Глава 19 - Последняя подготовка

      Последние дни единственное, чем я занимался, это колдовством над оперативной тактической картой. Спасибо товарищам-разведчикам, которые добыли мне всю возможную информацию о наших противниках. Правда, в основном эта разведка заключалась в том, что они смотрели из окон на территорию противника и фиксировали все патрули и любую прочую активность.       С другой стороны, именно так и выглядела обычная разведка в нашем мире после наступления Распада. Я часто думал о том, действительно ли только Екатеринбург пострадал, или это затронуло весь остальной мир. Если так задуматься, то второй вариант кажется наиболее вероятным, потому как если бы верна была первая версия, то достаточно быстро государство бы ввело войска, чтобы взять под свой контроль город. С события прошло месяцев три-пять, и ничего из этого не произошло.       А это значило, что Распад затронул абсолютно весь мир. И это было… Так трагично и печально. Государства с тысячелетней историей оказались разрушены за один миг. Наверное, то, что произошло, было намного страшнее даже ядерной войны. В ее случае основные проблемы были бы с разрушениями, которые так или иначе можно же было восстановить и достаточно быстро, при наличии должных сил и упорства, которого у правительств, что прятались в бункерах, должно быть предостаточно.       Распад же воздействовал на подсознание, просто-напросто разрывая нейронные связи, отвечающие за сотрудничество, и перепрошивая их согласно своим нелогичным в своей логичности правилам в виде фаз войны и мира и полного подчинения проигравших победителю. Фракции, которые, как грибы после дождя, расплодились на территории города, есть лишь попытки восстановить то, что было до события, в той или иной форме. Вон, у нас в Союзе восстанавливали министерства, даже если их сфера деятельности затрагивала всего несколько человек.       А на то, чтобы восстановить тот мир, который был до Распада, с его странами, пусть они и будут намного меньше тех, что были до, уйдут многие годы, если не десятилетия. Нет, конечно, чем больше будет становиться государство, тем быстрее оно будет впитывать в себя мелкие фракции, и вскоре мы выйдем на уровень сначала сражения районами города, потом населенными пунктами внутри области, районами, областями и так далее, вплоть до вероятного объединения планеты под единым государством. Понятное дело, что сценарий невероятный, но все же.       Правда, самым главным потаённым желанием почти всех, который не озвучивался, было то, что это может повториться. Распад случился внезапно, никаких объективных причин произошедшего просто не было, и именно это порождало экзистенциальный ужас, что такое может повториться в случайный момент. Некоторые из-за этого впадали в отчаяние, понимая, что ничего не имеет смысла, само создание фракций не имеет смысла, ведь все это может разрушится.       Но наша фракция, благо, не принадлежала к таким. Мы стремились, как и практически все, выжить и расшириться, захватить влияние и так далее и тому подобное. У нас даже была группа, сформированная из студентов факультетов психологии, политологии и социологии, которые как раз и занимались изучением этого феномена. Было очевидно, что он носит именно психический характер. Но главным вопросом было то, почему это произошло единомоментно и подействовало сразу на всех жителей города. Именно этим они и занимались.       Этой группе выделили небольшое помещение по соседству с моим кабинетом. Пятеро человек, два парня и три девушки, с которыми я периодически общался, просто по факту того, что они мои соседи и в столовку мы идём вместе. Просто перекинуться парой слов о ситуации в фракции и за ее пределами, да и за жизнь поболтать. Личные отношения внутри их «коллектива» стали для меня самым весёлым развлечением. Драма на драме и драмой погоняет. Что интереснее всего, несмотря на все это, о самом явлении Распада они знают лучше всего.       