3 ꤅𐌻ꤌꤐꤌ

      Кира не помнила, отчего именно проснулась и сколько сейчас времени, но её ухо и тело реагировали быстрее её разума. Заострённая часть тела резко поднялась и тянулась в сторону двери, заставляя хозяйку полноценно открыть глаза и приподняться. Рэйс видела Люцифера и всё помнила, но ей было нужно хотя бы пару минут после сна… Она всегда просыпалась долго и с трудом.       Эффективно проморгавшись и мотнув головой, девушка наконец-то посмотрела в сторону двери и, мягко говоря, ошалела, когда увидела не менее удивлённую, нет, охреневшую, нет, суперахуевшую Чарли.       Дочь Люцифера, с которым они прямо сейчас в постели на её глазах… Твою мать, твою мать, твою мать!!!.. Вот, блядство… — Ч-Чарли… — кажется, она так и не произнесла её имя, но точно произносила его губами, покрываясь ледяным потом.       Морнингстар активно и отрицательно замотала головой, улыбаясь во весь рот, аж до ушей, помахав ей рукой, мол…она не мешает, и радостная умчалась, пока в коридоре не раздался её голос, как щебетание ранней птицы: — Вэгги!!!!!       Демонесса хотела ударить себя по лицу, но всё ещё помнила про архангела… в своей постели, и поэтому лишь прижала уши к своей голове, тут же их и навострив. Стоп, что? Какого. Хуя. Сейчас. Произошло???? Чарли обрадовалась? Она обрадовалась?! Тому, что её отец спит в чужом номере вместе с ней, как с какой-то… Да о чём она.       Всё ещё с трудом переваривая эту ситуацию, грешница решает постепенно вставать и собираться, так как неизвестно, сколько они проспали, потому что вернулась она глубокой ночью, а потом… а потом неясно, сколько ещё времени прошло. Максимально осторожно и бережно убирая ладони мужчины так, чтобы его не разбудить, неуверенно расположила их на кровати, будто бы не хотела от себя убирать.       Синеволосая протяжно выдохнула и поднялась, морщась и вжимая в себя уши от простреливающей боли в спине. Пытаясь до неё не дотрагиваться, а только недовольно разводя плечами, она обернулась и увидела, во что превратилась кровать…       Да уж. Довольно страстная ночь, не иначе, потому что вместо постели теперь это было месиво из порванной ткани, крови разных владельцев и растаевшей влаги от бывшего слоя льда. Ей самой было стыдно, как широко…и как довольно она улыбнулась, как будто это было её первое утро идеальной семейной жизни.       Дура…       Кусок в горло просто не лез, поэтому она не видела смысла что-либо готовить или закатывать, и это не из-за проведённой ночи, ну, скорее, не от последней её части, а от первой. Скорее всего, из неё сразу же всё выйдет, а внутри и так паршиво от того, что она сделала. В первый случай. И Кира решила приготовить только кофе и чай, потому что не имела понятия, что Люцифер любит больше. Прежде всего надо сходить в душ…       Насыпав перемолотые зёрна элитного и любимого кофе в кофеварку и включив газ, Рэйс прихватила с собой полотенце и сменную одежду, бинты брать бесполезно, да и сама она не справится.       Твою мать, они настолько погрязли в процессе… и друг в друге, что забыли выключить воду.       Весело. Блять.

***

      Он не помнил, когда последний раз так крепко и сладко спал. Впервые за много-много лет Люцифер чувствовал себя с утра не разбитым вдребезги, как это обычно бывало каждое утро. Он ещё толком не разлепил глаза, но уже чувствовал на своих губах непонятно откуда взявшуюся сонную улыбку. И приятную неперивычную ломоту в теле. — М-м-м…       Сонная хрипотца архангела растеклась по пространству, когда он повернулся на спину, закидывая руку на глаза, чтобы поспать подольше.       И тут в его только начинающий работать мозг начинают заползать сразу три вопроса.       Почему в его комнате пахнет свежим кофе?       С каких это пор ему хочется поваляться в кровати подольше, а не сразу окунаться в неприметную реальность?       И какого хрена вторая его рука хлюпает по воде?       Люцифер подорвался и резко сел, сразу окунаясь в понимание, что он не у себя в комнате, вокруг даже не его дворец, на чужой плите закипает кофе, а в ванной шумит вода.       Кира.       Отель.       Они…       Архангел оглядывает кровать, на которой спал, промаргивая глаза по очереди. В них будто насыпали песка. — Идио-от… — тихо тянет мужчина, зарываясь лицом в ладони.       А затем подрывается, едва не падая с кровати, потому что кофеварка начинает шипеть от перелившейся за край тёмной пены. Он резво выключает её, убирая на соседнюю комфорку, и упирается руками по обе стороны от плиты. Голова повисает на шее, и Люцифер стоит так ещё секунд десять, прежде чем взять себя в руки и отправиться в ванную.       А он ведь вчера даже штаны толком и не снял.       Нет, сначала он решает попытаться навести порядок и убрать то месиво, которое язык даже не повернётся назвать постелью.       Странно, но при взгляде на кровать у Люцифера возникает много чувств, главные из которых — стыд, даже смутная стеснительность и…глупое желание улыбаться. Он машет головой из сторону в сторону, чувствуя, как в неё начинают лезть воспоминания о вчерашней ночи, но прекратить это просто так не получается. Как и не получается успокоить вдруг разогнавшийся пульс и потяжелевшее дыхание. — Соберись. — прошипел сам себе.       А затем щёлкнул пальцами, начиная убирать и приводить в порядок имущество отеля. Наверное, на это ему понадобилось от силы две минуты. Мог бы и быстрее, но здесь и вправду было достаточно работы. Затем нашёл то, во что превратилась его одежда, и вернул ей достойный вид, будто и не было этих рваных лоскутов от ногтей Киры. Архангел привёл себя в порядок, хоть обычно делал это без применения магии, и оделся, приняв почти приличный вид. Только, вот, кафтан остался… в ванной.       Оказавшись у двери в ванную комнату, он неуверенно стучит, прежде чем приоткрыть её. — Кхм… Кира? Я… Доброе утро! — Люцифер неуверенно, лишь одним глазом заглядывает внутрь, готовясь в любой момент закрыть дверь обратно. — Тебе… не нужна помощь?       Мужчина помнил про её раны. И знал, сама она не справится. Ему хотелось верить, что после всего, что произошло, она не выставит его полным извращенцем и позволит оказать помощь, тем более что…       Он уже всё там видел.       В конце-то концов, он просто пытался её отвлечь! И всё же такое себе оправдание. А вроде бы взрослый тысячелетний архангел.       Обычно Кира любила подольше задержаться в ванне, попеть в душе под по-настоящему горячими каплями воды, и то это занимало не больше 20-и минут, однако сейчас она, очевидно, справилась быстрее, так как спину трогать не получалось, да и вода не должна была быть сильно тёплой, поэтому Рэйс довольно быстро покинула душ, как обычно нанося маску. Как раз в этот момент стучится Люцифер, она не думала, что он так скоро проснётся, однако свою довольную и широкую улыбку не скрывала только перед зеркалом, архангел не вошёл и не видел её. — Раз уж Вы это сказали, то оно, действительно, доброе. — демонесса нескрыто усмехнулась и разрешила войти, не применяя руки, как кафтан по её воле взлетает вверх и начинает принимать более презентабельный вид, вскоре возвращаясь в руки хозяину. — Извините за одежду. И нет, спасибо, мне уже не нужна помощь. — шустро смывая маску и вытираясь полотенцем, девушка незамедлительно освобождает ванну, если он желает ею воспользоваться, пройдя мимо, но поймав его глазами. — Заказать я ничего не успела, поэтому пока так. Вам чай или кофе? — вода так и не зашумела, а владыка Ада вскоре и сам вернулся обратно. — Кстати, и за постель спасибо, не стоило.       Она выглядила, как обычно, словно ничего не произошло. Хотя нет, по утрам она была другой, включала музыку на всю громкость, хотя бы у себя в наушниках, и выбирала, что надеть, пританцовывая бёдрами. А сейчас… Грешница выглядела и была вполне спокойной, удовлётворённой, отдохнувшей. Да уж, секс многое меняет… но она чувствовала не только это, когда ловила мужчину глазами. Так, пора всё прояснить… Здесь и сейчас.       Протягивая ему названный напиток и сама доделав своё кофе, синеволосая опускается на стул около небольшого столика, для начала смачивая горло и облизываясь, прежде чем начать говорить. — Позвольте… начать мне. — только, вот, самое трудное было выбрать, с чего именно ей начинать. — Я не считаю ни Вас, ни себя идиотами и тому подобное. Понятно, что это Ад, так случается, но для меня это другое. Произошло… кое-что, что я вынести не смогла, и если бы не Вы, мне бы никто не помог. — она благодарна ему за это, поэтому предпочитала в расплату хотя бы быть честной. — Кроме Вас было некому, и мне это важно. Я понимаю, что всё вышло из-под контроля… Но давайте признаем, было офигенно, твою мать, да сногшибательно, я бы сказала! Кхм… И по-другому я бы, пожалуй, и не успокоилась, так что Вы мне помогли, спасибо.       Синеволосая поправила полотенце на своём теле и мокрые спутанные пряди на плечах, которые вскоре придётся очень долго и мучительно расчёсывать, приводить в порядок, а уже потом краситься. Отпив почти половину, она наконец-то посмотрела мужчине в глаза, не зная, что такое дёргает её за грудь, когда она видит эту золотистую пелену с червонными зрачками. — Проблема в другом. Нас...... увидела Чарли. — Люцифер её отец, и Кира посчитала, что он должен знать, что произошло. — Прежде, чем Вы начнёте себя винить, я скажу, что сама была в шоке. Потому что она вышла отсюда настолько счастливой, что аж пятки сверкали, а голос прозвенел, наверное, по всему этажу. — Рэйс сама не ожидала, что усмехнётся, и всё-таки попыталась оставаться серьёзной перед тем, какую идею она ему озвучит. — Вероятно, она подумала, что мы вместе, и рада, что Вы вышли из депрессии, смогли найти кого-то после… жены. — демонесса не могла назвать Лилит по имени, иначе бы точно её губы и язык бесстыдно повернулись назвать её шаболдой или мандой, а при её муже, пусть даже бывшем, это несколько неуместно и неправильно. — Можете забыть, что я сейчас скажу, но я предлагаю на время претвориться парой… Не подумайте, секс с Вами мне понравился, но пользоваться Вами я не собираюсь, это только ради Чарли и на определённый срок. Хотя бы до того момента, пока не появится больше постояльцев и отель не расширится. Ничего больше, кроме безобидных объятий или милых бесед в присутствии Чарли. — демонесса говорила уверенно, собранно, а на самом деле внутри опять всё начало сдавливать и шататься, стоило в её голове проявляться картинкам вчерашней ночи.       Её взгляд был опущен на собственные чистые руки, а на них она видела только чужую кровь и, похоже, не развидет уже никогда, отчего конечности начали дражать, а сердцебиение учещаться. Это ещё мелкое наказание… Пусть только не заметит, пусть только не заметит. А разве он не обязан знать? Если спросит… Если захочет знать. И что она, блять, скажет?! Что убила беременную женщину, которая мешала Лилит?! Хорошо, просто убила кого-то?! Это Ад, это Ад, твою мать, но Люцифер точно больше никогда не посмотрит в её сторону и уж тем более не заговорит… Хотя, возможно, и это она заслужила.       «Вы».       Грешница откровенно давала понять установленные границы с ходу.       Люцифер выпрямил осанку, взяв себя в руки, прежде чем войти. Он принял кафтан и расположил его на руке непринуждённым аристократическим движением.       Её ответ напряг мужчину. Она точно не могла сама себя перевязать и обработать. Он мог бы попытаться излечить её раны или хотя бы заставить их затянуться, насколько будет возможно. Всё же они глубокие, и неизвестно, чем именно были нанесены. Но Люцифер молчит. Не стоит навязывать помощь, эту простую истину он уяснил ещё в то время, когда Ад только создавался.       Но что-то вчера его это не остановило.       Люцифер пропускает девушку и чувствует, как по пути она смотрит на него, но сам бросает в ответ лишь косой взгляд на её силуэт. Не в глаза.       И следует за ней, тяжело вздохнув, прежде чем прикрыть за собой дверь. — Что Вы, стоило. Всё же это имущество моей дочери, не хочу её отягощать заботами о таких мелочах. — Люцифер следует к небольшому кофейному столику, элегантно усаживаясь на один из двух стульев, закинув ногу на ногу, и наконец поднимает спокойный взгляд на грешницу. — Не откажусь от чая.       Пока Кира возится с посудой, архангел невольно рассматривает её. В одном, чёрт возьми, полотенце. Возникла ассоциация с типичным утром мужа и жены, решивших начать день с горячих напитков и не менее горячих парирований фраз друг друга.       Было что-то похожее когда-то давно с Лилит. Но долго оно не продлилось. Она совсем не похожа на Лилит.       Чёрт бы… Не хватало сейчас только начать проводить параллели с исчезнувшей женой. Люцифер мотнул головой, моргнув и отведя взгляд как раз вовремя, чтобы демонесса не увидела того, как он задумчиво разглядывал её внешний вид. Она опустилась рядом, архангел же молча берёт в руки чашку и блюдце, отпивая ароматный чай.       И девушка первая прервала наступившую на короткое время тишину. Он поднял взгляд к ней, молча ожидая, когда она продолжит. И не зря. — Эм… кхм. Согласен с Вашей… оценкой. Не стоит благодарности. — честное слово, он просто растерялся от такой прямоты. И от того, как она поправила полотенце на груди, которую он несколько часов назад чувственно обцеловывал, и влажные волосы. Такие же влажные, как и вчера, когда он понёс её из душевой к кровати, чтобы взять её прямо так, сидящей верхом на его коленях.       Да чтоб тебя!       Люцифер не обольщался, он понимал, что для абсолютного большинства секс — это просто секс. И всё же, видимо, он где-то глубоко внутри безнадёжно надеялся, что демонесса будет одной из таких, как он. Что для неё это что-то да значит.       А с другой стороны, не этого ли он хотел? Не на это ли надеялся? Что Кира так и посчитает то, что между ними произошло, ничем иным, как способом отвлечь её от разрывающей душу истерики и пережитого ужаса.       Архангел же прекрасно видел, с ней произошло что-то жуткое, но он не стал выяснять вчера, что именно. Хоть и очень хотел. Он оставил все вопросы невысказанными до момента, когда девушка успокоится, надеясь получить на них ответы. Но, вот, она, сидит перед ним, полностью в сознании и понимании всего произошедшего, а архангел молчит. Потому что появился один самый правильный вопрос: а имеет ли он вообще право знать хоть что-то? Разве его это хоть как-то касалось?       То, в каком состоянии вчера была Кира, вся эта кровь, следы борьбы по всему телу и её результаты на спине, — всё это наводило на определённые догадки.       Убийство.       И, вероятно, не из числа заурядных, какие бывают каждый день на улицах их прекрасного города. Здесь что-то другое.       Люцифер поднимает взгляд, сталкиваясь с её глазами, и замирает. Ночью они горели по-другому, но он не мог не видеть в их глубине еле заметные остатки того огня, в котором они так быстро сгорели. Он даже не моргает, глядя в самую глубину её зрачков. Видит то, что между ними произошло.       И вдруг Кира выливает на него ведро ледяной воды. Фигурально, конечно, но ощущалось оно именно так. Люцифер давится невовремя отпитым чаем, отставляя блюдце с чашкой и тяжело прокашливаясь.       Чарли?!       Пока демонесса продолжала свой удивительно-интересный, чёрт возьми, рассказ, властитель Ада не проронил ни одного слова. Ни. Одного. Зато его глаза размером с небольшие золотые озёра прекрасно транслировали все его мысли против воли. Мужчина медленно прикрыл их и шокированно потёр ладонью, оперевшись локтём о блестящую поверхность столика.       Теперь об этом, наверное, знает весь отель.       Но на этом поразительные события не исчерпали свой запас. Люцифер ещё более шокированно замер и прекратил растирать веки, едва до него дошло, что именно ему предлагала Кира. Он неверяще повернул к ней голову, оперевшись теперь на эту же ладонь щекой, а она продолжила говорить о том, как ей понравился секс и что она не собирается им пользоваться.       Вроде как, это должна быть его фраза, нет?       Архангел слушал её и слушал, не сводя глаз, и всё так же молчал. Номер отеля вновь окутала тишина, а он всё так же продолжал смотреть и молчать.       Ничего, кроме бесед и объятий? Правда? И всё это ради его дочери?       От него не укрылось, как девушка смотрела на свои руки, будто они были по локоть в крови, видимой одной лишь ей. Люцифер всё знал об этом взгляде. Все павшие души Ада — это такая же кровь на его руках, не отмывающаяся с начала времён. Лилит терпеть не могла то, как он это видел. Сначала сопереживала, конечно, пыталась успокоить и переубедить, но когда поняла, что бесполезно, осталась лишь злость и раздражение.       «Ты слабеешь» — говорила она.       И тут Люцифер наконец задумался: а что он вообще знает об этой грешнице? Кто она? Какая на самом деле?       То, что она в отеле, доказывало, что намерений слишком разрушительных Кира не преследует. Наверное. Но на этом… всё? — Зачем это Вам? Зачем притворяться? — мужчина выпрямился, садясь на стуле прямо, и призвал свою трость, складывая на ней ладони сбоку от себя. — Вы не глупая, понимаете, что за этим следует множество ограничений. И кроме этого, а если новость о том, что я больше не одинок, просочится за пределы отеля, что тогда? Тоже сыграете роль моей… возлюбленной? Информацию о вашей личности сокрыть не удастся, все захотят узнать, как Вы выглядете. А затем начнётся охота.       Ему не хотелось расстраивать Чарли, тем более, если Кира предложила такое, значит, дочка и впрямь светилась ярче солнца.       Но может ли он ей доверять? Зачем ей такие жертвы? Просто благодарность за то, что не прошёл мимо прошедшей ночью? Серьёзно? — Да и к тому же, я ничего о Вас не знаю, Кира. Совсем. Только то, что Вы новая постоялица отеля, выступали в ресторане Оззи и Вам понравился секс со мной как средство, чтобы не сойти с ума. Что произошло вчера вечером?       Обращение на «Вы» было лишь проявлением уважения. Да, несмотря на то, что они провели вместе ночь… Только Люцифер, похоже, этого не совсем понял и стал обращаться к ней так же, отчего она лишь вздохнула, но поправлять и пояснять не стала.       Дабы не пить чай и кофе впустую, Кира пододвинула к мужчине небольшую тарелку её любимых печеньев, если он захочет, потому как ей по-прежнему ничего не лезло в горло, кофе и то с трудом проваливался вниз, всё-таки вызывая лёгкую тошноту. Она часто переводила взгляд на властителя Ада, теперь просто не в силах не отмечать в нём что-то новое или очевидное, однако она за несколько секунд делала это непростимо часто, поэтому отводила взгляд так же быстро, а заметив, как он поперхнулся от новости про Чарли, переместила к нему салфетки, словно, и правда, жена, ну, или какая-нибудь правая рука. Она вновь задержала взгляд на его янтарных очах и не смогла сдержаться от его реакции, от его по-прежнему… манящего удивления, отчего сдержанно и безобидно прыснула в кулак. Хотелось расслабиться окончательно, хотелось, чтобы он тоже чувствовал себя…расслабленно рядом с ней, наверное, это самое подходящее определение, только, блять, о чём она говорила, точнее думала? Они, и правда, толком ничего не знают друг о друге, он увидел её в истерике и помог, а потом они переспали, после чего она предлагает ему актёрский роман ради его дочери. Ну, и что это, как не романтичная современная книга или закрученный сюжет в сериале? Только, вот, в жизни, правильнее заказать, уже в смерти всё ещё гораздо сложнее. Он не мог ей доверять, а она не могла ему рассказать… Никому не нужна эта информация. Никому не нужна она. Такая. В этом же была проблема? В ней? Иначе бы Асмодей, самый чувственный и внимательный партнёр, не остыл бы к ней… Демонесса опять об этом думает и едва не разбивает опустевший стакан, пустив по нему трещины и от самой себя навострив уши.       Вот, дура… Опять. — В мою сторону выгоды таковой и нет, мне самой нежелательно из-за работы, чтобы кто-то об этом знал, но, я думаю, не узнает Аластор — не узнают и остальные, им это невыгодно, а Чарли достаточно видеть нас вместе. — грешница давит на стакан пальцем до тех пор, пока он шумно не падает в мусорку. — Просто хочу помочь наладить ваши отношения. И Чарли, наверняка, будет легче управлять отелем, решать проблемы, зная, что её отец в надёжных руках.       Да уж, были бы они надёжными. Сука… — Не волнуйтесь, за мной никто не придёт ни хитростью, ни силой. Моя душа уже несвободна, а на сердце никто не покушается, так что и по элементарным причинам никто не пойдёт Вам в конкуренты. — синеволосая не знала, как он это делает и как ей остановиться.       Стоит ли продолжать? Ради честности, ради благодарности стоит… Он помог ей и был так обходителен… Наверняка, показал частицу себя таким, каким был с женой. И она бы хотела ответить ему тем же, хотела и чувствовала вчера то же самое, даже если сейчас она казалась безразличной и удовлетворившей свои потребности. — Я не хочу лезть в ваши отношения и заставлять Вас тоже не могу, так что это решать Вам. Но… — что «но»? Хотела сблизиться? Хотела пообщаться? Это ничего не даст, ничего, ты подписала контракт с Лилит и теперь вечно обречена на это.       Почему именно архангел, почему именно Люцифер, почему он, а не кто-то другой?!.. — Не только как средство… — обычно Кира и не беспокоилась о чужом мнении, но от него скрывать не хотелось, а он, вероятнее всего, оттолкнёт её так же, как и остальные, и это будет правильно, заслуженно. — Я многого хочу и многое чувствую, но я над этим уже не властна. Обычное дело…договор с демоном на душу. Что сказать, я оказалась тупой идиоткой, которой всегда и была, а теперь честно за это расплачиваюсь. — Рэйс поднялась с места, не собираясь и не в силах смотреть ему в глаза в этот момент… чтобы он не видел её слабость, которую она так яростно пыталась затоптать и окончательно закрыть договором с его женой. Резко поднявшись, девушка метнулась по комнате и в тот же момент остановилась, потому что уходить от мужчины не хотелось, он ни в чём не виноват, а от себя она убежать не сможет. Её тело начало бросать в жар, а глаза опять грозились намокнуть. Твою мать. Твою мать, твою!.. — Вчера я впервые убила… Опять обычное дело в Аду. Но я не хотела.       