Глава I. Бешеная Джейн.

Двадцать минут спустя я стояла в темном углу дока и наблюдала за тем, как сцепщик везёт скорее «Чешуйчатую Джейн» по площадке. По количеству вмятин казалось, что эта мёртвая громадина столкнулась с астероидом, но очертания казались знакомыми. Потребовалось какое-то время, чтобы вспомнить конструкцию: я не видела этих динозавров уже много лет. Разбитый корпус — сжатый прямоугольный клин с остатками треугольного носа — скорее всего, когда-то был «Оспреем». Раньше эти средних размеров двухместные корабли были быстрыми, прочными, универсальными и функциональными. Теперь же я понятия не имела, как назвать эту аморфную массу из сварных пластин, склёпанных на скорую руку обшивок и каких-то странных комков. — Так вот, как Кацпер планирует меня прикончить? Если я умру, катаясь на этой ржавой ванне, лучшее, что я получу, — это позорное упоминание в корпоративном некрологе. Я провела выданной бумагой по сканеру входной панели. Раздался обычный «бип», лампочка загорелась зеленым светом, а затем ничего. Я уже собиралась повторить попытку, когда дверь с отвратительным скрежетом открылась. Внутри что-то зажужжало, пожужжало и её заклинило. Я пригнулась и осторожно пробралась через целое гнездо оголённых кабелей, разбросанных по полу кабины. Они были скреплены сомнительно-хитроумными точечными сварками и графитовой изолентой. — Не могу поверить, что доверяю свою жизнь этому куску дерьма, но по крайней мере, он не кричит «корпоративный коп, корпоративный коп!», как остальные. Я кинула вещмешок в угол кабины. — Нет смысла это укладывать, похоже, мне понадобятся инструменты. Короткий коридор за мной был расчищен от всяческих обломков. Дверь кабины открылась достаточно легко, но я чихнула, когда поток прелого воздуха поднял пыль с пола. Она покрывала все поверхности, включая измятый спальный мешок, еще сохранивший запах несвежего мужского пота. Я засунула свой рюкзак в шкафчик над одной из крошечных коек. — Как в старые добрые времена. Посторонний звук заставил меня обернуться, я положила руку на нож у бедра. — Я вернусь попозже. Не грызи ничего важного, — зачем-то сказала я рюкзаку. Вернувшись в кабину, я проскользнула в кресло пилота, проверила элементы управления и ремни безопасности. Внешне они казались изношенными от частого использования, но были достаточно прочными. — Корабль, начать предполетную проверку. Ничего. Я несколько мгновений сканировала глазами консоль, прежде чем нашла нужные переключатели. Как будто снова стала зелёным новичком. Прошло восемнадцать лет с тех пор, как я летала на таком старом корабле, и это был «Беркут». — Надеюсь не придётся вступать в бой. Даже если эта штука вооружена чем-то более сносным, чем камнемёт, я не смогу найти нужную кнопку. Я проверила предполетные индикаторы. Посреди зелёной полосы мигал красный огонек. Я вывела на экран более подробную информацию: «Неизвестная форма жизни заняла место пилота. Летальные меры безопасности будут применены через 12 секунд… 11 секунд…» — Что за…?! — я схватилась за первую защелку ремней безопасности, пальцы скользнули по гладкому старому металлу. «8 секунд…7 секунд…» Наконец, первая отстегнулась. Я схватилась за вторую, стараясь сохранить хладнокровие движений, не смотря на нарастающую панику. «5 секунд… 4 секунды…» Третья защелка застряла. «3 секунды… 2 секунды… 1 секунда…» Я изо всех сил надавила на фиксатор. На дисплее вспыхнула надпись: «Идентификация: неизвестно, начинаю процедуру прекращения…». Под моим задом донёсся зловещий гул от загоревшихся элементов питания. — Прекращение чего?! Вот дерьмо! — Мои последние слова, и это лучшее, что я могу сделать?! Свет померк. Я неподвижно лежала на сиденье. Выдохнула и затаила дыхание. Пилоты рассказывали истории об этих старых развалинах, вынужденно эксплуатирующихся на окраинах известного космоса, в десятках световых лет от ближайшего ремонтного центра. Странствующие пилоты чинили их, модифицировали и настраивали