Часть 1 - Вначале Было...

***

      Первый вздох такой гадкий и вонючий, что мужчина зажал свой нос. Его тело чудовищно болело. Адам вспомнил, что получил в плечо трезубцем, по морде от Люцифера и нож от кого то в спину. Попытки встать на руки привели к мукам, как от ста отжиманий. Первый человек ощущал, как ему плохо. Стройное тело под туникой хрустело от запекшейся крови цвета золота. Он поднял взгляд наверх и понял, что это Ад. Теперь стало еще хуже. Руки начали потеть, во рту сухо, спина начала и без того трястись, а затем лишь он посмотрел еще дальше. Белая ангельская сфера, откуда они выходили на месте.       Последнее, что он помнит — его куда то утащили и бросили. Адам ради желания проверить, что вообще с ним видит лужу и сразу же в торопях ползет к ней. Лишь пошевелившись он увидел за спиной темные крылья. Не золотые, а черные. Сколько он здесь? Его пугают собственные мысли. Он тянется к луже и замечает, что рука из такой белой и прекрасной превратилась в серую потертую с когтями. Человек, если он такой, засомневался стоит ли вообще смотреть туда. Понятно, что он ебать какой страшный сейчас.       Адам жалеет, что ему пришлось возродиться в этой дыре, а еще больше — что просто не умер. Такой уверенный мужчина как он осознавал — теперь он тут застрял, а АД БУДЕТ ВЕЧНО.       Зарывшись в свои волосы руками он попытался впервые открыть рот. Ужасная сухость песком была налита в рот, а аромат словно коты нассали. Адам только привыкал к боли, так теперь ему еще и жрать и пить надо. Адам не хотел даже продолжать думать, что сейчас будет. Он уходил в отрицание и закрыл глаза ладонями. Это же все просто — искренне желаешь и молишься, а потом сразу же отправляешься к жемчужным вратам. Уж что, а грубиян знал молитвы. Разум стал легче, плечи упали раслабленно, живот перестал сверлиться от страха, а потные ладони сохли на лице. Он молил Его. Пытался вспомнить свои грехи, но тут же отвлек самого себя тем, что он АДАМ. Первый мужчина, Отец Рода Людского, Верховный Истребитель, Первый Член. Только после перечисления своих титулов он добавил «пожалуйста» к просьбе вознести его. Тут Адам опускает ладони и видит…       Да что он, блять, может еще видеть. В кирпичах не усмотришь рай. Адам боится даже что-то сказать, как запуганная мышь прячется. Почему молитва не сработала? Это невозможно, он верил в Него и всегда делал что ему говорили. Почему… Почему он здесь? Адам сглатывает и осматривается. Никого нет. Давно он не чувствовал такой паники, хотя последние моменты жизни были связаны с тем, что он не боялся никого. Ни чертей, ни грешников, ни этих тварей из злоебучего отеля, ни самого Дьявола… Как же его там… — УРОД ЕБАННЫЙ! — воскликнул павший и попытался перевести все на Царя Ада. Уголки глаз стали влажными, но громким сопением он вобрал все в себя.       Что с ним сейчас? Почему на затылок давит нечто, вроде холодного металла? Это так Ад работает на грешников или весь его страх стал паразитом в желудке? Адам пытается встать и понимает, что лучше бы сидел. Чуть не упав на одну ногу, он цепляется за пожарную лестницу и учится стоять, как младенец. Почему сейчас он не острит? Где его уверенность? Ему слишком страшно там, где он ничего не ощущает. Ни защиту, ни сил… Ангельская сила как подушка внутри, тебе хорошо, и ты не боишься и упасть. Выставляя руку вперед из длани, не идет свет. Для него это последняя капля. Адам начинает пятиться, потом пробует бегло помолиться и добавить в конце «Аминь». Ничего.       Адам не выдержал. — СУКА!!! — заорал настолько громко своих хриплым рокерским голосом, что эхо могло разойтись по всему кругу Гордыни. Даже здесь это ответа нет.       Голос хотя бы прежний. Страх словно начал увядать, а агрессия, обида и ненависть начали взращиваться в нем. Только после этого приступы боли в затылки стали медленно исчезать. Адам собрался успокоить самого себя так, как делают дети в темноте — быстро войти и поорать, а потом забежать. Грешник расправил крылья и хотел уже взлететь, но в тот момент его опять одолели сомнения. Ему очень страшно. Боль не позволяет Адаму бежать нормально, отчего на него смотрят пару грешников, которых он расталкивает и ни о чем не думает.       Адам устремил взгляд к темно-красному фальшивому небосводу и сразу же побежал. Ноги колыхали адскую тунику и не торопился раскрывать крылья. Первый человек не обращал внимание не на ту же тунику других цветов, ни на сапоги, что остались. Этот проспект совсем недалеко от райского посольства. Попросит как беженец, конечно!. Мужчина боялся летать и не хотел даже начинать. Все таки для такого сознательного мудака, его большой жизненный опыт хотя бы в тот момент перебивал всю черноту ситуации.

