Глава 2: Беспредел в Хогвартс–экспрессе

Хогвартс-экспресс. Вторник, 1 сентября 1992 г.

Драко смотрел в окно, пока Лондон превращался в сероватое пятно вдалеке. Он глубоко вздохнул, когда Хогвартс-экспресс набрал скорость и, пыхтя, помчался вдоль зеленых холмов и полей английской сельской местности. Он снова отправлялся в Хогвартс. Он больше не сможет проводить свои дни, бездельничая. Прощайте, голубое небо и прекрасный особняк, здравствуй, серые облака, унылая шотландская глубинка и мрачный, холодный замок. Прощайте, бесконечные запасы нежнейшей французской выпечки и мороженого-пломбира, здравствуй, тяжелые пироги и комковатое картофельное пюре. Прощай, спать до десяти часов, привет… Драко вскрикнул, его внутренний монолог был грубо прерван, когда на плечи упало что-то тяжёлое. Он нахмурился, заметив краем глаза чёрно-оранжевое пятно. — Винсент! Она снова это делает! Винсент оторвался от карточной игры, в которую они с Грегори играли. — Черепаха не желает тебе зла, Драко, — сказал он. — Ты просто ей понравился. — Ух, — сказал Драко в ответ, уткнувшись носом в «Блуждающие с оборотнями», а толстый кот Винсента замурлыкал ему на ухо. — Сундук! — с гордостью объявил Винсент, швыряя карты на импровизированный стол, который они сделали из сундуков. — Ох, — сказал Грегори, нахмурив брови. — Я думал, мы играем в Пиковую даму? Драко закатил глаза. Снова эти неуклюжие дураки навязались на его голову, вот уж удача. Он, наконец, погрузился в свою книгу, нетерпеливо переворачивая страницу, на которой Локонс приручал «Венгерскую гончую», используя свою волшебную палочку для игры с ней в догонялки, когда дверь их купе с грохотом распахнулась без предупреждения, заставив Черепаху вздрогнуть и спрыгнуть с плеч Драко на колени Винсенту. Честно говоря, это уже казалось смешным. Не прошло и пятнадцати минут, как они покинули вокзал Кингс-Кросс! — О, привет, Драко! — это была Грейнджер вместе с той девчонкой Уизли из «Флориш и Блоттс». — Вы не возражаете, если мы присоединимся к вам? Там все купе битком. — Не дожидаясь ответа, Грейнджер начала проталкиваться внутрь. — Привет, Крэбб, здравствуй, Гойл. Вы хорошо пров… Кто это? — она ахнула от восторга, заметив Черепаху. Драко нахмурился, глядя на Уизли, которая закрыла дверь и села как можно ближе к подруге, настороженно глядя на Винсента и Грегори. Он повернулся к Грейнджер. — Где Поттер и этот, второй? — Ты имеешь в виду Рона? — сказала младшая Уизли, нахмурив брови. Драко беспечно пожал плечами. — Наверно? Грейнджер перестала заискивать перед котом Винсента. — Даже не знаю, — она нахмурилась. — Джинни, ты их видела? — Эм, нет. Последний раз я видела их на вокзале, — сказала Уизли. — О, тогда нам стоит их поискать? Мы все обещали, что встретимся и поедем вместе ещё в августе. Что ж они не вместе сейчас? Драко не знал об этом маленьком договоре… С другой стороны, Артур Уизли напал на его отца, и они устроили настоящую сцену. Отцу пришлось торопить их домой, поджав хвост, довольно неловко вышло. Не желая поднимать эту тему, Драко откашлялся. — Нам придется обыскать весь поезд? Поверьте, это не так просто, как кажется. — Я знаю, я всю свою первую поездку в Хогвартс искала жабу Невилла, — устало вздохнула Грейнджер. — А я — Гарри. Ой. О, ржавая пряжка ботинка Мерлина. Он не хотел говорить это вслух. Он поднял глаза и увидел, что Грейнджер смотрит на него весёлым, оценивающим взглядом, а мелкая Уизли косится на него с явным замешательством и чем-то ещё. К счастью, Винсент и Грегори занимались своими делами. — Что? Что вы на меня так смотрите? — огрызнулся он на девочек, чувствуя, как его лицо заливает краска. — Просто так, — медленно сказала Грейнджер. — В любом случае, надо пойти убедиться, что они не опоздали на поезд, или что-то ещё не натворили. — Она хихикнула, потом ее лицо вытянулось, и она резко выпрямилась. — Боже мой, а что, если они опоздали на поезд?! — Не понимаю, как они умудрились, — сказала Уизли. — Мы опоздали, но не настолько. — Винсент, Грегори? — спросил Драко, вставая. — Всё в порядке, мы останемся, — проворчал Грегори, погруженный в карточную игру. — Приятного поиска! — прощебетал Винсент. — Так, может, разделимся? — с надеждой спросил Драко, когда они вышли из купе. — Охватим большую территорию? — Нет, спасибо, — твердо сказала Уизли, беря Грейнджер под руку. — Я не хочу заблудиться. — А я так хотела провести время за чтением, — сокрушалась Грейнджер, прижимая к груди «Путешествия с вампирами».

