Часть 3 - Жить значит есть, блевать и кого-то шокировать.
27 апреля 2024, 01:03***
Пока Адам отвыкал быть неуязвимым, как никак один раз избили и второй покалечили… К боли привыкнуть в первое время не получается. Поиграв как следует на призванной гитаре в переулке, грешник пытался не думать о ране. Не о ране, которая причиняла ему только боль и как бы кусала под повязкой. Сейчас он жалел, что на нем была не маска. Его бесячья бесячая морда, которой он закрывал обычно человеческое лицо не помешало бы умыться. У него что, даже борода не растет? Прикоснувшись когтистой рукой к подбородку, тот распознал в таком гладком участке кожи недостаток… Никакой бороды. Какой же он ущербный. Адам остановился и вытаращил глаза от осознания. Теперь он реально как отродье Ада. С хера ли? Бесами рождаются. Это его личное наказание от Ада? Рога даже как на маске и цвет поверхности. На что способно еще это место. Он не задумывался, почему выглядит как коренной житель этого гадюшника. А как он насадил псину на рога с таким изгибом, что острая часть как рукоятка зонтика? До Адама слишком долго что-то доходит. Вот где он будет ночевать и самое важное, где ему… Живот крайне громко урчит, как очень неприятный скрип по металлу. Он хочет жрать. Не кушать, не поесть, не заморить червячка… ЖРАТЬ. Обоняние не может уловить нечто съестное, а это еще хуже. Зачем тебе нос, если ты не можешь учуять за сотню метров нечто вкусное? Куда делись чудесные способности чувственного познания? Адам даже торопится стал, но у него резко открылось просветление… Запах жаренного мяса, то ли курица, то ли другая птица и какие-то дешевые приправы, смердящие миазмы которых давят и части мясных волокон все сильнее представляется перед глазами в материальную форму. Нет, он заполучит это. Адам возвращает себе прежнее поведение в стиле: хочешь — бери. Рай давал ему столько, сколько он сам хотел. Теперь он… никто. Осознание приходит лишь спустя 10 секунд. Мышление то возвращается в правильное русло, то он для комфорта желает вести себя так, как привык. Было бы глупо поступать всегда нетактично. Это так Ад его научил думать? Так быстро? То есть, Адам начинает думать над поступками и их последствиями только после своей смерти и попадания в Ад? Ад приносит… пользу? Закатывая глаза и проводя пальцами по топорной гитаре, что лежит на плечах и лезвие немного режет кончики перьев, давая пуху полетать вокруг оси грешника. За углом была тележка с хот-догами. Там стояли какие-то злоебучие твари. На этот раз похожи на людей. Адам не долюбливал людей. Его дети творят сущую хуету и не хотят на небеса. Вот просто люди в Раю его как-то раздражают. Людей он впринципе не любит, кроме себя и Лю… Адам просто идет к тележке обходя по боку очередь. Что-то в спину ему говорят, но как-то все равно уже. Двухметровая детина, а он еще уменьшился в росте, что заметил. Благо хоть сила какая-то есть… Он стукает по металлической повозке, заставляя грешника с красной кожей и белыми пятнами чуть в себя вжаться. — Еду гони. — приказал Адам, требуя дать себе хотдог. — Слышь… — откуда то пронеслось и за мгновение Адам решает ответить. — За углом в штаны нассышь. — после сказанного Адам поворачивается обратно и не запоминает грешника, который вообще то с него ростом. Удивительно, что после получения раны он не задумывался о безопасности, видимо голод с болью давили на адекватность. Тут он ощутил металлическое нечто у затылка. Сзади послышались смешки. Адам поднял руки с гитарой-топором и замер. Кажется он знает, что это. Пистолет — одно из худших изобретений человечества, ведь теперь не надо подходить к каждому человеку и колоть его, бить. Да, его хотят застрелить. Адаму немного не по себе и он не двигается. Ловит взгляд грешника-продавца, который поднимает руку и видимо хочет сказать, что здесь не надо стрелять. — Ты на моего кореша гонишь и мимо очереди лезешь. Съеби, не быкуй на нашего кореша-хотдога. — решил заступиться