***

      Райское посольство закрыто. Адам начинает стучаться всей силой, что звук хлопков ладони глухо звучит. Он выкрикивает свое имя и что он пришел. Золотой свет сочится из уголков закрытых ворот, а на двери начинают гулять вспышки. Надпись, которую он видит заставляют его упасть. Внезапно обретенная уверенность рухнула и страх снова пал грузом на конечности. Грешник прочитал ее вслух голосом, к которому сам не привык. — Закрыто. Часы работы… Не ожидаются… — он никогда сам не видел врата с этой стороны ворот, а тем более, что нет никакого намека на их работу. Тут и дежурные никогда за столько лет на работали, кроме того раза, когда дочка Люцифера попросили аудиенции с ним.       Адам в полуприсяди сидит у двери в райское посольство и опускает взгляд. Это все. Никто его не слышит. Никто не придет. Тысячи лет потрачены в услужении небесным силам и теперь правила против него. Где его бабы? Где его истребители? Где… Лют? В тот момент лишь озарили воспоминания о слезах дорогой ему женщины, что пролила слезы, а он…       Адам закрывает глаза и пытается продумать свои шаги. Незримый ошейник из своей горечи душит его. Куда можно пойти, где ему вообще место? Тут сплошь адские уроды, что ему злые враги. Он не грешник, он заново отрицает это. В мыслях он мнит себя великим. Он стал павшим.       Наконец то он поворачивается и видит в отражении это.       Серая маска стала ему кожей, клыки как у адского сброда, глаза красные как кровь. В этом отражении грешник стал плакать. Он стал тем кого не только ненавидел, но и… Боялся. Быть обреченным на Вечный Ад, что может быть хуже? Его ребра крайне знакомо заныли, но уже не от чувства проткнутой стали. Именно эта боль справа вернула ему часть воспоминаний.       Адам падает раком и упирается руками. Слезы, сопли и слюни капают на адскую плитку. Зрачки бешено дергаются, как муха в банке. Потом пропиталась красно-черная ткань и прилипала к серой коже, создавая странны оттенок тела. Чьи-то ласковые слова, шепот которых усиливал забытый момент… Момент, когда его рвали на части. Именно сейчас он вернул себе осколки памяти, что он поклялся это не вспоминать.       За это он боялся Ада, когда ему про него рассказывали и когда он спускался всякий раз страх запнуться и остаться был подобен плаванию в воде и застреванию в коряге. Теперь он остался здесь и может только реветь. Ничтожность, которая сидит на плечах тяжелым грузом. Адам не выдержал и выплеснул все, что было в желудке и не высралось. От этого вонь больше. Блевотина была золотого цвета, это была его бывшая кровь. Тело грешника как будто начало отвергать ангельскую натуру. — Сера… Помоги мне… — поднимает он голову к небу и раскидывает руки как мученик. Ответа нет. Сколько он не смотрит красными глазами, то свет от жемчужных врат есть, но голоса никакого… — Хо, блять, чудила. — произнес какой-то бес, что обратил внимание на Адама.       Адам резко прикрыл рот и опустил голову. Паника и страх стали выливаться в ядовитую смесь гнева. Падший импульсивно ухватил старую плитку и со всей силы закрутил кусочек, что разбился в голове. Бес был не один, а в толпе. Боль в теле Первого человека стала пропадать, а новая оболочка наполнялась адреналином. Эта сука попалась под руку экзорциста и ответит за все. Адам идет к ним сам, переминаясь с ноги на ногу со злобной гримасой. Бесы осознают, что он вообще то больше них, но…       Адам запнулся обо что-то и почувствовал странную боль, как наступил на палец. Он обнаружил у себя хвост, а затем как его начали пинать. Маленькие ножки бесов были сильными засчет того, что тело не восстановилось как надо. Большой и высокий мужчина съежился и желал защитить голову. Его агрессия погасла и редкие крики и всхлипы от ужасной агонии тела. Лучше бы он просто сидел и молчал. Мышцы и кости изнутри стали словно ломаться. Бесы его приговаривали всякими нехорошими словами. — Сиди и не рыпайся, дылда злоебучая. Увижу на районе, крылья к хуям оторву. — плюнул на перья бес и его стали уводить знакомые, чтобы просто продолжить путь.       Адам пытался не заплакать ровно до того момента, пока не уйдут демонические твари. Он молча встал, отряхнулся, поправил крылья и хвост. Только затем он зашел за посольство Рая и улегся возле стены, прижимая к себе черные крылья, чтоб согреться. От переполняющих его эмоций и агонии у него даже спустя долгое время е осталось сил быть активным. Тогда его рубило и он впервые уснул.       В ненавистной ему земле, без благословений от Рая, в отсутствии надежды и охватывающим адским страданием. Ад будет вечно, прими уже этот факт.