***

Первое купе, в которое они зашли, казалось, было забито всей гриффиндорской командой по квиддичу, включая Ли Джордана, но не Гарри. — Если увидите Поттера, скажите ему, что нам нужно обсудить стратегию, — сказал Оливер Вуд, в то время как близнецы Уизли кривлялись за его спиной, изображая боль и удушение, чем вызвали хихиканье у младшей Уизли. Драко, с другой стороны, изо всех сил старался не пялиться на обнаженные руки Вуда, поскольку за прошедшие летние каникулы они стали… хм… шире… что по какой–то причине влияло на зрение Драко, поскольку его взгляд то и дело возвращался к ним. Возможно, Вуд наложил на них какое-то заклинание. Драко вздохнул с облегчением, когда они наконец покинули купе и помчались по коридору вместе с Грейнджер и Уизли. В поезде потеплело? Драко определённо почувствовал, что немного покраснел. Наверное, из-за всей этой беготни. — А если серьезно… — крикнул им вслед один из близнецов Уизли. — Если они опоздали на поезд… — сказал другой. — Мы обязательно отправим им открытку из Хогсмида! — закончили они одновременно, хихикая. — Вы просто отвратительны! — крикнула в ответ Уизли, показывая им язык. — Мы знаем! Драко закатил глаза. Уизли. Всё те же результаты в следующих нескольких купе, доверху заполненных слизеринцами, гриффиндорцами, пуффендуйцами и когтевранцами, но не Гарри Поттером. Или Роном Уизли, но, честно говоря, кого это волнует? Только в одном купе, в которое они попали, был один пассажир: юная девушка в мантии первокурсника, со светлыми волосами, заплетенными в очень странные косы. Она напевала, глядя в окно с отсутствующим выражением лица. — Ну, похоже, их здесь нет! — зашипел Драко, схватив Грейнджер за локоть и попытавшись закрыть дверь купе, но не успел, поскольку девушка перестала напевать и повернулась, чтобы посмотреть на них. — Привет, кузен Драко, — поздоровалась она, нежно улыбаясь. Драко вздохнул, его плечи опустились. — Привет, Луна, — ответил он сквозь стиснутые зубы. — О, так вы родственники? — сказала Грейнджер, бросив полувопросительный взгляд на Драко. — Мило! — Ну, вообще–то, Грейнджер, большинство чистокровных состоят в родстве, — фыркнул Драко. — Так уж случилось, что Луни оказалась ближе других. Грейнджер сморщила лицо, приняв выражение, которое, как понял Драко, появлялось, когда она получала новую информацию от кого-то, кроме учителя или книги. — Ты же случайно не видела двух второкурсников, не так ли? — спросила Уизли. — Один явно Уизли, другой Гарри Поттер? — добавил Драко, игнорируя взгляд, который кинула на него Уизли. Луна только наклонила голову, её бледные глаза внезапно прояснились, когда она посмотрела на Драко. — Знаешь, тебе следует быть осторожнее с воображаемыми друзьями. Драко уставился на неё, по его спине пробежала дрожь. — Лааадно, — пропищала Грейнджер, когда молчание слишком затянулось, и её брови достигли линии волос. — Ну, в любом случае, нам лучше вернуться к поискам, приятно познакомиться. — Ой, ты что–то потеряла? — вежливо спросила Луна. — Мы же только что сказали… — начала Грейнджер. — Да ладно, оно того не стоит, — сказал Драко, торопя их уйти. Когда они закрыли дверь, Драко покрутил пальцем возле виска. Грейнджер нервно усмехнулась, а мелкая Уизли продолжала хмуриться на него. — Драко, что ты там сказал о чистокровных? — спросила Грейнджер через мгновение. — Ну, и о чём все это? — Что значит чистокровность? — уточнил Драко. — Грейнджер, неужели впервые ты что-то не знаешь? Грейнджер громко хмыкнула. — Ну, я знаю, что я магглорождённая ведьма, потому что у меня родители-магглы, и я знаю, что существует группа под названием «Священные двадцать восемь семей», но я и не подозревала, что на самом деле различий больше. Конечно, я уже слышала о термине «чистокровный» раньше, я обращала на него внимание в «Истории магии», но только сейчас поняла, что на самом деле знаю не так уж много обо всём этом. Я просто предположила, что это не имеет значения, и если у тебя есть магия, значит, у тебя есть магия! — Не имеет значения? — с удивлением воскликнул Драко. — Ты предполагала, что это не имеет значения? — Он начал смеяться так сильно, что ему пришлось опереться руками о колени, чтобы не упасть. — Грейнджер, конечно, это важно! — выдавил он из себя сквозь предсмертный смешок. — Кровь — то, что определяет природу волшебника. Мой отец говорит, что самое главное — сохранить чистую волшебную кровь! — Так что, если моя кровь нечиста, что с того? — ехидно спросила Грейнджер. — Нечистая? Это звучит ужасно неправильно. Возможно, это важно для твоего отца, Драко, но, может, не должно иметь значения для тебя. Потому что для меня это определённо не имеет значения. Драко моргнул, внезапно почувствовав себя сбитым с толку. Он больше не был уверен, что именно нашел такого смешного. «Ни в коем случае не будь грубым или неуважительным к магглорождённым». Об этом было написано на самой первой странице Дневника. Ещё одно предупреждение, к которому Будущий Драко хотел, чтобы он прислушался. Не иди по стопам отца. Иногда было тяжело, когда Драко знал только этот путь. — Прости, но я больше не могу молчать, — вмешалась Уизли так же раздраженно, как и Грейнджер. — Гермиона, ты, Рон и Гарри серьёзно дружите с ним? Драко фыркнул, понимая, что на этот раз он слишком занят, чтобы обидеться. — Это долгая история, Джинни, — сказала Грейнджер, пока они шли по коридору поезда в задумчивом молчании.