Не выдержала, чёрт возьми, слабая сучка, скидывая с себя очки и закрывая глаза, лишь бы никто не смотрел в них, лишь бы никто не видел её боли. — Я не хотела… Я могла этого не делать, могла убить себя… и опять поступила неправильно… О каком искуплении я вообще думаю, когда лишаю жизни, возможно, ни в чём не виноватую грешницу… и её неродившегося ребёнка?!.. Да чем я лучше настоящих убийц, получающих от этого удовольствие и делающих это осознанно, блять?!..       Не падай на колени, не падай на дно, блять, ты выстоишь!!!.. Нихуя, сука…       Удивительная демонесса. И скрытная настолько, что сама, похоже, теряется в своих тайнах и тяготящих секретах. — Все ищут выгоду, просто так не делается ничего. Особенно в нашем мире. — Люцифер говорил спокойно и безэмоционально, ведь он всего лишь озвучивал данность их реальности. Не бывает такого, чтобы грешник не преследовал какую-то цель или не видел в своих действиях выгоду.       Властителя Ада не трогали такие вещи. Тем более он не собирался осуждать за это её. Но ему хотелось бы вытянуть её истинные мотивы на поверхность, чтобы просто-напросто понимать, с чем имеет дело. С кем. И почему.       Упоминание Аластора отразилось на лице Люцифера едва сузившимися глазами и нахмуренными бровями. Хотелось встряхнуться, как после чего-то омерзительного, попавшего на язык. — Аластор в любом случае узнает. — было глупо надеяться на обратное, мужчина это прекрасно понимал. Такую занозу в заднице, как радиодемон, ещё нужно поискать. — Его придётся убедить держать язык за зубами. Это, кстати, ещё одна проблема, добавляющаяся к списку остального множества, если вдруг рассматривать всерьёз.       Люцифера не отпускала мысль, что Чарли и вправду посмотрит на него другими глазами, если… они провернут эту странную афёру. Возможно, растопится лёд, уйдёт неловкость, которую они оба чувствовали, когда оставались наедине, потому что Люцифер вечно боялся всё испортить и чувствовал вину, что так долго не был рядом, убиваясь по жене и утопая в собственных прегрешениях, а Чарли чувствовала состояние его души, знала о нелюдимости, депрессии и тысячах тараканов, прячущихся за его широкой улыбкой, съедающих его уже не одну сотню лет. Она будто опасалась сделать что-то, что могло бы ухудшить его состояние, но из-за этого Люцифер сам долго не понимал, правда ли дочь хочет с ним общаться, или просто на самом деле боится оттолкнуть его.       Но, как сказала Кира, «передать его в надежные руки»? А её руки надёжны? Не то, чтобы он собирался в них передаваться, как младенец в руки к нянечке, но если Чарли будет так считать, с неё спадёт ещё один груз ответственности, и тогда общение между ними из вынужденного может стать по-настоящему искренним?       Архангел отвлёкся от мыслей, затянувших его внимание, будто в трясину, вновь фокусируясь на словах грешницы.       А, вот, это уже интересно.       Кира заключила сделку? Интересно, с кем. А сердце же казалось не столько свободным, сколько разбитым.       Губы растянулись в ухмылке, оголив острые зубы. Конкуренты? У него? Ха-ха. — Я безмерно счастлив, что буду один покушаться на Ваше сердце.       Было что-то бесконечно грустное в их разговоре, в этой затее в целом, но мужчина давно наловчился скрывать это чувство от окружающих. Оно никогда не приносило с собой ничего хорошего, особенно если кому-то открывалось. Но всё же. До чего же ты докатился, Люцифер? До фиктивных отношений после нечаянного секса, которого у тебя не было, вот, уже десять лет?       Чарли, ну, зачем ты зашла так невовремя?..       Пальцы обеих рук крепче положенного сжались на трости от слов демонессы.       Не только как средство, значит? А как что же тогда ещё?       И вдруг Кира начала говорить. Его вопрос был прямым, обезоруживающим и, возможно, несколько давящим, но он не добивался бы ответа, если бы девушка воспротивилась. Но, видимо, она сама поняла, что в таком случае архангел просто не согласится на то, что она предложила. Не сможет. Безопасность дочки важнее, чем её разочарование.       Кира с самого начала не создавала впечатление глупой простодушной грешницы, но то, как она с готовностью признавала свои ошибки и смиренно соглашалась с заслуженной расплатой за глупость, Люцифера, действительно, привлекло и удивило. Если до этого он позволял себе отвлекаться на мысли и рассуждения, на подмечание всевозможных деталей как в самой девушке, так и в их диалоге, то в этот момент демонесса полностью завладела всем его вниманием. Он проследил за ней, не отрывая взгляда, пока Кира быстро отдалялась от стола и от него, чтобы скрыть эмоции и уязвимость. Бежала. Но передумала, вдруг осознав бесполезность этого порыва.       Поразительное поведение для грешницы.       Люцифер не догонял её, продолжал сидеть в той же позе, почти не двигаясь, но глаза даже не моргали, прикованные к её трясущейся фигуре.       Он был прав, дело в убийстве. И был, прав, оно не рядовое. Оно первое и нежеланное.       Так, вот, в чем дело.       Люцифер наблюдал, как она скидывает очки, как трескается стекло, как Кира теряет себя, утопая в удушающем чувстве вины прямо на его глазах. Прямо, как он когда-то давно.       Он развернулся к ней всем телом, слушая исповедь. Искупление. Грешница его, правда, желала. Он не его отец, и даровать его Люцифер не может. Но девушка рвала перед ним душу так, будто верила, что именно ему её судить.       Вот, только когда Кира сказала, что именно сделала и… кого убила… архангел истинно ужаснулся. Убила беременную женщину по приказу того, кто держит её контракт.       Мужчина медленно, не чувствуя ног, поднялся с места. Кира не видела всего того урагана эмоций, отразившихся на его бледном лице. Но зато видел он, как девушка начала шататься от слабеющих ног. Люцифер подошёл к ней в несколько шагов оказываясь за спиной. Шумное дыхание заколошило синие волосы на затылке демонессы, но ни он, ни она не двигались.       Люцифер не знал, сколько так стоял, но явно недолго, прежде чем рука сама поднялась и мягко коснулась её локтя острыми подушечками пальцев. В груди щемило, голову штормило.       Ей не нужен палач. Она сама себе им и является. — Кира…       Нет, он не скажет, что она не виновата. Они все виноваты, все до единого, кто оказался здесь, внизу, в Аду. Но он знал, что может сказать. Кое-что жестокое, страшное. Одна фраза. Но очень отрезвляющая.       Ладонь медленно переползла на её талию и затем на живот. Делал это, еле дотрагиваясь, но такие полуобъятия были одновременно и немой поддержкой, и страховкой, если демонесса начнёт заваливаться. Он не даст ей упасть. Как и вчера не дал. Люцифер приблизился к её острому ушку губами, едва ощутимо задевая кожу, чтобы шепнуть то, что собирался. Жестокую правду. — Добро пожаловать в Ад. Мне жаль.       Настоящий Ад, он не только вокруг, он и внутри.       Архангел всё же сжал её крепче, прижимая к себе. А затем развернул всё той же одной рукой, второй удерживая трость, и притянул к себе, утыкая её голову себе в плечо. Люцифер никогда не врёт, если это не касается его. Он не скажет «ничего страшного», потому что это страшно. Не скажет «всё пройдёт», потому что оно никогда не уйдёт. И не скажет «ты не виновата». Виновата. Контракты с демонами не приводят ни к чему хорошему, это всегда личный выбор. Но она приняла его. — Милая… — Люцифер гладил её по волосам ладонью, пряча её чувства в ткани своей рубашки. — Душа не понимает, как низко пала, пока не окажется в самой жуткой части Ада. Только тогда начинается истинное искупление. Ты не сможешь всплыть, не оттолкнувшись ото дна.       Архангел стоял с демонессой посреди номера, не имея представления, который час и сколько времени они уже тут провели. Но решил, что не сдвинется, пока Кира не почувствует, что готова взять себя в руки и выйти в свет. Но решил дать ей стимул для этого. — Я… согласен. На твоё предложение.       Все ищут выгоду… Что ж, Ваше Величество, а Вам нужна выгода, когда Вы сами не захотите быть рядом, когда узнаете? Вы никогда не захотите быть рядом… Никто не хочет. Вы тоже, и стимула, кроме Чарли, у Вас не будет.       О чём она говорит? Кому ей верить? Родителям, что её бросили с самого начала? Лилит, что забрала её душу и велит убивать тех, кто ей служит помехами? Асмодею, который клялся ей в любви, а потом променял её? Люциферу, который…       Которого не знает.       Рэйс дрожала ледяной испариной, обнимая себя, а правильнее сказать, сдавливала и пыталась уничтожить самостоятельно, пока на неё не легли чёрные тонкие руки, пытаясь придержать и успокоить, а она не знала, как остановиться и что ей делать, это её путь на железной цепи и никто не поможет ей выстоять его, хотя бы время от времени подавая воду… Она должна справиться с этим сама, что не выглядит убедительным, особенно сейчас, с её неустойчивым состоянием после вчерашнего.       Демонесса перебирала те же фразы, что и он, которые никак не озвучаться, но её уши резко загнулись в его сторону в итоге сказанных слов. Добро пожаловать в Ад? Пожалуй, это самое жестокое и самое подходящее в её ситуации, отчего из её рта легко выползл короткий хохот, пропитанный горечью и тяжестью. Ей нечего ответить, она уже всё сказала, а владыка Ада какого-то чёрта не отвернулся от неё, но и не считал невиновной…       Почему он, чёрт возьми, такой, почему он?!.       Развернувшись к нему лицом и послушно так необходимо уткнувшись ему в плечо, грешница опять бесконтрольно сжала дрожащими руками его рукава на предплечьях, на этот раз стараясь, действительно, стараясь не испортить, отчего и слёзы старательно задерживались в её глазах. Только, когда он назвал её опять милой, словно новую жену или доверенное лицо, по щекам опять стремительно потекли дорожки, а сердце, так как душа была ей не подвластна, уже рвало нечто другое, однако не менее сильно и запоминающееся. Несмотря на это, мужчина говорил истину, потому что прожил не один десяток, и даже не тысячу, и уж с кем, но на него явно повлияло время, в плане опыта и увиденного. — Спасибо. — она не стала говорить, что он прав, это было очевидно, поэтому для неё важнее всего было поблагодарить его. — Спасибо. — дважды благодарит за одно и то же, или уже за последующие слова, синеволосая чувствует долгожданное опустошение и облегчение, некую безэмоциональность, которые бывают после бурной истерики. — Я не стану Вас ни во что втягивать, обещаю. И Вы… тоже можете ко мне обратиться, если будет нужно.       Не обещает… потому что с ней вечно что-то случается, и она, правда, идиотка, если каждый раз позволяет себе окунуться в это дерьмо с головой. Ему следует это знать… и позволить себе жестоко оттолкнуть её, уйти, когда ей понадобится помощь в том, что она пообещала. Это будет правильно, это будет заслуженно.       