Глава 15

         Кассиануар скучал.          Когда огромная чёрная ящерица, способная на полёт и магию, не обделённая умом, не уступающим человеческому, начинает скучать — это не к добру. К счастью, природа позаботилась об этом и подарила полумифическим созданиям механизм, останавливающий их от глупых поступков.          И это лень.          Всепоглощающая, столь огромная, что размеры туши взрослых драконов и близко не сравнятся с их нежеланием что-либо делать.          Им не нужно было часто охотиться. Огромное количество магической и жизненной энергии, при впадении в спячку, позволяло им не вылезать из пещеры годы и десятилетия.          Возможность уснуть практически в любом месте в любое время (за редкими исключениями) лишь усиливало это желание лишние… пару десятков лет поспать.          Особого стремления к объединению в стаи у драконов тоже не было: слишком уж они были индивидуалистами. Вымирание собственной расы их мало беспокоило. Ведь раса — это где-то там, к ним она не относится, не так ли?..          Все эти эволюционные особенности ещё можно было бы как-то простить, не будь человечество таким до одури сильным.          Кассиануар заворочался, впервые за долгое время чувствуя, что сон совсем не идёт. Очередная магическая буря, проходившая где-то недалеко от его пещеры, была слишком сильной.          Где драконы медленно набирали силу в течение десятков и сотен лет, некоторые люди за несколько десятилетий уже могли сравниться и превзойти их в силе. Возможно, не в чистой энергии (и то не всегда), но когда маленькая букашка телепортируется высоко в небо, выставляет маленькие ручки, делает ими парочку взмахов и начинается буря… Возможно, ледяная. Возможно, пламенная. Или даже водяная. Но может и каменная…          А ведь есть и букашки, которые со своими маленькими размерами каким-то образом превосходят их в энергии жизни…          О Семеро.          В общем, становится как-то не до шуток.          «Опять эти воспоминания…» — открыл глаза Кассиануар.          В отличие от своих сородичей, чёрный дракон совсем не преуменьшал достижения людей. И, как и некоторые другие расы, ознакомился с человеческой магией, признавая, насколько ненормальными были бу… человечество.          Как это ни удивительно, к нынешнему времени в мире осталось не так много драконов. Те, кто смог дожить до нынешней эпохи, как правило, были далеко не такими гордыми, чуть менее ленивыми, чем остальные полумифические ящерицы, и намного более коммуникабельными. Опять же, относительно сородичей, конечно.          Кассиануар раздражённо дёрнул хвостом, понимая, что в ближайшее время у него поспать не получится.          Огромная туша медленно поднялась.          Пещера Кассиануара была сокрыта в ущелье, дополнительно огороженная магией. «Степи», воистину огромные, довольно условно назывались «степями», иной раз хвастаясь чем-то абсолютно удивительным, ужасным.          …и странным.          Полумифическое создание лениво выбралось наружу. Форма дракона поплыла, превращаясь в гуманоидную.          На месте огромной туши оказался высокий черноволосый мужчина с глубокими (и очень ленивыми) чёрными глазами, одетый в дорогие, чёрные аристократические одежды. С острыми чертами лица, дракон мог разить своей нечеловеческой красотой бесчисленные женские сердца.          Не то чтобы он так горел желанием принимать человеческую форму. Просто она была менее заметной, да и человеческими магическими кругами дракон привык пользоваться в виде человека (неудивительно!).          Возможно, сородичи прошлого бы засмеяли отказавшегося от гордости родственника, но где его сородичи, а где он? То-то и оно!          Мужская фигура вылетела из ущелья, оказавшись в воздухе, подняв ленивый взгляд на разразившуюся бурю. Печально вздохнув, он опустил взгляд на огромные степи.          «Поохотиться?..»          Но ему было так лень, он ещё совсем не голодный…          «Хм?»          Нюх Кассиануара неожиданно что-то уловил. Нечто настолько интересное и необычное, что лень дракона отошла на второй план. Мозг существа толком даже интерпретировать не мог, что именно он почувствовал, а потому любопытство стало лишь сильнее: дракон за сотни лет жизни (из которых он, правда, большую часть времени спал) изучил немало всего, гордый своими познаниями.          Не может быть такого, чтобы он уловил какой-то неизвестный запах!          Кассиануар уже было хотел вытянуть руки и начать строить магический круг, но потом вспомнил, что из-за бури заклинание если и сработает, то отправит его куда попало, но только не в нужном направлении.          За спиной мужчины раскрылись два драконьих крыла.          Миг, и мужская фигура на огромной скорости направилась в направлении странного запаха.                