Например, весьма показателен тот факт, что именно они точнее всего определили примерную дату самого события. Это была первая неделя мая. Опрашивали практически всех об их воспоминаниях о произошедшем и смогли сузить точную дату до этого промежутка. Точнее определить, скорее всего, невозможно, да и особо не нужно. Скорее нужно понять, чем было вызвано это явление и как его не допустить в случае чего. Потому что повторения того, что произошло в первые дни и чем объясняется тот факт, что людей стало намного меньше, никто не хотел.       Хотя мое чутье подсказывает, что наверняка где-то могли зародиться культы, которые бы поклонялись Распаду. И как явлению, что породило наш современный мир, и как единичному событию, такому вмешательству бога в нашу реальность. И хоть я не был особо религиозным, при отсутствии других вариантов причины Распада мысли сами собой скатывались к возможному вмешательству высших сил. Но будь виноват в Распаде Господь или нет, это не имело никакого значения.       Потому как перед нами, на расстоянии буквально пары месяцев, висела угроза куда более страшная и смертоносная, чем любые божьи кары. А именно неминуемое, словно восход солнца, наступление зимы. А я тут вырос, я прекрасно знаю, насколько суровыми бывают уральские зимы. Если не сможем запастись достаточным количеством топлива, то вполне можем все замёрзнуть насмерть. Понятное дело, что благодаря той фракции, что заняла главную городскую ТЭЦ, у нас всё ещё было отопление, но кто знает, насколько ещё долго это будет продолжаться.       И в данной ситуации не остаётся ничего иного, кроме как прибегнуть к тактике, которая позволила человеку, не имеющему ни острых когтей, ни множества зубов, ни ядовитого укуса, стать хозяином планеты. А именно работать сообща. Сколь бы гениальным и развитым ни был один человек, он всё равно не сможет обеспечить себя на все что процентов — рано или поздно его убьет любая болячка. Что уж говорить об обычных людях.       Однако совместно со многими проблемами можно справиться намного легче. И это было одной из причин, почему мы стали именно коммуной. Именно в таком формате было легче всего включить всех жителей в процесс работы. Каждый занимался каким-то своим делом, тем самым поддерживая и себя, и всю нашу не сильно большую фракцию на плаву.       Благодаря этому мы смогли пережить конфликты первых месяцев, сформировать работающий государственный механизм, который отлично поддается масштабированию при прирастании новыми территориями и жителями, ну и в конце концов мы смогли пройти уже через две войны, вдвое, а то и втрое расширив свою территорию.       Ну а раз у нас произошел тот самый импульс, который дал толчок формирования государства, то мы должны продолжать следовать ему, дабы выжить. Что, понятное дело, возвращает нас к проблеме наших дорогих соседей Театралов. Да, товарищ Ректор неделю назад сообщил мне, что именно они станут нашей следующей целью. И именно с того дня я заперся у себя в кабинете, обдумывая план атаки.       Когда возьмём Театральную школу, решим сразу несколько проблем. Во-первых, расширим контроль над Ленина на бывшие территории Парижан. Во-вторых, увеличим границу с Советами. Правда, для этого надо скорее с Кулинарами что-то делать, но это дело уже дальнейших дней. Передо мной стоит задача разобраться с Театралами, я её и прорабатываю.       Хотя, если уж говорить о соседях Театральной школы, то наши послы таки посетили переговоры с ними. Диана решила, что ей, как врио главы нашего МИДа, не стоит отправляться на переговоры лично, и она доверила это своей помощнице. Я поступил точно также, выделив ей в охрану Королёва.       Переговоры длились недолго, и в итоге мы получили соглашение, главная суть которого, запрятанная в разных дипломатических терминах, заключалась в том, что они не будут обращать внимание на наше нападение на Театралов до тех пор, пока это им не угрожает. Конечно, весьма расплывчатая формулировка, но было очевидно, что они имеют в виду, пока наши солдаты не атакуют их силы или их гражданских.       В общем, обычный договор о ненападении в мире после Распада. Который будет действовать ровно до тех пор, пока будет удобен обеим сторонам. Что, понятное дело, после уничтожение общего врага приведёт к конфликту или мирному объединению. Я, конечно, рассчитывал на второй вариант, но и и для первого, на всякий случай, делал прикидки, как нам действовать.       