Всхлипывая носом последний раз, Кира неохотно разъединяет их объятия первая и отстраняется окончательно. Пусть думает, что это по её желанию, но это не так… Только из-за времени и хоть какого-то расслабления. Об этом говорили её глаза, наполняющимися хотя бы нечастыми лучами яркого света и искрами на рядом расположенных предметах. — Думаю, нам пора возвращаться. — ей не пришлось приложить титановых усилий, чтобы улыбнуться хотя бы одним уголком губ, хотя бы на полпути, но, правда, искренне, правда, желая стремиться к свету, а не погрязнуть в кромешной тьме до ослепления и никчёмного существования.       Рэйс не стала говорить, что им бы желательно уйти вместе и в одно и то же время, так как Люцифер не являлся рабом и не обязан был исполнять роль мужчины, вечно находящимся рядом, поэтому он мог уйти в любой момент, если захочет. Демонесса же перестала медлить и начала собираться, садясь за туалетный столик и, не глядя в своё отражение, включив негромко любимую музыку, сразу же взялась за расчёску. — Ай!.. Бля-ять… — её волосы длинные и очень легко спутываются, а вчера они и вовсе побывали в целом путешествии, так что расчесать их полностью казалось чем-то невозможным.       Девушка обожала шикарно выглядеть, но, вот, уход за волосами терпеть не могла из-за их трудности, забавно морщась и недовольно хмурясь. — Договорились.       Люцифер опустил голову, слегка пригибаясь назад, чтобы заглянуть на девушку, так легко и доверительно спрятавшую побледневшее лицо на его груди. Архангел совсем не знает её, а демонесса едва ли знает что-то достоверное о нём, но сейчас внутри что-то теплело от того, как Кира жалась к нему и хваталась за рукава, будто маленькая девочка, сломавшая любимую игрушку. На рубашке темнело пятно от её слёз. — Хорошая идея. Даже не представляю, который час.       Люцифер выпустил её из ненавязчивых объятий, махнув пальцами. Волосы легли в привычную причёску, рубашка засияла выглаженной белизной, ровно как и брюки, манжеты идеально симметричны, а на губах привычная непринуждённая улыбка. На нём не осталось и следа произошедшего, никто и не догадался бы, сколько событий теперь связывало повелителя Ада и юную грешницу, проживающую в отеле Хазбин.       Мужчина опустился на край свежезаправленной им же кровати, расслабленно и по прежнему элегантно скрестив щиколотки, приготовившись ждать демонессу. И еле сдержался, чтобы не прыснуть в кулак при взгляде на развернувшиеся военные действия между грешницей и её собственными волосами.       Он лично поучавствовал в том, чтобы они приняли такой вид, пусть и ненамеренно. Сколько же раз он на самом деле за эти сутки прикасался к её волосам, зарывался в них, путал? Даже пару минут назад потянулся к ним.       Но Люцифер не вмешивался. Он лишь сидел и наблюдал за ней с расслабленной улыбкой. Всё же нельзя, вот, так вечно навязывать свою помощь, Кира и сама может справиться.       Но в этом его уверенность пошатнулась спустя пять минут бесполезной войны с длинными синими прядями, объявившими своей хозяйке борьбу на поражение. Схватка могла бы продолжаться и дальше, но, признаться, Люцифер просто устал сидеть на одном месте, даже ботинок стал нервно подрагивать.       Лёгкий взмах указательным пальцем, описавшим в воздухе маленький полукруг, и волосы Киры приображаются: синие пряди приобрели объём, засияли здоровьем и ухоженностью и легли на спину и плечи упругими крупными волнами. Волосок к волоску. — Кажется, я немного виновен в том, что с ними произошло. Надеюсь, извинение по вкусу?       Архангел поднялся с кровати, оттолкнувшись рукой, и на пару шагов приблизился в Кире, показавшись в зеркале за её спиной. Рука, не обременённая тростью, покоилась в кармане брюк, в то время как глаза чуть виновато смотрели на демонессу в зеркало. Он улыбнулся её отражению. Их причёски были даже чем-то схожи, наверное, привычка и набитая рука дали о себе знать. — Могу переделать, если не нравится.       Но, кажется, ей нравилось. Взгляд упал на её косметику и на полотенце, как единственную преграду для глаз и невольно задержался на её силуэте. Не так долго, конечно, как хотелось бы, но достаточно для того, чтобы назвать это неприличным. Естественно, девушка это заметила, она ведь не отводила глаз, в отличие от него. — К-хм… я буду внизу.       Дурак, идиот! Ну, что ты так пялишься?!       Мужчина сперва даже шагнул не в ту сторону, тут же развернувшись и преодолев расстояние до двери в рекордно короткие сроки. — И да… — уже оказавшись одной ногой за дверью, Люцифер обернулся к грешнице, привлекая её внимание вновь. — Я Люцифер. Не Ваше Величество. Жду внизу… Кира.       Оказавшись в пустом коридоре, архангел ненадолго прижался спиной к стене рядом с дверью, наконец оказавшись наедине с собой. Ему нужны были эти несколько минут, чтобы переварить то, что произошло и то, что его ждёт. А затем оттолкнулся и лёгким шагом пошёл вниз.       Пусть Кира и была занята борьбой со своими волосами, она прекрасно видела, что Люцифер сел на кровать… и стал ждать её, не ушёл сразу, а покорно ждал, стараясь не пялиться на неё. Её уголки губ, не подчиняясь её силе и контролю, всё стремились и стремились вверх, пока руки уже начали уставать и ныть, да и Рэйс была в шаге от того, чтобы психованно отбросить расчёску и измученно простонать, как её волосы неожиданно приобрели шикарный и ухоженный вид, словно она весь день провела в салоне, а владыка Ада, который, собственно, и приложил к этому руку, встал за её спиной.       Демонесса несколько пребывала в шоке, растерянно моргая, но вскоре опомнилась и мотнула головой, даже теперь опасаясь дотрагиваться до ослепительной причёски. — Н-нет! Она шикарна, мне даже в салоне такую не сделают. — глядя на него через зеркало, у неё замирает лицо, но лишь от его тёплой и нежной улыбки, посвящённой ей… она давно не видела её на его лице, и в ней опять стрельнула что-то горячее, без разрешения приливаясь к щекам. — Спасибо. Я постараюсь побыстрее. — обычно грешница довольно шустро справляется со всем и продуманно распределяет время, однако это точно не касалось макияжа, который с первого раза никак не получается сделать идеально.       Поэтому, проводив мужчину взглядом и покорно слушая его слова вдогонку, девушка усмехается и решает тоже применить магию. Всё-таки она ещё понадобится, когда будет нужно наложить бинты и одеться, поэтому нужно пользоваться по полной.

***

      Чарли вместе с Вэгги видела, как к ним пришла гостья, но она стала беседовать с Энджелом, поэтому первая всё же решила им не мешать и подойти к грешнице потом, оставив свою девушку начать подготавливать схемы для ознакомления новых уроков, а сама по-быстрому решила зайти к ним в комнату за парочкой бумажек с невыписанными идеями, вдруг они всё же кого-то заинтересуют и придут по нраву… И прямо по коридору этажа Морнингстар встречает отца. Ей понадобилась секунда, чтобы вспомнить, где и с кем она его сегодня увидела, поэтому тут же метнулась к нему. — Доброе утро, папа! — принцесса Ада крепко обняла его при встрече и так же быстро отстранилась, но руки так и не отпустила, надеясь хотя бы на короткий разговор, пока всё её существо, по истине, светилось. — П-прости… Я сегодня зашла к Кире, было открыто… И я увидела в её номере тебя. — блондинка безобидно усмехнулась и растерянно заправила одну из выпавших прядей, всё это время не отрывая взгляда от удивлённых и светящихся глаз отца, которые она не видела с тех пор, как… как пропала мама. — Прости, что прямолинейна и, возможно, вмешиваюсь… Но я так рада, правда! Прошло уже 7 лет, и я тебя ни в чём не виню. Я, правда…очень рада, что ты нашёл и впустил кого-то в своё сердце после мамы. Надеюсь, у вас с Кирой всё получится, она здесь недолго, но уже успела себя проявить. Она хорошая девушка.       Она сглатывает от лёгкого волнения и видит, как к ним подходит сама Рэйс, не сдержавшись и протяжно запищав перед тем, как сжать и девушку отца в объятиях.       Кире понадобилось немного времени вместе с магией, пусть и пришлось потратить достаточно сил, но это были малые жертвы. Как только она увидела рядом ожидавшего архангела и его дочь…признаться, какой бы уверенной она не казалась, действительно, не знала, что ей говорить. Но ей и не пришлось… Младшая Морнингстар неожиданно сдавила её в объятиях, и, пожалуй, это впервые неприятно. Из-за спины. Её лицо скорчилось от боли, как сморщинный раздавленный помидор, и как же повезло, что этого не видела сама Чарли. Зато видел «её» мужчина, отчего получилось лишь криво ему ухмыльнуться от собственного положения и с огромным трудом подавить в своём горле рычание от сильного давления на спину.       Боже, Чарли… Ты такая наивная. Невинная. Добрая… Уж ты-то точно заслуживаешь искупления.       И так, суммируем.       Кира — недавняя постоялица отеля, личность скрытная и малоизвестная, с Люцифером она не переговаривалась раньше не так часто, чаще всего видели друг друга лишь издалека. Прошлым ранним утром они впервые поговорили с глазу на глаз в пустом баре, и во время беседы Люцифер заметил странное поведение демонессы. Её будто ломало, а может, это был стресс от предстоящего убийства. Вежливая, сдержанная, просто так не уходит.       Затем была игра Чарли, в которую его всё же невольно втянули, и именно Кира ринулась его ловить, опережая остальных. Симпатия? Или пыталась сблизиться с повелителем Ада намеренно?       Потом она резко уходит, теперь уже известно, куда и зачем. И вновь они сталкиваются в пустом холле, но в этот раз глубокой ночью и совсем при других обстоятельствах. Демонесса вся в крови, бредит, он решает ей помочь, ведь уже знает грешницу. Спасает от посторонних глаз, целует, отчего девушка моментально успокаивается и отодвигает боль от многочисленных ран на задний план. Что не очень-то просто сделать. Люцифер прилетяет с ней в её номер, решает помочь с ранами и сохранить рассудок. Перестарался. Следом непредвиденный, никаким образом незапланированный сногсшибательный секс, а потом утро, чай. Новость о Чарли. И самое странное предложение в его жизни, на которое он зачем-то соглашается. Точнее он-то понятно, зачем: ради дочери и их с ней сближения; но вот зачем это демонессе, он так и не выяснил толком. Её якобы честность… ну, ладно, явная честность и чуть не сбившая с ног правда, как несущийся на полной скорости поезд, слёзы, его попытка её успокоить, в этот раз более сдержанная. Его согласие. Опрометчивое, пожалуй. Но ведь Люцифер не вчера родился, он уж точно справится с одной маленькой грешницей и с тем, что она задумала.       Поток размышлений так завлёк мужчину, что неожиданный громкий голос дочери едва не вынудил его подпрыгнуть на месте. Он даже не успел ничего осознать, но уже оказался в порывистых объятиях своей малышки. Хорошо, что рядом не было ни одного свидетеля и никто не мог наблюдать ошарашенного повелителя Ада с огромными испуганными глазами, кряхтящего от удушения и не способного выдавить даже одного слова.       