Два Габриэля

Эйлин проснулась около трёх часов ночи. В доме царила тишина, и лишь ветер блуждал в щелях крыши, а с подоконника капала дождевая вода. Девушка встала с тяжёлой головой. Её виски пульсировали, а тело кричало о духоте. Она резко распахнула окна, и в комнату ворвался холодный, влажный воздух. Комната Эйлин была на первом этаже и выходила в сад, расположенный прямо под гостевой, где поселился граф. Ночью её будили его шаги, и она знала, что он, скорее всего, совсем не спал. Эйлин прислонилась к облупившейся раме и вдохнула густой аромат шиповника. Она вглядывалась в запущенный сад, окутанный ночной дымкой. На горизонте виднелся рассвет. Вот и вся её жизнь — от этого окна и до полоски за деревьями. Эйлин тревожило смешение чувств: едва зародившаяся влюблённость и чувство долга. Она погрузилась в свои мысли, накручивая на палец кроваво-красную прядь. Сиэль тоже не спал. Его тревожило множество мыслей, и главное — он понятия не имел, что королева хотела от семьи Глассов. Почему надо к ней присмотреться? Даже если Вирждиния Гласс — ведьма, что с того? Рэнальд Гласс причастен к ордену Золотой зари, и что? Почему её Величество волнует судьба оккультиста и ведьмы — не того калибра персоны. А ведь людям, которыми интересовалась королева, никогда не светило ничего хорошего. Ход мыслей Сиэля прервал скрип распахнувшейся рамы. Он подскочил к окну и высунулся вниз. В окне виднелась Эйлин. — Если вы выброситесь из окна, вряд ли это произведёт хорошее впечатление, — встрял любопытный Себастьян. — Я должен поговорить с ней! — бойко рвался Сиэль. — Зачем? — хищно сверкнув глазами, уточнил Себастьян. — Не твоё дело, — рявкнул Сиэль. — Придумай, как спуститься вниз, никого не разбудив. Я хочу поговорить с ней. «Ну, раз не его дело», — язвительно повторил про себя Себастьян, и на его лице появилась ухмылка. Сиэль не успел даже ойкнуть, как Себастьян подхватил его на руки. — Лучше молчите, нас могут услышать, — прошептал демон и выпрыгнул в окно. Себастьян приземлился бесшумно, подобно ночному хищнику. И вот они уже стояли в саду. — Себастьян, чтоб тебя! — вполголоса ругнулся Сиэль. — К вашим услугам, мой господин, — ответил демон, как ни в чём не бывало. — Вы хотели оказаться внизу — вы внизу. Никто не проснулся. Сиэль одёрнул пиджак и посмотрел на окно. Эйлин настолько задумалась, что ничего не заметила. Она смотрела куда-то в пустоту, но, когда граф приблизился, поспешила закрыть окно. Сиэль успел перехватить её руку. — Эйлин, подождите, прошу! — Я не должна с вами говорить! — вырывалась Эйлин. Тонкое запястье едва не хрустело от напряжения, и граф даже испугался, что вывихнет ей руку. — Эйлин, я не причиню вам вреда, — старался говорить Сиэль настолько ласково, насколько умел. — Я вам не верю, — твёрдо произнесла Эйлин, одновременно бегая глазами от смущения. — Вы явились сюда расследовать убийства, так расследуйте! А нашу семью оставьте в покое! — Эйлин, я не хочу вам врать, но не могу сказать всю правду. Сейчас я отпущу вашу руку, и прошу выслушайте меня. После этого я уйду и не потревожу вас. Эйлин с подозрением посмотрела на мрачную фигуру Себастьяна, потом на Сиэля и кивнула. Граф осторожно отпустил девушку и начал: — Я действительно расследую дело об убийствах рыжеволосых, Эйлин. Но у меня также есть поручение от королевы касательно вашей семьи. Мне было приказано наблюдать за вами. Не знаю, с какой целью, но я полагаю, что она недобрая. Вы имеете полное право не верить мне, но я не желаю вреда ни вам, ни вашим близким. Я должен разобраться в этом деле и понять, зачем королеве нужно за вами следить. Я хочу защитить вас, Эйлин. Но без вашей помощи я не смогу этого сделать. — Я