В итоге план вырисовывался весьма простым. В теории… Тактика чем-то напоминала нашу операцию против Коалиции, но со своими нюансами в виде отсутствия возможности организовать нормальное окружение. Вместо этого была использована другая, похожая тактика. Основной удар по направлению их главного штаба, в то время как остальные отряды будут прикрывать другие входы в здания, подконтрольные этой фракции.       На бумаге должно было всё пройти нормально, и я просто молился всем божествам, которых знал, чтобы всё прошло именно по этому плану. Но понятное дело, что любые планы имеют свойство лететь в трубу, если не учитывать хоть один малейший фактор. И я был просто уверен, что что-то всё-таки не просчитал. Хоть и не понимал, что именно.       Но поняв, что ничего из этого не выйдет, я просто поднялся из-за стола и упал на свою кушетку, смотря в потолок и слегка постукивая себя по лбу. Сам не знаю, зачем это делал, просто казалось, что такой жест поможет мне либо придумать гениальный тактический манёвр (что не получилось), либо уснуть.       Правда в итоге вырубился я только к двум часам ночи. Но зато на следующее утро был весьма бодрым. Хоть и сонливость и вызванный ей шум в голове никуда не исчезли, чувствовал себя я намного лучше, чем ночью. И именно благодаря этому я таки смог наконец представить свой план действий на заседании Верховного Совета. Первое серьёзное заседание, на котором мы разбираем операцию, что была придумана и продумана лично мной.       Разумеется я волновался. Но после моего чёткого доклада и некоторых обсуждений, она таки была принята! Я сам этому сильно удивился, потому как особых возражений, даже со стороны наших силовиков и разведчиков не было. Быть может действительно я смог составить достаточно хороший план? Не знаю…       Но вот, после него, я вернулся в свой кабинет и снова смотрел на тактическую карту. Сам не знал, что пытаюсь в ней найти. Атака должна пройти завтра ночью, так что я должен был выспаться. Но лечь я никак не мог. Нервы шалили, да и сна ни в одном глазу не было. Так что я просто хлебал воду и пытался понять, может нужно использовать другую тактику, может так будет меньше риска?       Но сколько не прикидывал, всё выходило одинаково. Нужно атаковать прямо, стараясь как можно скорее захватить в плен лидера фракции. Его лицо было нам знакомо, глава ГРУ приносил фотографию, так что проблем с его опознанием быть не должно. Поймаем его, считай уже выиграли. Даже в мире до Распада, внезапная потеря лидера страны чаще всего означала кризис или период неразберихи. Что уж говорить о нынешнем времени, где фракции не обладали той государственной силой, которая была в старом мире.       Поймаешь лидера, закончишь войну. Это стало одним из правил Распада, которое действовало независимо от того, в какой части города вы находились. Так сработало с Парижанами, так должно сработать и с Театралами. Этой мыслью я себя успокаивал, но сон всё никак не шёл. И будто понимая это, в мою дверь кто-то постучался.       — Не заперто… — пробормотал я, даже не смотря в сторону двери.       — Так и знала, что ты не спишь — усмехнулась девушка, заходя в мой кабинет и садясь на лежанку — Всё никак не можешь успокоиться?       — Типа того — кивнул я, откидываясь на спинку стула и смотря прямо в глаза Диане. В тот момент, когда она постучалась, я сразу понял, что это она. Никто другой ко мне просто так посреди ночи зайти не мог и не стал бы — Сама понимаешь, волнуюсь я от предстоящего.       — Знаю — тепло улыбнулась девушка, подойдя ко мне сзади и обхватив мою голову ладонями, смотрела мне прямо в глаза.       — Эх — выдохнул я, постаравшись улыбнуться — Я странный, да?       — Да нет, ты самый обычный человек — слегка растрепала она мне волосы — Просто у тебя очень большая ответственность, вот ты и волнуешься.       — Наверное… — выдохнул я, прикрыв глаза.       — Мы оба такие — кивнула девушка, будто бы наклонившись, и я почувствовал её тёплое дыхание на своём лице — Я тоже иногда такое чувствую, ощущение, что от моих решений зависят судьбы множества человек.       — И как ты с этим борешься? — спросил я, не открывая глаз.       — Просто думаю о том, что я могу не только сделать их жизнь хуже, но и могу помочь им, улучшить их жизнь, сделать что-то хорошее. Ну или просто стараюсь отвлечься от таких мыслей на что-то более приятное.       