6 ꤅𐌻ꤌꤐꤌ

      Кира выбрала хорошее место для свидания, она считала его во истину волшебным. На краю Ада, территория Асмодея, но он здесь почти не бывал. Раньше они много времени здесь проводили, однако Рэйс выбрала это место из-за его оригинальности. На краю круга Гордости располагалась грань, позволяющая выйти в космос, но, естественно, не так просто. Хозяин круга Похоти создал здесь некий ресторан, а крайнюю стену расположил именно на этой грани, которая служила чем-то вроде увеличительного стекла. Благодаря ему можно было увидеть на выбор любую точку Ада или Земли, те самые пейзажи, что, по истине, захватывают дух. Девушка пришла пораньше, чтобы всё подготовить и предупредить сотрудников, ну, а тему и обзор стены она выбрала космическую, чтобы полюбоваться просторами Вселенной.       Возможно, это немного слишком для первого свидания… Но это такое красивое и подходящее место, тем более для того, чтобы побыть наедине, и им никто не помешал, не услышал и не комментировал. — Мисс Рэйс, всё готово. — к грешнице подошла такая же рогатая демонесса, похожая на человека, так как, очевидно, сотрудники Асмодея пользовались его кристаллами так же часто. А обращалась она к ней по его приказу, вне зависимости, в отношениях они или нет. На самом деле, девушка- администратор знала, кто сюда явится, и, признаться, её взгляда достаточно, чтобы понять, о чём она думает. Осуждая и почти ненавидя. Ведь они часто пахали на Оззи руками, а эта грешница изначально попала в его руки простушкой, живя за его счёт, можно сказать, и до сих пор обладала привилегиями. — Может нам… сменить аромат, который Вам больше симпатизирует?       Несмотря на глаза, напоминающие приставленные к шее острые клинки, суккуб говорила весьма собранно и сдержанно. — Нет, не нужно, спасибо, Ари. — Кира привыкла к подобным взглядам ещё до отношений с Асмодеем, поэтому никак не отреагировала на тот факт, что, если бы не её начальник, она бы рискнула наброситься на неё и с удовольствием, добротно так, обгладала до вычещенных косточек. Даже если бы у неё не получилось… Рэйс ведь не отнимала её хлеб, так что ей, по правде говоря, плевать. — Можешь идти.       Не обратив внимание на то, что стоило ей повернуться спиной, как менеджер послала её красноречивыми жестами куда подальше, певица облокотилась на стену ближе ко входу и достала телефон в поисках последних новостей. В конце концов, им же захочется поговорить не только о себе… Нужно расширить список подходящих тем. Подходящих… Что для него подходящее?       Деловое свидание.       «Приставать не буду. Отнекиваться тоже».       Люцифер задумчиво потирал губы, засунув одну руку в карман. Отражение в зеркале идеально: накрахмаленная рубашка, костюм без единого изъяна, неизменный цилиндр на безукоризненной причёске. Только в глазах штормило. Обычно светло-золотые, сейчас они затянулись грозовыми тучами, придавленные чересчур нахмуренными бровями. Взгляд упал на золотое кольцо на мизинце руки.       Лилит.       Его Лилит.       Он так ждал её. Так надеялся, что она вернётся. Но прошло семь лет, а он до сих пор не знает даже, жива ли она. Имел ли он право вот так предавать её? Свою жену, свою единственную любовь, пусть и такую ядовитую, с привкусом горечи и пепла. Хотя он уже предал, когда переспал с Кирой.       Да и к тому же, они ведь и правда могут просто беседовать лишь о делах, да?       Ври себе дальше, Люцифер.       Взглянув на часы, архангел застегнул последние пуговицы на ослепительно-белом пиджаке, решив в этот раз сменить привычный кафтан, глубоко вздохнул и двинулся к выходу, больше не раздумывая.       Ему не приходилось раньше бывать в этом ресторане. В принципе, как и в большинстве мест в Аду. Но он успел узнать, какая репутация у выбранного Кирой места, и чем оно славится. Любопытно, что именно здесь она решила провести «деловую встречу». Оказавшись внутри, Люцифер ненадолго замер в проходе, заворожённый открывшимся видом. Это непередаваемо прекрасно. Он даже не подозревал, что его грешники способны создать нечто настолько… бесподобное.       Ему пришлось оторвать взгляд от созерцания космоса, приложив немалые усилия, чтобы оглядеться и наконец увидеть Киру сбоку, в паре метров от себя. Она увлечённо что-то вычитывала в телефоне, совсем не замечая, что больше не одна в этом великолепном месте. Персонал не считается. Губы мужчины растянулись в лукавой улыбке. Он тихо подошёл к ней, стараясь не привлекать внимание и не отвлекать от чтения какой-то статьи, как можно дольше. Облокотившись плечом о стену рядом с ней, мужчина сам опустил взгляд в её телефон, вчитываясь в то, что её так завлекло. И как бы невзначай аккуратно приобнял букет, который собрался ей подарить, как удобную подушку. — Что интересного пишут? — тихо шепнул ей на ухо архангел, изо всех сил сдерживая усмешку.       И сдерживая свобственное желание начать заламывать пальцы от разыгравшейся нервозности. Он не хотел всё испортить, но знал, что легко мог это сделать своими нелепыми выходками. Однако сейчас в нём перевешивала всё остальное весёлая игривость. — Считаю преступлением - сидеть в телефоне, когда вокруг такие виды.       Он оттолкнулся от стены, протягивая грешнице цветы, и внимательно наблюдал за её реакцией. Вдруг всё же это было лишним. Вдруг она просто посмеивалась, когда говорила тогда в номере… то, что говорила. — Мне показалось, ты любишь цветы. — это необычные, редкие розы, так похожие характером на… него. Он успел оглядеть демонессу, ещё когда просто стоял рядом, наслаждаясь её хрупкой утончённостью так же, как и видом из окон. Но сейчас он неотрывно смотрел лишь в её глаза. — Ты невероятно прекрасно выглядишь.       Цветы, комплимент… наверное, он зауряден. Люцифер ведь понятия не имеет, как сейчас принято ходить на свидания, что нынче считается модным и современным. Ему известна лишь тонкая, но, наверное, уже давным-давно скучная классика, автором и первоисточником которой сам же и являлся.       Однако Кира выглядела так, будто вести себя с ней иначе как раз будет самым наивысшим преступлением и самой большой глупостью из всех возможных.       Архангел не удержался и поднёс руку к её лицу, не дотрагиваясь до него, а лишь едва ощутимо убирая упавшую синюю прядку с щеки. — Кажется, я немного опоздал. Прости, что заставил ждать. Теперь мне ещё больше стыдно за это.       Люцифер протянул Кире локоть, приглашая за него ухватиться, и только сейчас оторвал от неё взгляд, чтобы удивиться поразительно разъярённой хостес этого ресторана. Или кто она там. Суккуб молча стояла у противоположной стены, профессионально сложив руки на уровне живота, но то, как она смотрела на них, было, мягко говоря, странно. — Эм… Здравствуйте?       Кира отчаянно пыталась найти подходящие темы для разговора с Люцифером, но в статьях как на зло попадались лишь новости о смертях, опухолях и порно с Линой… Стоп, что??!!?! Рэйс буквально стукнула ногтём в экран телефона, чуть ли его не поцарапав, и открыла статью, подробнее читая о происходящем в жизни подруги, какого-то хрена связавшейся с порноиндустрией, потому как для просмотра того, что было ниже, совсем не место и не время.       Стоило ей дойти до строчки с именем, которое чётко отпечаталось в её памяти, как она услышала другой, не менее знакомый голос. Который ждала всё это время. Демонесса от неожиданности слегка вздрогнула и тут же удивлённо столкнулась с глазами Люцифера, словно поражённая его приходом.       