допускаю, что вы говорите искренне, — ответила девушка, собравшись с трудом. — Также я допускаю и то, что вы пользуетесь моей невольной симпатией к вам. Если бы только я могла понять ваши истинные намерения! Глаза Сиэля засияли: «Эйлин сказала о симпатии!» У графа, не привыкшего к искренним чувствам, нежданно зарумянились щёки. На улице было сыро, у него промокли ноги, и он озяб. Но физический дискомфорт был ему безразличен. — Сегодня я отправляюсь в аббатство Мелроуз. Вам знакомо это место? — Конечно, мы с Элиотом провели там детство, там живёт наш дедушка. Однако, мы давно не виделись. Отец в ссоре с ним, и потому я даже не знаю, в добром ли он здравии. — Если я найду его, — обратился Сиэль, уткнувшись взглядом в девушку, — я передам ему весточку от вас. — Если бы мне только знать, что вы говорите правду, — сказала Эйлин сквозь слёзы и отвернулась. Её плечи дрожали, а лицо выражало муки сомнения. Девушка была в одной ночной сорочке, а на шее поблёскивал крошечный зелёный кулон. — Эйлин, — вспомнил граф, — могу я спросить: откуда у вас этот кулон? — Этот? — девушка прикоснулась рукой к камню. — Это семейная реликвия. Мама дарила каждому из нас на день рождения украшение с серафинитом. Его называют… — Камень ангела, — закончил за неё Сиэль. — Люди верят, что он защищает от злых сил, — добавила Эйлин. — Сдаётся мне, это правда, — по-доброму усмехнулся Сиэль, поглядев на Себастьяна. — Эйлин, возможно, мне не представится иного случая сказать вам это. Граф протянул руку к её руке, но девушка попятилась. — Нет, молчите! — гневно прошептала она. — Я не поверю вам. Мой брат и отец сказали мне, что ваш интерес — обман. Я верю им, не вам. Сиэль ощутил колющую боль, хоть и лишь на одно мгновение. И всё же боль. Она ему не верит, даже слушать не хочет. «Что ж, — подумал о неприятном граф, — её можно понять.» — Я лишь хотел попросить, — вежливо продолжил Фантомхайв. — У вас такой чудесный оберег, и мне хотелось бы иметь такой же. Однако я не знаю, где его достать... Эйлин растерялась. — Нет-нет, — прервал её метания граф. — Мне нужен не камень. Если позволите, я бы хотел получить прядь ваших волос. Глаза девушки округлились от удивления. Не помешали бы уточнения: — Зачем вам прядь моих волос? — сказала она, тут же доставая из комода портняжные ножницы. — Уж не задумали ли вы какой-то чёрный обряд? — Даже если бы и задумал, против феи это не сработает, — печально сказал Сиэль, и на его лице, без промедлений, последовала улыбка. Хоть Эйлин и противостояла чувствам, от этой улыбки она растаяла. Девушка отрезала графу прядь красных волос. — Благодарю, — протянул Сиэль, приняв волосы и сложив их в платок. — Теперь это будет мой талисман. С первыми лучами рассвета был вызван экипаж до аббатства. Сиэль вышел в сад, чтобы подышать воздухом перед долгой поездкой. В руке у него поблёскивала косичка из красных волос. Он поглаживал её пальцем. Из раздумья его вырвало прикосновение к ноге. Он обернулся и увидел Габриэля. От внезапного появления мальчика граф чуть не упал. Снизу вверх на него смотрел серьёзный рыжий ребёнок с синими глазами, настороженно держа в руках блокнот и карандаш. — Тебе чего? — выдавил Сиэль. Мальчик начал довольно быстро и старательно писать. Он вывел на листе предложение: «Я знаю, кто ваш слуга.» Граф опешил: «Всё-таки мудрёная семейка!» Мальчик продолжил что-то усиленно писать. «Я знаю, зачем вы здесь. Скоро вы всё поймёте. Может быть, тогда вы сможете помочь нам. Или же уничтожить нас.» Сиэль прочитал и напряжённо спросил: — Кто-то из остальных, кроме тебя, понимает, кто мой слуга и зачем я здесь? Габриэль помотал головой и написал: «Они могут чувствовать, но не