***

                 Нас не стали переносить из академии прямо в степи.          Это было слишком рискованно, да и, как оказалось, на севере в принципе лучше лишний раз не телепортироваться. Слишком нестабильное пространство. Вместо этого нас перенесли недалеко от границы. Думаю, не стоило напоминать, кто за этой границей следил.          Увидеться с родственниками не получилось лишь потому, что круг перенёс нас восточнее земель нашей семьи. Граница была немаленькой, наш род просто не мог разорваться на весь север, обычно либо отправляясь на более опасные вылазки, либо напрямую в степи, если источник находился где-то глубоко внутри.          Но это не значит, что мы следили лишь за маленьким кусочком севера. Просто обычно всякую мелочь на себя брали слуги нашей семьи.          По правде сказать, я давно не чувствовал, чтобы мне было так неудобно…          — Господин Рене!!! Ха-ха, вы за последнее время совсем не изменились, одна кожа да кости!          Прямо на глазах у всего первого курса и учителей, лишь завидев меня, наш сопровождающий подбежал ко мне, обняв так, что мои кости чуть не захрустели.          — Я тоже рад тебя видеть, Жан, — похлопал здоровяка по плечу.          Тот на это лишь засмеялся.          Крупный, пусть и не такой крупный как отец и брат, облаченный в шкуры магических зверей, с неряшливой густой бородой и длинными тёмными волосами, чем-то он напоминал классического викинга. Немаленьких размеров топор на поясе лишь подчеркивал образ.          Рыцарь семьи оторвался от меня, задумчиво похлопав по плечу.          — Мне кажется, или вы немного потеряли в форме, господин Рене?..          Я почувствовал, как мои булки сжались до состояния чёрной дыры. Выпятил челюсть.          — Нарываешься?!          Жан оскалился. Вспыхнула сила, мне в лицо полетел кулак, способный размазать мои мозги по остальным.          Бум!          Кулак слуги столкнулся с моей ладонью.          Опасно прищурился.          — Только попробуй ляпнуть какую-то глупость семье…          Я не только что есть сил сжал руку здоровяка, но и обратился к магии. Моя рука начала покрываться холодом, видимым в пространстве инеем, что начал буквально замораживать кулак слуги.          Раньше я не знал про свою предрасположенность, думал больше про какой-нибудь классический огонь, считая слабый эффект волевой магии нормальным.          Но со стихией льда всё было иначе.          — Семеро!          Здоровяк кое-как вырвался из моей хватки, задумчиво уставившись на покрывшуюся льдом конечность, после чего резко сжал кулак. Лёд треснул, но было видно, что конечность рыцаря семьи совсем не оценила воздействия магии.          — Вы всё-таки стали сильнее, господин, — довольно улыбнулся Жан. — Пусть и за счёт магии…          Скептичное отношение к магии было, кажется, у всех рыцарей нашей семьи.          Наблюдавший за всем с самого начала учитель Жозе не выдержал.          — Мне кажется, академия обратилась к вам не для того, чтобы вы мило беседовали со студентом нашей академии, господин Гарро.          Глаза Эмиля округлились. Он удивлённо уставился на здоровяка, словно не веря своим глазам.          — Гарро?          Среди студентов пошли перешептывания. Я видел, что в глазах ребят фигура слуги приобрела заметно больший вес.          Насколько я знал, Жан принадлежал довольно старому рыцарскому роду, но насколько старому и влиятельному — я, честно говоря, понятия не имел. Рыцари семьи редко много говорят про то, откуда они пришли и как. Мой старший брат, конечно, знал явно заметно больше, но оно и понятно: он наследник баронства, ему положено знать всё.          Жан ухмыльнулся, уставившись на нашего мутного учителя так, словно бульдог на чихуахуа.          — Я говорю не со студентом академии, а с господином Рене. Не хочешь сразиться, маг?          Боковым зрением я увидел, как у Амели потемнело в глазах. Видимо, она всё ещё где-то таила надежду, что всё-таки находится (в первую очередь!) в романтическом романе, где такие формулировки если не запрещены законом, то, как минимум, оформлены во что-то благородное, часто во имя дамы.          Но сейчас…          Сейчас Жан просто спонтанно захотел втащить учителю Жозе, не скрывая этого и не пытаясь как-то красиво оформить своё желание.          