***

В следующем купе, куда они постучали, было немного теснее, чем в предыдущем. Дверь им открыла Панси Паркинсон, восторженная улыбка озарила её лицо, когда она взглянула на Драко. — Драко, вот ты где! — воскликнула она. Её лицо поникло, когда девушка увидела, кто был позади него. — Что ты делаешь с ними? — Мы просто ищем… кое-что, — неуклюже закончил Драко. — Что всё это значит? — Поскольку нам всем уже по двенадцать, мы устраиваем настоящий полдник, — чопорно объяснила Дафна Гринграсс. — Мама подарила мне на день рождения волшебный чайный сервиз. Драко уставился на парящий в воздухе блестящий серебряный чайник и пирожные, печенье и сэндвичи, разложенные на такой же трёхъярусной подставке. Драко смотрел, как чайник опустился и волшебным образом сам по себе наклонился, наливая дымящуюся коричневую жидкость в чашку Винсента. Он моргнул. Потому что да, Винсент и Грегори были там, попивая из чашек, оттопырив мизинцы. — Как вы двое сюда попали? — спросил он в недоумении. — Вы не проходили мимо нас. — Он повернулся к Грейнджер. — Ведь так? — Не дожидаясь ответа, он снова повернулся к Грегори и Винсенту: — Нет? — У них есть торт, — сказал Грегори, как будто это было разумное объяснение, запихивая в рот птифур. — Как и тележка, — пробормотала Уизли себе под нос, сдувая прядь волос с лица. — О да, — сказала Панси, глядя на Дафну. — Тележка. Две ведьмы захихикали в свои чашки. — Что случилось с тележкой? — воскликнула Грейнджер, сложив руки на груди. — Ну, я не ожидала, что ты поймешь, — усмехнулась Панси, Дафна снова захихикала. — И что это должно означать? — отрезала Грейнджер. — Ничего, ничего, не бери в голову! — Панси справилась с этим сквозь хихиканье, в её глазах плясало веселье. В следующий момент она переключила своё внимание на Драко, мило улыбаясь. — Драко, хочешь присоединиться к нам? — Я надеялся, что ты спросишь, — вздохнул Драко, садясь напротив неё. Рыская в поисках Гарри и Уизли, они не остановились перекусить, и время обеда наверняка уже давно прошло. В животе Драко урчало весь последний час, а тележка, казалось, исчезла из мира вместе с толкавшей её старушкой и всем остальным. Грейнджер и Уизли помедлили, обменявшись быстрыми взглядами, прежде чем тоже неловко сесть. Драко не обратил на них внимания, взял чашку, которая подплыла к нему, и позволил волшебному чайнику налить в неё восхитительно пахнущий горячий чай. Несколько мгновений прошло в тишине, нарушаемой только пыхтением поезда, отдаленным бормотанием голосов, звяканьем чайных ложек о серебро и хрустом, с которым Винсент ел печенье. Панси прочистила горло. Драко поймал сахарницу в воздухе, когда она полетела в его сторону, и с удовольствием помешивал сахар, пока не почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Он поднял глаза и увидел, что Грейнджер наблюдает за ним с выражением, средним между беспокойством и отвращением. — Что? — спросил он её, приподняв бровь и бросив пятый кубик сахара. — Мои родители говорят, что слишком много сахара вредно для зубов, — сказала Грейнджер, вертя в руках пустую чашку. — Что, твои родители специалисты по зубам или что–то в этом роде? — фыркнув, спросила Панси. — Да, вообще–то. Они стоматологи, — ответила Грейнджер, проницательно глядя на неё. — Стом… Кто? — спросил Грегори. На этот раз Драко оказался таким же невежественным, как и он. Грейнджер посмотрела на Грегори, затем на остальных слизеринцев, а затем, наконец, на Уизли, и её лицо с каждой минутой становилось всё более удивлённым. — Неужели в волшебном мире действительно нет стоматологов? — наконец спросила она. — Как вы все ухаживаете за своими зубами? — О, так значит, это маггловская штука, — сказала Панси с презрением в голосе, разглядывая свои тёмно-розовые ногти. Грейнджер сердито стукнула чашкой по