Глава 6 "Опять с начало"

Субару судорожно вцепился в подбородок, хрипло ловя воздух. Сознание медленно возвращалось, заставляя переосмыслить только что пережитый кошмар. Продавец яблок махнул рукой перед его лицом. — Эй, парень, ты в порядке? Эй! Недовольно цокнув, торговец ворчливо бормоча под нос, потащил юношу в тенёк. Тем временем в соседнем переулке замер силуэт в потрёпанном плаще. Охотник провёл пальцами по гравировке на прикладе, сверяя детали. Та же брусчатка, тот же запах гнили из сточного жёлоба — петля времени замкнулась. Метка на запястье пульсировала, словно подгоняя: "Смерть мальчика — твой билет назад. Но что, если..." Он поднесл дуло к виску, ощущая холод металла. Теория требовала проверки — вернётся ли он в "Сон охотника"? Палец дрогнул на спусковом крючке... — Нет, эксперимент подождёт. Сейчас важнее найти Нацуки. Но сначала стоило избавиться от ненужного внимания. Разобравшись с шайкой, он снял пальто, оставшись в слегка заношенной, но все еще опрятной белой рубашке. Ткань потемнела на сгибах, а манжеты были чуть истерты. Поверх нее плотно облегал жилет из потускневшей кожи, закрепленный несколькими пряжками. Маску спрятал в сумку, шляпу — в рукав, а сам направился к выходу из переулка, небрежно перекинув пальто через руку. Мир встретил его шумом улицы и суетой прохожих. Охотник глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. Нужно было составить план. Прежде всего — оружие. Как же не хватало пилы-топора. Далее — разговор с Нацуки. И наконец — поквитаться с той девушкой. Осмотрев толпу, он заметил знакомую сцену: Субару, смятенный, сталкивался с беловолосой девушкой, которая, не понимая происходящего, начинала повышать голос. Охотник решительно подошел, взял Нацуки за плечо и отвел его в сторону. — Т-ты! — Да, это я. — Ты… ты выстрелил в меня! Черт! — Ты погиб… но и я... тоже вернулся. На этот раз японский Охотника звучал немного лучше, пусть и все еще грубовато. — Та девушка… ты хотеть... помочь ей? — Мгх… д-да. — Тогда, если хочешь спасти ее, приходи в трущобы, в лавку Рома… как в прошлый раз. Но… — Но что? — Найди Райнхарта. Как прошлый раз… мы познакомились. — Зачем ты мне помогаешь? — Если умрешь ты… умру и я. Позже поговорим. Встретимся там. Субару до конца не понимал, что между ними происходит, но ощутил слегка схожую связь. В конце концов, согласился. Разойдясь с Субару, Охотник направился по улицам, время от времени спрашивая дорогу к трущобам. Удивительно, но местные понимали японский — или, точнее, его местный аналог. Некоторые смотрели на него с недоумением, но разговоры заканчивались на хорошей ноте. Как и в случае с Райнхартом, встречались и те, кто понимал ярнамский диалект. По пути он размышлял о языке, что получил через кровь, и обрывках воспоминаний Субару. "Мы рождаемся из крови, воспитываемся кровью, погибаем от крови." Охотник повторял хирагану, катакану, грамматику, прогоняя их снова и снова, чтобы лучше освоить речь. В отличие от грубого, отрывистого ярнамского диалекта, наполненного резкими звуками, японская речь отличается мелодичностью и плавностью звучания. К тому моменту, когда он добрался до трущоб, солнце уже клонилось к закату. Узкие улочки были полны бедняков с усталыми лицами — почти тот же Ярнам, но лишенный смертельной угрозы. Пройдя немного дальше, он наткнулся на небольшой домик, сколоченный из подручных материалов. Постройка выглядела грубовато, но внутри вполне можно было жить. Охотник остановился, оглядывая домик. Постояв немного, он услышал за спиной звонкий девичий голос: — Эй, ты! Что ты тут забыл? Он слегка повернул голову. Перед