Плохо скрывающийся сектант совсем не испугался угроз здоровяка, нахмурившись. В моём восприятии его взъерошенные волосы зашевелились в потоке магической энергии и даже рисовка учителя стала более угрожающей, резкой, острой.          Маги, всё-таки, в этом мире воспитывались совсем не слабохарактерными исследователями, да и сам учитель был, в конце концов, чёртовым сектантом!          — Ты слишком много на себя взял, рыцарь, — процедил учитель Жозе. — Умерь свой пыл. Перед отъездом я сражусь с тобой, но не сейчас.          Жан, конечно же, оценил характер будущего противника, довольно хмыкнув.          — Договорились! — мужчина обернулся на нас. — За мной, юные маги. Я проведу вас… куда бы вы там не хотели зайти, ха-ха-ха!          Учитель Жозе на это лишь скривился, видимо, уже похоронив свои последние нервные клетки.          — Не слишком ли ты переживаешь, Жозе?          Настроение учителя стало ещё хуже. Он раздражённо перевёл взгляд на объявившуюся мадам Дюпон, с немалым удовольствием ловящую взоры как парней, так и девушек.          — На время пути будешь разбираться с ним сама, Софи, — мрачно ответил учитель.          Мадам Дюпон улыбнулась своей фирменной улыбкой.          — Я сделаю всё что в моих силах, Жозе.          Я хмыкнул.                  «Отношения учителей нельзя было назвать какими-то очень тёплыми. Особенно к учителю Жозе.          Мрачный, нелюдимый, местами довольно грубый, он отталкивал остальных, но учил довольно прилежно. Ходят слухи, что таким он был не всегда. Какое-то событие повлияло на него и из-за него же он, скорее всего, решил заключить какую-то сделку с культистами Красной Звезды.          Интересно, остальные учителя тоже знают или догадываются о том, чем он промышляет? Скорее всего нет. Но кто знает?.. Академия, всё же, полна странностей, далеко не один учитель Жозе может похвастаться своей тайной».                  Учитель Дюпон, как и ректор, уже были в курсе того, что вскоре могла объявиться ящерица, но ни словом, ни делом этого не показывала, словно наш путь собирался пройти как обычно.          Я вытянул руку, поймав упавшую на ладонь снежинку. Та не растаяла.          Посмотрим, к чему приведёт это практическое занятие.                

***

      

 

         Амели сверилась с дневником, поправляя очки. Настроение девушки было отвратительным: поездку в степи она представляла себе совсем не так.          В её любимом романе она описывалась как романтическое, завораживающее приключение, полное волшебства и чудесных видов. И в каком-то смысле роман её не обманывал: степные ветра, как и сами степи, действительно были по-своему завораживающе красивыми.          Снега в степях было больше, чем в остальном регионе. Он был каким-то странным, чем-то напоминая прозрачный лёд, под которым можно было увидеть замерзшую траву.          Видимость не была плохой, но то и дело возникало такое чувство, что то, что они видели впереди, было миражом: словно некие вспышки энергии, переплетающиеся потоки незримой силы.          — Не самое частое явление, — хмыкнул Жан. — Вам повезло… Или нет, ха-ха-ха!          «Неудивительно, что Рене такой варвар, — фыркнула Амели. — Должно быть, у него в роду собрались все варвары королевства!»          В романе не было акцента на поведении рыцаря!          — К счастью, — отсмеявшись, как ни в чём не бывало продолжил здоровяк, — буря достаточно далеко, пока не о чем беспокоиться.          Иногда видимость неожиданно падала. Практически в любой момент ветер мог усилиться, а вместе с ним и падающий снег.          Мари не ощущала холода, беззаботно согревшись пламенем, но это для главной героини было плёвым делом! Амели не могла согреть себя также эффективно, как её любимая героиня (и подруга!), а потому, как и почти все остальные студенты, дрожала от холода.          — Почему ты не сказала, что тебе холодно? — удивлённо спросила Мари.          Едва ли не полыхающая энергией девушка схватила Амели за руку, позволив несчастной офисной работнице почувствовать приятное, разливающееся по телу тепло.          Дочь графа блаженно зажмурилась.          Всего несколько человек вообще не страдали от холода: невозмутимый варвар, слуга его рода, со смехом в глазах наблюдавший за трясущимися магами, пытавшимися согреться, учителя, фыркающая дочь герцога…          И, внезапно, Эмиль.          