Часть 2. Неожиданные гости.

6 курс.

      Лето в этом году выдалось холодным. Я шла домой, кутаясь в свой лёгкий кардиган, и жалела, что не надела что-то потеплее, как советовала мама. — Нет, Хэппи. Мы идём домой. — сказала я своему лабрадору, который было потянул меня в сторону любимой площадки.       Мы и так проторчали в парке час. Уже стемнело. Родители, наверное, волнуются, а защитник из этой золотой дружелюбной морды так себе. Так что я ускорила шаг.       Пока шла, размышляла о том, что буду скучать по собаке. В Хогвартс его взять нельзя, а первое сентября уже на носу. Как-будто почувствовавший мою грусть, пёс пошел рядом со мной, больше не отвлекаясь на кусты и лужайки. Я почесала его за ухом. Дошли быстро, и как только я закрыла за собой дверь, крикнула: — Я дома!       И было потянулась снимать поводок, как меня остановил голос. Человека, которому здесь быть не полагалось. — Добрый вечер, мисс Бишоп. — учтиво сказал Дамблдор, и наклонился погладить устремившегося к нему Хэппи. — Здравствуйте, профессор. — сказала я, пытаясь не выдавать своего удивления. Что он здесь делает? — Прошу. — он улыбнулся и повел рукой, приглашая меня в мою же гостиную.       В голове роился миллион мыслей и вопросов, но, сняв таки поводок с собаки и положив его на тумбочку, я прошла за директором.       В гостиной передо мной предстала странная картина. Родители сидели на диване, ужасно бледные. И в неестественных позах, так чинно, как-будто это не их дом. Мама вцепилась в чашку с чаем, а отец успокаивающе держал свою руку на ее колене. Да что здесь происходит?!       Дамблдор, не замечая напряжения, спокойно приземлился в кресло, и я, последовав его примеру, села на соседнее. — Итак, мисс Бишоп, — начал директор. — Дело вот в чем. Вашего отца переводят обратно в Болгарию, и я здесь, что бы убедить ваших родителей в том, что вам следует остаться в Хогвартсе. — Директор перевел взгляд на папу, и тот нервно откашлявшись, заговорил. — Дорогая, ты уже взрослая. Мы обсудили все и пришли к выводу, что решение следует принять тебе.       Просто прекрасно. Честно говоря, я не видела смысла снова переезжать и менять школу. Учиться-то осталось всего два года. Конечно, обстановка была так себе. Волан-де-Морт вернулся. Но я же могу в любой момент уехать к родителям, если что-то пойдет не так. Да и я привыкла к Хогвартсу, у меня есть друзья здесь. Так что. — Я остаюсь.       Дамблдор улыбался, папа просто кивнул. А мама… Она так и не подняла на меня взгляд, гипнотизируя свой чай. — Что ж, прекрасно! Больше не смею смущать вас своим присутствием. — сказал директор, и хлопнув в ладоши, встал с кресла. — Да и мне пора, Гарри ждёт. — О, передавайте ему привет. — удивлённо сказала я. — Обязательно.       Интересно, что они будут делать? Впрочем, Дамблдор уже направился на выход, и я поспешила его проводить. Уже будучи у двери, он обернулся. — Ох, совсем забыл! Память в моем возрасте удивительно избирательна. — он улыбнулся. — Я жду вас в своем кабинете, в субботу первой учебной недели, к восьми.       Вот уж не знаю, что именно отразилось на моем лице, но директор поспешил меня успокоить. — Не о чем переживать. Просто мне нужно обсудить с вами пару вещей, мисс Бишоп. — Эм, хорошо. — только и ответила я.       Подмигнув, Дамблдор вышел за дверь и тут же трансгрессировал с негромким хлопком. Я осмотрелась, улица была пустынна, свет в доме напротив не горел. Но так открыто трансгрессировать в магловском районе… Впрочем, это же Дамблдор.       Я закрыла дверь и вернулась в гостиную. Родители о чем-то говорили, но тут же замолкли, когда я вошла. Мама унеслась на кухню, что-то щебеча про мытьё посуды, которую, как я знала, она помыла ещё до того, как я ушла гулять с Хэппи. Отец был более стойким и остался на месте. — Ну, рассказывай. — садясь в кресло, где сидел Дамблдор, сказала я. — О чем? — уже спокойно спросил отец. В целом, он был сейчас гораздо расслабленнее, и сидел в более привычной позе. — О том, почему я возвращаюсь домой, а тут Дамблдор. И вы с мамой сидите бледные, как инферналы. — Мы просто не ожидали его визита. Ты сама знаешь, мама не часто сталкивается с волшебством, а Дамблдор… — папа запнулся, подбирая слова. — Да, понимаю. — кивнула я, избавляя его от надобности объяснять.       Директор был воплощением магии. А мы с папой не пользовались волшебством дома. Просто так повелось. Мама не была волшебницей, а папа был маглорожденным, так что до одиннадцати лет жил в самой обычной семье. И начав отношения с мамой, он долгое время успешно скрывал, что он волшебник. Да и когда все-таки рассказал, решил для себя, что дома может обойтись и без магии. Так что я понимала, почему мама так шокирована. — Так и почему тебя снова переводят? — Мне предложили повышение с значительным увеличением зарплаты. Но в Болгарии. Я подумал, что это хорошее предложение. — отец улыбнулся. — Нам не придется адаптироваться, и тебе было бы гораздо легче, ведь мы жили там. — И ты планировал сказать мне об этом когда?       