"В добрый путь"

Охранники провели их в здание космодрома. Минуя двери Джон прошел сквозь все турникеты и вышел с другой стороны. Взлётная площадка представляла собой гигантский карьер. Джон подошёл к его краю и глянул вниз, через перила. Крутые берега были увешаны снастями для орбитальных аппаратов, а в центре находилась ракета высотой около километра. Она не имела модулей, как у древних носителях и не имела пилота. Судя по тому, что Джон знал о полетах - груз в носовой части и люди позади. Автоматика отвезет их на орбиту и пристыкует к кораблю, а потом эта громадина свалится в океан, где ее части постараются выудить и пересобрать снова французы. К Джону и его свите вдоль обрыва шел узкоглазый человек. Он весело прорвался через настойчивую охрану премьера, увернувшись от металоискателя. - Добрый день, товарищи англичане! Какая прекрасная погодка для полета в небеса, не правда ли? Я Линг - страховой агент этого предприятия - он провел рукой на вход в здание - хочу уладить с вами пару нюансов, касательно того как вы летите - пояснил он, глядя на поднятую бровь Джона - Видите ли, вы не абы кто и летите не абы куда. - Чем здесь занимались мои юристы? - возмутился Джон, но Линг взял его под руку и повел обратно внутрь космодрома. Прошел через бюрократическую волокиту, Джон уже без того настроения, которое обычно имеют люди с состоянием в миллионы долларов, которые летят на Марс. Он отправился сдавать гемотест, но оказалось, что его можно сдать лишь с утвержденным билетом, а утвердить билет можно было лишь получив страховку. Страховщики требовали узнать результаты гемотеста. Джон со злобой ждал часа вымуштровать своих подчинённых, которые занимались хрен-знает-чем и не уладили всех вопросов по отправке. Устав бегать по замкнктому кругу, Джон перешёл к другой проблеме - запоздалые предложения партнёров по работе, которые не ожидали убытия Джона куда-либо за пределы земной экосферы. - Тебя доконала пара стопок бумаги? Хах! - Кирил порадовался горю Джона. - Я хотел с утра отправиться к звездам, - раздраженно гавкнул Джон - а не к кипе договоров чтобы разгребать ее до вечера. - Вот это проблемы, мне бы такие - ехидно ухмыльнулся Кирил. - Все подписывать не надо, лично вы можете подписать только те, что справа! - донесся голос Линга из своего кабинета, удивлённого внезапному выкрику Джона - С остальным разберется ваш страховой агент. - Джон, ты не один вокруг. Контролируй свою речь и хватит кричать. Джон, привыкший к выходкам Кирила, хотел промолчать. Правда, мысли просто так не остановишь и Кирил принял раздраженную реакцию Джона на свой счет. Наконец Джон встал из-за стола и подал нотариусу то, что успел подписать за все это время. Договоренности пустились далее в путь по бюрократическому конвейнеру. - Прикинь, Кирил, для этого деревья рубили, - Джон возмущенно тыкнул на отпечаток пальца и перед ними открылась премьер-каюта. Мебель из красного дерева, позолота на сервизе огромный телеэкран, куча игр и фильмов, виар и много-много других безделушек. - Неплохо, я рад что нахожусь в твоем теле - Кирил утвердительно покачал головой. - В который раз - отозвался довольный Джон - Ану-ка дай мне мое тело, я пока не все закончил. Он прошелся туда-сюда, заглянул в уборную, открыл секретный бардачок за зеркалом, и оттуда, прямо в раковину высыпались таблетки. Это был шаг отчаяния. Джон не надеялся на успех этой операции, но надежда умирала последней. Он рванулся к таблеткам и даже не руками, а мордой вниз, подобно животному. Кирил по привычке первым делом взял под контроль руки, но финт Джона удался. Последнее что оставалось, это продолжить рывок и удариться о раковину лицом. Так Кирил и поступил. В итоге Джон отбил язык между зубами и кафелем, получил сильную боль в голове и много ментальных оскорблений в свой адрес, но не таблетки. Кирил вышел победителем. - Два один, ублюдок! - прокричал он в зеркало, глядя на расквашеный нос Джона. Сознание премьера находилось в агонии, но Кирил сам почувствовал как им завладевает паническое чувство утраты чего-то важного. Утраты того, чем он дорожил - возможностью снова расслабиться и почувствовать каплю спокойствия. Перед его глазами, на дне умывальника лежал ключик к удовлетворению этих потребностей. Кирил поспешно смыл таблетки в унитаз, обыскал комнату и вещи премьера. Ничего подозрительного. - Кончай стонать, - Кирил, на секунду испугавшись своего мимолетного желания, снова овладел собой - Где нибудь ещё есть нычки?! - Джон не хотел отвечать, но неожиданный вопрос во время ломки его разоружил. Он потерял самообладание и в голове всплыли мысли о стюардессе Бэтти. - Да да, Кирил, это она. Кирил вспомнил о долбаных любовных письмах и деньгах, которые отправлялись ей в подарок. Ага, в подарок! Джон конечно любил раздавать людям свое добро, но те суммы, которые он тратил на Бэтти были явно неприличны для акта дарения. Как Кирил не заподозрил это сразу? Джону, конечно легче управлять своими мыслями, но ведь не всех их он мог подавить и скрыть от глаз Кирила, тут какой-то подвох. - Подвоха нет, дурак. Просто ты поверил мне, это ошибка. Верить нельзя никому, особенно шоуменам и политикам. В общем всем публичным людям. Все мы - это высокомерие и лицемерие перед толпой и даже перед самими собой. Не пытайся меня понять, я сам ненавижу себя за это. Когда ты пересекаешь ту грань, когда все становится бессмысленным, вернуться назад сложно, практически нереально. Я не стану прежним, как бы ни старался, а ты смотри на меня и запоминай. Не повторяй моих ошибок, не принимай наркотики, не будь карьеристом, люби жизнь и наслаждайся ею. - Ты лицемеришь даже сейчас. - возразил Кирил - Тебе удобна эта позиция и поэтому ты ее отстаиваешь. Однако, Джон, не думай что путь к становлению хорошим человеком для тебя закрыт. Раздался сигнал из динамиков в котором призвали к готовности к взлету. Спустя минуту ядерные двигатели с грохотом запустили ослепительный синтез, свет от которого был виден даже с орбиты. Джон по привычке лег на кровать с сигарой в зубах. Кирил не протестовал против курения и попробовал расслабиться, глотая горький дым. Из-за сильного шума вышло не очень. Грохот двигателей достиг предела и тело Джона впечаталось в кровать с невероятной силой. Сигара благо уже была в пепельнице и ее угли потухли от перемены давления. Приступ тошноты заставил Джона добраться в ванную комнату и взять целофановый пакет. Однако скоро давление пришло в норму и гул турбин стих в вакуме. Джон подышал в кислородной маске и ему полегчало. Кирил успокоился окончательно, когда бледное тело снова покраснело от прилива крови. Корабль вышел в космос.