Часть 10: Самый страшный момент

Гилдарт знал, что всё было слегка нелепо, но в первые несколько дней, когда он привёл Кану домой, он проверял её много раз за ночь. Он знал, что всё было иррационально, но он боялся проснуться и узнать, что всё было лишь сном, что у него не было дочери, которая была самой идеальной на свете. К счастью, похоже, всё было реальностью, ведь каждый раз, когда он вставал, он видел её милое личико, мирно спящее. Его сердце тут же подскочило к горлу, когда он отчаянно заметался, пытаясь найти её. Где она? Кто-то забрал её? — Папочка? — спросил сонный голос позади него. Гилдартс тут же кинулся к двери кухни и увидел своего ребенка, сонно смотрящего на него, не успев подумать, он упал на пол, подхватив её на руки. Он с облегчением выдохнул, крепко прижав растерянную маленькую девочку к груди. Она была в порядке, она была в безопасности, у него. Прижавшись поцелуем к её лбу, он поблагодарил каждого существовавшего бога, что это было лишь фальшивой тревогой. — Что случилось, папочка? — Кана спросила, не понимая, почему её папа так странно себя вёл. — Папочка просто испугался, когда увидел, что тебя нет в кровати, Принцесса, — он объяснил, оставив ещё один поцелуй на её лбу. — …Прости. — Маленькая девочка виновато сказала, прежде чем повернуться в руках отца и потянуться за плюшевым мишкой, которого она уронила, когда Гилдартс поднял ее на руки. — Ро! Она почти вырвалась из рук отца, схватив своего медвежонка, и отец с трудом удержал ее. Подождите, разве Ро не… — …Я оставила его. — Кана со стыдом сказала. Насколько помнил Гилдартс, плюшевого медведя оставили на кухне после ужина, а Кана редко спала без него. Теперь он точно понял, что произошло. — Ну что ж, давай вернемся в постель, — маг разрушения мягко сказал, укладывая Кану в кровать и второй раз за ночь желая ей спокойной ночи. Кана вернулась в страну снов почти сразу же, как только ее маленькая головка коснулась подушки. Отец остался смотреть на свою девочку. Это был самый страшный момент за всю его жизнь. Если бы с ней что-то случилось, а он проспал… он бы никогда себе этого не простил. Но всё было в порядке, Кана была в безопасности, ничего не случилось, так почему же его сердце всё ещё билось в груди. Он слышал, как родители говорили о своих детях — о том, что приоритеты в жизни меняются, как только они впервые берут малыша на руки. Он никогда не понимал, что именно это значит. Кана быстро стала всем его миром, и он не хотел бы, чтобы было иначе. Он просто должен был научиться этому, убедиться, что медвежонок будет с ней во время сна. И, может быть, укрепить замки на всех входах, просто чтобы быть в безопасности.