И я не успел ничего сказать, как почувствовал мягкое касание на своих губах. Именно так будет выглядеть мой первый поцелуй, да? Я даже о таком не думал. Сейчас все мои ощущения были сосредоточены на губах девушки, которая, признаюсь, мне нравилась. Иначе бы я не проводил с ней столько времени вне наших должностных обязанностей.       Так что я был не против такого поцелуя. Мне нравилась мягкость её губ, их теплота и то, как она нежно держала мою голову своими руками. Мне было приятно. Как минимум это я мог осознать своей головой. Просто мой мозг настолько погружён в планирование, что я нормально не мог осознать тот факт, что с Дианой мы сейчас целуемся.       — Вот что-то вроде такого — улыбнулась девушка, отстраняясь и смотря прямо в мои широко распахнутые от шока глаза.       — Диан… — только хотел я спросить что-то, быть может, обсудить то, что только что произошло, или понять, что нам делать дальше, но она мягко остановила меня.       — Ничего не говори — спокойно сказала она — Поговорим об этом после того, как разберёмся с Театралами. Хорошо?       — Во-первых, ты только что подняла очень нехороший красный флаг — усмехнулся я — Во-вторых, я клянусь принести вам победу, моя королева.       — Давай, главное, поспи сейчас, рыцарь — рассмеялась девушка, махнув мне рукой и покидая комнату.       А я же решительно встал из-за стола и переместился на лежанку, понимая, что всё-таки стоит последовать её совету и лечь спать, вместо того чтобы заниматься планированием, обдумыванием смысла поступка Дианы и прочими методами насилования собственного мозга. Вместо этого, я просто думал о том, насколько приятными были губы девушки.       И именно с такими мыслями уснул, полностью спокойный. Театральную школу мы разгромим, и даже если возникнут проблемы с Кулинарами, то нашей армии достаточно, чтобы разгромить и их. Всё-таки, так или иначе, благодаря двум предыдущим победам, фракция мы в нашем районе города весьма значимая.       Наверное, самую большую угрозу для нас, да и вообще является одним из главных претендентов на объединение территории внутри улиц Ленина-Восточной-Шевченко-Дзержинского. А именно Штаб Центрального Военного Округа или в простонародье Военные на Ленина. Как минимум, большие шансы на гегемонии они имели по факту наличия у них огнестрела, причём не только пистолетов, но и винтовок, и кто знает, что ещё у них там было в подвалах.       А всё это значило то, что их обычным военным путём никак не взять. Либо спецоперация, либо переговоры. И думаю, что наше руководство выберет именно второй вариант. Хотя кто знает. С другой стороны, учитывая тот факт, что я первый из молодого поколения, кто заседает в Верховном Совете и в отличие от той же Дианы не являюсь врио, вполне могу влиять и на решения.       Так что, если состоится обсуждение этого плана, я буду настаивать именно на мирном разрешении вопроса. Хоть и понимаю, что, учитывая силы Военных, если они захотят, то могут просто предъявить нам ультиматум и у нас будет два выбора: либо просто сдаться, либо попытаться бороться, потерять кучу человек и, возможно, победить. Вот такая вот ситуация.       Она очень чётко говорит, что нельзя думать, что в этом новом мире всё решаем только мы. Другие фракции тоже растут и поглощают своих соседей, так что рано или поздно то, что я назвал доктриной Молниеносных войн, уйдёт в прошлое, давая дорогу новым правилам ведения войн, как это бывало в прошлом.       Именно такие мысли медленно текли у меня в голове, пока я погружался в сон. Однако последним, что я увидел перед тем, как моё сознание окончательно померкло, как ни странно, была улыбка Дианы. Ну, то, что она мне симпатична, я отрицать не могу. Так что надо победить Театралов, после чего будем разбираться и с этим. Быть может, вообще встречаться начнём.       Ну или свадьбу сыграем — после Распада у многих появилось чувство, что они могут просто не успеть, так что прохождение подобных этапов жизни значительно сократилось. Что-то подобное, что было на Великой Войне. И если меня спросить, хочу ли я стать мужем Дианы… То, думаю, ответ мой будет положительным.

Продолжение следует…