Толстяк совсем не дрожал, с суровой невозмутимостью, не обращаясь к магии, словно подставляясь под холодный ветер. Даже рыцарь это оценил!          — Это ваш друг, господин Рене?          — Лучший, — довольно хмыкнул Рене.          Эмиль едва не лопнул от гордости.          Жан хмыкнул.          — Он напоминает рыцаря намного больше вас, господин!          Амели готова была поспорить, что из-за выражения лица Эмиля варвар чуть не зарядил ему по лицу, на что толстяк лишь шире улыбнулся.          Такие детали тоже не добавляли романтики, вообще-то!..          Но, конечно, больше всего проблем было с тем, как подавалось то, ради чего они и пришли: охота.          Амели помнила строчки из романа практически дословно:                   «Наконец-то бравая Мари могла показать силу своего духа! Обратившись к силе своего сердца, обдуваемая ветрами степей, она разила зверя страшного, заслужив завистливые, злобные взгляды своих обидчиц!          Злая дочь герцога запомнит очередное унижение!..»                  Амели, правда, по поводу унижения немного сомневалась, но Беатрис точно была зла, а это самое главное!          В реальности всё выглядело намного менее… э-э-э… возвышенно. И более кроваво. И жестоко. И страшно…          Их путь продолжался, пока они не увидели вдалеке добычу.          — Громовой волк… — задумчиво произнёс Жан. — Отбился от стаи. Должно быть из-за бури. Кто хочет попробовать?          — Пускай попробует Мари, — улыбнулась мадам Дюпон. — Мари, дорогая, не бойся.          Мари и сказать ничего не успела.          — Учитель, — подала голос Беатрис. — Я хочу выйти вместо неё.          — Ты успеешь себя показать, — сощурилась дьяволица. — Мари, покажи, чему ты научилась.          «Она опять это делает!» — блеснула очками Амели.          Учитель Жозе был совсем не против предложения коллеги. Фигура Мари его интересовала ничуть не меньше.          Под всеобщими взглядами Мари неуверенно вышла вперёд. Они прятались за небольшим холмом, сокрытые магией, из-за чего девушке пришлось подняться на возвышенность, чтобы вдоволь рассмотреть волка.          Огромный, белоснежный, распространяющий магические разряды, его судьба, впрочем, была предрешена. Слишком опасны были магические звери для людей, слишком близко отбившийся от стаи хищник приблизился к территории королевства. Наученные ужасной историей, никто, даже Амели, не противились охоте.          Тем более героине же нужно показывать на ком-то свою кру… то есть, силу своего сердца!          — Ты знаешь, что делать? — мягко спросила дьяволица.          Конечно же, она скрывала злые намерения!          Мари сжала кулаки, уверенно кивнув.          — Да!          Девушка вытянула руки, начав в воздухе чертить магический круг. Вспыхнула сила, Рене неожиданно недовольно зажмурился, словно ему в глаза ударил прожектор, магия начала закручиваться в поток энергии, искажая протекающий по миру эфир.          Героине было мало убить зверя обычной магией. Нет, она собиралась сделать это магией, которой владел зверь!          — «Разряд», — прошептала девушка.          Белоснежный волк только и успел что обернуться на скрывающихся магов, да открыть удивлённо пасть, после чего…          Пугающий, громогласный разряд молнии, преодолев десятки метров, разорвал волка на десятки кусочков.          — …          — …          — …          Тишина показалась Амели практически убийственной. Весь поток студентов с гробовым молчанием уставился на место, где совсем недавно был волк.          «Круто», — вынуждена была с болью в сердце признать Амели.          — Вот это силища, — хмыкнул Жан. — Из тебя получится сильный маг, девочка.          — Б-благодарю, — робко кивнула Мари.          «Сильная, но скромная!» — мысленно обрадовалась дочь графа, довольно покосившись на беловолосую дочь герцога.          Беатрис выглядела так, словно её заставили съесть лимон целиком.          Не романтично и возвышенно, но, наверное, пойдёт!          Мадам Дюпон похлопала в ладоши.          — Прекрасно, прекрасно, Мари! Ты умница. Твоя жестокость по отношению к этому зверю греет моё сердце, дорогая.          