапно оборвался. — Что это было? — спросила Сельвина Крэбб. Нырнув за старинную вазу, Драко затаил дыхание, когда шаги послышались ближе. Наступила тишина, а затем дверь с осторожным щелчком закрылась. Драко воспринял это как сигнал и рванул по коридору, взбежал по лестнице, не осмеливаясь оглянуться назад, пока не добрался до своей спальни. Он стал рыться в прикроватном ящике, пока не вытащил потрёпанную маленькую чёрную книжку с темным пятном в верхнем углу. В дневнике, подаренном Драко его будущим «я» в попытке изменить его судьбу, конечно же, упоминалось, что Тайная комната Салазара Слизерина откроется на втором курсе и что горстка маглорождённых окаменеет. Драко не думал, что все будет настолько серьёзно, если всё это всё равно разрешится — вряд ли это его волновало, если это касалось только маглорождённых. Однако Будущий Драко не мог не сказать Настоящему Драко, что это его дело. Потому что за этим стоял его отец.

***

Косой переулок. Август 1992 г.

— Ну же, Драко, не мешкай. Драко заколебался, наблюдая за своим отцом, который внезапно резко свернул на извилистую узкую дорожку Лютного переулка. Сегодня они пришли на Косую Аллею, чтобы купить всё из списка необходимых школьных принадлежностей для второкурсников, который, судя по всему, в основном состоял из серии книг, написанных Златопустом Локонсом. Драко догадывался, что задумал его отец; он знал, что тот собирался отправиться к кому-то по имени мистер Боргин за «ключом». Однако его мать всегда твёрдо придерживалась правила, согласно которому Драко никогда не должен был появляться в Лютном переулке, пока не достигнет совершеннолетия. Однако матери с ними не было… Отец поручил ей поездку в то утро, заслужив подозрительный взгляд, когда она напомнила ему, что уже планировала выпить чаю с миссис Гринграсс. Драко ещё раз окинул взглядом более весёлые, красочные магазины, украшавшие Косую Аллею, прежде чем сделать глубокий вдох и пересечь линию, ведущую в Лютный переулок, следуя за широкими, целеустремлёнными шагами отца. — Лютный, отец? — спросил он с привычным спокойствием, держась как можно ближе. Жуткие ведьмы, хитро выглядящие маги и другие зловещие существа, обитавшие в Лютном переулке, расступились перед Люциусом Малфоем. — Мне нужно выполнить небольшое поручение. Это не займёт много времени, — гладко ответил отец Драко, а затем с сомнением посмотрел на него. — Я уверен, это ничто по сравнению с твоими маленькими… злоключениями со школьными друзьями? Драко, уже привыкший к колкостям, которыми отец осыпал его с июля, предпочёл не отвечать, хмуро разглядывая свои блестящие ботинки из драконьей кожи, пока они не дошли до покосившегося магазинчика с вывеской «Боргин и Беркс». Когда дверь распахнулась и зазвенел колокольчик, отец вошёл внутрь, и Драко последовал его примеру. Затянутые паутиной полки украшали всевозможные безделушки: от пыльных книг до чайных сервизов, от плюй-камней до сверкающих украшений, каждое из которых, вероятно, было густо покрыто темной магией или могущественными проклятиями. Драко вздрогнул, когда стеклянный глаз метнулся в его сторону, наблюдая за ним своим пронзительно голубым зрачком. В каком-то трансе он с любопытством протянул руку, чтобы коснуться его… — Ничего не трогай, Драко! — прошипел его отец возле кассы, нетерпеливо ударив в звонок. Драко тут же отдёрнул руку. — Да, отец, — ответил