Длилось это удушение, конечно, очень недолго, но Люцифер за это время успел пережить целую гамму эмоций. Он приподнял руки, мягко удерживая ладони Чарли на своих предплечьях. Кажется, у него дежавю. — Привет, девочка моя! — прозвучало, кажется, слишком радостно. — Да-а, знаешь…       Люцифер опустил одну руку дочки и стал активно жестикулировать, будто это могло помочь подобрать правильные слова. Слова, собственно, так и застряли в горле и напрочь отказывались формироваться во что-то внятное.       Но необходимость оправдываться отпала. Люцифер окончательно опешил, уставившись на светящуюся Чарли и слушая, как она тараторила о том, как рада за него. Рада, что он впустил кого-то в сердце — сказала она…       Мужчина так и смотрел в солнечные глаза любимой дочери, которая едва не прыгала от переполняющих эмоций, и понимал, что сказать ей о том, что её папа просто случайно перепихнулся с постоялицей её отеля, когда пытался помочь и которую едва знает, точно уже не выйдет.       Вот, о чём говорила Кира, судя по всему. На её месте он бы тоже предложил, наверное, такую абсурдную идею, потому что сказать этому маленькому искрящемуся солнышку правду было бы ещё абсурднее. — …Спасибо, Чарли. Я так рад, что ты… ну… не злишься, и…       Как же он, чёрт возьми, был рад увидеть приближающуюся к ним Киру! У Люцифера на лице прямо-таки во всей красе нарисовалось облегчение, когда Шарлотта переключилась с него на грешницу. Кажется, не существовало в мире больше человека, демона или ангела, с которым он бы терялся так, как с собственной дочерью.       Архангел расслабил плечи, пытаясь перевести дух, но вышло не дольше пары секунд, потому что теперь возникла новая проблема. — Чарли, дорогая… — Люцифер приблизился к дочери и демонессе. Он виновато растянул губы, глядя в глаза корчащейся Кире, будто ему самому стало больно. Рука неуверенно опустилась на плечо Чарли, чтобы привлечь её внимание. И улыбнулся во все тридцать два зуба, когда девушка обернулась. — Задушишь ведь… мою возлюбленную. И что мы тогда будем делать?       Это очень, очень странно произносить вслух. Он тяжело сглотнул, не прекращая улыбаться от уха до уха, и понадеялся, что это осталось незамеченным.       И что делать дальше? — Может, спустимся вниз? Что думаете? — обратился он к обеим девушкам. Все вместе, да. Прям счастливая королевская семья с обложек подростковых журналов. — Кстати, а который час? Мы не опоздали на твои практики для искупления?       Как только Чарли отпустила грешницу, Люцифер неуверенно подошёл к Кире и… прикоснулся к её ладони пальцами. Не отрывая взгляда от дочери. И нерешительно взял её за руку.       Небеса, во что он ввязался?! Не мог вчера придержать причендалы в штанах, как делал это все десять лет?!       Чарли была так рада, что не сразу поняла, что её касается отец и пытается отстранить от своей девушки, отчего она поспешно отстранилась, славно её обожгли кипятком, и виновато задолжала пальцами. — Ой, чёрт, чёрт, прости, пожалуйста!.. — она растерянно тараторила, но счастливо улыбаться не перестала, глядя то на владыку Ада, то на его возлюбленную. — Извини… Я просто очень рада, честно!. — младшая Морнингстар усмехнулась и теперь попыталась благополучно отдышаться, словно наглоталась воды, а не эмоций, попутно замечая на шеях обоих партнёров яркие засосы… и даже неслабые укусы, удивлённо подняв брови.       Кира заметила этот взгляд и понимала, что будет, если она сейчас присмотриться получше, особенно к их сплетённым рукам, на одной из которых красовалось немаленькое золотое кольцо.       Вот, чёрт, Люцифер…       «Поцелуйте меня». — Рэйс не очень умела и почти не практиковалась в магии настолько, чтобы доносить свои мысли до чужого разума, но очень надеялась, что, даже если не получилось, властитель Ада поймёт её и не станет медлить. И он понял. Но, блять, медлит и удивляется. Да, она говорила не об этом, это не входило в условия, но не контракт же им составлять?!.. Давай же. — «Просто поцелуйте. Куда угодно. Неважно».       Глаза его дочери уже спустились на их локти, и тогда демонесса послала всё нахуй. Она ловко ухватила его за воротник идеального белоснежного одеяния и немедленно притянула к себе, аппетитно впившись в его губы своими, пока рядом раздался девичьий виск.       Твою мать, твою мать!.. Она просто хотела что-то сказать и убедительно поцеловать его в уголок губ, какого чёрта она промахнулась?! Наверное, промахнулась…       Грешница готова была сгореть прямо на месте, или это резко подкативший жар в щеках, который почему-то не возник у неё ни вчера, в самом процессе, ни сегодня утром, а именно сейчас, когда…когда она сама поцеловала его. Ну, твою мать… — Ох… Хо-хо-хо. — сначала неловко протянул незнакомый не для всех голос и протяжно рассмеялся, оказавшись почти рядом с необычной троицей. — А, вот, это уже интересно!       Синеволосая не перепутала бы этот голос ни с кем, и она не знала уже, с чего больше была в шоке, как будто пьяная, резво отстранившись от соблазняющих губ с яблочным вкусом и ошараненно смотрела на друга, переводя дыхание. — Физ-з…заролли?. — она не успела и вспомнить, тем более предупредить, как его механические руки оплетают её и молнеиносно притягивают в крепкие объятия.       Вот, сейчас Кира точно не сдержала голос… если бы Физзи удачно не ухватил её за поясницу и почти задницу, отчего она слишком шумно выдохнула и незамедлительно ответила на приветствие близкого друга. Кто бы мог подумать… Нынешний возлюбленный Асмодея и не является ей врагом. — Я тоже скучала. Ты умеешь эффектно появляться, но, если ты припёрся сюда лично, а не своим роботом или сообщением, то что-то, действительно, срочное. — она хохотнула, но не так довольно и легко, как ожидала.       Да, Рэйс не в настоящих отношениях с Люцифером, но ей не хотелось бы, чтобы сейчас об её бывшем шла речь. Однако им не удастся отойти так быстро… Блять. — Простите. Это Физзаролли, думаю, Вы и так его знаете или видели, он является большим лицом Ада и различных продаж. А также знаменитым клоуном и артистом. — несмотря на всё, ей не хотелось, чтобы он ушёл, и она была рада его видеть, представив двум непонимающим лицам.       Одно, из которых до сих пор стояло с выкаченными глазами и ртом, помеченным помадой. Демонесса бы не сдержалась от смеха и привлекательного зрелища, если бы не была в этом виновной, вспомнив и про свои измазанные губы, из-за чего её щёки, наверное, напоминали тот же цвет, что и прирождённый на щеках архангела.       Только бы тоналка не подвела…       Чарли не знала, от чего ей охеревать больше, и всё же она не могла упустить нового гостя, пожавлевшего к ним в отель так неожиданно, но для Морнингстар с большой надеждой. — Здравствуй, Физзаролли! Мне очень приятно. Ты заинтересовался нашей рекламой про отель? — продолжая светиться ярче ясного солнца, она с удовольствием пожала протянутую механическую руку. — Мне тоже очень приятно, моё почтение~… — демон элегантно поклонился, а затем переместил пожатую руку на плечи приближённого женского лица. — Я бы искал искупление, если бы не родился в Аду… Так что нет. Я здесь за этой особой, которую, я смотрю, так и тянет на верхние слои тортика. Да, чудила?       Грешница не оценила его смех и неловко прижала уши к церепу, пытаясь подравнять эту несчастную помаду пальцем. — Никому не говори, Физзи… Я серьёзно. — её взгляд всё-таки сумел переместиться со «своего» мужчины на беса с протезами, сумев приобрести собранность и даже некую угрозу. — Воу-воу, поубавь свой пыл, Кира, с моими новостями он ещё понадобится. Я могила. — Физзаролли поспешно перестал обременять её плечи железным грузом и развёл руки в стороны, но его глаза продолжали отражать пламя интереса и интриги. — И что такого? Боишься, что Оззи соскучится и станет сравнивать меня с тобой в постели?       Синеволосая не выдержала и дала бесу подзытыльник, под его короткий рык, чтобы он почувствовал серьёзность её слов собой, своей кожей, а не запчастями. — Физз! У Асмодея относительное чувство юмора. И это никак его не касается, это относится к работе, ясно? Мне не нужна толпа журналистов и разрыв новостей, как с тобой и Асмодеем на шоу Маммона, а тебе можно доверять. Правильно? — она вопросительно нахмурилась, и только после положительного ответа клоуна с довольной рожей напротив, выпрямилась и тоже вернула прежний вид, как ни в чём не бывало.       Пока внутри было, вот, это: «Блять. Сука. Пиздец. Мандец. Трындец. Капец. Пизда. Твою мать. Чёрт. Ебануться…» — ну, и так далее.       Какого чёрта?! Какого чёрта это надо узнать и услышать именно Люциферу и Чарли?! Ну, и, Морнингстары?! Что скажете на то, что Асмодей её бывший?! Боже, Вселенная или кто ты там… Дай ей сил. И ума. Желательно, побольше.       Ни Чарли, ни Кира ему не ответили. А Люцифер переспрашивать отчего-то опасался. Он, если честно, вообще теперь не знал, как правильно себя вести.       Чарли рассматривала их, как восьмое чудо света во плоти, меняя эмоции каждый раз, когда её взгляд смещается к чему-то новому. В тот момент, когда её брови поползли вверх, Люцифер ощутил лёгкое дуновение паники.       Что? Что он забыл? Что пропустил? На что она смотрит?       Улыбка стала больше напоминать наклейку на лице, пока мужчина взволнованно нахмурился и попытался незаметно скосить взгляд вниз, на себя и свою одежду.       Но в следующую секунду архангел резко выпрямился. Его попытки понять, что происходит, резко присёк голос Киры в его голове.       ЧТО СДЕЛАТЬ?!       Настолько медленно, насколько это вообще было возможно, Люцифер перевёл взглад на Киру, не подозревая, что этот вопрос большими буквами написан на его лице.       Зачем она просит поцеловать её сейчас, да ещё и при Чарли? А как же «просто держаться за руки, обниматься и беседовать при свидетелях»?       Куда угодно? Собственно, почему он раньше об этом не подумал? Необязательно же…       ЧТ…!!!       Люцифер не представлял, как со стороны выглядит то, как Кира притянула его, ошалевшего, за ворот и смяла его губы, в то время как он просто замер с огромными глазами, как изваяние, и пялится в никуда. Но Чарли, определённо, понравилась инициатива демонессы. Не сказать, что и ему не понравилось, ведь спустя несколько секунд полнейшего шока мужчина сам стал неуверенно отвечать ей, позволив глазам наконец прикрыться, и даже не заметил, как едва не дотронулся другой рукой, которая удерживала трость, до её талии. Но, вряд ли, он был бы так уж счастлив подобному повороту событий, если бы его буквально не застали врасплох. Осознал он, что происходит, благодаря неожиданно раздавшемуся в просторном коридоре смеху. Он отразился от стен и пошёл эхом по этажу, добавляя какой-то жутковатый антураж и так нестабильной атмосфере.       