самодельному столику-сундуку. — Что такого плохого в том, чтобы быть магглом?! Драко неловко поднес чашку к губам, намереваясь сделать глоток, чтобы избежать разговора (и дежавю), когда чашка начала зловеще дребезжать в его руках. — Что, Мерлина ради?.. — начал он, но тут же ахнул от удивления, когда чашка с чаем взлетела в воздух вместе со всеми остальными. В следующее мгновение чашки сами собой перевернулись, выплеснув не совсем горячий чай на колени всем находившимся в купе. Все начали кричать, когда их чашки начали метаться, как птицы, пикируя вниз и пытаясь ударить их по голове. — Что случилось с твоим чайным сервизом?! — воскликнул Драко, отбиваясь от чашки. — Он взбесился! — завопила Дафна, опускаясь за стол–сундук. Драко огляделся, когда Панси издала пронзительный крик. Струя горячего чая полетела в её сторону, и она пригнулась в самый последний момент, когда чай плеснул в окно. Затем зачарованный чайник развернулся в воздухе и выпустил еще одну струю обжигающей коричневой жидкости в другом направлении, Винсенту пришлось подпрыгнуть на сидении, чтобы не обжечься. Затем трехъярусный стенд начал вращаться с пугающей скоростью, кусочки хлеба, огурцов, булочек, торта и печенья разлетелись во все стороны, разбиваясь об окно и окатывая волшебников дождём из закусок к полднику. — Меня убьет то, что я люблю больше всего! — вскрикнул Грегори, поднимая руки как щит от падающих на него пирожных. — Дафна, где твоя мама взяла этот чайный сервиз?! — вскрикнул Драко, схватив пролетающий мимо поднос, пытаясь использовать его в качестве щита. Но тот вырвался из хватки, фактически подняв волшебника над полом. Драко тут же отпустил его, поднос сжался и промчался по отсеку, как вышедшая из–под контроля метла. — Откуда мне знать?! — крикнул ему из-за стола-сундука голос Дафны. — Это был подарок на день рождения! — О, ради всего святого! — крикнула Грейнджер, направив палочку в воздух. — Иммобилус! Внезапно всё замерло. Чашки перестали стучать по столу, заварочный чайник больше не разбрызгивал горячий чай, поднос прекратил носиться по кругу, а многоярусная подставка перестала вращаться, бутерброды и пирожные зависли в воздухе. Молчание затянулось на долгое мгновение. Винсент выдернул дамский пальчик, висевший прямо над ним, и впился в него зубами, эффективно снимая напряжение. — Вы только посмотрите на мою мантию?! Она совершенно испорчена! Я не могу войти в замок в таком виде! — вскрикнула Панси, указывая на свою школьную мантию, теперь покрытую пятнами глазури, джема, намазанного маслом хлеба, вкраплениями яиц, салата и сливок. Драко едва удерживался от смеха, они все были в одинаковом состоянии. Он посмотрел на себя, и ломтик огурца выпал из его волос, с громким шлепком упав на пол. — Все шло великолепно, пока она не явилась сюда, — захныкала Дафна, тщетно вытирая рукавом пятно горчицы и свирепо глядя на Грейнджер. — Я думаю, ты разозлила их своими плохими манерами. — Эй! Если бы не она, на тебя бы до сих пор нападал чайник! — воскликнула Уизли, и половина булочки с кремом упала с её плеча. — Ой, да что бы ты понимала! — фыркнула Панси, швырнув на пол свой измазанный джемом носовой платок. — Очевидно, гораздо больше, чем вы, поверхностные аристократы! — огрызнулась Уизли в ответ. — Ты только что назвала меня поверхностной?! — Панси ахнула. — Джинни, давай не будем, — коротко сказала Грейнджер. — Пошли, мы ещё не весь поезд обыскали. Драко схватил летающий пирог с джемом и поспешил за ними. В конце концов, если Гарри скрывался где-то в поезде, он хотел быть там, когда его найдут. — Драко?! — услышал он крик Панси вслед. Не желая больше конфронтации, Драко немного ускорил темп. Прежде чем они дошли до конца вагона, они услышали отдаленное восклицание. — А как же мой чайный сервиз?!

