I. «во-первых, я тебя не боюсь...»

      во-первых, я тебя не боюсь.       это ложь, разумеется. я не лжец и не трус, но чтобы продолжить, ей надо быть сказанной.       в-шестых, слишком сияло солнце. слишком дул ветер. ты вышла, три раза отклонялась — я не заметил.       (в-седьмых, слишком белым был саван. но то не считается — вычеркнем.)       в-пятнадцатых, я вообще про тебя не знаю. юйши хуан? кто это? из какого края?       в-тридцать шестых, твой главный советник и приближённый — бык. тут вовсе без комментариев.       в-девяносто вторых…       я сбился со счёта. оказываешь пагубное влияние.       (я в ужасе. ты моё наказание. ты проклятие, мор, наводнение; ты страшнее чумы, идущей по континенту, со своей непреклонностью и терпением.       самоотверженность — метод завоевания: о чём не ведал опытный генерал, откуда-то знала принцесса, воспитанная фрейлинами да нянями.       города, батальоны, амбиции: я многим жертвовал ради многого, но я думаю дважды, когда отвергаю женщину: ты отринула жизнь, как грязную тряпку — словно та не стоила твоего отвращения.       а теперь — теперь ты даёшь этот меч, рукой хладнокровной — как в день заклания, — твоему врагу и убийце. я унижен? поруган? я в полном отчаяньи.       я запишу на пергаменте двести причин, чтобы места не было страху (и сожалению), но как бы я ни старался, имя твоё останется в скобках между покаянием и грехопадением.)       …в-двести первых, ты не такая уж и красивая. может, я снова вру. но лишь потому, что перестал отличать настоящее от фиктивного.       но что мне причины и что оправдания? я боялся не зря: ты морок, недоброе заклинание.       когда-то ты развернула армию равнодушием, а сейчас — полюбуйся, что сделала — меч предлагая, оставила обезоруженным.