Чёрт… Она не сможет прочитать статью полностью, а терпеть ещё долго. Неужели это правда? Неужели Лина… Так, блять! Ей ли не знать, как в интернете могут всякое надумать и чего только не написать… Лучше спросить об этом лично при встрече с Ойро. А сейчас у неё другие планы. Грешница коротко выдохнула и наконец покинула свой мир раздумий, целиком переводя внимание на короля Ада. — А… Да так. Пыталась найти дополнительные темы… для разговора. — она лишь неловко улыбнулась и сглотнула, выглядя, наверняка, нелепо, но, по крайне мере, уже с ходу говорила честно. — Согласна. Поэтому и я посоветовала довериться моему выбору. Не слишком? — грешница постепенно начала расслабляться рядом с архангелом, пока её тело не замерло от ликования и восхищения, стоило перед её глазами предстать прекрасному букету. Розы… Она их обожала. Все. Особенно синие. Сомнения даже не закрадывались в голову о том, что этот мужчина умеет произвести впечатление на женщину. Ещё как умеет… Она аккуратно принимает букет и жадно вдыхает его манящий, соблазняющий аромат. — Обожаю… Честно. Спасибо.       Она опять говорила, как неуверенная и растерявшаяся девочка у доски, но это не она. Так он влиял на неё. В хорошем и, признаться, лишающем разума смысле. Её глаза однозначно сочились восхищением, когда она впервые его увидела, а сейчас… от его действий, голоса и всего его в целом уже яростно танцевали все внутренности. Она так и не смогла ничего ответить на комплимент, лишь увлечённо повторяя его у себя в голове, в то время как ей выпала возможность теперь полноценно разглядеть его внешний вид. Кира впервые видела архангела… в несколько другом виде. Удлинённый пиджак. Он такой белоснежный, чистый… невинный и нежный, как и его хозяин. — Соответствую и твоему виду. Ты тоже прекрасен. — спустя несколько секунд наконец-то ответила девушка, уже подумывая подхватить ножик с какого-нибудь столика и отрезать себе язык.       Прикосновение, хоть это и сложно назвать прикосновением, к её волосам, нисколько не отрезвляло её, а наоборот, уносило к дальним берегам космоса, ну или по крайней мере большую часть её разума. — Ничего страшного, я не из обидчивых. — незамедлительно усмехнувшись, Кира коснулась его отемнённой кожи, трепетно переползая на его предложенный локоть. — Добро пожаловать, Ваше Величество. — хором ответили все сотрудники заведения, словно приостановившиеся в работе муравьи, не забывая поклониться.       Один из официантов молодого возраста в человеческом обличии проводил их за лучший столик, отодвигая стулья и для короля, и для певицы, помогая усесться. — Я оставлю вам меню. Дайте знать, когда сделаете выбор. — безэмоционально и собранно проговорил демон, отдавая им два книжных меню и поспешив ненадолго уйти.       Рэйс могла многое посоветовать Люциферу из местных блюд, она здесь отличалась не только своей идеальной подачей и красивой обложкой, но и недурственным, одурманивающим содержанием. И всё-таки лезть не стала, он ведь лучше знает свои вкусы. Ей же понадобилось долго читать, чтобы определиться, потому что в этом меню ей нравился не один десяток блюд и напитков. — Итак… — неловко прочистив горло, девушка посмотрела на владыку Ада, чтобы непринуждённо начать разговор. — У короля Ада есть какие-нибудь интересы? Может, хобби, увлечения?       Она заинтересованно навострила уши и чуть не ударила коленями стол снизу, как только перед ними возникла Ари, будто вездесущий призрак, желающий мести и крови. — Позвольте, я поставлю их в воду. Демонесса уверенным движением перехватила со стола подаренный букет роз, и прежде чем оставить их наедине, окинула каждого мимолётным взглядом, прожигающим искренней ненавистью, пока на её лице не дрогнула ни единая мышца. — В таких вещах «слишком» не бывает. — улыбнулся мужчина, вновь мимолётно бросая взгляд на бескрайний космос за окном, прежде чем вернуть внимание её сияющим глазам. — Ты только что открыла мне грешников и демонов с новой стороны. Не мог и подумать, что они способны сотворить нечто настолько прекрасное, как это место.       И вдруг ощутил, как щёки начинают гореть. Кира впервые только что сделала ему комплимент. Первый в его жизни. Это так неожиданно и ново, что архангел не нашёл, что сказать, лишь обескураженно пялился на девушку, бегая взглядом по её такому же смущённому лицу.       Глупо, но всё, что Люцифер смог сделать — это перевести тему в другое русло. Он не привык фокусировать внимание на своей персоне, тем более в подобном ключе. Вроде бы, собирался с мыслями, продумывал, как стоит себя вести, подготовился, а демонесса одной нечаянной фразой обезоружила его с ног до головы, оставив только голую неуверенность и нелепое волнение, прикрытое одной лишь привычно мягкой улыбкой. Защита не плотнее картона.       Он так же заворожённо следил, как её ладонь скользит по руке, ухватываясь за локоть. Так увлёкся этим, что невольно вздрогнул, когда весь персонал хором его поприветствовал. Прочистив горло от неловкости, Люцифер кивнул грешникам. Да уж, его имя и «инкогнито» — слова несопоставимые в одном предложении. Главное, чтобы местные охотники за сенсациями не выползли из-за какого-нибудь угла.       Но у этого ресторана был один важный бонус. Помимо вида и девушки рядом, разумеется. Видимо, место настолько элитное, что умение держать себя подчёркнуто сдержанно при высоких гостях —профессионально наработанный навык всего персонала. Ни один официант и работник даже не вздрогнул при приближении короля Ада, а это уже для Люцифера своего рода подарок свыше.       Меню для него стало набором иероглифов, но архангел упорно изучал названия блюд, пытаясь по набору ингредиентов понять, что здесь более-менее может ему понравиться. Но, наверное, проблема не только в том, что Люцифер в целом не особо-то бывал в ресторанах. А ещё и в девушке напротив, на которую он всё время отвлекался, разглядывая её в мельчайших деталях. Приходилось перечитывать одно и то же название по нескольку раз, хоть это и не особо помогало вникнуть в его смысл.       Когда он в очередной раз засмотрелся на демонессу, она как раз подняла глаза, отрываясь от меню, в то время как архангел поспешно опустил их, деловито зачитывая про себя в десятый раз ингредиенты одного и того же блюда.       И тут он понял, что попал. Рассказывать о себе? О чём, чёрт возьми? О том, насколько он одинок вот уже десять тысяч лет, а последние семь из них вообще ушёл в себя, разучившись жить после ухода жены и дочери? А единственное, чем он занимался — это изобретал новых резиновых уточек с разными навыками?       Позорище.       Люцифер тяжело вздохнул, нехотя оторвал взгляд от меню. И хмуро отвёл глаза, всматриваясь в абсолютную черноту космоса. — Я не настолько интересная личность, как может показаться на первый взгляд, Кира. — снова посмотрел на демонессу, тяжело сглатывая. — Дело в том, что…       От необходимости подбирать слова его избавила та самая странная хостес, недобрый взгляд которой он заприметил сразу, как только подхватил Киру под локоть. И честно, он был готов расцеловать её за короткую передышку, фигурально, конечно. Даже смешно, что именно сейчас грешница решила озаботиться подаренными цветами с таким остервенением. Едва девушка удалилась, вновь окатив щедрой порцией какой-то патологической ненависти их столик, Люцифер упёр локоть в стол, чтобы прикрыть кулаком расползающиеся в улыбку губы. Лишь бы не засмеяться. — Мне кажется, или вы хорошо знакомы? — мужчина, наблюдая за демонессой с букетом цветов, за которые уже начал немного волноваться, скосил золотистый взгляд на Киру, не в силах сдержать веселье. — Такой тёплый приём, мне даже неловко.       Люцифер поджал губы, сдерживая смех от своих наблюдений, но вдруг сменил веселье на задумчивость, разглядывая руки Киры. Будто вычитывал ответы на свои вопросы на её коже. Он знает, что пауза затянулась, но всё думал, стоит ли ей говорить об этом вот так просто и прямо. Хочет ли попытаться открыться этой грешнице. — Утки.       