Медведю галстук не к лицу

Джон отобедал и открыл браузер в своей механической глазнице. Новости были полны всякой ерунды, среди которой уже начали появляться статейки о британском лидере, исчезнувшем из поля зрения на целых три дня. - Ничего страшного, наверстаем. - Джон потянулся к кармашку с таблетками, но Кирилл быстро среагировал и заставил руку премьера вытащить носовой платок - Прости, - буркнул расстроенный Джон - я машинально. - Ничего, бывает, я понимаю - согласился Кирилл и почувствовал, как внутри Джона зарождается новый план захвата и употребления желаемых таблеток. Во сне, пока Кирилл отвлечется или... СЕЙЧАС! Он снова попытался вынуть коробок драже из кармана. Кирилл дал ему это сделать, но когда Джон открыл его, выкинул пластмассовый коробок в окно. - И это тоже бывает - усмехнулся Кирилл - я все понимаю. Казалось, чувствуя панику Джона, он только набирался уверенности в том, что давать слабину нельзя. Пока что по ощущениям, это в разы легче тех наркоманов, с лечением которых Кирилл имел дело до сих пор. Джон простой избалованный богач и не может удержаться, даже когда основной удар ломки пришёлся на Кирилла. Он, по словам врачей, имеет шесть десятых доли в его разуме и по логике столько же от реальной ломки. Кирилл прикинул и подумал, что Джон испытывает страдания, сравнимые с чувствами завязавшего курильщика. Вполне сносная боль, особенно, когда ты живешь в таком комфорте. - Нифига! - возразил Джон - Это какая-то ошибка, у меня ломка точно больнее, чем у тебя! Ты бы сейчас так спокойно не сидел, козлина! - Приступами ломки у Джона Кирилл искренне наслаждался, игнорируя оскорбительные выражения в свой адрес. Он знал, что это от бессильной злобы. Когда у Джона закончились выражения, Кирилл позволил ему в награду выпить стакан мартини и закурить сигару. Его очень тронуло, что глава царицы морей и ведущей европейской державы унижается, подобно тем же наркоманам из соседнего подъезда. Заслуженное веселье. Пусть Кирил и относился к премьеру по-дружески, он имел право позволить себе утолить немного "классовой ненависти". - Это называется зависть чужому карману, урод - Джон влепил себе пощечину, но легче не стало. - Ты закончил? Давай хватит, у тебя через пол часа выступление, помни. Тебя долго не было на публике, поэтому не опозорься. - *ля, Кирюх, дай еще немного времени, я не до конца выплеснул злость. Прошу о немногом - Нет-нет. Никакие мольбы тебе не помогут. Марш в гардеробную и подбери пиджак получше. - Кирилл почувствовал, как премьер обещает себе запомнить все эти издевки, но покорно идет переодеваться. У Джона имелся хороший вкус в одежде. Попутно наорав на дизайнера и отправив его в ряды безработных, он надел синеватый хлопковый пиджак с черным галстуком и штаны из неизвестного Кириллу материала. Джон самостоятельно отполировал до блеска туфли, допил чашку чая и вышел из дворца. У входа его ждали бронированные лимузины и оживленные репортеры. Бесчисленные снимки, беглая улыбка толпе... Кирилл удивился мыслям премьера, точнее их отсутствию. Он не думал ни о чем. Абстрагируясь от волнения, премьер перестал чувствовать и болезненное желание принять таблетки, и Кирилл был очень этому доволен. Неужели Джон за три дня делает такие большие успехи в борьбе с наркозависимостью? Машины остановились у берега Темзы, прямо перед Тауэрским мостом. Его отреставрировали и Джон обязан был сказать пару слов. - Господа, идут годы, но символ английского достоинства остается прежним. Наша гордость, памятник архитектурному наследию предков... Кирилл вздремнул во время речи. Не хотелось ему отвлекать Джона от важного занятия. Затем они поехали к Американскому посольству, к румынскому, аргентинскому... И так за делами прошел день. - Кирилл, - обратился Джон к своему сожителю по телу - пока мы ужинаем и у нас есть перерыв... У тебя есть минутка? - Хоть десять. Обращайся в любое время, я без дела башкой тронусь. Джон довольно хихикнул - Хорошо, постараюсь не забывать о тебе. Я не предупреждал, но ты наверное и так согласился бы. Бросаю я наркотики не только потому что это мое сокровенное желание. Такое дело, - он замялся, подбирая слова - я лечу на марс через недельку и поэтому ты мне был нужен. Перед полетом я сдаю тесты, которые должны выявить вещества в моем теле, а тест проводит автоматика и взятка не прокатит... Да и вообще космосе, ясное дело, я бы не смог употреблять свои таблетки, откуда их там на весь полет наберется. Кирилл, взявший под контроль тело во время еды, поперхнулся вкуснейшим