Кира оторвалась от него первая, разорвав поцелуй так же резко, как и начав. Люцифер качнулся на месте и даже не сразу перевёл вновь выкатившиеся глаза на новое лицо в их компании и, похоже, в отеле в целом. Этого демона он видел впервые.       А, вот, Кира явно нет, судя и по тому, как поражённо она произнесла его имя, и по тому, как этот демон уверенно, на грани приличия обнял её.       Архангел по-прежнему не мог выдавить и слова. Всё, что он мог — это выпячивать глаза и подёргивать одним из них в нервном тике.       Нет, он не знал это «известное лицо», и Люцифер пока не мог понять, как к нему относиться.       Положение, как всегда, спасла Чарли, активно занявшаяся новым гостем. Люциферу понравилось, как вежливо демон обратился к его дочери. И не совсем понравилось, как он вальяжно забросил руку-протез на плечо его девушке. Архангел посмотрел на Киру, встретившись с её такими же широко открытыми глазами.       Так, стоп.       Важное уточнение, фиктивной девушкой, Люцифер! И какие ещё «верхние слои тортика»?       Архангел в неудовольствии сузил глаза, оглядывая друга демонессы с ног до головы, когда до него дошёл смысл этой недвусмысленной фразочки. Нет, кажется, он ему всё-таки не нравится. И не нравится от слова совсем и всё то, что вылетает из его рта! Оззи?! Асмодей?       Вот, этого демона он уже знал.       Кажется, они с дочкой сейчас выглядели примерно одинаково. Одинаково охреневшими.       Да уж, по Люциферу точно видно, насколько хорошо он знает свою «возлюбленную».       Отличное начало! Нет, ну что за, блять, день?!       Архангел очень, очень глубоко и тяжело вздохнул, закрывая глаза. На его лице так и было написано что-то вроде: «я спокоен, я, блять, абсолютно спокоен». А когда открыл, вновь натянул какую-никакую улыбку, оглядывая всех присутствующих охренительно добрым взглядом. Судя по высказываниям Физзаролли, или как там его, представляться Люциферу нет нужды. Мужчина чинно выпрямился, привычно укладывая ладони на трость элегантным движением, и приподнял подбородок. — Что ж. Рад, что Вы с нами. — обратился он к демону. — Надеюсь, моя прекрасная дочурка не будет против, если я проявлю гостеприимство в её отеле, присоединяйтесь к нам, если хотите. Чарли как раз приготовила для всех постояльцев что-то интересное.       Люцифер гордо положил руку на плечо стоящей рядом дочери. Почему-то именно сейчас он ощутил, что рядом с Чарли не робел, а, наоборот, ощущал прилив уверенности и силы, непринуждённо транслируя их окружающим. Они с Чарли всегда, всегда будут на одной стороне, он в этом убедился после битвы, не сомневался и сейчас. — Давайте спустимся вниз, нас, наверное, уже заждались. — Люцифер указал рукой в сторону лестниц, как бы приглашая всех пойти в заданном направлении. И когда эти все наконец сдвинулись с места, он подхватил трость под мышку, зажав её плечом, и остановил лишь одного человека из присутствующих. — Но позвольте мы с… Кирой немного отстанем.       Архангел перевёл взгляд на девушку, продолжая улыбаться, и протянул ей руку. Лишь ей было видно, что в его глазах далеко не галантная приветливость. — Мы вас догоним.       Физзаролли пришёл лично потому, что считал, что такую информацию нужно доносить с глазу на глаз, а не по телефону, заодно они давно не виделись с Кирой, но проблема была в другом. — Вообще-то у меня не так много времени~… — он пытался галатно объяснить, однако, увидев не совсем довольное лицо владыки Ада, понял, что ему проблемы не нужны. — Д-да, конечно… Скажу вкратце и дождусь вас внизу. — клоун вновь приобнял подругу за плечо, на этот раз почти не касаясь, и наклонил к себе, но его голос не сильно изменился в громкости. — Кира, ты же в курсе, через пару дней проходит фестиваль. Только… Асмодей в этот раз будет выступать не с тобой.       Если всё это время просто краснела и нервно улыбалась, то с этой переданной информации она не могла реагировать иначе. — ЧТО?! — Кира вскрикнула так громко, насколько это было возможно, отчего могло показаться, будто бы от её голоса задрожали крепкие стены отеля.       Бес и сам вздрогнул от такого порыва, предварительно отшатнувшись. — Я сам не знал, честно! Он будет выступать какого-то хера с Вельзевул! С Би, понимаешь?! Он никогда с ней общался, да и два властителя кругов ещё никогда вместе не выступали на подобных мероприятиях! — он говорил уверенно и честно, не оправдывался и смотрел прямо подруге в глаза, уверяя, что он ей не враг, однако, по-прежнему видя на себе прожигающий взгляд Люцифера, занервничал сильнее. — Л-ладно… Догонишь, и я расскажу тебе о своём предложении. — лишь успев похлопать девушку по плечу, демон торопливо удалился вместе с принцессой Ада вниз, пару раз позволив себе оглянуться. — Сука… — Кира не могла понять: это Лилит её прокляла, Асмодей или кто-то ещё?! Что сегодня, блять, за день?! Какого хера так поступает Асмодей, мать вашу? Он всегда выступал с ней, несмотря на отношения или их отсутствие, они идеальный дуэт! Были… Чёрт возьми, что за прикол, ёбанный ты… Кх. Что она ему сделала, что он так ей мстит? Почему не выступает тогда с Физзи, со своим, блять, парнем?! Она бы поняла и не таила обиду. Но Вельзевул… Она же…опять похожа на неё! Почему, Асмодей?! Рэйс понимала и не понимала одновременно, почему «её» мужчина задержал её. Эмоции скрывать просто не получалось, как и у него самого, когда она развернулась к нему лицом. — Что?! Что ты на меня так смотришь?!.       Блять, только не ещё одни слёзы… Хватит превращаться в тряпку, зависимую от мужиков, Кира, над тобой ржать можно по 3 часа, тупая ты сука.       Она дрожала, дрожала от злости и обиды, пытаясь что-нибудь не сломать вокруг себя, а скрестив зудящие руки у себя на груди. — Я не думала, что он придёт сюда… Да и какая разница?!. Я не хочу, чтобы что-то было обо мне известно, как это!. Прямо сейчас ты, наверняка, думаешь про это, потому что это Асмодей — король похоти, харизматичный, поющий о том, какая любовь — сопливая херня, и я, наглая, дерзкая, провела с тобой ночь вчера, какие ещё сделать выводы, верно?!.. — Люцифер ни в чём не был виноват, и всё же демонесса ещё хорошо держалась, пытаясь нормализовать дыхание и не дать своим глазам увлажниться.       Она ясно давала понимать, почему не хочет, чтобы об этом знали. Не только журналисты, но и он, и Чарли, и другие. Ей плевать на чужое мнение в таких вопросах, но рядом с ней люди, которые помогут ей искупиться, и она готова помочь им. Так какого хрена всё это происходит?..       Ну? Вы сделали вывод, правитель Ада, или всё же поверите её словам, если она расскажет? А она расскажет?.. Нет?.. Да?.. Твою мать. — Это кажется очевидным, но всё это не так. — как же абсурдно и одновременно искренне она звучала, тяжело и мучительно вздыхая, прежде чем позволить себе упасть спиной на одну из стен коридора и болезненно прошипеть, совсем забыв про эту грёбанные ранения. — Ты об этом хочешь узнать?       Похоже, слишком быстро она перешла на «ты»… Но он сам попросил её.       Грешница наконец-то подняла на него свои глаза, переполненные не только злобой, но и тоской, отчаянием, расстерянностью…одиночеством.       И толку от того, что она расскажет ему? Он в который раз убедится, что она, действительно, видимо, любительница высших слоёв? Или подумает, что она до сих пор любит Асмодея и недавно предложенной авантюрой заставит его ревновать?       Не в этом её выгода, Люцифер. Услышь. Увидь. Она не донесёт по-другому…       А бес небезнадёжен, скорее, даже наоборот, очень понятлив и внимателен к деталям. Таким как стремительно портящееся настроение властителя Ада.       Люцифер никак не отреагировал на его заплетающееся оправдание своему промедлению и продолжил пилить Физзаролли тяжёлым недовольным взглядом.       Но от попыток выдавить друга Киры силой мысли его вдруг отвлёк вскрик. Её вскрик. Хотя назвать это вскриком — очень слабая характеристика тех децибел, которые едва не оглушили архангела, его дочь и, возможно, всех грешников в радиусе ста метров. Люцифер удивлённо переглянулся с Чарли.       Что за реакция такая?       Признаться, мужчина вообще мало что понимал из скомканного диалога грешницы и беса. Какой-то фестиваль, Асмодей, который почему-то решил там выступать, и судя по всему, в дуэте с Кирой, своей… бывшей?       Чёрт возьми, какие-то слишком запутанные отношения у этой троицы.       Люцифер вообще не лез во внутреннюю жизнь Ада, это общеизвестный факт, лишь изредка что-то выхватывал из долетающих до него слухов и громких событий. Конечно, он знал всех владык кругов Ада, хоть и очень, очень, очень давно их не видел лично. Он пустил жизни грешников на самотёк, когда-то давно в них полностью разочаровавшись, и все эти баталии, внутренние дилеммы и события были вообще по большей части не его делом. Но сейчас, учавствуя в жизни отеля и дочери, архангел стал по-немногу невольно вникать в происходящее сейчас в его мире. И судя по всему, этот фестиваль — какое-то громкое событие? Иначе с чего бы двум владыкам кругов собираться вместе? Насколько он помнит, властители кругов — вообще не большие любители друг с другом контактировать, и уж тем более сотрудничать, а тут вдруг Асмодей и Вельзевул вдвоём на каком-то там фестивале. Хотя, конечно, может порядки уже давно поменялись с тех пор, когда он последний раз интересовался тонкостями взаимодействий между высшими демонами, и теперь они живут более… слаженно.       Но новость о таком сотрудничестве явно была неожиданной для простых грешников, значит, это всё ещё нестандартное событие. Или оно таковым является только для Киры и этого Физзи?       Бес, наконец, понял, что слишком долго раздражает главного и единственного архангела Ада и поспешно закруглился с разъяснениями. Люцифер провёл их взглядом, наблюдая, как Физзаролли оборачивается, будто надеясь увидеть ещё что-нибудь интересное. Бесы…       И лишь когда они с демонессой остались в опустевшем коридоре совершенно одни, он позволил себе подойти к ней ближе, сложив руки за спиной, и молча уставился на грешницу.       Кира явно с трудом переваривала свалившиеся на неё головокружительные новости, и мужчина просто ждал, когда она возьмёт себя в руки. Что-то ему подсказывало, что даже говорить ничего не придётся.       Хотелось поднять бровь в удивлении, когда грешница развернулась и гаркнула на него. Будто бесилась, что он вообще посмел задержать её.       «А, вот, теперь мы на «ты», значит».       Но Люцифер по-прежнему молчал, никак не реагируя на её выпад в его сторону. Ждал. И не зря.       Из Киры полились слова, будто внутри прорвало плотину, и мужчина только и успевал, что ловить смысл в быстром потоке, грозящем перерасти во что-то ещё более разрушительное.       