ним стояла девица, которая украла что-то у беловолосой ушастой. Она... буквально дышала ему в пупок. Внешний облик говорил ему о её принадлежности к бандитским делам — грубая, слегка потрёпанная одежда, красный шарф. Однако чрезмерная полуголая внешность немного смутила мужчину. — Что тебе здесь нужно? Ловить тут нечего, — в голосе звучала твердость к незнакомцу. Охотник внимательно оглядел ее. — Хм... Интересно. Значит, это ты, та самая — "Та самая"? О чем ты вообще? Кто ты такой? За мной пришел? — У тебя есть то, что нужно моей… знакомому. Девчонка вздрогнула. В мгновение ока её ладонь обхватила рукоять клинка, лезвие с лязгом выскочило из ножен.— Тц… Да кто ты, еще раз спрашиваю?! Охотник слегка улыбнулся. — Просто Охотник.— скинув пальто рядом, мужчина встал в стойку. Фелт с яростным криком бросилась вперед. Она двигалась очень ловко целясь в открытые места. Он плавно отклонился назад, позволив лезвию пронестись в миллиметре от груди. Затем шаг в сторону — удар вбок прошел мимо. Ещё один выпад — и он вновь увернулся, скользя по земле, будто танцуя. — Тц… Чёртов… УМРИ!! ЖЕ!! УЖЕ! — Фелт стиснула зубы, замахиваясь снова выкрикивая ругань. Она наносила удары один за другим, быстрые, но злые, почти безрассудные. Он читал её атаки, слишком предсказуемо, и каждый раз клинок рассекал лишь воздух. И вот — миг промедления. Её правая нога чуть дольше задержалась в шаге, корпус открылся на долю секунды. Этого было достаточно. Охотник сместил вес, ушел ниже и точным движением выбил у неё опору. Фелт не успела среагировать — ноги взметнулись в воздух, мир перед глазами перевернулся. Едва её тело коснулось земли, Охотник молниеносно, перекрутил хрупкие запястья за спину. Детские пальцы беспомощно сжались в кулаке. — Ты... чёртов... — выдохнула она, дёргаясь всем телом, как пойманная в силок лиса. — Твоя техника клинка на троечку, — произнёс он. — С минусом, хват слабый, стойка шаткая. С таким подходом до рассвета не доживёшь. — Да пошёл ты! — Рывок вверх едва не вывихнул ей плечо. — Люди! На по... Вторая ладонь резко закрыла ей рот, заглушая крик. Сквозь пальцы прорвалось лишь приглушённое хрипение. — Глупость приведет тебя к гибели мышонок, — голос стал ниже, почти шёпотом, от чего страх только усилился. — Ты вор. Напала первой. И пусть ты девчонка... — Пальцы медленно скользнули к её шее, легко касаясь пульсирующей вены. — Это не меняет того факта, что ты посягнула на мою жизнь. Там, откуда я родом, с такими, как ты, не церемонятся. Тело под ним внезапно обмякло. Мелкая дрожь пробежала от копчика до затылка, зрачки расширились, поглощая панический ужас. Воздух вырывался из сдавленного горла короткими, рваными всхлипами. Осознав, что делает, он замер. В голове всплыли воспоминания — дочь Гаскойна. Разве охотник должен быть таким? Принижать слабых, когда его цель — защищать их от монстров? Спустя пару секунд он ослабил хватку, отпуская её запястье. — Если будешь тренироваться усерднее, станешь лучше, — сказал он, протягивая ей руку. — Прости, что причинил тебе боль... но ты первая напала на безоружного. Фелт поднялась, быстро отряхивая с одежды пыль. Она взглянула на него с недоверием. На вид — не простолюдин, скорее кто-то из среднего класса, а может, даже аристократ из незнакомого дома. Но точно не из Лугуники. — И как тебя зовут? — хмыкнула она, смахивая последние пылинки. — Охотник, — коротко ответил он. — А тебя? — Фелт. Странное у тебя имя Охотник? — переспросила она, прищурившись. — У тебя что, имени нет? — Имя? — На мгновение он задумался. Было ли у него имя? Как его называли при жизни? Запнувшись, он откашлялся. — Что ж... Думаю, можешь называть меня Хантером. — Раз ты охотник, то на кого же ты охотишься? На людей? Беззащитных детей? — Я уже извинился перед тобой. Повторяю: ты первая напала. И, кстати, у тебя есть то, что мне нужно. — Ты за инсигнией? — Кхм... — короткая пауза. — Да. Инсигния нужна моему другу. —Хочешь её вернуть? Не бесплатно, конечно. Меня интересует цена вопроса. Заказчик заплатил гораздо больше, чем ты можешь себе позволить. 