Часть 15

Ночной Альт-Сити был завораживающим. Пёстрые вывески, неоновые огни магазинов, музыка, машины, люди. Но обратная сторона была не менее притягательной. Дилану понравились тёмные закаулки, тихие подворотни, пустующие дворы с детскими площадками и, конечно, водные каналы, протягивающиеся через весь город. — Тут круто, — выдохнул Дилан, опираясь о каменный парапет под мостом. На воде играли блики от фонарей у дороги, приятная прохлада остужала возбуждённую голову. — А то, — хмыкнул Радан. Радан, казалось, знал самые интересные места. Сначало с ним было неуютно, царило напряжение, но вскоре оно развеялось вместе с дымом сигары, а в голову ударил алкоголь, пусть пока ещё слабо. Всегда можно добавить, не зря же он с собой таскал пару бутылок. — Будешь? — предложил, протягивая железную банку. Дилан даже не взглянул на название, взял и отпил, тут же морщясь и закашливаясь, — Пф, слабак. — Не люблю алкоголь, — и Дилан вовсе не оправдывался, просто констатировал факт. Но горечь на языке и последующее за ней тепло откладывали тяжёлые мысли на задний план. Радан хмыкнул, но ничего не сказал. Они ещё какое-то время простояли в тишине, потом двинулись дальше. Обогнули мост снизу и поднялись наверх, направляясь к набережной. Всюду горели фонари, прохожие, даже в столь поздний час, по-прежнему заполняли улицы. Набережная встретила их почти дневным светом, автоматами со снэками и напитками, а ещё прекрасным видом на море, уходящее в даль. На водной глади можно было рассмотреть преломляющийся свет от купола. Радан запрыгнул на перила и, не боясь навернуться с них в воду, начал болтать ногой. Дилан пристроился рядом, не решаясь запрыгнуть следом. Наверное, алкоголь подействовал ещё слабо. — Всё время забываю, что ты железка, — тихо вздохнул Радан спустя длительное молчание. От его хриплого низкого голоса Дилан вздрогнул и поднял на него глаза, — Ты такой... живой, что если не держать этот факт в голове, легко про это и вовсе забыть. — Я тоже забываю иногда, — хмыкнул Дилан и ещё отпил из банки. На вопросительный взгляд с приподнятой бровью, он пожал плечами, — Я ведь даже не знал, что стал андроидом. Всё как всегда — работа, дом, учёба, родители. Вот только один подслушанный разговор и хоп — уже в бегах. Как-то не прикольно вышло. — А каково это, ну... Быть андроидом? Дилан задумался. Он особо не замечал сильных отличий от своей прошлой жизни. Кроме того, что при прикосновении к ладони появлялся серийный номер, а в глубине глаз по прежнему светился красный огонёк. Но почему-то одно только знание того, что он — уже мёртв, а Дилан его несчастная замена, ударило так, что в груди дыхание спёрло. Сейчас, думая об этом, он не совсем понимал свою реакцию. Может, на него так действует алкоголь?.. — Не знаю. Всё, как у людей, — Дилан поднял руку, сжал пальцы веером пару раз, но кожа двигалась, как человеческая, мышцы под ней перекатывались, костяшки, переплетающиеся линии вен. — Я таких андроидов, как ты, ещё не видел. — И не увидишь. Я такой один-единственный, — хмыкнул Дилан, но получилось как-то не весело, — Особенная разработка Империи на заказ, только для моих родителей. Забавная игрушка, а? Радан замолчал, отвёл взгляд на море. Сложил руки вместе, переплёл пальцы, играясь с ними, словно нервничал, но выглядел спокойным, даже умиротворённым. Не было резкости и пылкости. Дилан с удивлением обнаружил, что не чувствует того страха перед ним, который заставлял сосать под ложечкой. Было комфортно. Он запрокинул голову и влил в себя остатки ядрёной алкогольной мешанины. В голове стояла уже приятная муть. — Я ведь тоже от родителей сбежал. Дилан повернулся к нему вполоборота. Пахло морем, свежестью, прохладой, а ещё сигарным дымом и стойким, сладковатым ароматом спирта. Рыжий ирокез растрепался, на шее влажно блестел остывший пот после душного бара и машины, а Радан глядел тёмными глазами, почти серебряными из-за света фонаря над головой. Дилан в них нашел своё отражение. — Как это произошло? — из всех вопросов он решил задать самый нейтральный. Радан отвернулся. Опять закурил. — Отец мудак, отправил в сумасшедший дом, мать соплячка, бросила на произвол судьбы. А я сбежал. Дерьмово. Впрочем, Дилан так и сказал. Радан фыркнул, выпустив колечко дыма сквозь зубы. — Мы сейчас хоть с мамой помирились. Всё ещё не могу простить её, но мы сейчас общаемся. Правда, в глаза ей смотреть не могу. На ярость пробивает. — У тебя с ней проблемы. — С кем? С мамой? — Нет, с яростью. Наверное, будь они трезвы, Дилан бы не избежал драки. Но ему повезло, а Радан расхохотался, едва не свалившись с перил. Он слез с них и встял рядом, похлопав Дилана по плечу. — Пойдём, возьмём ещё по баночке.

***

Они вывалились из машины в прямом смысле этого слова, пыхтя и проговаривая ругательства заплетающимся языком. Дилана тут же подхватили незнакомые руки, помогая выпрямиться на шатких ногах. Ему было жарко, и он завертелся, но выбраться из хватки ему не дали. — Радан! Дилан! — взволнованный голос Кейт разрезал такую приятную тишину. Дилан, подставляющий лицо под нежные потоки холодного ночного воздуха, поморщился, — Где вы были? Вы знаете, который час? — Да не переживай ты, Кейт, — невнятно пробормотал Радан, и Дилан услышал, как что-то ударилось об машину, с последующим звонким "Блять". — О, Свет, насколько ты пьян? — По моим расчётам — "в стельку", — раздражающий писк над головой заставил Дилана спрятать голову. Он с тихим мычанием тычется носом в чужую толстовку. От неё пахло тёплой землёй, травой и дымом. Запах перебил подкатывающуюся к горлу тошноту, и он блаженно закрыл глаза. — Как же вас разнесло! — Кейт, ну что ты... Не дерись, пожалуйста... Ну всё, я больше не буду, — бубнёж прерывался переодическими ругательствами. — Ло, давай, потащили их. Я больше не вынесу! — Может, мне Радана взять? Он тяжелее будет, — спокойный голос, умиротворяюще тихий, шелестящий, как шёпот листвы над головой. Дилан с удовольствием прислушался. — Ничего, мне не впервой. Давай быстрее. Дилан, наверное, отключился по пути, потому что в следующее мгновение его опрокинули на мягкую и холодную кровать, от чего голова снова закружилась, и он перевесился через край, чтобы выблевать содержимое желудка, в удобно подставленное ведро. Кто-то погладил его по спине, мягкими движениями широкой тёплой ладони, и Дилан только сейчас понял, насколько ему холодно. Он попытался завернуться в покрывало, но чужие руки остановили, стянули пиджак и сапоги, утёрли с влажного горячего лба пот и убрали растрепавшиеся пряди волос. — Эй, он весь горит. — Это нормально, учитывая количество алкоголя. Меня больше волнует, что он вообще опьянел. Разве его организм не должен быстро выводить любые токсины? Дилан особо не вслушивался. Перевернулся на бок, свернувшись колачиком, и впал в бессознательную дрёму. На переферии сознания он ощущал чужое прикосновение, осторожное, ласковое даже. Так и вырубился, наконец почувствовав себя дома.