Он не строил никаких предположений, вообще не думал обо всём, что она перечисляла. Он же король грёбанного ада, ему ли удивляться очередным маленьким порокам из триллионов других? За всё то время, сколько он живёт здесь, Люцифер, кажется, видел абсолютно всё, и не было ничего, чем ещё грешники могли бы его удивить. Но Кира сама задавала вопросы вместо него, и Люцифер видел в них её истинные страхи. — А разве нет? Неверно? — это было неласково. В этот раз архангел не пытался её успокоить, напротив, он пошёл другим путём. Пусть сама ответит на вопросы, которыми задавалась. У страха глаза велики, ей нужно от них избавиться, так что Люцифер подыграет ей. Пусть решит, что все её предположения и опасения на счёт того, что он думает, правдивы. — Ты ведь сама отлично понимаешь, как это выглядит. — Что именно «не так»? — Люцифер встретил её взгляд искусственным спокойствием и холодной безмятежнностью. Но глаза оставались внимательными и участливыми, не очень явно, но выдавая его небезразличие. И пусть, может, Кира примет это за простой интерес к её словам. — Не только об этом, но для начала да.       Мужчина не двигался, оглядывая её сгорбившуюся фигуру, и перебирал вылезшие на поверхность страхи, как карты в колоде. Это конкретно перед ним она так легко раскрыла свою уязвимость или в целом так плохо скрывала свои слабости? Если второе, то возникал вопрос, как она до сих пор выживала в их круге. А если первое… то вопросов возникало ещё больше. Особенно если вспомнить, что близко они знакомы лишь сутки.       Люцифер вздохнул, приблизившись к девушке, и аккуратно прикоснулся к её щеке согнутым указательным пальцем, не разывая взгляда глаза в глаза. Сдался и прекратил притворяться. — Страхи лишь в твоей голове. Неужели ты так переживаешь, что я о тебе подумаю? — он опустил руку, но не отдалился, разглядывая такую редкую уязвимость для грешника на ее лице. Как оголённый нерв. Не то, что бы он, вот, так резко на это купился и слепо начал доверять, но это её шанс посадить между ними то самое зерно доверия. — Скажи мне всё, что мне стоит знать об этом. И всё, что мне нужно знать о тебе ещё, хотя бы в общих чертах и самое важное. А то слишком уж мы плохо друг друга знаем для «возлюбленных».       Пусть сама решает, как много откроет ему. — И да, прости, конечно, но давай пока придерживаться наших договорённостей. Не то, что бы мне не понравился поцелуй, но давай остановимся на «беседах и объятиях». Особенно там, внизу.       Люцифер король Ада и первый, кто стал его жителем вместе с Лилит, об этом не стоило забывать, но всё это время он был настолько несвойственно сущности своего королевства добрым, что подобные слова от него точно не ожидались. По крайне мере, не в той манере. Рэйс навострила уши в его сторону, даже если не всегда смотрела в глаза, однако это не меняло того, что ей всё-таки придётся рассказать. Будучи он владыкой всего Ада или… кто-то ещё. У неё не совсем был выбор, но и рот никто не зашивал, ну, точно не полностью.       Она почувствовала себя рыбой, выброшенной на берег, или, наоборот, кошкой в ледяной воде, пока её щёки не коснулись его пальцы. Их взгляды опять неотрывно следовали по общему пути, пусть даже он был неоднозачен и со множествами недочётов. И, вот, архангел спрашивает по-другому, снова в своей истинности, и от этого нисколько не становится легче.       И почему, чёрт возьми, она такая чувствительная в последнее время? На неё так повлиял Люцифер? Или… Твою мать, она опять забыла выпить таблетки. Только её не ломает. Она эмоциональна, но… не больше. Как будто перед ней стояла их замена… …или смысл их бесполезности. — Да, прощу прощения… Обычно я так не делаю. — демонесса ответила на последние его слова, прежде чем рассказать то, о чём ему не только хотелось, но и теперь, действительно, необходимо знать. Хотя бы для фиктивных отношений. Ведь это она на них настояла и она по большей части должна их контролировать, мелочи и прочие детали. Это будет честно. — Как я уже говорила, я заключила сделку. Без неё я бы осталась той же простой грешницей, какой была и при жизни. Я росла с родственниками, но, по сути, осталась загнанной и зажатой. Я никогда не стремилась выделиться, но играть Диснеевских принцесс обожала…       Да, грешница начала издалека, но не с целью, чтобы рассказать о всей своей жизни и добиться желаемого внимания, которого она не получила в детстве. А прояснить ситуацию. Убеждай себя, Рэйс. — Для матери я не стала кем-то важным, она предпочла посвятить свою жизнь алкоголю, отец же бросил меня с младенчества. На самом деле Чарли повезло. Мой отец считал себя идеальным и безгрешным, в то время как жил с другой семьёй и ни разу не приехал ко мне, сколько бы я не просила. Всегда я добивалась его внимания, а не он, так что в семье ничего особенно, типичный случай кучки родственников в нищите и долгах. Очень много мечтаний и ноль прикладывания к этому усилий. Я состоялась только здесь, в Аду, занимаясь тем, что мне по душе, в жизни же всё шло, мягко говоря, по наклонной и какие-то успехи всё равно тратились на помощь семьи, но не на построение своей. — Суть в том, что я опять оказалась на дне, когда попала в Ад. И меня нашёл Асмодей. Он ни к чему не принуждал меня, не навязывал свою роль друга, но всегда заботился обо мне. Дальше несложно догадаться… Секс был отличным, проблем не возникало. Оззи прекрасный партнёр, харизматичный, внимательный, уверенный… Он помогал мне не только с деньгами, но и с паническими атаками, он никогда не игнорировал моё состояние, а я, простая грешница, не только хотела его отблагодарить, но и почувствовать себя любимой, кому-то нужной. Видимо, сказались отношения с отцом — никакие. Это казалось, как сладкой и долгожданной сказкой, в которую веришь с детства. А потом появился Физзи… Против него я ничего не имею, я думала, что так бывает… Чувства проходят и ты нуждаешься в другом, а сейчас я всё больше убеждаюсь, что и Асмодей ни в какую срань несправедливый… Он скрывал наши отношения, его воля, но потом он выбросил меня, как надоевшую игрушку, наплевав на мои чувства. У нас выгодное сотрудничество, но никак не дружба. Он просто нашёл мне замену… Во всём. Физзаролли похож характером на меня, Вельзевул способностями и работой. — синеволосая протяжно и тяжело вздохнула, она страдала, но не так, чтобы её тело опять тряслось или начали литься слёзы. — Я… просто не понимаю, что ему надо. Чего он хочет. Чем я ему не угадила? Что во мне было не так, что он нашёл это в других лисностях, похожих на меня? Это уже неважно, но, как ни странно, мне больно, и это нормально… Просто я устала. Подобные воспоминания очередной опыт, но никак не отношения и не доверие. Тебе ли не знать, как сложно доверять после этого кому-то…       Кира вновь обратилась к нему на «ты» и при этом упомянула Лилит, только на этот раз как можно аккуратнее, чтобы не пошатнуть ту же кровоточащую рану, что и у неё. Надеясь, что он поймёт её. Поймёт и не станет осуждать, не станет думать, что она лишь загнанный и недолюбленный ребёнок, желающий искупления, внимания и любви. Точнее так оно и есть… Он и сам упомянал про то, что мог бы назвать её ребёнком. Пусть и… не в столь стандартном моменте.       Люцифер молча слушал небольшую, но искреннюю исповедь демонессы. Рассказ о собственной судьбе кажется даже отвлёк её от тех эмоций, в которые она рисковала провалиться пару минут назад. Она не была при жизни ни убийцей, ни воровкой, ни проституткой, лишь обозлённым на жизнь и свою судьбу ребёнком, который так и не выбрался из трясины, в которой родился и жил. Но этого мало, чтобы попасть в Ад, тем более на круг гордыни. Люцифер подозревал с самого начала, что она не отсюда, и жить в Пентаграм Сити — её личный выбор. И всё же стало интересно, что она натворила при жизни и как умерла.       Слова Киры, её доверчивость и обида на Асмодея, всё это звучало слишком… наивно. По-детски честно. Асмодей, пусть и является правителем круга похоти, — не самый кровожадный и страшный демон, который мог ей попасться, и в каком-то смысле ей повезло. Но он один из верховных и добился своей должности не просто за красивые глаза. Так что да, верить в бескорыстность поступков доброго обходительного демона было верхом наивности. Но через это прошли многие души, только попавшие в Ад и ничего не смыслящие в том, как здесь всё устроено, так что ничего удивительного в этом нет.       Мотивы Асмодея могли быть самыми разными, от простого желания раскрасить будни и поиграть в доброго принца до дальновидного плана завести доверенное лицо в виде абсолютно преданной и без памяти влюблённой в него грешницы. Кто знает, может, он испугался того, что малышка, которую он великодушно подобрал на улицах, вдруг начала становиться ему небезразличной. А может, Асмодей, и правда, просто наигрался или же встретил того, кто действительно тронул его тёмную душу. Сколько же на самом деле демонов обманывались, веря в чувства, искренность и справедливость своих «спасителей», одному Богу, пожалуй, известно. Увы, Кира была одной из них.       И он тоже.       Она права, ему ли не знать это чувство. Лилит… её имя по-прежнему отзывалось в сердце удушающей тоской и осушающей болью, после неё внутри осталась лишь выжженная земля. Люцифер оставлял её безжизненной все семь лет, будто наказывал сам себя. Только после звонка Чарли что-то всколыхнулось в нём впервые за столько времени быссмысленного существования. Это была вина, первое чувство, орошившее высушенную душу и вдохнувшее в неё первые признаки жизни. Дочь вернула его, подарила смысл жить дальше и цель, которая теперь вдохновляла так много душ. Он не излечился, увы, нет, и не уверен, что когда-нибудь излечится от любви к исчезнувшей жене. Но он больше не был живым мертвецом.       В Кире он видел своё отражение, того юного, доверчивого, влюблённого и глупого Люцифера, каким он был десяток тысяч лет назад. Не все эти черты выветрились из него самого, конечно, но всё же он поменялся. И ей нужно меняться, только мужчина надеялся, что Кире для этого понадобится гораздо меньше времени, чем ему, и с гораздо меньшими последствиями.       Ей нужна цель и нужен смысл. Только если грешница сместит фокус внимания, ей станет хоть немного легче. — Ты права. Я как никто знаю, что ты чувствуешь. Поэтому послушай меня внимательно. — Он приподнял её подбородок, сразу опустив руку в карман брюк. — Ответь себе: что ты здесь делаешь? В этом отеле, рядом со мной, с Чарли? С другими постояльцами? Зачем тебе всё это? Чего ты на самом деле желаешь, Кира?       Когда Люцифер заметил в её глазах сперва немонимание, а затем задумчивость, он наконец кивнул, чуть нахмурив брови. — То, о чём ты сейчас думаешь, важнее всего. Сосредоточься на этом и на том, как этого достичь.       Хотелось верить, что Люцифер сейчас не вредил сам себе, ведь ему до сих пор не были известны мотивы этой маленькой грешницы. Увы, сейчас он этого не узнает. — Бери себя в руки. И улыбайся, милая. — архангел поднял руки и нарисовал указательными пальцами на своём лице широкую привычную всем улыбку. — Ты же возлюбленная самого создателя Ада! Даже твой дружок проникся этой мыслью, а ты ещё нет!       