понимать. Они забыли свой дар. А я помню. Пока что.» — Пока что? — уточнил Сиэль. — То есть, вы каким-то образом забываете о своём даре? Габриэль кивнул. «Нас заставляют забыть. Отец думает, что это для нашего блага, но, мне кажется, он ошибается.» — И чего же ты хочешь от меня, а? — шутливо оскалился Сиэль. — Раз знаешь, кто такой Себастьян, не лучше ли тебе бояться и держаться от меня подальше? Граф наклонился и посмотрел Габриэлю в глаза. Мальчик напрягся, но страха во взгляде не было. «Нет. Я боюсь только людей. Демонов не боюсь.» Мальчик собрался с духом и дополнил: «Я прошу о помощи. Если то, что вы говорили Эйлин — правда, то вы поможете.» — А если я наврал, — загадачно зазвучал Сиэль, — что тогда? «Тогда мы пропали. Нас не спасти.» — Если хочешь, чтобы я помог, придётся рассказать подробнее. И что с остальными? «Я расскажу вам всё, что помню. Остальные не помнят, они только чувствуют. Я тоже скоро всё забуду, и тогда мы пропали. Я помню, что с нами это делают на причастии. Они мучают нас, и мы забываем. А когда забудем совсем, они сделают с нами что-то жуткое.» — Габриэль, — Сиэль аккуратно обхватил мальчика за плечи, и тот вздрогнул. — Кто это с вами делает? «Я не помню. Это происходит раз в месяц в церкви, когда отец оставляет нас со священниками.» Габриэль нарисовал символ и ткнул в него пальцем. «Разноцветный крест», — подписал мальчик. «Орден золотой зари», — понял граф. — Если они вредят вам, почему не скажешь отцу? Габриэль отвернулся. «Он верит священникам. Не мне.» — Ну, конечно, — прискорбно выдохнул граф. — Детям никто не верит. А твой брат и сёстры не помнят. «Вы поедете к дедушке. Скажите, что нам нужна помощь.» Габриэль достал из кармана маленькую смятую фотографию и вложил её в руку графа. «Передайте это дедушке. Так он поймёт, что вы от нас. Дедушка спасёт нас, я знаю, он может!» На вырванном клочке фотографии были два мальчика — два Габриэля. «Гилберт», — написал Габриэль и указал на мальчика справа. Сиэль смотрел на братьев в оцепенении. «Значит, и у Габриэля был близнец!» — Когда будет следующее причастие? — заинтересовался граф. «Через две недели», — написал Габриэль. — Я вернусь до этого, — Сиэль притянул мальчика в объятия и продолжил на ухо. — А ты будь осторожен и следи за остальными. Раз они не помнят о своём даре, значит, они беспомощны. А я найду вашего деда и обязательно спасу вас. Обещаю! Мальчик робко положил голову ему на плечо, и граф прижал его к себе. «Я вам верю», — написал Габриэль напоследок и убежал домой. В саду уже посветлело. Себастьян подкрался сзади и прошептал: — Как это мило… обняли бедного мальчика. — А ты предлагаешь прогнать его и не получить информацию? — сурово ответил граф, встряхнувшись. — Готов поклясться, что со стороны это выглядело так трогательно, что я на минуту даже подумал, что вам и впрямь не безразлична судьба ребенка, — Себастьян нарочно провоцировал Сиэля. — Меньше смотри по сторонам и выполняй свою работу! — в очередной раз поставил на место Себастьяна Сиэль. — А этот разговор с мисс Гласс! «Против феи это не сработает», — дразнил слуга. — Вероятно, мисс Гласс весьма неискушённая особа, раз на неё подействовала такая безыскусная ложь. — Клянусь, я закажу себе трость с наконечником из серафинита и буду бить тебя ей каждый раз, когда ты будешь мне дерзить! — вышел из себя Сиэль. — Как вам будет угодно, мой лорд, — Себастьян наигранно улыбнулся. — Только жаль, что этот камень такой редкий. Долго придётся ждать. — К тому же, — язвительно прервал граф, — ты сказал, что никто не проснулся. При этом Габриэль подслушал нас. Глупый демон. Себастьян скорчил недовольную гримасу. — Что ж, очевидно, юный Гласс чутко спит.