он, прежде чем с любопытством осмотреть полки, заставленные пыльными украшениями и антиквариатом. Он присел на корточки, чтобы рассмотреть полку, уставленную черепами людей и других существ, которые одновременно пугали и завораживали. Сзади появился приземистый мужчина с прилизанными волосами и откровенно жуткой улыбкой. — Мистер Малфой, какое удовольствие видеть вас снова — очень рад! — заискивающе произнёс он, затем заметил Драко и хлопнул в ладоши. — А это, должно быть, молодой мастер Малфой! Очарован, очарован! Чем я могу быть полезен? Я должен показать вам, мистер Малфой, прямо сегодня и по очень разумной цене!.. Отец Драко издал нетерпеливый вздох и вмешался: — Я не покупаю сегодня, мистер Боргин, я продаю… Разговор Драко быстро наскучил. Пока его отец продолжал рассказывать о своей работе в Министерстве, он отошёл в сторону, когда его внимание привлекло что-то ещё. Это оказалась тёмная деревянная ветка, похожая на руку скелета на бархатной подушке. Драко недавно прочитал книгу о магических свойствах некоторых пород дерева и ему стало интересно, какой силой обладает этот экземпляр. — Отец, можно мне это забрать? — Ах, Рука Славы! — воскликнул мистер Боргин, подбегая к нему. Драко поморщился, когда мужчина осторожно поднял артефакт руками в перчатках, и слегка отпрянул, увидев что-то грязно-белое, и понял, что на самом деле это не был кусок зачарованного дерева необычной формы. Это было именно то, чем казалось. Разлагающаяся рука. — Лучший друг воров и грабителей! — Мистер Боргин ухмыльнулся, прежде чем повернуться к отцу Драко. — У вашего сына прекрасный вкус, сэр! — Я надеюсь, что мой сын станет кем-то большим, чем просто вором или грабителем, Боргин, — выплюнул отец Драко, продолжая говорить, когда тот начал пресмыкаться. — Хотя, с той скоростью, с которой он движется, резвясь совершенно не с теми людьми и получая низкие оценки в школе, возможно, это действительно всё, на что он годен, — протянул он, глядя на Драко сверху вниз. — Я не виноват, у всех учителей есть любимчики! Эта Гермиона Грейнджер… — начал Драко, но его прервал отец, который с резким стуком опустил трость на землю. — Я думал, тебе будет стыдно, что девчонка из магловской семьи обошла тебя на каждом экзамене! — отрезал он с решительным видом. Драко наклонил голову, его щёки горели от стыда и злости, пока его отец продолжал дискутировать с мистером Боргином. Он отвлёкся, разглядывая моток верёвки для палача, и как раз любовался тем, как сверкает проклятое опаловое ожерелье, когда снова услышал разговор. — Есть ещё одно дело, я думал, что смогу… — голос его отца затих, когда он наклонился, чтобы прошептать. Глаза мистера Боргина расширились, и он начал отчаянно кивать. — Да сэр! Конечно, сэр! — сказал он с глубоким поклоном. — Если вы пройдёте за мной в заднюю часть зала, она надёжно защищена вашими, ну, вашими оберегами, как вы хорошо помните. — Мистер Боргин нервно усмехнулся, открывая заслонку прилавка и широким жестом приглашая отца Драко пройти. — Не то чтобы я пытался пройти мимо них или что-то в этом роде, нет, сэр! — Помни, Драко, — произнёс его отец через плечо, — ты не должен ни к чему прикасаться. — «Блабла, блаблабла!» — передразнил Драко, когда был уверен, что его отец находится вне пределов слышимости, показав язык в сторону отца и чувствуя, как его предки переворачиваются в могилах. Он