так, что их первоначальные конструкторы едва узнавали их. Последний владелец «Чешуйчатой», очевидно, очень серьезно относился к безопасности корабля — энергетический всплеск должен был испепелить меня, но вместо этого погас свет и стоял едкий запах сгоревшей электроники. — Если корабль слишком стар, чтобы убить меня, то как он должен сохранить мне жизнь? Повозившись с третьей застежкой, я в конце концов отстегнула её и выпуталась из ремней. Я освободилась от кресла, но пытаться разобраться с кабелями в полной темноте незнакомой мне кабины было примерно такой же сомнительной идеей, что и переступать через змей в древней крипте. Наконец руки коснулись двери в коридор, которая издала гулкий звук, когда я ударила по ней ногой. — Мой планшет в рюкзаке, которую я оставила в каюте и которая находится за этой дверью… Как только думаешь, что день не может стать хуже, ты вспоминаешь, что отсутствие энергии означает отсутствие связи. — Что за радость, я запечатана в этом гробу. Я на ощупь направилась туда, где должен был находиться шкафчик с оборудованием. Я отстегнула какую-то застёжку и дверь сорвалась с петель, с шумом грохнувшись на палубу. Порывшись внутри, я обнаружила потрепанный жизнью динамометрический ключ. — Да, разумеется, зачем на этой барже что-то полезное? Я все равно схватила его. Раскачиваясь из стороны в сторону, я, спотыкаясь, продвигалась вперед, но все равно ловила каждый кусочек выступающего металла, пока пробиралась через кабину к своему вещмешку. Подсветка. Кабина ожила в пляшущих узорах света и теней. — Ладно, этот корабль уже пытался со мной покончить, — с помощью ключа, я отсоединила панель доступа. Голубые искры заиграли на металле, и я отпрянула от последовавших за ними кислотных испарений. — Протёкшие химические батареи, хорошая попытка. Я вытерла слезящиеся глаза и полезла в вещмешок. Освещение кабины фонариком оживило каждую тень, но тут ничто не двигалось само по себе. Я надела перчатки и маску, а затем заглянула в мрачную нишу под панелью. — Первичные цепи повреждены, но вторичные, похоже, целы. Если они не замкнутся, то Джейн сможет снова жить. Надеюсь, эта старуха поймет, что ей пора умереть, и тогда Кацперу придется раскошелиться и дать мне какой-нибудь красивый блестящий транспортник. Я перенаправила энергию из центральной сети через вторичный узел, и «Чешуйчатая Джейн» засветилась, как старинная рождественская елка. — Ч-ё-ё-рт. На любом другом корабле огни означали «Добро пожаловать домой». Я же была уверена, что Джейн улыбается, а её огни говорят: «Теперь ты моя». Она сложила свои инструменты, подошла к пульту пилотной консоли и нахмурилась, увидев сообщение. «Перезагрузка системы прошла успешно. Джейн приветствует вас, капитан. Пожалуйста, сядьте в кресло и введите свое имя» — Все еще «Джейн»? Отлично. Нетронутая и неповреждённая память означает, что в ней установлены кастомные системные чипы. Кнопка сброса к заводским настройкам должна быть обязательной на всём, что имеет элементы питания. Ладно, что теперь, сидеть и получать дозу токсичного газа? Разумнее всего было бы вызвать опытного корабельного механика, но Кацпер играл в игру. Каждый корпоративный кредит и потраченная секунда будут записаны в журнал, чтобы доказать мою некомпетентность. На этот раз я не буду надевать ремни. Я забралась в кресло, и меня встретила лишь блаженная тишина. Курсор на экране консоли продолжал подмигивать, ожидая действий. — Еще одна ловушка? Эта куча дерьма не полетит, если я не введу что-нибудь. С таким же успехом это может быть и моё имя. «Спасибо, капитан Фарра Санчез, ваш вес и рост были успешно зарегистрированы, а параметры моей системы безопасности изменены. Пожалуйста, имейте в виду: отклонения в вашем размере и весе будут учтены, но использование корабельных систем неуполномоченным персоналом приведет к фатальным последствиям. Пожалуйста, введите ваш код обхода настроек безопасности» Курсор вернулся, в ожидании. Я подняла