Он поймал её взгляд, продолжая молчать. И снова поджал губы, чувствуя, как смех так и рвётся из горла при виде её лица. Мужчина буквально слышал, как скрипят шестерёнки в её мозгу в попытке понять, что он хотел этим сказать. Позволив себе ещё немного полюбоваться умилительным недоумением, Люцифер щёлкнул пальцами, махнув свободной рукой в воздухе, и едва он распрямил пальцы, на ладони возникла маленькая резиновая уточка в золотых стразах. Люцифер опустил её на стол перед Кирой. Понятное дело, что яснее не стало, поэтому архангел, продолжая упираться на руку и закрывая загадочную улыбку за кулаком, вновь махнул рукой. И поставил появившуюся в ладони голубенькую уточку рядом с первой. А затем призвал третью, уточку-ковбоя. Теперь на Киру смотрели три резиновые уточки, а Люцифер молча сидел и едва держался то ли от желания засмеяться в голос от её реакции, то ли от желания прибить самого себя за то, что раскрыл ей своё нелепое помешательство. — Эта, — Люцифер указал на первую уточку. — Может светиться в темноте. Эта, — указал на голубенькую, неотрывно наблюдая за реакцией девушки. — Может кусаться и записывать голос. А это просто уточка-ковбой. Но она отлично держит баланс, куда её не поставь.       Архангел откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, и повернулся в сторону официанта, подзывая ожидающего их парня к себе. — Ну? — пока молодой грешник ещё был достаточно далеко, как бы между прочим протянул Люцифер. — Достаточно интересное хобби у короля Ада? Что ты выбрала?       Он не дал ей ответить на первый вопрос, выгодно подсчитав время, когда его задать, потому что к тому моменту, как у неё появилась возможность всё это прокомментировать, официант как раз подошёл к столику. Глаза Люцифера блестели хитростью и лёгким удовольствием от того, что не услышит ответа на свой вопрос ещё с минуту. Возможно, архангел даже и не хочет его слышать, ведь сам прекрасно знает, как это выглядит, и какое неизгладимое впечатление производит на грешников, для которых король Ада — древнейшее зло и сильнейшее существо, угроза раю многие тысячи лет и опаснейший падший архангел. И тем не менее он уже приоткрыл дверцу, осталось лишь дождаться, что об этом думает девушка, рискнувшая позвать его на свидание, завуалировав его под «деловое».       Многие ответы касались Асмодея, ведь это его территория, его место, и всё же атмосфера настолько одурманивающая и расслабляющая, что Кира не решилась упомянуть про него даже словами, просто поднимая уголки окрашенных яркой помадой губ чуть выше.       У зрения девушки весьма ограниченные возможности, однако тут не нужно применять дедукцию или увеличительное стекло, чтобы заметить, что Люцифер сосредоточенно рассматривает её, а стоит ей поднять глаза, как он отводит взгляд обратно на меню. Ей тоже приходилось из-за этого поджимать губы, чтобы не усмехнуться, делая вид, что она лишь поправляет помаду. — Я не кусаюсь. И глаза тоже не выколю… — пусть она сдержалась от смеха, но молчать не стала, лишь с довольной улыбкой разглядывая его смущение и нисколько не пытаясь отвести глаза, так как с заказом она уже определилась, откладывая книжное меню на стол.       Рэйс понимает, что ему непросто, потому что… он до сих пор ждёт жену и даже не снимает обручальное кольцо, поэтому, наверняка, отвык от подобного. Да и, признаться, с Оззи они тоже в рестораны не часто ходили, сюда и то пару раз, на праздники… Рэйс отлично знакома с этикетом, но ей хотелось расслабиться и показать себя настоящую хоть в чём-то перед архангелом, надеясь, что он поступит так же. Ведь он всё же пришёл сюда… А это что-то да значит. Ведь так? — Смотря для кого, Люцифер. Не всем может быть интересен один и тот же человек, одна и та же вещь, драгоценность, увлечение, так что… — демонесса, вот-вот, должна услышать о его хобби, даже с лёгкой болью из-за сильного напряжения навострила уши, как именно в этот момент им на несколько секунд и помешала Ари… Грешница не стала злиться и лишь хохотнула вместо мужчины, который изрядно продолжал держать себя в тугой узде рядом с ней. — Не совсем… Поэтому и злится. — Утки? — она подумала, что это её извилины в голове заменили настоящие слова короля Ада, поэтому синеволосая решила переспросить услышанное, надеясь не выглядеть глухой или мечтательной дурой… Как перед ней через несколько секунд образовались три настоящих резиновых утки, с округлёнными глазами слушая их характеристики. Кира молчала. Долго молчала и утчиво рассматривала личные творения Люцифера. До сих пор не произнося ни слова, она чуть склоняется вперёд и опускает уши назад, словно пытается всмотреться в каждую деталь и сияющий камешенек, переводя глаза на хозяина данного творчества, пока её взгляд не смягчился, а засиял почти на равне с ежедневным сиянием Чарли, неспеша выпрямляясь и уже собираясь открыть рот, как к ним подошёл официант.       Его не за чем винить… Архангел сам подозвал его в этот момент и сам оттянул её ответ, при этом теперь уже нестеснительно, она бы даже сказала, несколько нагло и хитро пожирая её глазами, отчего её рот пытался перебороть его в улыбке и смекалке, но выходило плохо, только из-за физическего построения, а не желания.       Когда они сделали заказ и официант так же молча покинул их, как и настигнул, демонесса, играя по правилам мужчины, ещё долго ему ничего не отвечала, сплетая пальцы и деловито расположившись на них подбородком, словно пытаясь напугать его тем, что она якобы высмеивает его увлечения, но это далеко не так. — Может показаться странным… — вновь переведя заинтересованный взгляд на уточек, а точнее на ту, что располагалась по середине, она в диком любопытстве решила проверить его слова и протянула к нему палец, терпеливо ожидая и почти в последний момент успев отдёрнуть палец под собственный задорный смех и треск зубов утёнка. — Но по мне это классно. Какая разница, что расслабляет или развлекает, главное, что тебе это нравится. Нет, серьёзно, они такие милые~…       Синеволосая не удержалась и умилительно поджала уши, особенно часто не отрывая взгляд от уточки с зубами… ну, и от его создателя в том числе. — Я не создаю, но давно выкупаю целые коллекции пони. С детства их обожаю, поэтому. у нас есть сходства. — она несколько смущённо, скорее, капельку растерянно заправила выбившуюся синюю прядь за ухо, как им в этот момент уже принесли заказ.       У певицы салат с авокадо и креветками, а на десерт шоколадные вафли с клубникой. В качестве напитка она предпочла кровь в бокале, очень изящно напоминающее элитное вино.       Кира, разумеется, заметила и оценила его ход. И тут же подхватила игру, пытаясь вогнать его в рамки переживаний. Но Люцифер уже знал всё, что она, наверняка, подумала об этом, так что не собирался обижаться, как маленький ребёнок. Он спокойно смотрел на демонессу, которая будто собиралась озвучить вердикт на суде, а не сказать своё мнение об его увлечении, если это можно назвать таким простым словом. Хотя кого он пытался обмануть? Разве что самого себя, потому что, как бы он ни был спокоен внешне, нога под столом нервно дёргалась в ожидании, когда Кира уже назовёт его инфантильным идиотом.       Люцифер уже успел перебрать в голове множество словосочетаний и красноречивых реакций на его творчество, но девушка не попала ни в одну из них.       Как она это делала?       Как умудрялась постоянно поражать его и делать абсолютно всё, чего он никак не ожидает?       Архангел как загипнотизированный не мог отвезти взгляд от её улыбки, когда Кира засмеялась, проверив на правдивость способности голубой уточки. Не мог и сам перестать улыбаться от её слов, не замечая, как уязвимо выглядит в этот момент. Как малыш, которого впервые похвалили за поделку, сделанную собственными руками.       Даже Чарли не так реагировала на его творения, ведь когда-то в детстве Лилит сказала ей, что пора взрослеть, а не восхищаться резиновыми утками, как отец. Она это сказала в ссоре и потом извинилась, но Чарли после её слов стала другой.       И сам же округлил глаза, когда Кира призналась в своём увлечении. — Не может быть. Ты, верно, шутишь! — радостно воскликнул архангел, поддавшись вперёд. Он загорелся детским непосредственным азартом, аж край стола сжал острыми пальцами от проснувшегося интереса. — Ты обязана мне показать! То есть я хотел сказать… было бы здорово, если бы ты… мне бы очень хотелось увидеть это.       