вздохнул, пытаясь успокоиться, снова любуясь проклятыми украшениями, когда вдруг раздалось тихое «Пссс!» Драко резко выпрямился, оглядываясь по сторонам, и по спине у него пробежал холодок. — Кто… Кто там? — осторожно спросил он, и когда ответа не последовало, у него побежали мурашки. — Покажи себя! — потребовал он и чуть не закричал, когда что-то вывалилось из большого чёрного шкафа. Мальчик, весь в саже, с… зелёными глазами и растрёпанными черными волосами. Драко почувствовал, как у него отвисла челюсть, всё ещё не оправившись от потрясения. — Поттер?! — прошипел он. — Что, во имя Мерлина, ты здесь делаешь? Гарри Поттер поправил свои кривые очки и слегка прищурился. — Я мог бы задать тебе тот же вопрос, Драко, — хрипло ответил он. — Что это за место? — «Боргин и Беркс», Лютный переулок, — фыркнул Драко, скрестив руки на груди и пытаясь не обращать внимания на трепещущее чувство, которое возникало у него в животе при виде Гарри. Он был уверен, что к этому моменту у него уже должна была развиться аллергия на него. Ради Мерлина, она уже разгоралась. — Откуда мне знать, что это не какой-то трюк? — спросил Драко. — А что, если ты всего лишь иллюзия из этого заколдованного шкафа, а? — Что? — ответил Гарри, нахмурившись и явно сбитый с толку. — Тот, который, ох, я не знаю. — Драко небрежно пожал плечами, прежде чем ткнуть Гарри в грудь — показывает тебе, на кого ты больше всего злишься?! Гарри имел наглость выглядеть испуганным. — Почему ты злишься на меня? — Потому что ты не ответил ни на одну из моих сов! — вскипел Драко. — Я думал, мы друзья, Шрамоголовый! — Мы… Погоди… Шрамоголовый?! — Гарри воскликнул. — Ш-ш-ш! — яростно прошипел Драко. — Ты, болван! Они тебя услышат! Они посмотрели в обе стороны, но единственными звуками были гул голосов снаружи и возня и писк крыс поблизости. — Я — это действительно я, — сказал Гарри через мгновение. — Я попал сюда с помощью… что это было? Сила летучего пороха или что-то в этом роде, я, кажется, немного неправильно произнёс… — Летучий порох? Как грубо. Неудивительно, что у тебя такой испуганный вид, — усмехнулся Драко. Гарри нетерпеливо фыркнул. — Послушай, я не собирался игнорировать твои письма. Это звучит безумно, но какое-то эльфийское существо по имени Добби скрывало от меня всю почту… Драко моргнул, внезапно растерявшись. — Прошу прощения, ты только что сказал Добби?! — Ага! — Гарри сказал, кивая и разбрасывая повсюду сажу: — Ты знаешь?.. Драко оборвал его, когда услышал приближающиеся шаги и приглушенные голоса. — Мой отец возвращается! — Подожди, а почему?.. — но Гарри не успел закончить свой вопрос, так как Драко уже запихнул его обратно в шкаф и захлопнул дверь. — Драко, что ты задумал? Драко развернулся на пятках, сумев в самый последний момент обрести самообладание. — Ничего, отец! — ответил он, улыбаясь так, что, по его мнению, это было одновременно и мило, и чрезвычайно убедительно. Его отец только посмотрел на него сверху вниз, явно скептически, прежде чем фыркнуть и медленно повернуться к мистеру Боргину. — Ну… хорошего вам дня, мистер Боргин, я жду вас завтра в поместье, чтобы забрать товар. Драко последовал за отцом, поморщившись, когда, оглянувшись, увидел едва заметный намёк на разбитые круглые очки, поблёскивающие в щели дверцы шкафа. Чувство вины скрутило его изнутри, когда он оставил Гарри позади, в сердце Лютного переулка.