коктейлем и переспросил. Джон повторил свои слова и тогда Кирилл отвесил себе пощечину. - Думаешь можно предупреждать о таком в последний момент? Ну ты и урод! - он выкрикнул эти слова в пустоту и оглянулся, убедившись что обширная столовая пуста - Издеваешься, да? Да ты мне не сорок миллионов, ты мне миллиард должен платить! Джон рассмеялся - Во-первых, торговаться ты не сможешь. Я у тебя в голове и прекрасно вижу, что ты согласен с своими расценками даже сейчас. Во-вторых, тут хоть и нет людей, но повсюду скрытые камеры, я прошу воздержаться от рукоприкладства и любых подозрительных жестов. Снимки могут продать моему конкуренту из партии чернорубашечников и я попаду в психдиспансер. Не нанимал бы я тебя, если бы хотел там оказаться, ты понял? Кирилл не стал спорить. Педантичный англичанин посчитал пощечину справедливой в глубине души. Кирилл почувствовал, что Джон сейчас так сказать на своем поле и если игры с похищением таблеток из кармана премьер мог себе позволить, то со своей работой он оставался серьезен до конца. - О'кей, я сам виноват что ввязался в это дело. - Кирилл похлопал себя по плечу, дав понять Джону, об объявленном перемирии, но ощутил упрек и едва различимую мысль "дурак, помни про камеры". Оставшиеся дни до полёта пролетели рутиной. Джон привык к постоянным провалам получить хоть каплю дозы, а Кирилл свыкся с тем что приходится "не появляться", пока Джон работает (что было с утра до вечера). Так же Кирил обязался полностью отключаться, пока Джон пишет своей любовнице Бетти личные письма. Он каждый вечер обыскивал кабинет и врубал в механической глазнице кино, пока руки премьера старательно выводили текст, ведомые свободным глазом. За день до начала путешествия премьер надел на выступление старый пиджак в котором, (он молился), могли остаться таблетки. Как всегда Кирилла ослепили сотни камер и он решил вздремнуть. Когда Джон собрался произнести речь, он все-таки нащупал желанное дражже, годы ожидавшее своего часа, и успел положить его в рот. Кирилл попытался остановить таблетку в горле, но лишь подавился, что немного взбудоражило публику. Конечно эта сцена вызвала некоторые вопросы у репортеров, но дело было обещано быть скоро забытым. Толком никто даже и не увидел, что произошло на самом деле. - Что сказать, работа у меня такая, людей обманывать – усмехнулся Джон на упреки Кирилла. Он откусил кусок пиццы и с наслаждением проглотил его. Премьер был несказанно доволен собой, ведь был уверен, что Кирилл не позволит себе быть одураченным второй раз. Кирилл слышал все это эхом в своей голове и был зол настолько, насколько это возможно. Этот зажравшийся аристократ вел себя так, словно нанял Кирилла, чтобы только обмануть его чуткость и посмеяться над ним! Это оскорбительно и подло, мешать в такой трудной работе. - Это не стоило того! - орал он в пустоту - я не железный и тоже мог сорваться! - Так мы кайфанули, согласись. Тело немного отвыкло от наркотиков, поэтому маленькие дозы снова возымели эффект. А между прочим, когда у меня будет еще шанс употребить? Я ж завяжу навсегда, а не только на время полёта на Марс. - Сегодня важный день и это мой последний раз - такая логика у всех людей, не сумевших бросить, идиот! Ты из-за этого речь еле рассказал, при том что говорил пять минут вместо двадцати. Твой образ жизни вредит работе. - Перестань, это был прощальный подарок самому себе. А работе он не помешал, наоборот было весело. Ты видел, никто ничего не заподозрил! Мы с тобой еле стояли на ногах, но старались не спалиться, как подростки перед родителями. Приятно вспомнить молодость, скажи а? Молодость к сожалению Кирилл вспоминать не хотел, особенно когда его мысли могут подслушать. Пьющие родители, общага, вещества и отчисление. Молодой Кирил катился под гору все время. Зато потом последовал добровольный отказ от всех легальных и нелегальных наркотиков, престижная работа и наконец премия спустя десяток лет работы. Дожить бы до нее с этим дураком премьером. - Пора садиться в автомобиль и ехать к космодрому - нарушил молчание, точнее мысленный застой Кирилл. И правда, на часах время ехать. Джон взял контроль на себя и поспешил к выходу. Костюм вполне можно не переодевать, но на том, в котором был Джон, виднелись жирные пятна от пиццы. Плюнув на одежду и немые доводы Кирилла он плюхнулся в машину, выпил стакан коньяка и попросил водителя "Гнать к чёртовому космодрому и плевать на ПДД". Просьба была исполнена с любовью к делу, за что вторая бутылка коньяка осталась водителю в подарок.