У меня в голове не укладывались его слова. Отец не был скор на принятия решений. Прежде чем завести Хэппи, он раздумывал год! Прежде чем купить рубашку, он сначала идёт в магазин, меряет то, что ему нравится. Но покупает не сразу, а через пару дней. «Верное решение невозможно принять в спешке. Нужно дать себе понять, хочешь ли ты чего-либо на самом деле, а для этого нужно время.» — так он всегда говорил мне.       И именно то, что он так серьезно относился даже к выбору одежды, и породило во мне сомнения. А тут повышение с переездом, о которых он не говорил. Плюс, первое сентября через три дня. — Сегодня. Я планировал сказать об этом сегодня. Не было полной ясности в том, что меня повысят, поэтому я не говорил ничего вам с мамой. — отец тяжело вздохнул и посмотрел на меня. — Тебя что-то тревожит? — Просто это на тебя не похоже. — Понимаю, но такое случается, милая. Ты же знаешь, я хочу дать вам с мамой все самое лучшее, поэтому было бы глупо с моей стороны отказываться.       Что ж, он прав. Пока мы жили в Болгарии, я не ощущала важности статуса. В Дурмстранге всем было глубоко наплевать, кто ты, кто твои родители, сколько денег у тебя в банке. Главным было то, что ты можешь, насколько ты талантлив, и как хорошо справляешься с поставленной задачей.       Так что перевод в Хогвартс стал для меня не самым лёгким испытанием, хотя я этого и не показывала. Нет, профессора здесь тоже не видели различий между учащимися, кроме, разумеется, успеваемости. Но вот сами студенты… Оказалось, что кровь, текущая в моих жилах, должна определять кто я есть. А быть рождённой в семье, где мать магл, а отец маглорожденный… Популярности такое не прибавляло. Хоть вопросики к этому были только у слизеринцев. — Когда уезжаете? — отвлекшись от своих мыслей, спросила я у отца. — Я планировал в субботу вечером, но Хогвартс-Экспресс в воскресенье, так что я думаю… — Все нормально, пап. — перебила его я. — Как ты сказал, я уже взрослая. До вокзала доберусь.       Я улыбнулась. При маме мы даже разбитую чашку просто выбрасываем. Поэтому путешествия через порталы, камины, да и вообще любой магический способ — точно отпадают. Так что родители полетят на самолёте, а это выматывает. Воскресенье для них будет днём, что бы немного прийти в себя и обустроиться. Я все понимала. — Спасибо, дорогая. Я оставлю денег на такси.       В итоге вещей у родителей с собой было не так много. Отец не стал избавляться от нашего дома в Болгарии, так что уезжали они не в никуда.       Наше прощание не обошлось без слез. С маминой стороны. Отец же всегда прекрасно контролировал свои эмоции, и слава Мерлину, я эту его черту переняла. Немного поспорили о том, как часто я буду им писать. Мама настаивала на каждые два дня, чему я воспротивилась. Представления не имею, о чем можно так часто рассказывать? Поела, поспала, позанималась? Скукотища. Пустая болтовня не входила в перечень моих приоритетов. Так что договорились на раз в неделю.       Я присела и обняла Хэппи. Конечно собаку родители забирали с собой. Тут мне и вправду стало грустно. Нет никаких шансов, что эту здоровую морду пустят лететь в салоне. — Не переживай, — шепнул папа, когда я встала, и обняла его. — Я наложу на переноску пару заклятий, у него будет отличный полет, в отличии от меня.       Я усмехнулась. Папа ненавидел самолёты. — Будь осторожна, ни с кем не конфликтуй, и не забывай… — затараторила мама, обняв меня. — Я тоже буду скучать, мам. — перебила я ее поток наставлений. — Люблю тебя.       И вот родители уехали. Я же поднялась в свою комнату, и неспешно начала собирать чемодан. Мыслей было море. Что ждёт нас в этом году? Конечно, Амбридж уволили, Дамблдор снова директор, и министерство признало возвращение Волан-де-Морта. Только вот какой ценой?       Этим летом я много писала Гарри. Он убеждал, что все в порядке, что держится. Но я понимала, как важно сейчас не дать ему почувствовать одиночества. Так что мы с Роном и Гермионой договорились как можно чаще писать другу. Не знаю, удалось ли нам убедить Гарри в том, что в смерти Сириуса нет его вины. Дамблдор не был до конца откровенен, а Сириус не смог усидеть в безопасности. Но мы правда старались.       Когда чемодан был собран, я попыталась отвлечься от всех тревожных мыслей, и достаточно быстро заснула.