бес с пистолетом, который даже не хотел его бить или колоть. Адам только сейчас задумался, а ведь будь у него нож, так получил бы еще. — Пиздуй, крылатый мудосрак! — какая-то баба проорала и в ответ послышались перемешанные смешки. — Да-да… Сейчас я, только не стреляй… — он смещается вправо подальше от тележки и ощущает, как пистолет по мере ходьбы не исчезает с затылка. Видимо, стрелок решил проводить бывшего архангела. Адам считает до трех, чтобы успокоить себя и со всей силы дает локтем по грешнику, который задирает руку и стреляет в воздух. Тогда Адам немного раскачивает корпус и наступив на ведущую ногу вонзает топор в голову грешника. Полголовы поделено пополам, свежие розовые мозги, язык и челюсть забавно поддаются под движения стали, а кровь начинает брызгать моментами наверх, пачкая и без того вонючую мантию первого человека. Адам широко улыбается от того, как убил кого-то любимейшим инструментом музыки и убийства. Не долго радовался, потому что пару грешников достает валыны, пока большая часть разбегается кто-куда. Адам соображает и прижимается к телу грешника и тогда пули летят в тело грешника. Пару раз они просвистывают мимо и царапают кожу, а Адам очень быстро бежит на них. Грешники его обходят и хотят стрелять по бокам, чтобы он не отразил. Тогда Адам впервые решает воспользоваться… Грешники падают от порывов мощного воздуха, роняя пистолета из-за слишком сильного импульса, а тележка чуть не переворачивается, благо продавец удерживает тяжеленную тележку своими худыми руками. Быстро вынимая топор, Адам разбегается и бросает его в девушку, отчего в ее корпус прилетает сталь тяжелого инструмента и она без крика начинает кряхтеть и давиться кровью. Адам смотрит на мужика в кожаной одежде и видит, как он тянется к пистолету. Тогда первый мужчина шустро сближается и на скорости впечатывается коленом в рожу мудака. Потом опирается на стену руками и при раскачке ногой делает удар. Ну и еще, а потом еще. Кровь брызжет под углом куда то на пол и об мантию. Адам хватает за волосы последнего стрелка и бросает его на землю. Он замечает канализационный люк. Тогда Адам поднимает его за край и собирается совершить эффектное добивание. Вставая над спиной недобитка, Адам начинает отсчет: и раз, и два, и три, хуй, блядина, соси! Тогда бывший архангел под всем весом бьет грешника по шее, надеясь отполовинить башку. Вес падает на шейные позвонки, но голова… На месте. Тогда Адам теряет улыбку и задор и поднимаясь просто кидает на затылок люк, который ударяется и деформирует череп, что аж глаз вылетает из глазниц на асфальт и после с громким лязгом плюхается на асфальт. Победитель смотрит на ларек с хотдогами и челика, что там прячется. Не сбежал. Он либо трус, либо болван. Тут вообще то тройное убийство, а он думает, будто эти сочные, вкусные и любимейшие хотдоги защитят его? Что ж — да. Адам хочет жрать, а убивать уже кого-то — нет. Ты не ты, когда голоден. Адам сперва вынимает гитару из тела девушки и тогда открывается вид на выпотрошенный корпус. После этого гитарист-садист уже второй раз требует. — Еду гони! — более раздраженно потребовал Адам. Чудеса страха заставили продавца сварганить ему хотдог и лишь протянули ему в салфетке фастфуд, Адам откусил больше половины и принялся жевать… Представьте, вы съели котлету с панировкой из такой пропавшей мочой туалетной бумаги и мясом из протухшего дерьма. Есть дерьмо, есть протухшее, а есть протухшее дерьмо. Адам плюет все это из-за рта, всю прожеванную кашу. Ох, он был недоволен и посмотрел на продавца так, что тот юноша уже сам хотел лезть внутрь тележки. — Ты! Ты что продаешь здесь?! — берет Адам задохлика за футболку и чуть не рвет. — Хо-хо-хо-хо-хо-хотдоги! — пищит напуганный грешник. — Они свежие! Сам пробовал! — Какого, трахать тебя кочергой, они отвратительные?! — Адам собирается поднять гитару, которая еще мокрая от крови. — А я… А я… А вы что… новенький? — решил задать