Люцифер сел ровнее, смущённо сложив руки на коленях. И уже пожалел о своём порыве. Ведь, во-первых, он не должен навязываться. А во-вторых, она взамен может попросить о том же самом. И Люцифер очень сомневался, что дворец, заполненный горами созданных им за столько лет бесполезных уточек — то, что стоит показывать девушке, если он хочет её заинтересовать.       А он хочет?       В этот момент им принесли заказ. То, во что он тыкнул в меню наугад, оказалось запечёными овощами с хумусом и яблочный тарт на десерт. Ну, и бокал белого вина. Смешно ли, но король Ада не фанат мяса и крови. Наверное, этот парадокс бросался в глаза, но Люцифер ничего не мог с собой поделать. Вообще, знай собственный народ своего правителя хоть немного получше, они бы сильно разочаровались в нём.       И прежде чем они приступили к еде, мужчина смущённо зыркнул на уточек, так и стоящих посреди стола, как главная композиция вечера. — Они все твои, если тебе, правда. нравится. Если нет, можешь их выкинуть или подарить кому-то. Я не обижусь, у меня их полно, поверь.       Он вновь одарил её подбадривающей улыбкой, так и заверяя: «всё в порядке, всё отлично». А после недолгой паузы, повисшей над их столиком, тихо признался: — Только Чарли и Лилит знают о моём… хобби. Хотя они назвали бы это иначе. — хмыкнул архангел, скрывая грусть, и сделал маленький глоток вина. — Может быть, Вэгги. Но я сомневаюсь, что Чарли вдавалась в подробности, всё же это странно.       Казалось, его увлёк космос, пока он это говорил, но на самом деле Люцифер смотрел глубоко в себя, в который раз проваливаясь в состояние, из которого так и не смог выбраться.       А затем встрепенулся, будто опомнившись, и резко улыбнулся, возвращая всё внимание девушке. — Что ж, спасибо за приглашение, Кира. — он отсалютовал демонессе бокалом, в этот раз осознанно пробуя вино. Недурно. — Позволь, теперь твоя очередь.       Люцифер сложил пальцы веером перед губами, хитро рассматривая девушку перед собой, полностью игнорируя еду, будто и не собирался есть вовсе. — Как ты начала петь? И почему так крепко дружишь с бесом, который является парой твоему бывшему возлюбленному? Меня, честное слово, поразил ваш слаженный дуэт, и я удивлён, что на том злополучном фестивале победили не вы.       Он собирался узнать больше, но решил начать с чего-то попроще. Всё же ему, действительно, не просто нужно, но и хочется об этом узнать. Да и такой альтруизм в отношении грешника, фактически занявшего её место рядом с правителем круга похоти — опять же редкость для их мира.       Вообще Кира, на его нескромный взгляд, самая многообещающая грешница в программе по реабилитации Чарли. Пока что. И чем больше он её узнавал, тем больше задавался вопросом, что же перепутали там наверху, когда отправляли её сюда? Надо будет задать этот вопрос Азриэлю, всё-таки он едва ли не руководит этим процессом.       И пока Люцифер ждал хоть каких-то слов от девушки, он, как обычный грешник, взял вилку и тыкнул в яблочный тарт, игнорируя все нормы и правила этикета, гласящие, что нельзя переходить к десерту, не закончив с основными блюдами, нельзя пользоваться вилкой, предназначенной для другого блюда, а тем более без ножа. Она просто взял и насадил пару запечённых яблок и быстро сунул в рот, рассыпая по пути сахарную пудру. Она же слегка запачкала его губы, но мужчина даже не заметил этого. Он закатил глаза, простонав от удовольствия. — М-м-м… О, небеса, это так вкусно! Ты должна попробовать! — не церемонясь, архангел своей же вилкой зацепил ещё пару яблок и протянул их девушке, невинно и хитро сверкая глазами.       Он, абсолютно, точно знает, что делает.       Хотела же, чтобы он раскрепостился, Кира?       Она удивлённо хлопала глазами, когда Люцифер встрепенулся и буквально нагнулся к ней ближе, восторженно сияя, словно новая зародившаяся звезда после завораживающего взрыва. И в эту же секунду попытался умерить свой пыл, из-за чего её уголки губ уже начали болеть от постоянного стремления вверх. Но Кира ни на что не жаловалась. Поэтому без промедления немного порылась в своей сумке и тоже выставила двоих любимых поняшек с рогами и крыльями. — Обожаю аликорнов. Вот, эта тоже светиться в темноте и может послужить ночником. — она указала пальцем на фиолетовую поняшку с очень красивым проработанным дизайном 2000-х годов. — А эта повторять за тобой слова. — затем её палец указал на розовую, более взрослую и элигантную. — Я скупила почти весь арсенал их изготовления 2000-х. Тогда очень популярны были сериалы и их маленькие экземпляры в пакетиках, сейчас такие уже не выпускают. — Рэйс рассказала об этом так же увлечённо, как и несколько секунд назад сам владыка Ада о своих уточках. И его следующее высказывание ей и понравилось, и не понравилось одновременно. По двум причинам… — Правда? Спасибо! И прикуси язык, я ни за что их не выкину.       Демонесса говорила с улыбкой, но на полном серьёзе, осторожно укладывая утят в свою же сумку, ну, а поней, пока оставила на столе, как и встретилась с такими же яркими и пылающими глазами архангела. — Я тоже их тебе дарю. Они мои любимые. — у неё тоже имелись с ними несколько ящиков в запасе, однако грешнице нежалко подарить то, что ей дорого… и тому, с кем у неё, на удивление, схожи интересы.       Взявшись за бокал, она долгожданно осушила его половину, действительно, фоня от запаха крови и её железного привкуса на своём языке, попутно, конечно же, внимательно слушая мужчину, но стоило вернуть на него глаза, как… она не знала, что это за ощущение, однако оно явно состояло в родстве с опустошением.       Хотя, скорее всего, опустошённым чувствовал себя именно Люцифер…       Девушка поддалась своему порыву и потянулась к его чернилистой руке… и, увидев то самое обручальное кольцо, которое никак не отражалось на солнце и всё равно при этом прошлось словно заточенным лезвием по её глазам, она отдёрнула ладонь… ещё до того, как он вернул внимание ей и смог бы увидеть, что она хотела сделать. — Спасибо, что поделился этим со мной. — получилось лишь выдохнуть и признаться только в этом, сплетая нервозные пальцы в замок, самостоятельно не замечая, как сжимает их между собой до побеления кожи. — Петь? Да, честно говоря… Само как-то вышло. — синеволосая коротко усмехнулась и снова смочила горло, пытаясь сглотнуть образовавшийся раздражающий ком в горле, заражаясь любопытством и хитростью в золотых глазах почти мгновенно. — Вообще я писатель. Это у меня передалось от мамы. Видимо, талант, действительно, не пропьёшь… Язык и литература были моими любыми предметами, и я сначала многое копировала, изучала, училась, потом стала создавать что-то своё. Перед смертью я решила написать несколько страниц философских размышлений… А в итоге получилась целая книга. Даже не знаю, что с ней потом сделали, я уже не увидела. Ну, а затем пошли стихотворения, песни. На каждое день рождения в детстве я загадывала желание летать… И, похоже, на сцене я ощущаю как раз те эмоции, как в полёте, мне хорошо, я могу выражать свои чувства и дать им свободу через голос. А что насчёт Физзи… Я думала, что буду его ненавидеть, но никакой неприязни он у меня не вызвал с самого начала. Может, потому что он мужчина. Или потому что несколько копия меня. Но мы хорошо сдружились, начали общаться сразу же после расставания с Асмодеем и стали настоящими друзьями. Он простой бес, а многого достиг, достаточно пережил и накопил своих грехов, так что… Да, он отличный друг. А то, что мы не победили, нас обоих не особо расстроило. Нам главное, как мы ведём себя и кайфуем на сцене.       Кира нисколько не считала неэтичным или безобразным то, с чего Люцифер начал и как именно ел, наоборот, это даже больше расслабило её, нежели волновало. Потому что какая разница, как они едят? Главное, что им комфортно вместе…       Вместе… Блять, куда катяться твои мысли, Кира.       