руки, чтобы ввести имя своего первого питомца, но остановилась. — Это слишком просто. Если я сейчас встану, то, скорее всего, умру. Если я введу не то, что нужно, я, скорее всего, умру. Если я буду ждать слишком долго, то, скорее всего, умру, — я ввела «Джейн». Сообщение всё еще мигало. — Думай. Корабль под названием «Джейн», любовно настроенный каким-то одиноким и параноидальным космическим отшельником. Нет, не параноиком — я бы уже была мертва, а одержимым собственником! Я дописала: «Я люблю тебя». Моё сердце замерло — всего на секунду, прежде чем на экране вспыхнуло сообщение: «Личность подтверждена. Выполняется полная проверка систем» Но почему она приняла моё имя и сняла с меня мерки? Я могла бы быть того же роста, что и предыдущий владелец. Возможно, контрабандист, использующий разные псевдонимы? Но тогда зачем учитывать физические различия? Кто бы мог…? Аугментации, косметическая хирургия… Черт, тайные операции. Аппаратура Джейн для специальных операций, замаскированная в виде летающего мусорного контейнера. Интересно, что еще она умеет делать? Почему-то мне кажется, что все идет не так, как планировал Кацпер. Может эта поездка еще окажется весёлой. С подключённым к сети компьютером корабля, я смогла загрузить древние схемы и, что еще важнее, открыть двери. Поездка в отдел заказа запчастей и еще одна перепалка с Кацпером по поводу их стоимости, принесли несколько восстановленных деталей, которые, как я надеялась, не взорвутся, при подключении. Ремонт занял двадцать три часа и к этому времени весь мой прежний оптимизм испарился. Химические батареи были заменены на портативный блок питания — установка простая, сложнее всего было избежать ожогов кислотой. Я заменила основной узел питания и заменила сгоревшие печатные платы. Из-за ограниченного бюджета пришлось оставить некоторые системы, работать от вторичных источников питания. — Надеюсь, остальная часть старушки не такая дряхлая. Если произойдёт что-то более продвинутое, чем полёт по прямой, от нее начнут отваливаться части. Наконец, «Джейн» стала настолько хороша, насколько мне удалось её таковой сделать. Я нуждалась в сне, но знала, как работает ум Кацпера. Теперь, когда обязательные отчеты об опасных отходах и модификациях корабля были поданы, он обмотал меня бюрократическими бумагами, словно туалетной бумагой и приказал конфисковать «Джейн» для оценки рисков и переоборудования, «чтобы обеспечить вашу безопасность». Все блестящие корпоративные корабли в доке, как ни странно, были недоступны. Совет не очень любит оправдания, не пройдет и недели, как за моим столом будет сидеть какой-нибудь зануда. Индикатор связи снова вспыхнул синим — входящее сообщение от Кацпера. Я отключила канал, но сохранила связь с диспетчерской «Ригеля». — Судно TC DR23/F2, окно для вылета будет открыто в течение следующих двух минут. Вы можете взлетать. Фиксаторы корпуса будут сняты по вашей команде — Контроль, это судно TC DR23/F2, подтверждаю. По укоренившейся привычке я потянулась к пульту управления внешней камерой, чтобы проверить окружающую обстановку перед взлетом. Я уставилась на оранжевые фигуры, парящие над консолью. — У этого куска дерьма новейшие голографические системы — кто бы мог подумать? Камера, направленная на стыковочный отсек, показывала транспорт, приближающийся на большой скорости. — Кацпер не стал терять времени. Я включила маневровые двигатели. — Отсоединить стыковочные зажимы. По корпусу корабля раздался обычный тупой гул, но, внезапно, «Джейн» рванула вперёд. — Что не так с этим ведром?! Я потянула назад джойстик и увеличила тягу, чтобы компенсировать это ускорение. «Джейн» взревела и устремилась к крыше стыковочного отсека. На внешней камере было видно, как транспорт внизу резко затормозил. — Чёрт! — Судно TC DR23/F2, у вас проблемы? Вам нужна помощь? Я сбавила обороты и перевела джойстик в горизонтальное положение, гадая, не упадет ли «Джейн» на палубу в двухстах метрах ниже, но она