"Святая"

      В зале духовного института воздух гудел от перешёптываний. Свечи коптили потолок, а старшие братья в рясах, обтянутых золотом, сжимали пергаменты с донесениями из глухих деревень.       — Говорят, она исцеляет прокажённых одним прикосновением, — сообщил брат Иларион, его пальцы нервно перебирали чётки. — А ещё… глаза у неё — как алые искры.       Настоятель, мужчина с лицом, изборождённым морщинами, хлопнул ладонью по столу.       — Чудо или ересь — мы решим. Если эта девчонка и вправду святая, то институт получит её под своё крыло!       Брат Кайен, молодой и пылкий, вскочил с места.       — А если она послана, чтобы испытать нас? Что, если её сила — не божественный дар?       Тишина повисла густая, как смола. Где-то за окном каркнула ворона.       — Тогда, — настоятель медленно обнажил зубы, — мы сожжём её.       В углу, затаившись, наблюдал брат Ренард. Он единственный знал правду: деревня, где поселилась «святая», была проклята ещё до её прихода. И теперь он задавался вопросом — кто кого нашёл: они её… или она их?       Ренард чувствовал, как холодок пробегает по спине. Знание, которым он обладал, было опаснее любой ереси. Мёртвая Лощина, забытая остальными людьми, столетиями хранила тёмный секрет. Легенды о странных смертях преследовали это место. И вот, эта девушка, объявившая себя святой, возникла именно там. Совпадение? Ренард не верил в совпадения.       Его терзали сомнения. Возможно, она и вправду невинна, просто орудие в руках древних сил, дремлющих в Мёртвой Лощине. А может, она сама — воплощение этой тьмы, искусно притворяющаяся посланницей света. Он помнил рассказы стариков, шептавших о существах, способных принимать облик людей, чтобы сеять смуту и разрушение.       Он украдкой взглянул на настоятеля. В его глазах горел фанатичный огонь. Он был готов увидеть в девушке либо святую, либо ведьму, но не готов был принять истину — сложную, запутанную и, возможно, ужасающую. Ренард понимал, что если он расскажет правду о деревне, его сочтут безумцем, а его знания лишь подольют масла в огонь.       Но молчать он тоже не мог. Слишком многое стояло на кону. Судьба девушки, института, а может быть, и всего мира. Он решил, что отправится в Мёртвую Лощину сам, чтобы увидеть всё своими глазами. Он должен выяснить правду, какой бы она ни была, и попытаться предотвратить катастрофу.       Под покровом ночи, оставив лишь короткую записку, мужчина покинул стены института. Он отправился навстречу неизвестности, в самое сердце тьмы, чтобы разгадать тайну «святой», поселившейся в забытой деревне.

***

      Величественный зал дворца был погружён в полумрак, лишь факелы на стенах отбрасывали трепетные тени на мраморные колонны. Аманэ сидел на троне, опираясь на руку с тяжёлым перстнем. Аканэ стоял чуть ниже, словно тень, готовая слиться с полом.       — Святая, говоришь? — Пальцы Аманэ медленно постукивали по ручке трона, будто он взвешивал каждое слово.       — Да, — ответил Аканэ, его голос был мягок, но с лёгким металлическим оттенком. — Духовные институты уже шепчутся, что она — дар богов. Они хотят использовать её для укрепления своей власти.       Аманэ задумался, его взгляд скользнул за окно, где звёзды начинали загораться на тёмном небе.       — И что ты мне предлагаешь?       — Если ты не женишься на ней, они используют её против нас. Она станет их оружием.       Аманэ повернулся, его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалось напряжение.       — Гарем мне не нужен, Аканэ. Я не собираюсь превращать свою жизнь в цирк из интриг и ревности.       — Это не гарем, — возразил советник, шагнув ближе. — Это стратегия. Когда девушка станет известной своим даром, народ полюбит её. Представь, что будет, если она станет твоей императрицей. Духовные институты потеряют опору, а ты получишь не только её преданность, но и силу.       Аманэ задумался. В тронном зале снова нависла звенящая тишина. Он знал, что власть — это шахматная доска, а святая — неожиданный ферзь.       — Перехватите её, — наконец произнёс он, его голос был твёрд, как сталь. — Но не как пленницу. Пусть её приведут с почётом. Я хочу увидеть её своими глазами.