***

— Не могу поверить, что они опоздали на поезд, — сказала Грейнджер, яростно грызя ноготь. Драко удержался и не высмеял её отвратительную привычку. Они уже давно сошли с Хогвартс-экспресса, предварительно обыскав весь вагон сверху донизу. Староста был достаточно любезен, чтобы наложить на них Скорджифай, уничтожив почти все свидетельства того, что Драко решил назвать «Чаепитием Ужаса». Мантия Драко от этого стала жёсткой, а кожа слегка зудела, но, по крайней мере, он больше не выглядел так, будто его стошнило после полдника. Они уже ехали в карете без лошадей к замку, величественно возвышавшемуся над ними в звёздном ночном небе. К счастью, Уизли уехала с остальными первокурсниками на лодке, но, к сожалению, Драко застрял с Грейнджер, пребывающей в очень дурном настроении. И дремлющими Грегори и Винсентом, но это было само собой разумеющимся. Они всегда были где-то позади него. Драко снова переключил внимание на Грейнджер. — Если и так, не беспокойся, Министерство магии сможет найти способ как им добраться сюда. — О, я надеюсь, они не наделают глупостей, — заныла Грейнджер, натягивая остроконечную шляпу на глаза. — С чего бы им..? — начал Драко, но тут же оборвал себя, подумав о том, что говорит. — Ну правда, не бери в голову. Его замечание не помогло Грейнджер, которая выглядела все более и более мрачной, пока их карета катилась к замку.