***

Пару часов спустя, после остановки в хранилище Малфоев в Гринготтсе и нескольких других магазинах за ингредиентами для зелий, отец отвёл Драко во «Флориш и Блоттс» за книгами. По прибытии они обнаружили, что книжный магазин забит до отказа, а ведьмы и волшебники возбуждённо болтали между собой. — Что, черт возьми?.. — начал отец Драко, прежде чем заметил плакат, вывешенный над дверью.

ЗЛАТОПУСТ ЛОКОНС

Будет подписывать экземпляры своей автобиографии.

ВОЛШЕБНЫЙ Я

Сегодня с 12.30 до 16.30.

Драко почувствовал, как его охватила дрожь. Златопуст Локонс был уважаемым и знаменитым исследователем всего волшебного, и каждая его история была необычнее предыдущей! Он вдохновлял! У матери Драко было несколько его книг, которые к тому моменту были уже зачитаны до дыр. В детстве Драко всегда любил трилогию о путешествиях, особенно третью часть, где Локонс сразился с украинским Железнобрюхом, который жил в горной пещере и причинял страдания деревне внизу. Ему удалось победить дракона только с помощью своего остроумия, обаяния и песни, убаюкав дракона сном, который продлится сто или более лет. И он действительно был здесь, во плоти, прямо за дверями «Флориш и Блоттс»! — Пойдём, Драко, — фыркнул отец, его острый нос сморщился, как будто он уловил запах чего-то гнилого. — Нам лучше вернуться в более спокойный день. Драко поник. Он поплёлся за отцом и чуть не столкнулся с ним, когда тот внезапно остановился. Сбитый с толку, Драко поднял глаза и увидел, что взгляд его отца прикован к другой стороне улицы, где неряшливая свора безошибочно рыжих волшебников, пробивала себе дорогу в книжный магазин. Мимолётная ухмылка скользнула по лицу его отца, исчезнув так же быстро, как и появилась. Он повернулся к Драко. — Знаешь, раз уж мы уже здесь, Драко, мы сможем выдержать это, а? Прежде чем Драко успел это обдумать, его отец уже шагал через улицу — Драко не жаловался, по крайней мере, в тот момент, когда ему предстояло встретиться с Златопустом Локонсом. Внутри «Флориш и Блоттс» было тесно и горел тусклый свет. Отец Драко схватил его за руку, пока они толкались, протискиваясь между большими стопками книг и морем хихикающих фанатов. Драко вытянул шею, пытаясь заглянуть сквозь толпу, и был благодарен, когда кто-то подвинулся, давая лучший обзор на небольшую сцену, установленную перед магазином. Там был стол, заваленный стопками книг, а за этим столом стоял высокий красивый волшебник в роскошной голубой мантии цвета незабудок. Его волосы были уложены в идеальные золотистые локоны, обрамляя точёное лицо, а улыбка слепила жемчужной белизной. Златопуст Локонс подмигнул своим поклонницам, которые захихикали, захлопали в ладоши и обмахнулись веерами. — Какое поразительное высокомерие, — произнёс отец Драко, рассматривая обложку «Волшебного Я» с явным презрением, написанным на его лице. Драко не ответил. Ему было очень трудно оторвать взгляд от этой ослепительной улыбки. Она была завораживающе яркой. Но затем эта лучезарная улыбка исчезла, сменившись коротким изумлением, прежде чем сформироваться в шесть взволнованных слов: — Не может быть! Это Гарри Поттер?! Драко стоял на цыпочках, вглядываясь в аплодирующую публику. Его охватило облегчение, когда он увидел, как Локонс вытаскивает на сцену все ещё очень закопчённого Гарри, энергично пожимая ему руку, пока камера щелкала со скоростью мили в минуту. Он выбрался из Лютного переулка! Превосходно! Теперь Драко перестанет чувствовать себя виноватым. Гарри удалось это сделать, и теперь он был во «Флориш и Блоттс», явно пытаясь отойти от Златопуста Локонса по какой-то странной причине. Однако уважаемый исследователь магии не обращал на это внимания, крепко прижимая юного волшебника к себе, его улыбка ослепляла при вспышке, пока фотограф продолжал делать снимки. Гарри остался моргать, как сбитый с толку книзл, а его кривая, торопливая улыбка больше походила на кривую гримасу. Драко не смог удержаться от неэлегантного фырканья, весёлого и более чем немного завистливого. — Леди и джентльмены и все, кто между ними! — Златопуст Локонс начал с волнением, когда мигание и щелчки наконец прекратились. — Какой это необыкновенный момент! Идеальный момент для того, чтобы сделать небольшое объявление, которое я обдумывал довольно долгое время. Он сердечно рассмеялся. — Когда