Пытаясь не зацикливать внимание на собственных… дурных или непривичных мыслей, Рэйс вернула глаза на владыку Ада и чуть не прыснула со смеху, когда увидела его измазанный рот. И сдержаться от выпавших пару хрипов всё-таки не удалось. — Прости… У тебя на губах… Нет. Нет, не здесь… — тихо хихикая и наблюдая за тем, как архангел пытается не совсем удачно вытереться, она, удивляясь самой себе, обматывает один палец в салфетку и поддаётся вперёд, чтобы аккуратно и бережно, словно вырисосывает его линии на холсте, проходится по таким же бледным губам, как и его кожа.       Немного надавливая на их поверхность и стирая большой объём сахарной пудры, демонесса вспомнила, как они сладки и без неё… И что забавно, с таким же яблочным привкусом, как и его губы. Кажется, не только её пальцы задержались на них, но и сам взгляд, пока она не почувствовала себя будто ошпаренной кипятком. Понимая, что только что сделала без какого-либо дозволения или хотя бы предупреждения, грешница отшатнулась обратно, не очень приятно сталкиваясь со спинкой стула. — П… прости, пожалуйста. — всё, что она могла из себя выдавить, тут же накопительно сползло всё в тот же тернистый комок, пока её щёки в то время наливались собственной кровью от прилива смущения.       Блять, Кира… Сама позвала на свидание, сама касаешься его губ… Может, и до поцелуя дойдёт?!.. Твою мать, какая же она дура…       Ей казалось, что предел того, что она сгорит прямо здесь и сейчас, уже настиг… Отнюдь. — Поверь, я заказала и попробовала здесь всё, что… — договаривать было уже бесполезно, потому что он протянул ей пару яблок прямо на вилке, видимо, желая ей смерти.       Грешница не очень любила яблоки в карамели, но деваться некуда. От того факта, что сейчас произойдёт косвенный поцелуй, ей нисколько не становилось легче, хотя она довольно уверенно приняла угощение и буквально жадно откусила его, поспешно пережёвывая и слизывая слой карамели вместе с каплями природного кисловатого сока, так изящно гармонирующего со сладостью. — Спасибо… Очень вкусно. — чёрт побери, она подохнет от прямолийнего и трезво раскрепостившегося короля Ада прямо сейчас, а ведь это она его пригласила и это она обычно такое вытворяла!..       Обычно…       Люцифер пригнулся к столу так, что из-за скатерти выглядывали лишь его огромные глаза. Ни одна деталь выставленных на обозрение необычных пони при всём желании не могла бы укрыться от взгляда короля Ада. Слушал он девушку так же внимательно, как и смотрел на неё сквозь фигурки маленьких лошадок, вообще забыв, что они в общественном месте.       Когда девушка сделала паузу в своём рассказе, мужчина подозрительно обвёл взглядом ту самую элегантную розовую пони. А затем крякнул. Дважды. Как же он весь засветился, когда и пони, и его голубая кусающаяся уточка хором за ним повторили. И какое же приятное тепло разлилось в его груди, когда грешница культурно заткнула его за его же слова о том, что может делать с уточками, что вздумается. Оно вылилось в смущение, которое лишь усилилось при её словах о том, что он может взять этих пони себе. — Спасибо. — искренний взгляд и молчаливое обещание беречь их, как зеницу ока.       Архангел бережно подхватил подарок, ощупывая лошадок, и когда закончил их изучать, хлопнул в ладоши. Пони исчезли, а Люцифер лучезарно улыбнулся, наклонив голову в бок, и уставился на девушку, уперев подбородок в сложенные ладони.       Наверное, это самое странное свидание по меркам не только Ада, но и Рая.       Откровение было лишним. И не потому, что он не хотел этим делиться. Отнюдь, почему-то именно ей хотелось сказать такую важную для него мелочь. Но для Люцифера опасно об этом задумываться, потому что незаметно для себя он мог, вот, так провалиться в глубокую яму собственных мыслей и малоприятных чувств. Это не должно, вот, так вылезать на поверхность.       А она поблагодарила его за нелепое и неуместное откровение.       Кира… мягкая. Чувствительная. Но в очень опасном смысле. С ней он начинал расслабляться, терять бдительность и совершать необдуманные поступки. С самого первого дня. Терялся рядом с демонессой от каждой её выходки, например, как, вот, эта. Архангел замер, пристально и недвижимо рассматривая Киру, вытирающую его губы от пудры своим пальцем в салфетке. Наблюдая, как её действия замедляются, а девушка так и не убирает ни пальцы, ни взгляд от его губ. Он ничего не ответил на её извинения, никак не прокомментировал почти травмоопасное отделение от него. Потому что чувствовал, как филигранно грешница обнажила его, лишила преграды и защиты в виде привычной всем беззаботной уверенности. Будто специально.       Может, именно уязвлённость перед девушкой руководила дальнейшими действиями Люцифера. Это нельзя назвать местью, он такими мелочами не занимался. Но… это, наверное, что-то в роде «глаз за глаз». Уязвимость за уязвимость.       Он тоже хотел видеть её уязвимость.       Люцифер вообще, кажется, забыл, что за окном непередаваемый космический пейзаж, притягивающий взгляд любого посетителя ресторана. Забыл, зачем согласился на встречу и вообще про истинную её цель. Его занимали лишь её эмоциональные глаза, в которых разразилась буря, стоило Кире наконец жадно обхватить его вилку губами, стягивая яблоки. Архангел хитро, но прямо следил за тем, как девушка пережёвывает его десерт, как скудно благодарит, будто не могла себя заставить выдавить хоть какие-нибудь ещё слова. Странно чувствовать такое внутреннее наслаждение при виде крайней степени смущения на её лице. Он добился этого так быстро и легко, что даже ощутил лёгкий азарт. Будто впревые за всё время их общения, не считая той ночи, когда он помог полусознательной демонессе, перехватил инициативу в свои руки.       Люцифер вновь чуть наклонил голову в бок, накалывая на вилку ещё пару яблок, чтобы, глядя ей в глаза, невинно положить их на язык и вновь с наслаждением закатить глаза от невероятного вкуса. Закатывать глаза, кстати, в его планы не входило. И едва он снова сосредоточил внимание на девушке, упираясь локтями в стол, мужчина облизнулся, стирая толнким змеиным языком остатки сока с губы. — Как ты умерла? Думаю, я как твой возлюбленный должен знать подобные интимные вещи.       Кира удивлённо навостряет уши в сторону Люцифера, который даже пригнулся чуть ли на линию стола, чтобы искренне сосредоточенно и подробнее разглядывать её поней, уже не вызывая в ней улыбку. Потому что она не могла убрать её с самого начала. Да и не хотела. Честно, она, действительно, не ожидала, что Люциферу понравится подобное, но это нисколько не отталкивало её, очень даже наоборот, позволяя ей тоже раскрепоститься и открыть побольше небольших замков на своих внутренних психологических ставнях.       Услышав довольно… завораживающий и забавный кряк владыки Ада, Рэйс не выдержала и коротко прыснула в ладонь, только потом улавливая отчётливое повторение необычного сладкого звука через их собственные подарки. Её глаза горели, не желая сравниться с пылением щёк, явно их превосходя и с трудом вспомнив о том, что глазницы должны моргать.       Люцифер… Должен быть таким опасным и хранящим тёмные тайны, как настоящий король Ада, а на самом деле… такая же замкнутая и потерянная душа, пытаясь вернуть надежду и смысл жизни. Как она когда-то… Нет, девушка не считала его наивным и прочее, это было бы глупо. Просто ей тоже любопытно настигнуть или хотя бы разок заглянуть в эту широкую и тонкую грань между его чувственностью и его тёмным порывом, как всегда желая добраться сразу до сердцевины… И всячески пытаясь себя в этом сдерживать, ведь… она ему никто и, наверняка, не станет той, кого бы он ждал так же отчаянно и преданно, как свою жену. Она вообще не имела права лезть ему в душу… в душу самого первого здесь.       Демонесса ещё недолго увлечённо наблюдала за его поеданием оставшихся яблок и хотела опять смущённо запить это бокалом крови, однако полюбившийся тяжёлый напиток закончился, а подозвать официанта она не осмелилась, скорее, не осмелилась прервать их завлечённый разговор.       