20 монет между прочим. — она скрестила руки приняв самодовольную позу. — Так как я сейчас без денег, то предлагаю обмен. Хантер засунул руку за сумку и вытащил оттуда красный рубин — приличный камень, сияющий в лучах заходящего солнца. — Смотри. Он поднял камень выше, и алый свет вспыхнул в его гранях, отразившись в карих глазах девушки. Фелт на мгновение замерла, заворожённо глядя на него, но тут же моргнула, отводя взгляд. — Как же сложно с детьми... — пронеслось у него в голове. — Ну так что? Согласна на обмен? — Хм... Рубин стоит дорого, но кто тебя знает. Может быть, ты мошенник? Старик Ром оценит твой товар, а там уже решим. В голове мелькнуло воспоминание. Когда он вошёл в хижину, Ром уже был мёртв... Хантер хмыкнул. — Раз уж ты предлагаешь, то почему бы и нет. Хантер наклонился, поднял своё пальто, отряхнул его и повернулся к Фелт. — Плечо не болит? — Бывало и хуже, — буркнула она, всё ещё недоверчиво поглядывая на него. — Как грубо, — хмыкнул он. — Что ж, показывай дорогу. Они направились в сторону лавки Рома. По пути Хантер расспрашивал Фелт — о её прошлом, о старике Роме, об этом мире. Из нового он узнал, что они в Королевстве Лугунике, Ром воспитал её и немного о языке. В переулках им встречались бездомные, женщины в обветшалой одежде, больные, люди, выглядывающие из-за углов с подозрением. Когда впереди показался мост, стало ясно — за ним уже находилась барахолка. — Вот и пришли, — сказала Фелт, подходя к хижине. Она постучала три раза. Из-за двери раздался глухой, тяжёлый голос: — Гигантским крысам? — Яд. — Скелетам? — Яма. — Благородному дракону? — Мешки с дерьмом. Дверь скрипнула, приоткрылась, и в проёме показался огромный мужчина преклонного возраста. — Ого... — пробормотал Хантер. "Вот это туша", — промелькнуло у него в голове. — Привет, старик Ром. Прости, что задержалась, возникли некоторые трудности, — сказала Фелт. — Здравствуй Фелт,рад тебя видеть. Мм?, а кто это? — У него к нам дело. — О-о, вот оно как,заходите. Зайдя внутрь, дверь за ними закрылась. Хантер огляделся: лавка была завалена доспехами, оружием, всякими безделушками. Здесь можно было найти все что душе угодно. Они уселись за стойку, а Ром, покопавшись в одном из сундуков, достал бутылку и плеснул белую жидкость в стакан, протянув его Фелт. Она сделала глоток и, поморщившись, произнесла: — Аа… — Эй, а почему молоко разбавленное? — недовольно спросила она. — Спасибо бы сказала! И так от сердца отрываю, — проворчал старик, потрепав её по голове. Хантеру стало чуть теплее на душе, наблюдая за этой сценой. — Мне тоже налейте что-нибудь покрепче, — сказал он. — Э? А заплатить есть чем? — Конечно. Хантер засунул руку за пазуху и достал рубин, положив его на стойку. Глаза Рома тут же расширились. — П-погодите-ка... Он пододвинулся ближе, взял камень в руки, поднёс к глазу, разглядывая в неверном свете. — Так-с... Чистый рубин! Да ещё и работы какой… Эй, парень, ты что, из аристократов? — Просто охотник, — спокойно ответил Хантер. — И на кого же ты охотишься? За сокровищами или… за людьми? Хантер выдохнул, уже понимая, к чему ведёт этот разговор. — Не важно, — пробормотал