Мари смущённо опустила голову.          — Мари, это было супер! Ты такая сильная!..          Настроение офисной работницы стало ещё немного лучше. Голос пятого принца, заставивший всех обернуться на него, чуть не нокаутировал дочь герцога.          Её приспешницам (конечно же, не очень красивым!) пришлось чуть ли не ловить свою госпожу.          «Глупый, но красивый, — поджала губы Амели. — Он ведь не виноват в том, что дочь герцога такая?»          Ведь так?..          Ещё и принц! Пятый, но и что?!          Такие блондины должны быть в каждой истории, не так ли?..          Честно говоря, вживую наблюдая за происходящим, хотела того или нет, девушка начала потихоньку менять своё мнение…          К вечеру дочь графа совсем устала. Пусть магия и облегчала… вообще всё, Амели (обе её личности) была слабо приспособлена к таким тяжелым путешествиям.          Правда, если её личность из другого мира чувствовала тягучую усталость, то другая личность, сокрытая где-то в чертогах её души…          Испытывала злобу и раздражение, которые прорывались сквозь личность офисной работницы.          Ей, любимой дочери графа, пришлось спать в палатке с какими-то незнакомыми простолюдинками! За ночь её успели пихнуть несколько раз!!! Она обязательно потом расскажет об этом отцу!          Не отпустило Амели даже к утру. Совсем не пышущая энергией и позитивом, как главная героиня, девушка даже волосы не стала укладывать, не видя в этом большого смысла.          Единственное, что сохраняло в ней какую-то надежду на лучшее…          Был красавчик-дракон!          В этот раз девушка была настроена решительно: в ответственный момент ей нужно находиться рядом с подругой, чтобы она смогла помочь! И, конечно же, понаблюдать за всем от первого лица! А ещё ей, конечно же, хотелось рассмотреть любимого Кассиануара вживую!          Какая-то своя романтика усталой офисной работнице не очень-то и нужна была, но она ведь тоже женщина с какими-то мечтами и фантазиями, в конце концов!          Мотивация Амели строилась не вокруг того, как подготовить бравую Мари к очередному красавчику, а как сделать так, чтобы неправильные красавчики тем или иным образом отсеялись и она могла вживую понаблюдать за тем, как развиваются события любимой истории. Вот и всё!          …даже если эта история несёт в себе элементы любовного романа с каждым днём всё меньше и меньше…          На следующий день всё произошло ровно так, как и запомнила Амели.          — Буря приближается, — задумчиво произнёс Жан. — Нам нужно отходить.          — Испытание под угрозой? — нахмурился Жозе. — Разве ты здесь не для того, чтобы обеспечить безопасность студентов?          Жан оскалился.          — Господин рыцарь и так делает всё, что в его силах, — сладко протянула мадам Дюпон. — Мы просто уйдём от бури подальше и продолжим занятия, не так ли?          Жан задумчиво потёр подбородок, разглядывая приближающееся разноцветное облако.          — Посмотрим.          — Какой неоднозначный ответ, — вскинула брови учитель Дюпон.          — Разберёмся.          Мадам Дюпон, задумчиво прищурившись, на это лишь хмыкнула.          — Где-то я это уже слышала…          Кажется, у неё возникли те же мысли, что и у Амели: Рене!          «Это он нахватался у слуг?!»          Занятие вскоре и впрямь оказалось под угрозой: буря приближалась и попытка убраться от неё подальше ни к чему не приводила. Становилось очевидно, что, вероятно, они даже вернуться не успеют.          Ситуация быстро ухудшалась, видимость с каждой минутой становилась всё хуже. Было принято решение сделать привал прямо посреди пути и поставить защитные магические круги.          Особых переживаний буря ни у кого не вызывала, защитные круги могли выдержать непогоду, согреть они тоже могли, пусть и не без неудобств. Некоторые студенты даже радовались тому, что занятие из-за неудачи могло сорваться.          Но они не знали того, что буря была лишь предвестником настоящей проблемы.          На степи уже опускалась ночь. Завывала буря, магическая энергия бушевала, а вместе с ней и эфир.          Над лагерем в небе возникла человеческая фигура с двумя большими драконьими крыльями, задумчиво разглядывая обустроенный лагерь.          Новая странность не заставила себя ждать.