И зря… Потому что грешница ожидала, что угодно. Непристойные вопросы, слишком далёкие, откровенные… Но не настолько. Не настолько прямые. Её тело мгновенно начало пропитывать напряжение и постепенное раздражение, хотя она старалась не дать этому разрастись внутри или хотя бы на её лице. Серьёзно? Он не узнал, почему она попала сюда, а не в Рай… И решил спросить про смерть?       Синеволосая определённо посчитала это оскорбительным, нахмурив брови, и по-прежнему не хотела обидеть его своим поведением. А точнее нежеланием, чтобы он снова закрылся в себе… в то время как с неё готов безжалостно сорвать один из самых отягощённых уже прогнивших замков. — Я отвечу, но… Может, нам поговорить и узнать о друг друга что-то менее пессимистическое? — она отвела взгляд в сторону, в глубокий космос, так как смотреть на осуждающие и поедающие взгляды сотрудников не было такого же ни малейшего желания. — Обычный случай. Покончила собой. В той жизни мне не за чем было существовать дальше, для меня всё было закрыто… и мне это просто надоело. Таблетками не получилось, стало только хуже, поэтому на второй раз я порезала вены. — Кира отвечала честно, как он и просил… Вот, только ей несстыдно попросить оплату за такую честность следующим вопросом уже к его персоне. — А ты? Прозвучит грубо или прямолинейно, но так же лишь любопытно… Почему ты доступил восстание Рая? Это решение, вряд ли, бы приняли… без тебя.       Такое же «око за око», Ваше Величество. Если Вы готовы. Не проще ли отступить и закрыть эти темы? Она не ждала ответа, но и не ждала следующие вопросы на ту же тему в свою сторону.       То, что Кира сейчас имела удовольствие наблюдать и испытывать на себе лично было той частью Люцифера, которой он уже несколько тысячелетий не пользовался. Той самой частью, из-за которой он и угодил когда-то в Ад. Честно, он не специально расшатал её внутреннюю защиту, прокатив чувства девушки на крутых американских горках. Архангел вообще чаще всего такие свои порывы и действия не планировал, тем более после стольких лет без практики. Кто-то бы с уверенностью назвал это пассивной манипуляцией, но манипуляция — это всегда действие целенаправленное и спланированное. У Люцифера же это… что-то в роде заводских настроек. Частью самóй его сути, которая включалась рефлекторно. Кира уязвима, смущена и взбудоражена от его первого из интересующих по-настоящему вопроса, обескуражив девушку прямотой и резкой сменой вектора разговора.       И попал в яблочко, решив задать его именно сейчас. Ей не хотелось отвечать, он видел это. Ей неприятно, даже невооружённым глазом можно заметить, как Кира буквально ощетинилась, но отступать некуда, ни ей, ни ему. Люцифер, не отрываясь, ждал, когда она ответит, не сомневаясь в том, что она это сделает. Даже забавно, как демонесса заранее постаралась абстрагировать их диалог от последующих неудобных, «пессимистичных», как она сказала, вопросов. Люцифер беззвучно хмыкнул, моргнув в знак согласия.       В её глазах отражался космос, когда она говорила, и это не метафора. Ей удивительно шло это место.       Значит, суицид. Банально. А ещё это объясняло, что она делала в Аду. Хоть и не объясняло, почему Кира гончая. Если слабость и самоубийство — единственный её грех, возможно, она, и вправду, такая, какой пытается казаться, и ей, действительно, не составит проблем оказаться наверху. Это хорошо. Но почему от этой мысли Люцифер ощутил, как по душе заскребли кошки…       Знаете это прекрасное чувство, когда в горле застревает огромная острая рыбья кость? Ты боишься пошевелиться из страха, что она проткнёт горло, не можешь глотать от боли и говорить можешь только через силу, лишь бы не продвинуть её дальше. Вопрос Киры стал для Люцифера этой самой рыбьей костью.       Она обвиняла его, он правильно понял? Маленькая храбрая грешница решила, что может, вот, так легко спрашивать о таком? Люцифер никогда не злоупотреблял властью, что уж говорить, если большинство ныне живущих грешников и в глаза его не видели. Но демонесса неожиданно напомнила ему, кто он. Один короткий вопрос, и острое осознание своей подзабытой роли отразилось не столько на лице и позе, сколько и в силе, исходящей от него тяжёлыми волнами. Эту давящую, осевшую в пространстве энергию ощутили все присутствующие. А Люцифер так и сидел со сложенными в замок пальцами у губ и пилил Киру сощуренным взглядом. Он уже слышал и раньше этот вопрос, и далеко не единожды, а она решила, что вытянет из него ответ, просто пригласив на «деловое свидание»? Золотистый тёплый взгляд архангела куда-то исчез, его место заняли красные, хищные глаза короля Ада. — А тебе не кажется, что это никак не может относиться к тому, что должна знать моя едва появившаяся из ниоткуда возлюбленная?       Люцифер, не глядя, подхватил пальцами тонкую ножку своего бокала и неспеша осушил его до дна, хмуро отставив уже пустым в сторону. Пытался умерить собственный пыл. А затем легко откинулся на спинку стула, оглядев девушку совсем по-иному. Скрещенные на груди руки и невесёлая ухмылка не обещали ничего хорошего. — Знаешь, я согласен ответить тебе на этот вопрос.Ты будешь первая, кому я открою всю правду о том, почему Рай, вот, уже тысячи лет зачищает Ад. Но при условии, что ты ответишь на три других моих вопроса. Тогда они будут хоть мнимо уравновешивать то знание, что ты у меня попросила. — Люцифер сделал паузу, чтобы Кира осознала всё, что он сейчас сказал. — Зачем ты на самом деле пришла в отель? Откуда у тебя силы? И кто держит твой контракт?       Захотела узнать одну из главных его тайн? Придётся заплатить своими, и простого признания в собственной слабости, ставшей причиной смерти, будет недостаточно.       Он ничего не сказал по поводу её ответа на его же поставленный вопрос. А ему и не нужно ничего говорить… Кира всё видела в его глазах. Слабость. Он считал её слабой. Она не отрицала, что таковой являлась… но не сейчас. Она считала, что достаточно прошла, достаточно ступила и разрушила жизнь собственными стараниями. Рэйс не для того заключала сделку, чтобы оправдываться даже перед королём демонов, для чего это сделала, почему и так далее.       Люцифер вспомнил о своих только сейчас? Как удобно… И кто же именно определил этот вес? Он? Он не знает, что и сколько в её жизни весит, а теперь ставит ей условия?!       Девушка ни в чём его не обвиняла, точно так же прямо и ненасытно желая узнать правду, однако он хитро продумал свой следующий ход, чтобы она не получила ответ. Грешница выглядела собранной и серьёзной, больше разозлённой и задумчивой, но никак не растерянной. — Отчего же? Разве другая бы «возлюбленная» согласилась бы на отношения, ничего не зная о самом короле Ада? — да, она это предложила, но она это предложила для его же дочери, лишь желая помочь ему, а его никто не заставлял соглашаться. — Если ты передумал, твоё право, но всё было бы куда проще, если бы ты был с Чарли посмелее. — синеволосая не имела права говорить такое ему так прямо, но её голос звучал уверенно, негрубо. Она считала, что может высказывать своё мнение, учитывая и то, что она почти в одной лодке с младшей Морнингстар и понимает, каково это. — У тебя намного больше шансов, будь ты посмелее, чем у моего отца. Мой отец ничего не захочет от меня и сейчас, кроме денег. А ты бы мог и без меня доказать Чарли, как нужен ей, а она тебе.       Может, Кира и перевела тему, это всё равно напрямую касалось их договора, в котором, казалось бы, никакой выгоды для неё не было. Что ж, не лучшая ли оплата — хоть малейшая правда? — Хитрый ход… — Рэйс с раздражением сжала стенки пустого бокала, потрудившись, чтобы его не разбить, и осмелилась усмехнуться прямо ему в лицу, даже если бы знание являлось фактом её как минимум приструнения. — Только даже у возлюбленных есть секреты. С чего бы я должна раскрывать свои уязвимые места перед тем, кто не использует это в свою пользу и забудет, как ненужную вещь, стоит дочери убедиться в «счастливой» жизни отца?       