вопрос грешник, который как-то успокоил себя и меньше стал паниковать. — Это у тебя щас гитара в башке будет новой! — уже собрался замахиваться Адам, дабы исполнять возложенный и снятый долг по сокращению грешников. — Новенькие так чувствуют еду, не бейте меня!!! — завопил уже каким-то фальцетом продавец и закрыл лицо локтями. Адам остановился. Тогда продавец чуть раскрыл локти и увидел непонимающее, но все еще горящее ненавистью выражение черного лица. — Ну-ну-ну… Когда новые попадают сюда, им воздух как бы воняет, тело может болеть, а еда… казаться говном? — привел аналогию продавец, который желал бы убрать руку Адама, но даже прикасаться не желает, дабы не провоцировать. — Значит, новые так чувствуют… Сколько мне эту хуйню… Всю терпеть? — Адам решил задать вопрос, при котором он распишет что ему вообще делать, пока он не привыкнет к этой дыре. — У меня было 2 недели. — очень быстро протараторил продавец. Адам падает на бордюр задом. Вот 2 недели терпеть и жрать все это? Да как он шизу не словит, если уже не словил. Сколько он спал тогда, пока его не нашла гиена и псина? Что? Неделю? Хоть бы, хоть бы. Вот через неделю, если хотдог даже будет вкуснятиной, то не все потеряно. Эх, а вот в Раю сейчас лазанья. Его еще посетила такая мысль — в этот раз, да без ран! Тем более он же не противодействовал огнестрелу! Да он же гений! Только в этот раз рисков было больше — не поворачиваться спиной ни к кому. В этот же момент Адам прижимается спиной к основанию моста и видит, как ему протягивает хотдог продавец. — Вот, поешьте. Вам нужны силы. Знаю, вам трудно, но я вижу вы ранены и не ели до этого. — продавец уже его не боялся, но больше желал заручиться доверием убийцы, чтоб спасти шкуру. Адам взял за салфетку сосиску в тесте и сразу затолкал в себя половину и очень быстро пожевал, да и проглотил. Мерзко. Так он сделал и со второй половиной. Адам чуть ли не плачет от отвращения, но ест уже 4 сосиску. Все, больше не может. Воли не хватило. Наелся и спит почти что. Продавец быстро берет деньги из бумажника трупа и тут поворачивается к Адаму. Адам машет пальцами, чтобы он подошел и тут же отнимает деньги из руки с кошельком. Они ему нужнее. Пока он отворачивается в другую сторону. Продавец поднимает ножку от тележки и медленно крадется назад. Так он крадет деньги у трупов, которые не были интересны этому маньяку и катится прочь. Адам не хочет говорить больше, рот то как в говне. Вот, что еще интересно — первый раз использовал крылья. Грешник ощущает несварение, но желает подняться до крыши и сидеть там. На высоте безопаснее — все как у птиц.***
Встав, Адам расправляет крылья, рыгает, чтобы выпустить лишний воздух и прыгает на месте. Жалеет, правда, потом. Хотдоги устроили сраный… Что-то. Сранный что-то. Тогда Адам несколько раз машет большими черными крыльями на месте и взлетает. Да! Он взлетает! Один метр! Два метра! Три метра! Четы… — БУАААААААААГХ!!! — Адама тошнит на четвертом метре и все содержимое, что не уместилось падает на землю. Голова качается, а крылья машут все медленнее и он не выдерживает… Адам падает лицом в блевотину с 3 метров и поворачивается на бок, чтобы случайно не захлебнуться. Как же ему плохо, но зато сыт. Хочется спать и он…Спит в своей блевоте посреди трупов от дурного самочувствия. Вдруг сюда придут убежавшие побратимы этой кодлы и приведут кого-то? Да он в таком состоянии не на что и его просто убьют. Придется встать. Адам опирается на гитару и начинает идти, попутно очищая рукавом маску от блевотины. Он видит куртку убитого им чувака. Она кровью не пропиталась, а значит можно носить. Он надел на себя куртку на голое тело и увидел шрам или шрамы — тут не точно. От нижнего конца пупка до ключиц. Это его так ножом ударили несколько раз перед смертью. И что? Круто смотрится зато. Еще второй шрам возле ребер - до боли знакомый по истории, но вспомнить откуда уже этот не получается. Вот в трусах щеголять как бы не то, а