он, затем махнул рукой. — Налейте уже что-нибудь. Ром достал пузатую бутылку, пробка вышла с тихим хлопком, разливая по комнате терпкий запах алкоголя. — Раз уж ты такой таинственный, — пробормотал старик, наливая янтарную жидкость в деревянный стакан, — хоть пей да не кривись. Хантер взял стакан, покрутил его в пальцах, а затем сделал глоток. Жидкость обожгла горло, но он не поморщился, лишь слегка качнул головой. — Неплохо. Фелт хмыкнула, наблюдая за ним. Допив молоко, она вытерла губы рукавом и, не отрывая глаз от Рома, спросила: — Так сколько дашь за него, старик? Ром, не отвечая, продолжал изучать рубин, переворачивая его в массивных пальцах. В глазах старика блеснул интерес. — Хм… Ого-го… Выручить за него можно очень даже неплохо. Фелт расплылась в широкой улыбке. — Больше двадцати? Ром ухмыльнулся, но всё же кивнул. — Гораздо больше. — Сколько? Старик задумчиво потер подбородок, продолжая разглядывать камень. — Я бы дал… семьдесят. Фелт фыркнула. — Эй, старик, ты что, торговаться разучился? За такую красоту можно и девяносто выложить. Ром прищурился, но в глазах мелькнул азарт. — Дерзкая ты, девчонка… Ну да ладно, девяносто так девяносто. Фелт довольно кивнула, явно радуясь удачному обмену. Хантер же молча наблюдал, чуть приподняв уголки губ. Всё шло так, как он и ожидал. Пока разговор о рубине затягивался, Хантер сделал несколько глотков крепкого напитка и бросил взгляд в угол комнаты. Там, в старой бочке, среди разного хлама, тускло поблёскивало нечто знакомое. — Эй, старик, что у тебя там за оружие? Ром оторвался от осмотра рубина и лениво взглянул в ту сторону. — А, это? Да какая-то плотницкая штуковина, наверное. Пила с длинной рукоятью, нашёл её утром. Охотник напрягся. Внутри что-то дрогнуло, будто едва слышный звон эха из прошлого. — Можно взглянуть? — Да без проблем. — Старик поднялся, извлёк инструмент из бочки и передал его. Как только Хантер сомкнул пальцы на обмотанной рукояти, в груди шевельнулось забытое чувство. Тяжесть, баланс, едва заметные следы засохшей крови на лезвии… Это была не просто старая пила. Это был его верный товарищ. — Хех… — едва слышно выдохнул он, пристально рассматривая оружие. — Привет, старый друг. Ром скептически прищурился. — Так это твоё? Ты уверен, что не резал этой штукой людей? Хантер продолжал гладить лезвие, пальцы нащупали знакомые вмятины и сколы. — Только монстров и...некогда людей. Он знал, что это ложь. Он знал, что среди тех, кого он убивал, были и те, кто ещё оставался людьми. Он помнил, как Ярнам утопал в крови, как огонь пожирал дома, а улицы превращались в бойню. Он замер, на мгновение потерявшись в этих воспоминаниях. — Мда… — пробормотал Ром, наблюдая за ним. — Жутковатая штуковина, не продашь кому попало. Фелт хмыкнула, склонив голову набок. — Ну, теперь ты хотя бы выглядишь как настоящий охотник. Спрятав оружие, Хантер перевёл взгляд на Рома и, постукивая пальцем по стойке, спросил: — Ну так что, старик? Девяносто монет или как? Ром кашлянул, покачав головой, затем направился к шкафу, шаря внутри в поисках нужного мешка. — Хм, конечно, конечно. Дай-ка я всё пересчитаю. Фелт скрестила руки на груди, насмешливо покачав головой. — Быстро ты, однако. Может, сначала объяснишь, зачем она тебе вообще нужна? Хантер, не изменившись в выражении лица, лишь покачал головой. — Она нужна моему… другу. Фелт хмыкнула, стрельнув в него лукавым взглядом. — Дорогие у тебя друзья, раз за них платят такими камнями. Хантер не ответил, лишь налил себе ещё немного крепкого, сделал глоток и поставил стакан на стойку. — Главное, что все остаются в плюсе.

