Часть 11: Внешний мир

— Гилдартс, ты когда-нибудь отпускаешь девочку? Маг разрушения повернулся и увидел, что Макаров смотрит на него, приподняв бровь. Кана, которую в данный момент держал на руках ее отец, с энтузиазмом помахала невысокому мужчине рукой. — Привет, мастер! — Она радостно крикнула, когда мужчина подошел к отцу и дочери. Ей удалось уговорить отца взять ее с собой в парк, но он всё равно настаивал на том, чтобы держать ее на руках. Гилдартс немного посмеялся над своей любимицей, прежде чем ответить на вопрос. — Конечно же, я отпускаю её. Верно, дорогая? — Он похлопал по плечу маленькую девочку, которая радостно кивнула. — Тогда почему ты всегда носишь её каждый раз, когда вы на улице? Я думаю, Кане бы хотелось побегать вокруг. Сегодня такой хороший день. Кана ответила за отца. — Папочка говорит, что я слишком маленькая, чтобы играть на улице. Что ветер унесёт меня и он никогда не увидит меня. — Маленькая девочка серьезно повторила. Она хотела пойти поиграть, но папа сказал, что это небезопасно, а папа всегда прав. — Неужели? — Макаров заинтересованно смотрел на девочку, а ее отец стыдливо отводил взгляд. Эй! Это не было полной ложью — Кана почти ничего не весила! Её бы, наверное, унесло, если бы он ее посадил! В доме не было ни огромных птиц, ни диких зверей, ни сильных ветров — там было гораздо безопаснее для его маленькой принцессы, пока она не подрастет. — В таком случае, я думаю, вы с отцом не откажетесь пойти со мной в гильдию? Вряд ли какие-нибудь ветры смогут унести тебя там, — предложил мастер гильдии. Кана повернулась к отцу. — Можно, папа? Гилдартс, который не мог отказать своей маленькой принцессе, проворковал: — Конечно, милая. Прибыв в гильдию, Кана быстро вырвалась из рук отца и побежала к стойке бара, где хранились ее запасные книжки-раскраски. Это могло занять ее на некоторое время. Видя, что дочь отвлеклась, сильнейший волшебник со вздохом повернулся к мастеру гильдии. — Итак… о чем вы хотели со мной поговорить? — Гилдартс, ты должен позволить ей быть ребенком. Я понимаю, что ты новичок в этом деле, и знаю, как сильно ты ее любишь, но ты не можешь защитить ее от всего. — Я знаю, мастер, правда знаю, но… посмотрите на нее. — Оба мужчины повернулись и посмотрели на маленькую девочку, радостно раскрашивающую за своим столиком. — Она такая идеальная. Я беру ее на руки, и мне кажется, что я ничего не держу — я бы никогда не простил себе, если бы с ней что-то случилось. Мужчина пониже ростом улыбнулся другому. — Но если ты будешь ее опекать, в конечном счете это принесет больше вреда. — Он мягко сказал. — У тебя умная, красивая девочка, но ты должен позволить ей расти. Начни с того, что позволь ей играть на улице — если понадобится, следи за ней как ястреб, но позволь ей быть ребенком. Гилдартс хотел последовать его совету, правда, хотел. — Но что, если что-то случится? — В этом и заключался страх, не так ли? Что единственный раз, когда что-то случится, это когда он наконец выпустит ее на волю. Макаров только поднял бровь и фыркнул. — Гилдартс, я вижу, как ты не сводишь с нее глаз, пока мы разговариваем… Я знаю, что если ты когда-нибудь разрешишь ей играть на улице, то оба глаза будут постоянно на ней, и если что-то случится, то сначала это должно будет пройти мимо тебя, а я прекрасно знаю, что ты никогда не позволишь этому случиться. На это маг удивленно моргнул. — Кана… подойди сюда, пожалуйста! — При звуке своего имени девочка подняла голову и подбежала к ним. — Да, мастер? — прощебетала она. Старик улыбнулся девочке. — Я только что разговаривал с твоим папой, и он собирается отвести тебя на новую игровую площадку вниз по улице, а после угостить мороженым — как тебе? Не успел Гилдартс договорить, как его маленькая принцесса издала восторженный визг, прыгнула ему на колени и обняла его за шею (и, конечно, он обнял ее — разве можно упустить возможность обнять своего ангела?). — Спасибо! Спасибо! Спасибо, папочка! Ну вот и всё, они пойдут на детскую площадку, и он отпустит свою принцессу — но только на детской площадке. По шагу за раз.