юный Гарри сегодня вошёл во «Флориш и Блоттс», он хотел только купить мою автобиографию, которую я буду рад подарить ему сейчас бесплатно… Толпа одобрительно зашумела, а Локонс сиял и игриво тряс Гарри за плечи. — Он понятия не имел, что вскоре получит гораздо больше, чем моя книга «Волшебный я», — продолжил Локонс, снова смеясь. — Он и его школьные товарищи, по сути, получат настоящего, волшебного меня! Да, я с огромным удовольствием и гордостью объявляю, что в сентябре этого года я займу должность преподавателя защиты от темных искусств в Школе чародейства и волшебства Хогвартс! Драко почувствовал, как у него скрутило в животе, когда публика аплодировала от восторга. В сентябре его будет учить единственный и неповторимый Златопуст Локонс. Драко сможет ежедневно видеть знаменитого волшебника! И, возможно, даже услышать живой пересказ его приключений! — Как странно, — Драко услышал, как отец протягивает слова позади, и тут же свалился со своего облака, стирая с лица возбуждённую улыбку. Он наблюдал, как Гарри, нагруженный книгами Локонса, поспешно спустился со сцены, слегка пошатываясь. Драко посмотрел на своего отца, который деловито отсчитывал золото, чтобы заплатить за учебники, прежде чем проскользнуть сквозь толпу. — Держу пари, тебе это просто понравилось, не так ли, Поттер? — Драко не смог сдержаться и, смеясь, подошёл к нему. — Знаменитый Гарри Поттер, не может войти в книжную лавку, чтобы не попасть на первую страницу «Пророка». Гарри лишь кинул на него раздражённый взгляд. — Оставь его в покое, он не хотел всего этого! Драко взглянул на дикую маленькую девочку, рычащую на него сквозь копну ярких рыжих волос и веснушек. — Эй, Малфой! Что ты здесь делаешь? Драко посмотрел на рыжего тролля, который неторопливо приближался, а затем снова на свирепую девчушку, стоявшую рядом с Гарри. — Ах да. Теперь в этом есть смысл. — О да, — сказал Рональд Уизли. — Малфой, это моя младшая сестра Джинни. Джинни, Драко Малфой. Девушка-Уизли лишь ещё раз сердито посмотрела на Драко, хотя и выглядела немного растерянной из-за дружелюбного тона, который принял её брат. Прежде чем кто-либо успел сказать ещё хоть слово, на них налетела грива густых каштановых волос, сгусток энергии, несмотря на то, что он тащил охапку книг. С другой стороны, это было практически нормальным поведением для Грейнджер. — О, привет, Драко! Рада тебя видеть! — усмехнулась маглорождённая ведьма. — Вы слышали хорошие новости? О Златопусте Локонсе? — Ха! — Драко усмехнулся. — Почему это должно быть хорошей новостью? Потому что, очевидно, это не так. Очевидно, я пришёл сюда только затем, чтобы забрать школьные учебники. Кого волнует какая-то смелая, лихая знаменитость? Не меня, это точно! Драко действительно хотел бы знать, как использовать Силенцио, хотя он не знал, почему он так разволновался. Остальные уставились на него так, словно он решил надеть на голову розовые шаровары с оборками. — Скажи! — Драко практически кричал, пытаясь выбраться из ямы, в которую сам себя загнал. — Разве не повезло, что Поттер выбрался из Лютного переулка невредимым? — О да, — сказал Гарри, сузив глаза за своими нелепо круглыми очками. — Спасибо за твою помощь, Драко. Очень ценю это. — Подожди, — сказал Уизли, — что ты делал в Лютном переулке? — Ну, я… — начал Драко, не зная, как продолжить, но от объяснений его избавил рыжеволосый лысеющий мужчина, который в следующий момент преградил им путь, ведя за собой близнецов Уизли. — Рон! Что ты делаешь, здесь безумие, давай выйдем наружу… — Так, так, так, — раздался знакомый ледяной голос, и Драко почувствовал тяжесть руки на своём плече, когда отец появился рядом с ним, скривив губы в усмешке. — Артур Уизли, какой… приятный сюрприз. — Люциус, — столь же холодно ответил Артур Уизли. — Я слышал, в Министерстве напряжённые времена, — вздохнул отец Драко с притворным сочувствием. — Все эти рейды. Я очень надеюсь, что они платят тебе сверхурочные. — Затем отец Драко быстро вытащил из котла младшей Уизли потёртый учебник, с презрением глядя на старую, явно подержанную книгу. — Очевидно, нет, — хмыкнул он. — Боже мой, какой смысл позорить имя волшебника, если тебе за это даже не платят хорошо? Драко, как заворожённый, наблюдал, как в мгновение ока его отец ловко вложил что-то в потрёпанные страницы