стук в дверь

— Это ко мне. Сейчас открою. Хантер проводил её взглядом, затем, сделав ещё один глоток, повернулся к Рому. — Безопасно ли вот так просто открывать дверь? Ром уже закончил считать деньги и теперь нёс девять небольших мешочков, каждый из которых был набит десятью монетами. — Ну, не чужие люди, — ответил он, пожав плечами. После этих слов он взял рядом стоящую массивную палицу, спрятав её под стойку. — Для профилактики. В этот момент дверь распахнулась, и внутрь плавно вошла женщина. Она была довольно высокой, примерно чуть ниже Охотника. Её фиолетовые глаза были устремлены вниз, и от неё исходило невероятное спокойствие, а бледная кожа заметно выделялась даже в этом мрачном интерьере. На ней был надет чёрный плащ, но она оставила его спереди открытым, поэтому под ним можно было легко увидеть её облегающий чёрный наряд. Какой бы стройной она ни была, её изгибы были во всех нужных для женщины местах. Та самая женщина, что однажды лишила его рук. Эльза посмотрела на Рома и чуть улыбнулась. — Какое приятное совпадение, — промурлыкала она. — Я и не думала, что встречу тебя здесь, Ром. — Мир тесен, — буркнул он, бросая быстрый взгляд на спрятанное оружие. Эльза перевела взгляд на Хантера. — А это кто? Фелт ухмыльнулась, сложив руки на груди. — Конкурент. Он даст больше, чем вы. — Ара, вот как.

***

Трое сидели за столом, когда Ром протянул Эльзе стакан с напитком. Она неторопливо отпила, затем с лёгкой улыбкой произнесла: — Вот как… Теперь всё ясно. Вы предлагаете 90 золотых за инсигнию? — Да, — коротко ответил Хантер, оставаясь хладнокровным. Эльза лукаво прищурилась, скрестив руки и подперев ими грудь. — Ара-ара… Мне нравится твой взгляд. Он даже не дрогнул. Фелт вмешалась с ухмылкой: — Если у вас есть предложение получше, я только за. Эльза вздохнула и пожала плечами. — Увы, я всего лишь посредник. Если сделка сорвётся, мой заказчик будет разочарован. Она высыпала на стол горсть монет. Ром сосредоточенно пересчитал их, после чего хмыкнул: — Двадцать серебряных. — В сумме выходит сорок. Двадцать были авансом, и ещё двадцать сейчас, — подвела итог Фелт. Эльза с легким сожалением улыбнулась: — Ара… Какая досада. Она встала, поправляя накидку. — Значит, сделка оказалась не в мою пользу. На мгновение её взгляд задержался на Хантере. — Кстати… Он поднял на неё холодный взгляд. — Что ты собираешься делать с инсигнией? Мгновение тишины. Под столом палец Хантера сжал курок. Глухой выстрел разорвал воздух — пуля пронзила ногу Эльзы, заставив её рефлекторно дёрнуться назад. Ошеломлённая, она на миг застыла, прежде чем отскочить, взметнув подол своего наряда. И тогда на её лице появилась эта знакомая, пугающе-извращённая улыбка. — Ара-ара… — протянула она, облизывая губы. — Вот это поворот. Эльза медленно выпрямилась, удерживая равновесие, несмотря на раненую ногу. В её глазах не было боли — только возбуждение, жажда испытать больше.Достав тёмный клинок, чьё лезвие зловеще блеснуло в полумраке, Эльза без единой гримасы вытащила пулю ножом прямо из раны. — Как жаль… но это раздражает, — её голос дрогнул не от боли, а от предвкушения. Она скинула окровавленную пулю на пол и подняла на Хантера взгляд, полный садистского восторга. Ром не стал тратить время на слова — схватив тяжёлую палицу, он рванул вперёд, пытаясь обрушить на убийцу сокрушительный удар. Та лишь скользнула в сторону, её движения были быстрыми и ловкими. Хантер уже перезаряжал пистолет, зажав его в левой руке, а в правой крепко сжимая пилу-топор. В этот раз была важна каждая секунда — Беги! — рявкнул он, не отрывая взгляда от Эльзы. Фелт замерла, сжав рукоять своего клинка. — Н-но… — Живо! — рыкнул он, резко двинувшись вперёд, навстречу Эльзе. Фелт сжала губы, но её инстинкт самосохранения взял верх — развернувшись, она бросилась к выходу. Эльза лишь хищно улыбнулась, держа клинок наготове. — Ах, какой решительный мужчина… — промурлыкала она, облизывая губы. Ром, перехватив палицу поудобнее, двинулся первым. — Давай посмотрим, насколько ты быстра, тварь! Хантер не стал ждать — сделав шаг вперёд, он поднял пистолет и спустил курок.