Про возвращение жены она добавлять не стала. Нет, не потому что её пыл угасал, отнюдь нет, как раз наоборот. Она не добавила по той причине, что просто не знает, какие у Лилит настоящие намерения и вернётся ли она к мужу… как к верному псу. — В отель я пришла, чтобы помочь и искупиться, если это возможно. Силы от контракта. А с кем, я не скажу… Может, в нём есть пункт, не позволяющий мне разглашать данную информацию? Разве это касается моего желания или выбора? — Так спрашивай. Обо мне. А не о «политике», Кира. — отчеканил Люцифер, понизив голос до змеиного шипения. — Как правильная «возлюбленная». Услышишь ответ на свой вопрос и узнаешь обо мне «всё»?       Архангел пригнул голову вперёд, сузив глаза.       А затем весь замер, даже дышать перестал от того, что выдала эта… грешница. Так и хотелось сказать: «не трогай Чарли и мои с ней отношения», но ведь как раз таки Кира их касалась напрямую, верно? Сколько ещё раз он пожалеет, что ввязался в это дерьмо? Было бы гораздо проще, просто пройди он тогда в холле мимо неё. Она бы его даже не заметила, грешница была в паре минут от нервного срыва.       Но он не смог бы. Люцифер не смог бы пройти мимо неё, даже если бы захотел тогда.       Судьба обладала очень скверным чувством юмора.       Кира будто и не чувствовала тех невидимых многотонных плит, давящих на плечи каждого, кто находился в ресторане, слишком увлечена парированием его ответов. Зато персонал уже истекал холодным потом от напряжения. Люцифер и сам не чувствовал, что делает, как источает силу, выплеснувшуюся из-за раздражения и растущего между ним и грешницей напряжения. — А ты бы хотела, чтобы не забывал? — моментально ответил вопросом на вопрос.       Он буквально видел, как вонзился в неё этот вопрос. Прямо, без предупреждения. Её это волнует? Он волнует? — С чего бы мне, — нарушил молчание архангел. — открываться той, что собирается покинуть Ад при первой же возможности и забыть обо всём, что здесь происходило?       Они будто играют в дартс. Или сражаются в дуэли на шпагах. Правда, колкие вопросы и не менее острые ответы оставляли лишь невидимые порезы. Невидимые для посторонних, потому что Кира и Люцифер прекрасно знали, насколько глубоко проникали их «дротики».       Грешница ответила. Из всех ответов его устроил лишь один. Он оказался прав, демонесса продала душу, и одним из пунктов являлась дарованная ей сила. А может, только это и было условием сделки с её стороны. Губы архангела дрогнули, но он не позволил им сжаться.       Увы, фактически Кира ответила. Люцифер хмыкнул, как демонесса ловко это сделала. Ведь он не мог ей сказать что-то в роде «меня не устраивает ответ». Поэтому он подозвал официанта пальцем, попросил обновить им бокалы, и как только они вновь остались одни, Люцифер поднялся и передвинул стул, сев рядом с девушкой. И пригнувшись к ней, глядя прямо в глаза, задумчиво прикусил свою нижнюю губу, прежде чем заговорить так, чтобы слышала только она. — Меня вынудили. Выдвинули ультиматум. Я посчитал, что ежегодные зачистки будут лучше, чем полное исстребление всего населения Ада.       Неразвёрнуто. Коротко. Но суть он передал более чем. Так что да, теперь они квиты. Мужчина выпрямился и отодвинулся, отворачиваясь в противоположную от неё сторону. И угрюмо уставился в космос, проваливаясь в воспоминания, которые так долго заталкивал в самый дальний ящик своей памяти. И не заметил, как начал нервно крутить обручальное кольцо на мизинце. Люцифер не прекращал носить его с того момента, как Лилит надела кольцо ему на палец. Оно стало его частью, будто срослось с ним. А ещё стало его кандалами. Сколько он вытерпел от неё, сколько прощал… и готов был делать это и дальше. Когда вы вместе чуть ли не вечность, очень сложно представить себе жизнь, в которой вы будете порознь. Настолько сложно, что даже те вещи, за которые прощать нельзя, ты всё равно прощаешь. И принимаешь на себя грехи того, кого любишь, лишь бы спрятать Её за спиной и защитить от совершённых ошибок и их последствий, за которые Ад расплачивается по сей день. Лилит… если бы она вернулась, смог бы он простить её в очередной раз?       Кире он бы не рассказал и под страхом смерти, кто на самом деле виновен в том, что все они здесь. В том, почему на самом деле начались зачистки. Потому что Лилит его жена, потому что оставался верен своим обещаниям защищать и оберегать её, произнесённым в Эдеме. И потому что он оставался злом в глазах демонов и ангелов, вот, уже больше десяти тысяч лет. Глупо сейчас вдруг взять и ни с того ни с сего открыть правду одной маленькой хитрой грешнице, которая смогла зацепить его настолько, что Люцифер вообще забыл, где находится. Что не заметил, как перестал всматриваться в открытый космос и заменил его её напряжёнными глазами малахитового цвета. Они теперь так близко, и он понимает, что уже довольно долго рассматривает их, разглядывая мельчайший тонкий узор радужки, тёмную бездну, скрывающуюся в зрачках, и ураган чувств и эмоций, виновником которых стал сам. Она не боится его, не опасается дать отпор и спорить. Видит в нём мужчину, а не повелителя. Причём мужчину довольно глупого, судя по всему. Эта мысль его развеселила, но внешне это проявилось лишь в приподрявшихся как при улыбке уголках глаз, которые вновь стали золотыми. — Ты ужасно упёртая. — пробубнил сквозь пальцы, на которые опирался, как раз замолчав в тот момент, когда официант принёс новые бокалы с белым вином и кровью.       Пусть сама думает, комплимент это или критика.       О нём? Люцифер обрёк на себя слишком большую волну её сумасшествия и смысла, почему она здесь… Даже он будет в шоке, может быть уверен. — А кто сказал, что я «правильная» возлюбленная? — её голова изредка и медленно крутилась, как и у него, глаза горели точно так же, как и у него, словно они две одинаковые змеи с разными ядями, вступившие в схватку и пытаясь собой же выдавить как можно больше информации… или боли.       А кто начал? Неважно… Вернуть назад уже не получится.       С виду она совершенно спокойна, правильнее выразиться, уверенная. Однако она не бесчувственная, и в её груди штормил настоящий ураган, выпуская лишь малую часть своих ветров наружу.       Хочет… Хочет, чтобы он не забыл её. Не забыл её тайны. Не забыл её, когда попадёт обратно в Рай… Да и попадёт ли вообще. — Ты забудешь. — слишком просто в их обстановке и перетекающей ситуации ответить «да», но демонесса прекрасно видела по его глазам, что он получил то, что хотел, и это бесило её больше, побуждая сплести свои руки на груди. Только для того, чтобы что-нибудь не швырнуть или не разбить прямо сейчас. — Вспомнишь меня, только как «слабую» грешницу, что вытащила из тебя раздражение и попытки наладить отношения с Чарли… В общих чертах ту, что позволила себе бестактно влезть хотя бы в корку твоей жизни.       Оба. Оба говорили друг другу одно и то же и думали, что это больше никогда не повторится. Идиоты… Оба, блять. — Я-то не забуду. Для меня это будет… опыт и урок. — она хотела бы, чтобы архангел остался не только опытом… опытом чего? Фиктивных отношений?       Как только мужчина начал двигаться в её сторону, синеволосая резко отвернулась к сотрудникам и как будто собралась в порыве психа убежать. — ᚢᛟⰞᚳᛋ ᛒᛟᚺ. — её демонический голос, кажется, раздался грохотом по всем стеклянным стенам ресторана, от которого грешники ни на шутку остолбенели, но им понадобилось пару секунд, чтобы нахрен сберечь свои жизни и всем убраться на кухню или куда-то там ещё.       Понимай как хочешь, Люцифер… То ли она бережёт твою тайну, то ли просто бесится с посторонних взглядов, которые до этого её вообще не волновали.       Кира так и не повернула к нему голову, однако её левое ухо заметно держалось навостру и не пропускало ни единого его слова.       