учебника по трансфигурации Джинни Уизли. — У нас совершенно разные представления о том, что позорит имя волшебника, Малфой, — грубо сказал Артур Уизли, его веснушчатое лицо приобрело почти тот же оттенок красного, что и у Уизли — рыжего Уизли — настоящего Уизли — тьфу — Рональда, когда он злился. — Очевидно, — неодобрительно фыркнул отец Драко, оглядывая пару людей в магловской одежде (родителей Грейнджер, как понял Драко) с ног до головы, прежде чем тихо усмехнуться. — Какая у тебя компания, Уизли… А я думал, что твоя семья не опустится так низко, — это было всё, что успел сказать его отец, прежде чем его отбросило к ближайшей книжной полке. — Держи его, папа! — завопили близнецы Уизли, когда Артур Уизли бросился на отца Драко, дико размахивая кулаками и с оглушительным треском ударив главу Малфоев прямо в нос! Драко закрыл глаза руками, но обнаружил, что не может не смотреть, выглядывая сквозь пальцы как раз вовремя, чтобы увидеть, как отец, у которого кровь струилась из ноздрей, коленом ударив Артура Уизли в живот, набрасывается на мужчину, в то время как тот хватает его поперёк. Они налетели на другую книжную полку, отчего полки опрокинулись, как домино, а большие пыльные книги посыпались на них каскадом. Из толпы раздались крики, и все бросились в переднюю часть магазина, подальше от потасовки, перекрикивая суматоху. Невысокая круглая женщина, которая, должно быть, была матерью Уизли, с визгом пыталась пробраться сквозь книги: — Артур, нет! Но Артур Уизли не слушал жену; вместо этого он протянул руку и сильно дёрнул отца Драко за длинные светлые волосы, оттягивая его назад. Мистер Малфой вскрикнул от боли, пытаясь одновременно обхватить левой ногой шею мистера Уизли и ударить его тростью, в то время как другой рукой он всё ещё крепко сжимал книгу младшей Уизли. Книга. Вот и всё! Его отец, должно быть, подложил «ключ» в её книгу! В конце концов, Уизли были чистокровными, не так ли? — Берегись! — воскликнула Грейнджер, запрыгивая на витрину, когда два дерущихся волшебника пошатнулись в их сторону. Рональд бросился боком в ближайшую стопку книг, в то время как младшая Уизли нырнула за свой котёл, а Гарри едва сумел взобраться на книжную полку, как на дерево. Когда они разошлись, Драко особо не думал. Он уклонился от локтя Артура Уизли, быстро протянул руку, оставшись незамеченным зеваками, и выхватил книгу Джинни Уизли из рук отца, пока сражающиеся волшебники, спотыкаясь, проходили мимо них. Из старого помятого тома по трансфигурации выскользнула маленькая, гладкая чёрная книжка. Драко быстро сунул её в плащ, передав книгу заклинаний обратно девушке, которая взяла её, не отводя взгляда от дерущихся мужчин средних лет. — Разойдитесь, джентльмены, разойдитесь! — Раздался громкий голос, который должен был наконец положить конец этому безумию. Драко поднял глаза (и ещё выше, и ещё выше), когда Рубеус Хагрид с лёгкостью растащил отца Драко и Артура Уизли в разные стороны, подняв их с земли за воротники мантий, пока они метались, как разъярённые кошки. Он поставил их снова, когда они, казалось, успокоились, а отец Драко бормотал о «достоинстве» и «грязных гигантских руках». Мать Уизли тут же принялась ругать Артура Уизли, стуча его по руке своей лоскутной сумочкой. Драко посмотрел на отца, проследив за его взглядом, когда тот уставился на потрёпанный старый экземпляр «Руководства по трансфигурации для начинающих», который младшая Уизли держала в руках. Он слегка нахмурился, прежде чем фыркнуть и попытаться прийти в себя, пригладив волосы и поправив плащ. Он бросил последний взгляд на Артура Уизли, прежде чем надменно развернуться на каблуках. — Пойдём, Драко! — рявкнул он, выходя из беспорядка со всей гордостью, которую только мог собрать. Драко ещё раз взглянул на плачевное состояние книжного магазина, на толпу, наблюдающую за ними, на ошеломлённого и сбитого с толку Златопуста Локонса, на потрясённые и растерянные лица Гарри и остальных, прежде чем опустить голову и последовать за отцом, слишком униженный, чтобы даже попрощаться с ними. — Вот почему мы не общаемся с отбросами, такими как Уизли, сынок. — Его отец усмехнулся, когда Драко догнал его, трость стучала по булыжнику гораздо сильнее, чем обычно. — Уизли — всего лишь предатели и хулиганы, и тебе не мешало бы это запомнить!