Мужчина подставил девушке локоть, приглашая за него ухватиться, чтобы наконец вместе спуститься вниз, к гостям и постояльцам. — Я, конечно, не силён в межличностных отношениях, — вновь заговорил Люцифер, когда они спустились на первый этаж и увидели Физзаролли в компании Чарли и других демонов, медленно приближаясь к ним. — Но я подозреваю, что обычно в таких случаях люди показывают, насколько им плевать на то, как их ранили.       Архангел покосился на Киру, надеясь, что она поняла намёк. Осталось лишь посмотреть, примет ли она его или всё же будет действовать иначе.       Кира, действительно, была наивной и не так давно перестала это отрицать. В конце концов, она не искупится и не начнёт делать большие шаги вперёд, если не признает свои ошибки. Она не знала конкретной реакции Люцифера, но она как всегда разогрела всевозможные органы в грудной клетке, да и выше в том числе. Её не нужно было просить улыбнуться, Рэйс это сделала самостоятельно и, что удивительно, без труда, хотя несколько месяцев назад она бы точно разрыдалась и понастольгировала, как дура. Пора отпускать прошлое и стремиться в большое будущее.       С его следующих слов демонесса не выдержала и рассмеялась, но не с целью обидеть, это доказали её пальцы, указывающие на собственные губы с хитрыми проблесками в глазах, тем самым намекая на него. — Хорошо… Только у самого создателя Ада весь рот в губной помаде. — не став ему помогать, а довольно наблюдая лично, как он избавился от неё, девушка всё-таки не выдержала и звонко не совсем стандартно, зато открыто рассмеялась.       Ей не нужно было намекать дважды, так что синеволосая незамедлительно оплела его локоть своей рукой и наболее уверенно пошагала вниз. А ей, и правда, стало легче… Неужели ей настолько хорошо и легко сейчас, что такими ощущениями можно заменить таблетки? Обычно они происходили не так часто, от того и заменялись… Будущее покажет.       Она прислушалась к его словам и не собиралась показывать на своём лице прежнюю злость или грусть, однако это не значило, что она забыла про эту ситуацию или не собиралась её прорабатывать. Иначе зачем она здесь. — Вижу, кому-то уже лучше. — Физзаролли ухмыльнулся на сплетённую парочку, и, будь другие обстоятельства, он обязательно в хорошем смысле подзаебал бы подругу вопросами, но не сейчас, сейчас не менее было важно, что она в трезвом уме и спокойна. — Итак, перейдя к сути, хочу предложить нам выступить в дуэте, Кира. — Правда? — Рэйс удивлённо, но весьма воодушевлённо навострила заострённые уши. — Да. А чё нет? Мы никогда этого не делали, хотя ты сама знаешь, что нам не за чем скрывать свой потенциал. Вспомни своё выступление в прошлом году и мою последнюю песню, в которой я послал самого Маммона нахуй… Я не хочу, чтобы ты шла на фестиваль гостем, тем более две звезды точно взорвут сцену. Не победим, и насрать. Я думаю, будет весело. Что скажешь?       Демонесса уже давно не выступала в дуэте, собственно после и ни с кем, кроме Асмодея, но, твою мать, мир и Ад не крутятся вокруг него, а выступать с Физзи — не только честь, но и бесспорное удовольствие. — Я в деле, бесёнок. — грешница ухмыльнулась ещё шире и на готове крепко пожала протянутый протез.       Шарлотта мало что понимала изначально, когда они покинули отца и его девушку, однако сейчас она… не только умилялась, но и гордилась данной картиной, гордилась, что один из её поданных пусть и пришёл сюда не для искупления, и всё же ведёт себя весьма прилично, он уверен в своих делах и не позволяет растеряться и Кире. Она тоже была молодцом, учитывая то, что справляется с проблемами и с помощью друзей. Пусть она не до конца открыта, Морнингстар очень хотел узнать её поближе, ведь всё-таки она возлюбленная его отца и желающая искупиться в её отеле. — Точно! Мы с Вэгги тоже идём на фестиваль, как насчёт того, чтобы присоединиться, папа? — она, полная интузиазма и щенячей милоты в глазах, подскочила к властителю Ада, хватая его за другую руку и сияюще глядя прямо в глаза. — Мы все проведём время вместе, заодно ты раскрепостишься, и мы можем поддержать твою девушку на выступлении. — да, принцесса была переполнена преждевременной радостью, однако она бы приняла и его отказ, всё-таки он всё это время не свободно путешествовал по Аду или не проводил время среди грешников.       Но никогда не поздно начать, верно?       Кира это понимала не меньше Чарли, поэтому тоже перевела многозначительный взгляд на своего фиктивного мужчину. С выступлением она справится, но это отличный шанс сблизиться со своей дочерью, если не с поданными. Выбирать только ему. Никто не станет его осуждать. — Ну, наконец-то!       Вэгги, недовольно шаркая по полу, кинулась к Чарли, едва увидев её у лестниц. Девушка была не одна, но сейчас ей хотелось рассказать новости, прежде чем знакомиться с потенциальным пополнением. — Чарли, ты такое пропустила! Когда ты ушла, Энджел со своей подружкой, хотя я уже не уверена, кто она, о чём-то говорили, о чём-то явно малоприятном. Чарли, я никогда его таким не видела. Он заорал на неё! Во весь голос! Потом, конечно, он прижал её к себе и как-то, ну, очень уж тепло утешал, но я Даста ещё ни разу не видела таким злым. А ему сегодня на работу. И где ты пропала вообще, я тебя обыскалась по всему… — Вэгги не договорила, бросив взгляд на Киру и… Люцифера. Идущих под руку. Вместе. Как пара! — …этажу. Какого…что здесь происходит?       Люцифер выглядел более чем довольным, когда грешница, действительно, последовала его совету и, кажется, вняла всем его словам. Ну, или, по крайней мере, большей их части. Но внутренний дискомфорт, ощущение, что он делает что-то неправильное, неожиданно встали на первый план. Он этого не показывал, и всё что говорило о метаниях разума повелителя Ада — это чуть более напряжённые мышцы рук и еле заметно нахмуренные брови.       На них смотрели. Конечно, смотрели, не могло быть иначе. Но Люцифер именно в этот момент по-настоящему пожалел об этой затее. Это всё фальшь, это всё неправильно! Он не такой! А девушка рядом — совсем малознакомая ему демонесса! Это абсурд, полный абсурд! Это неправильно! Во что он вляпался?!       Люцифер осознал, что всё это время стоял, изображая улыбающуюся статую, только когда почувствовал на себе взгляды всей разношёрстной компании. Затянувшаяся тишина ясно давала понять, что его о чём-то спросили. Вот, только архангел понятия не имел о чём, но, видимо, о чём-то важном, раз Чарли смотрела на него с такой щенячьей надеждой, Вэгги с напряжённым ожиданием, Физзаролли с любопытством и каким-то странным скептицизмом, будто уже знал, что он сейчас ответит. А Кира…       Кира смотрела так, будто от его ответа зависела судьба Ада, не меньше.       Люцифер переводил взгляд от одного лица к другому, лихорадочно соображая, что происходит и что от него вообще хотят, когда Чарли продолжила попытку его уговорить, видимо, восприняв молчание как раздумья над её предыдущими словами.       Что?! Какое выступление? Зачем ему раскрепощаться? — Я, эм…       Чёрт, они что, хотели, чтобы он пошёл с ними на этот нашумевший фестиваль? Он?! Нет, нет и ещё раз нет. Толпы грешников, шум, крики, ненужное внимание — Люцифер не любил всё это. Он не знал, как себя вести, что делать и вообще терялся, стоило ему попасть под многочисленные взгляды демонов.       Но вновь посмотрев на Киру, архангел пождал губы. Будто надеялся на её помощь, но вместо этого получил пинок под зад, для ускорения в нужном направлении. — Чарли, родная… Я не уверен, что… вам будет комфортно, если я пойду с вами.       Но стоило лишь увидеть, как горящие глаза дочери стали по-немногу угасать, а улыбка спадать, и мужчина понял, что не может, чёрт возьми, просто не может отказать ей. Чарли хотела провести с ним время! Она сама позвала его! Разве он может, вот, так просто отказаться от этого? Будь оно всё неладно. — Но если ты так хочешь, я пойду. Пойду с вами, моя малышка. — Люцифер подошёл к дочери и приобнял, подмигивая с новой, более искренней улыбкой. — Только я даже малейшего представления не имею, что это за мероприятие, где и когда оно будет. К нему нужно как-то готовиться или…?       Мужчина глянул на Киру. Девушка ничего ему об этом не говорила толком, но спрашивать у неё, будет ли она петь или её выступления заключаются в чём-то другом, не стал. Удивительно, что он не знает, чем занимается его возлюбленная, не так ли? — Кира, ты ведь не против моего присутствия на твоём выступлении?       Он прекрасно понимал, что его появление не останется незамеченным, это вызовет немалый ажиотаж. И учитывая, что они все будут рядом, это скажется и на них. И невольно могло выйти так, что Люцифер мог перетянуть одеяло внимания на себя, даже если сам этого совсем не хотел.       Чарли видела, в каком недоумении отец, она не торопила его с ответом, но, похоже, он явно не был намерен соглашаться. И пусть она не настаивала на ранее предложенной идее, ей всё равно не удалось скрыть огорчение и не то, что бы обиду на своём потухающем лице… Как вдруг архангел искренне соглашается и крепко обнимает её, мгновенно одной лишь искрой разводя в ней новый пылкий костёр, повеливающий улыбнуться во всех 32 зубы и ответить на тёплые объятия. — Этот фестиваль проходит каждый день, как соревнования знаменитостей и их же отдых, то есть ты можешь смотреть на выступление, ставить деньги, болеть за кого-то, а также перекусить чего-то необычного, как и выпить, поиграть во что-то. В общем, классно провести время! — принцесса Ада обожала туда ходить, особенно со своей девушкой, чтобы классно провести время, а теперь ещё и с отцом, который ради неё согласился выйти из тени…       Кира не стала бы осуждать владыку Ада за отрицательный ответ, но сейчас она, действительно, сильно восхищена его словам, потому что, пусть ему и не нужно было на самом деле туда идти, смотреть на грешников, в чём-либо участвовать, или поддерживать её, но он это сделал ради дочери, чтобы провести с ней время и это никак не может не остаться незамеченным.       Рэйс не только как фиктивная возлюбленная положила ладонь на его плечо, так сказать, выражая свои чувства уважения и дрогнув ушами на его следующий вопрос. — Конечно, нет. Я буду готовиться к выступлению с Физзи, но успею провести время с вами тоже, если вы захотите. — она уже привыкла выступать без мандража или волнения, но глаза новых друзей и знакомых станут ей вовсе не лишним стимулом. — Конечно! Я всегда смотрю каждый номер! — Чарли усмехнулась и, переполненная радостью, наконец-то обернулась к Вэгги и услышала её слова. — Правда?.. Это… Это здорово! Энджел делает большие успехи, но… Меня беспокоит эта ситуация, может, удастся с ним поговорить после работы. — Ну, а нам пора готовиться к выступлению, ещё раз был рад знакомству, Ваши Величества, удачи в Вашей затее. — торопливо, но искренне протараторил Физзаролли и, больше не медля, потащил певицу за собой, которая же обеспокоилась о словах Вэгги и подумала в ближайшее время связаться с Линой.