Пусть так… Это похоже на правду. Но необязательно она. Потому что она не ответила на все три вопросы. А если бы и ответила… он король Ада и не стал бы разглашать подобное той, «которая поскорее желает покинуть это место… и его». — Это лучше. — Рэйс так же смело усмехнулась, якобы неспециально поправляя и без того уложенные синие пряди. — Потому что даже слабые грешники бывают упёртыми и добиваются своего… — Чего добиваются, лисёнок? — этот голос она не перепутает ни с кем… потому что именно его она ждала все полгода.       Но не сейчас… Ну, твою мать, почему именно сейчас, Асмодей?..       Рэйс, по-прежнему не глядя на Люцифера, неспешно поднимается с места, пытаясь не сломать весь этот стол к чертям, и поворачивается к королю похоти в валяжной уверенной позе. — Здравствуй, Асмодей. Что ты здесь делаешь? — пусть у неё и получалось сохранять вежливый стиль общения, но точно не тон после раскалённого разговора. — Да не беспокойся, тигрёнок. Я лишь за бумагами. Собираюсь продать это место. — высший демон наконец-то соезволил заметить самого короля Ада, как только подошёл ближе и… смог разглядеть его за спинкой стула. — Надо же~… Сам «большой» папочка здесь. Неужели я всё правильно понял?       И, вот, теперь их общую манеру общения сложно не заметить… Ёбаный в рот. — Оззи… — демонесса не собиралась оправдываться, но факт оставался фактом, что сейчас всё пошло не туда как никогда… — Погоди, что? Продать? Ты же ходишь сюда. И я хожу. У меня 10% процентов твоего бизнеса. — Всё верно, лисёнок, как раз поэтому удачно, что ты тоже здесь. Тебе будет нужно поставить подпись. — нет, Оззи очень даже смущало присутствие Люцифера, точнее сказать, интриговало, заставляя нагло изгибать брови и двухсмысленно улыбаться. — А у вас что-то типа свидания… Я прав~?       Ну, конечно, он, блять, прав. У Люцифера нет бизнеса или официально того, чем бы он мог помочь или сотрудничать с Кирой… Так думал прославленный король похоти. — А если я не соглашусь? — грешница так и не ответила на последние его интересующие вопросы, уделяя внимание первым, несмотря на то, что они напрямую, блять, связаны со вторыми… — Ну~… Я бы не стал так делать на твоём месте. Всё-таки я помог тебе тогда… — Асмодей никогда ничего и никого не стеснялся, потому спокойно выражал свои мысли, утапливая в харизме и характере. Он подхватил бокал, принадлежащий Рэйс, и залпом осушил свежую кровь, ведь для его роста это лишь пару капель… — И ты можешь спокойно распоряжаться 10% процентами всего бизнеса и сейчас, Кира…       Опять. Опять, блять. Только что Люцифер напомнил, какая она слабая, теперь это делает Асмодей… — Да пошли вы… — уже открыто поимев последствия в задницу, синеволосая озвучила свои мысли и, подхватив сумку, сразу же исчезла, телепортировавшись и оставив бывшего и будущего самцов наедине…       Асмодей мог показаться тем, что просто дразнит Киру, но он является именно тем, кто знает то, что не знает о ней Люцифер… Разве это не могло их сблизить? — Ну, так~… Кто сверху? — крутя бокал между всеми пятью пальцами, с довольной ухмылкой спросил у короля, блять, Ада один из его братьев. — Опыт и урок… — эхом повторил её слова Люцифер, дёрнув бровями.       Он даже не дёрнулся, когда Кира приказала персоналу исчезнуть, чтобы остаться наедине. И понял это, когда уже приземлился на стул. Опять же у Лилит была такая же способность, и подобные выкрики не являлись для его королевы редкостью. Даже появилось ощущение дежавю. Только Лилит применяла голос на подчинённых совсем по другим причинам и совсем в других обстоятельствах.       Зато это оказалась прекрасная демонстрация недурных способностей и умения ими владеть. Особенно на эмоциях.       Архангел ухмыльнулся её ответу чуть заметнее и уже хотел парировать ответ. Когда вдруг раздался знакомый голос.       Твою мать. Допрыгался, Люцифер?       «Главное, чтобы эти отношения не стали достоянием общественности» — ну, конечно. Именно поэтому они пришли в ресторан и обогатили встречу сомнительным флиртом и ещё более сомнительной борьбой остротами.       И на минуточку. Лисёнок?       Люцифер сузил глаза, кусая щёку, пока девушка поднималась с места, чтобы поздороваться с правителем круга похоти. И своим бывшим.       Вот это, блять, новость. Так они в ресторане Асмодея?       О, небеса. Архангел закатил глаза перед тем, как развернуться к одному из самых вальяжных первых подчинённых, элегантно закинув ногу на ногу, и упереться одной рукой в спинку стула, пока другая сжимала трость. — Здравствуй, Асмодей.       Он проигнорировал слова демона и показательно начал рассматривать пальцы, очищая один из них от невидимой грязи. Как же он не скучал по этим вальяжным шуточкам про его рост.       И прекратил елозить пальцем по ногтю, едва услышал занимательные новости. 10% его бизнеса? Сколько всего их, оказывается, до сих пор связывает.       Люцифер поднял холодный тяжёлый взгляд исподлобья на Асмодея, вновь не отвечая на предельно прямой вопрос. Как же он любит лезть туда, где его не ждут.       А, вот, его словам насчёт несогласия девушки он не удивился нисколько. Даже хмыкнул, слабо усмехнувшись. Это ведь именно то, о чём он говорил ей, Асмодей лично предоставил только что тому подтверждение. Взгляд короля Ада недовольно проследил за бокалом девушки, который без лишних забот о нормах приличия осушил верховный демон. По-хозяйски, будто до сих пор имел на это право.       Пальцы крепче сжали яблоко на трости, потому что если пострадает нелюбимый аксессуар, то точно либо имущество этого заведения, либо сам, как его до сих пор называет Кира, Оззи.       Вот, только ничего произойти так и не успело. Кира просто… послала их и исчезла. Серьёзно? Она просто взяла и ушла?       Архангел перевёл взгляд на стол, подхватывая бокал с белым вином, и отпил пару глотков, как истинный ценитель и дегустатор. Последнее, что он хотел — это снова начать контактировать с высшими. А особенно с Асмодеем, который никогда не отличался особым тактом.       Люцифер нехотя вернул внимание Асмодею, возвращая недопитое вино на место. Ему интересно, переспали ли они? Всё ещё волнует, куда занесло его временную игрушку? Чувство собственничества, особенно когда кто-то или что-то тебе не принадлежит — большой грех, Асмодей. Но, честно говоря, вероятнее здесь подходит тот вариант, что демон просто любопытен. Хоть это и не его грёбаное дело, о чём Асмодей прекрасно знал. — Твой ресторан. Это место… — Люцифер обвёл рукой помещение, задержавшись на панорамных окнах. И остро улыбнулся одному из своих близжайших подчинённых. — Я куплю его у тебя. Ты же не против? Мне тут слишком понравилось, мне бы хотелось оставить его себе.       Люцифер хоть и привычно широко улыбался, и голос его был непринуждённым, но Асмодей знал, должен был помнить, что улыбка архангела далеко не всегда означала хорошее настроение. Частенько за ней могли скрываться угрозы, которые никто не хотел бы ощутить на себе. — Ты стал такой звездой, Асмодей, так поднялся, молодец! — Люцифер продолжал улыбаться и вести себя так, как и всегда, ярко жестикулируя одной рукой. А ещё это был намёк. Тонкий, как сатин, но даже его достаточно, особенно для высших демонов. — И круг, я уверен, держишь в идеальном порядке! Я никогда в тебе не сомневался. А этот ресторан, признаюсь, очень меня удивил. Не знал, что ты способен создать нечто подобное, я в восторге. Так что? Продашь его мне?       Асмодей так и не получил ответ на очень интересующий последний его вопрос… Однако вечер продолжал быть интригующим, ведь Люцифер предложил купить это место, хотя обычно он не вступал даже в такого рода сделки. Обычно его ничего не волновало… а сейчас, видимо, больше подходило «кто», а не «что». — Какие сентиментальности, дорогой… — хозяин круга похоти задорно и басово рассмеялся, аккуратно вернув уже давно пустующий бокал Рэйс обратно на стол. — Да на удовольствие~… Только подпись лисёнка тоже нужна, так что… дайте знать, когда приятно помиритесь. — подмигнув королю всего Ада, высший демон галатно поклонился ему.