полетела вниз, в итоге зависнув в воздухе, словно подвешенная на тросах. Система управления полетом военного класса — эта штука также отзывчива, как атмосферный истребитель… — Отрицательно, контроль. Я чихнула. Приступаю к вылету. — Хорошо, TC DR23. Подождите, у нас входящее сообщение от… — Скажите моему боссу, что я приняла к сведению уроки его вчерашнего напутствия. Я должна следовать его указаниям и повышать свою эффективность и результативность, поэтому я не могу оставаться здесь и болтать. Вперед — во имя отдела, во имя «Темис» и доходов! Я закрыла канал связи, прежде чем услышала хоть что-то, означающее, что я ослушалась прямого приказа, и плавно дала мощность на маршевые двигатели. «Джейн» рванула вперед, через открытый шлюз отсека прямо в свободное воздушное пространство «Ригеля». — Увидимся, Кацпер. Я пролетела еще несколько сотен метров, пока не оказалась в вакууме, за пределами атмосферы «Ригеля» и стала изучать незнакомое расположение органов управления. В конце концов, нашла экран навигации. Я уставилась на круг, обозначающий максимальную дальность прыжка корабля. — Да этого не может быть, — потребовалось несколько секунд, чтобы найти экран состояния «Джейн». Её гипердвигатель значился, как четвертого класса, с дальностью прыжка в двадцать семь световых лет. Вернувшись к карте сектора, я еще раз проверила цифры: максимальная дальность — тридцать два световых года. В качестве системы назначения я выбрала Ками. Мой палец завис над кнопкой перехода в гиперпространство. — Ну, чтобы у тебя ни было под капотом, ты либо доставишь меня туда очень быстро, либо разнесёшь мои атомы по всей галактике. Я ткнула пальцем вниз. Звезды растянулись, когда мой желудок, по ощущениям, остался позади двигателей. Экзотические частицы, выпущенные из корпуса и заряженные щитами, образовали новый пузырь реальности, который каскадом устремился вниз по спиральной червоточине, проделанной гипердвигателем в обычном пространстве. Стены пролетали мимо — синеватые световые поверхности мерцали обрывками материи и вспышками энергии. Я инстинктивно схватилась за джойстик, понимая, что это бесполезно. «Джейн» двигалась, как вращающийся груз на пружине, стены туннеля словно растягивались при каждом резком изгибе, а масса корабля была слишком велика, чтобы удержать их неэластичную «ткань». Корабль сделал еще один вираж, и нажимные подушки безопасности на кресле расширились, слегка обволакивая меня и компенсируя силу тяжести. Я подняла руку и проследила, как указательный палец перемещается, всегда в противоположном направлении от каждого сгиба. Я потянулась за планшетом, прикрепленным к консоли, и, прежде чем отстегнуть ремни, закрепила ботинки так, чтобы они максимально плотно прилегали к ноге. Ботинки коснулись пола и примагнитились. Я нажала кнопку на консоли, которая показывала состояние корабля. — Внезапно, хорошо… Не ожидала что старушка сможет пробить гиперпространственный туннель, попутно не убив меня. Много лет назад я плавала на яхте, палуба которой поднималась и опускалась с каждым приливом и отливом. В принципе ощущения были те же. Я проверила раздатчик напитков и просмотрела варианты. Работающий звездолёт и запас синтетического кофе. Растянуто время-пространство или нет — что еще нужно для счастья? Десять световых лет спустя я смотрела на блестящую точку далёкого белого карлика Ками, тусклый маяк на фоне полной черноты. Любой новичок знал, что начинать надо с последнего известного места нахождения пропавшего человека, но след был уже двухнедельной давности и еще несколько дней мало что изменили бы. Накамото и его семья исчезли в космосе, а последние координаты были неизвестны. Любые обломки и останки могли уже дрейфовать в тысячах километров от изначальных координат. Кроме того, родная планета Накамото была по пути и еще один бэкграунд-чек мог что-то дать. Я переключилась на экран навигатора. — Как я могу наслаждаться этим, если чувствую себя лакеем Кацпера?