***

Поместье Малфоев. Август 1992 г.

— Как ты мог быть таким невероятно глупым? — огрызнулась его мать, её тон стал почти резким. — Люди будут говорить об этом ещё несколько недель, теперь ты понимаешь? — Этот шут набросился на меня средь бела дня, Цисси! — возразил в ответ его отец. — Я просто защищался! — И настоящей дуэли, как у настоящих взрослых волшебников, не хватило бы?! Драко просунул голову в дверной проем гостиной. Его отец сидел в кресле, а мать прикладывала к его подбитому глазу ватный тампон, смоченный в лимонно-зелёном растворе, а на столе рядом с ними стоял поднос с целебными зельями и настойками. — Ох, перестань ныть, Люциус! — Я не ною, это действительно больно! — прошипел отец с ещё одним приглушенным всхлипом. Драко резко втянул воздух через ноздри. Похоже, его родители будут заняты ещё какое-то время. Он воспользовался возможностью, чтобы прокрасться наверх, закрыться в своей спальне и достать книгу, которую достал из-под мантии. Он сел за стол, отодвинул в сторону свитки с готовыми домашними заданиями и положил на их место книгу. Первый вопрос: стоило ли ему это делать? Наверное, нет, но ему было невероятно любопытно. В конце концов, это был ключ к открытию Тайной комнаты, и Будущий Драко предупредил его, что она будет открыта в этом году. Но как? Это ведь книга… Возможно, внутри были заклинания, отпирающие комнату? Драко взял её в руки и пролистал, потрясённый тем, что она была совершенно пустой, а внутри были только даты 1943 года… По крайней мере, так могло показаться! Драко держал её на вытянутой руке, поворачивая во все стороны. Возможно, она была просто заколдована, чтобы казаться пустой? Драко знал ещё одну книгу, в которой был тот же трюк. «Дневник ужасных событий» был заколдован так, что его содержание мог видеть только Драко, возможно, эта книга была зачарована таким же образом. Может быть, только Салазар Слизерин мог видеть её содержимое? На этот раз Драко открыл гладкую чёрную книгу только на самой первой странице, обнаружив едва заметные каракули имени. «Т. М. Реддл» …Это был дневник. Глупый старый дневник! Драко громко усмехнулся про себя. Нет! За этим должно было скрываться что-то ещё, иначе зачем бы его отцу пытаться навязать это младшей Уизли?! Драко не был уверен, как долго он пялился на книгу, когда резкий хлопок, раздавшийся в воздухе, отвлёк его от блуждающих мыслей. — Добби велено передать мастеру Драко, что ужин будет подан через полчаса, сэр! Драко вскочил на ноги. — Добби! — воскликнул он, обвинительно указывая пальцем на домового эльфа, который вздрогнул, его глаза были широко раскрыты и обеспокоены. — Д-да, мастер Драко? — Почему ты мешаешь Гарри Поттеру? — рявкнул Драко, шагнув вперёд, Добби отступил назад. — Что ещё более важно, почему ты не позволил моим письмам дойти до него?! Добби взвизгнул и попятился к столу, опрокинув при этом никогда не высыхающую чернильницу Драко, содержимое которой растеклось по свиткам с домашним заданием и дневнику в виде сочащегося чёрного месива. — Ах ты, неуклюжий дурак! — воскликнул Драко, пытаясь спасти часы тяжёлой работы. Он повернулся к дрожащему домовому эльфу. — Подожди, мой отец узнает об этом! Убирайся немедленно! Добби захныкал и, послушно щёлкнув костлявыми пальцами, исчез. Драко глубоко вздохнул, используя технику обратного отсчёта, которой научила его мать, когда ему было почти пять лет, и у него были самые ужасные истерики… по-видимому. Он не понимал, почему у него были истерики, хотя он всегда был совершенно рассудителен и рационален. Когда Драко, наконец, почувствовал себя достаточно спокойным, он осмелился взглянуть на нанесённый ущерб. Его эссе по чарам приняло на себя основной удар, нижняя половина была залита чернилами. Эссе по трансфигурации было следующим по увечьям. По крайней мере, на его домашнем задании по зельеварению было всего несколько брызг тут и там. Великолепно. Ему придётся попросить, чтобы всё это обработали Тергео. О, а как же дневник? Конечно, эльфы ничего не скажут, но что, если отец застанет его за этим занятием? Подумав, что, возможно, он сможет шантажировать Добби, Драко осторожно открыл книгу, а затем, резко ахнув, чуть не выронил её. Страницы, что должны были залить чернила, оказались чистым, хрустящим пергаментом. Что ещё более странно, само собой появилось предложение, написанное жирным, петляющим почерком. «Привет? Там кто-нибудь есть?» Драко уставился на слова, пока они внезапно не начали исчезать. Охваченный изумлением и любопытством, он потянулся за пером и свежими чернилами. «Привет?» Торопливо нацарапал он, находясь в каком-то трансе, и, затаив дыхание, ждал, пока тот же петляющий почерк не появится снова, просачиваясь на страницу перед ним. «Привет, — говорилось в нем, — с кем имею честь разговаривать? И как вы наткнулись на мой дневник?» «Меня зовут Драко Малфой, и я, — он сделал паузу, чтобы подумать, — нашёл его в кабинете моего отца.» «Что ж, приятно познакомиться, Драко Малфой. Меня зовут Том Реддл…»