***

Школа чародейства и волшебства Хогвартс. 1 сентября 1992 г.

Драко вздохнул с облегчением, когда он, наконец, сбежал уже от грозной Грейнджер, воссоединившись с остальными слизеринцами. Они вошли в хорошо освещённый Большой зал Хогвартса, такой же величественный и шумный, каким его и покинули. Драко поймал взгляд своего профессора зелий, декана факультета и близкого друга семьи Северуса Снейпа, сидевшего за учительским столом, и вежливо кивнул в знак приветствия. Северус кивнул в ответ. Он занял место за слизеринским столом между сонными Винсентом и Грегори. Было приятно осознавать, что прошлогодняя ничья между Гриффиндором и Слизерином по-прежнему приносит ему пользу, так как некоторые старшие слизеринцы хлопали его по спине и весело приветствовали, проходя мимо. Красные и зеленые баннеры все еще висели на стенах и будут висеть до тех пор, пока в конце учебного года не будет объявлен обладатель Кубка факультетов. Болтовня утихла, когда вошла МакГонагалл в сопровождении сопливых первокурсников, чтобы начать церемонию распределения. Распределяющая шляпа оживилась на табуретке, откашлялась несуществующей глоткой и запела о факультетах свою ужасную песню. Драко, которого это не волновало, был занят тем, что вертел головой из стороны в сторону, пытаясь разглядеть хоть какой-нибудь след растрёпанных черных волос, скрывающихся за столом Гриффиндора, когда двери в Большой зал распахнулись, и на них расстелился длинный красный ковер, и ученикам пришлось поднимать ноги когда он подкатился к самому началу зала. Распределяющая шляпа остановилась на середине песни. Профессор МакГонагалл уперла руки в бока. Драко почувствовал, как у него перевернулось в желудке, и улыбка озарила его лицо. Там был Златопуст Локонс, одетый в мерцающую золотую мантию, с идеально уложенными волосами и сияющей белой улыбкой. — Надеюсь, я не сильно опоздал? — спросил Локонс, и на его щеках появились ямочки, когда он улыбнулся еще шире. — В рамках приличия? Несколько девушек в толпе студентов начали хихикать и падать в обморок, а тесно сбившаяся группа первокурсников смотрела на это широко раскрытыми глазами. Локонс рассмеялся. — Да, да! Я знаю! Поверьте, я прекрасно понимаю, что вы чувствуете, наслаждаясь присутствием такого человека, как… БА-БАХ! Громкий рокочущий звук пронзил воздух, прервав Локонса. За взрывом быстро последовал грохот и визг, затем что-то похожее на отдалённый крик, а затем ещё один ужасающий скрежет. Это было похоже на гвозди по доске… или царапание металла. Затем — тишина. –… я, — закончил Локонс, когда по коридору начал разноситься ропот, переходящий в громкий гомон. Несколько учителей и старост встали, чтобы выглянуть за темные окна. Учителя, казалось, что-то быстро обсуждали, прежде чем Северус поспешил из зала, его черная мантия развевалась за спиной. — Боже мой, что случилось? — начал Златопуст Локонс громко, но его снова прервала профессор МакГонагалл, поторопив его к учительскому столу. — С вашего позволения, профессор Локонс, вы действительно сильно опоздали! — хлопнув в ладоши и обменявшись кивком с профессором Дамблдором, она объявила: — Давайте продолжим церемонию распределения! Несмотря на слова МакГонагалл, в школе продолжали яростно шептаться, пока распределяли первокурсников, но никто не замечал или не обращал внимания на то, что на каждом факультете появлялось по несколько новых учеников. Даже Распределяющая шляпа была не в духе, ворча на факультет, в который поступал каждый новый ученик. Очевидно, магическая одежда не хотела, чтобы ей мешали. Внезапно близнецы Уизли нарушили приглушённый тон и покатились со смеху за гриффиндорским столом. — Фред и Джордж Уизли! — крикнула профессор МакГонагалл. — Вон немедленно! Драко наклонил голову, чтобы послушать шепотки, наконец добравшиеся до стола Слизерина. — Поттер и Уизли направили маггловскую машину прямо в Гремучую Иву! Драко ничего не смог с собой поделать и фыркнул. Это было не обычное фырканье, нет-нет. Громкий смешок, от которого большинство чистокровных студентов вокруг уставились на него с изумлённым недоверием. Отказываясь признать, насколько грубым он только что был, Драко предпочёл посмотреть на копну вьющихся каштановых волос в другом конце зала. Грейнджер сосредоточенно смотрела в свою тарелку, качая головой. — Поговорим об эффектности, — сказал Блейз Забини, когда все первокурсники были распределены и начался праздник. К счастью, Дамблдор не стал произносить речь. Он, профессор МакГонагалл и Филч покинули Большой зал, предположительно, чтобы разобраться с Гарри и Уизли. — Но ведь это наверняка нарушило Статут секретности? — задумчиво сказал Теодор Нотт. — Прилететь сюда с Кингс-Кросс в Лондоне? Драко ухмыльнулся. Если слухи действительно правдивы, у Гарри будут большие неприятности, и Драко будет очень весело дразнить его по этому поводу. Если, конечно, его не исключат раньше.