потому он стягивает и брюки, оставляя только свои ботинки на себе. Заблеванную мантию… Придется выбросить? ВОт уж дудки! Это мантия самого Адама и она с ним осталась даже после гибели! Хер там плавал! Адам все еще в маске. Ну и хуй с ним. Он в кожаной куртке, джинсах и ботинках идет вниз по мосту и видит речку, конечно туда ссали и блевали, но… Адам начинает отстирывать мантию просто макая ее и агрессивно натирая, а потом моет лицо. Тут его озаряет… А что? В других зданиях водопровода нету. Он бьет себя по лицу и произносит: Ебать я тупой! Адам выбивает двери какого-то здания, где ни камер, ничего нет. Пустое? Тут не работают? Хуй с ними. Адам находит туалет и там раздевается, а потом моет себя прямо в раковине. Вот хорошо, что нашлось ведро и Адам наполняет половину под изгибом смесителя и так намывает себя. Как же хорошо. Вот помылся десять минут и уже славно. — Кто, бля, здесь?! — резко вломился в дверь какой-то полноватый грешник с усами. Адам запищал и прикрыл пах, хотя в Эдеме ходил и голым и с листиком на письке. Охранник аж чуть не уронил фонарик и отпрыгнул от испуга. Он держал шокер в руке и коснулся черного крыла и подал электричество. Опять жуткая боль по всему телу, по промокшему телу и тело аж будто выпекает изнутри и Адам грохается на пол туалета вздрагивая. Охранник что-то начинает щелкать на мобильном в спешке. Пару минут спустя охранник закрывает на ключ нарушителя, пока он в шоке и подирает дверь собой. Это аж заметно. Адам встает на локти снова, как тогда при пробуждении. Как же ему херово, да еще и срать охота. Он решает пока засесть на толчке и подумать. Так, сейчас надо валить. Помылся, постирал мантию и на том спасибо… Кому? Да ему. Сделав все свои дела за пару минут, он в спешке начинает себя одевать. Так он дергает ручку и стучит ладонью по двери. — Открой! — Адам приказывает и толкает дверь плечом, но она словно толкает его в ответ. — Нет! Щас подвалит Никос и ты с ним будешь разбираться за то, что на его склад с наркотой проник! — отлично, теперь к нему еще и едут. Тут только один выход. Адам берет на плечо невысохшую мантию и топорную гитару в руки из-за туалета. Он бьет по двери сверху вниз раз и ощущает, как кто-то кричит. Это он ему прямо в плечо зарядил лезвием. Вот и еще раз бьет по двери и выковыривая кусок дерева летит на пол санузла. Тут он бьет третий раз и уже можно просунуть голову. — А вот и Джонни! — смеется Адам и ставит голову в дырке, смотря на охранника, который прижимает плечо и с ужасом смотрит на того, кого еще пару минут назад торкнул шокером. Цитата из какого-то фильма, про который говорили молодые райские постояльцы, пока он стоял за колой. Дед поднимается и старается ударить его шокером в эту дверь, но он во время удаляется назад и искры летят мимо лица. Адам смотрит на петли двери и решает поднабраться силы и как следует вдарить по ним, что они слетают с кувырком на землю и свободно пинает дверь в охранника. Далее помывшийся и посравший со всей свежестью несется и как выхватит из рук шокер, а потом начинает мучать этого мужика. Он орет своим старческим прокуренным голосом и зажимает рану на плече, хотя в этот момент дергается, как рыбка за аквариумом. Тогда Адам после целой минуты шокотерапии выходит вальяжно из здания. Этот дебил, который должен был подъехать — не подъезжает. Ну и хуй с ним. Адам с мантией на плече, с гитарой на плече, на которой мантия и с шокером в свободной руке выходит вальяжно туда, куда хочет. Он сытый, хоть и говном. Зато чистый, в классной одежде и у него два оружия! Да, он явно возвращает себе величие. Он аж поднимает голову и орет. — I WANNA ROCK! I WANT TO ROCK! — на последнем слове он акцентирует свой голос и орет это слово в небо. — I WANNA SHOCK! I WANT TO SHOCK! — сказал Адам и на последнем слове чиркнул шокером в небо, пока идет в обратную сторону от райского посольства и райского шара.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!