***

Драко потянулся, плюхнувшись в свою застеленную постель, наслаждаясь теплом вшитых в одеяло чар, контрастирующих с прохладой сырых подземелий. День прошёл… насыщенно. Но был один большой плюс! Тайную комнату не открыли и не откроют! Потому что, пока ключ был в руках Драко, он знал, что будет держать Комнату закрытой. Кризис предотвращен! Но просто поговорить с Томом не повредит. Том составил для Драко отличную компанию во время последней недели летних каникул. Драко часто задавался вопросом, кем именно был Том. Он никогда не слышал о магически разумных объектах, которые, казалось, знали о своем существовании и использовали для себя имена. Ни у одного говорящего зеркала, с которым Драко когда-либо разговаривал, не было имени. Да и он никогда не спрашивал, если подумать. Драко понял, что с Томом гораздо приятнее разговаривать, чем с Добби, потому что Том действительно выслушивал его проблемы и давал советы, в отличие от этого бесполезного домашнего эльфа, который обычно просто непонимающе моргал. Драко порылся в прикроватной тумбочке в поисках пера и чернил. Все его вещи волшебным образом оказались там, где им и полагалось быть, как только он коснулся выбранной им кровати (конечно, самой дальней от двери). Взволнованный, он полез в сумку и достал гладкую чёрную книгу, не обращая внимания на остальных обитателей спальни, которые суетились вокруг, готовясь к следующему дню. «В первый день в Хогвартсе праздник распределения прошел, как и ожидалось. Ты никогда не догадаешься, что сделал Гарри Поттер, опоздав на поезд» «Наконец-то вернулся, как здорово. Что сделал Гарри Поттер?» «Он вместе с Рональдом Уизли проехал на заколдованной маггловской машине всю дорогу из Лондона прямо в Гремучую Иву» «Ну, это звучит невероятно глупо. Что такое Гремучая ива?» «Это дерево на территории, которое нападает на всё, что приближается к нему на расстояние пяти футов» «Как странно иметь такую вещь в замке, полном детей» — Чему ты улыбаешься? Драко поднял глаза и увидел, что Блейз, приподняв бровь, смотрит на него, застёгивая пуговицы пижамы. — Ничему! Не твоего ума дело! — усмехнулся Драко, с раздражением закрывая изумрудные занавески на кровати. Внезапно настроение у него испортилось, и он снова взялся за перо. «Мне лучше идти, Том. Занятия начинаются завтра» «Это очень мудро. Удачи тебе, Драко. Этот год обещает быть просто великолепным…»