Глава 3 Эйле. Дар, открывающий дверь

Служба в полиции оказалась трудной, но не только из-за отношения сослуживцев. Однажды наше болото посетил проверяющий. Скептически осмотрев, заявил, что для продления разрешения оставаться в списке Министерства обороны всем, независимо от должности и звания нужно пройти тест на физическую подготовку. Если мужчинам потребовалась пара дней, чтобы вспомнить навыки ведения боя, мне же пришлось впервые взять в руки меч. Единственное, что я умела на тот момент, уверенно держаться в седле. Оказавшись на вытоптанной площадке, заменившей полигон, раздался громкий хохот: — Посмотрите, а девчонка знает, с какой стороны брать меч, только держит его как кухонный нож. Зачем бедняжке тестирование? Она же тяжелее папок ничего носить не будет. Эйле, езжай-ка ты домой к мамочке и романам, не дело молодой леди потеть на полигоне. — Стажер Дадли, — окликнул меня майор из отдела проверки. — На этот раз войду в ваше положение, потому что те, - многозначительно посмотрев в сторону внезапно притивших сослуживцев, добавил, - чьей прямой обязанностью было помочь новому сотруднику в начале карьеры поднять уровень физической подготовки, по какой-то неведомой мне причине проигнорировали пункт Устава. Даю вам полгода, затем приеду на повторную аттестацию. Не вешайте нос, а еще лучше утрите его шутникам. — Есть! — Ответила мужчине, широко улыбаясь. С этого дня я отправилась в родное поместье, чтобы перевезти в свой домик при участке книги по теории рукопашного боя, владению оружием и схватке с применением магии. Свободное время проводила на тренировочной площадке, где некоторые сочувствующие помогли установить деревянные манекены и мишени для отработки ударов. Помимо этого, своеобразными тренажерами стали деревья в лесу неподалеку, где я бегала, прыгала и подтягивалась на толстых ветках. У меня даже появился напарник в спаррингах, Нил Бенсон. — Не надоело тренироваться с манекеном, который и ответить толком не может? — Насмешливо произнес Нил, пришедший на службу чуть раньше меня, но уже носящий погоны сержанта. — Как насчет спарринга с живым человеком? Не струсишь? — Главное, чтобы ты не сбежал, — ответила тому, усмехнувшись. К сожалению, тренировки пришлось полностью перенести в лес, после того, как повторная проверка прошла более чем успешна. Все удостоились благодарности с занесением в личные дела. Проверяющий из столицы уехал к следующим в списке, и в участок вернулась привычная рутина. Тихие унылые дни, редко когда разбавляемые посетителями с обращениями. Про меня и вовсе забыли, оставив в кабинете наедине с книгами. Через год магия внезапно дополнилась новой способностью. Помимо знакомой и понятной с детства стихии воздуха, позволяющей менять внешность и создавать материальные иллюзии пятой степени сложности (известной высшей степенью считалась седьмая), начала замечать первые признаки проявления эмпатии. Эмпатия считалась редким даром. Кто-то называл ее проявлением пятой стихии — света, кто-то выделял особняком и магией не считал. Когда я заикнулась о даре начальству, меня выставили за дверь со словами: «Девчонка совсем разумом тронулась от скуки. Эмпатия у нее, видите ли, открылась». Впрочем, что еще можно было ожидать? Думаю, скажи я отцу, и он отреагировал бы также. Эмпатия пробуждалась, набирая силу. Как ее взять под контроль? Вспоминала уроки педагога по магии и пробовала изученные техники применять к новому дару. Мы с детства учились контролировать силу, не позволяя той непроизвольные выплески. Только так, стихия обретала связь с носителем и развивалась. Знакомые методы помогали слабо. Я могла нечетко видеть ауры и даже научилась отличать их так же, как обычных людей. В одном трактате прочитала, что это называлось чтением абриса. Теперь было известно, кто приближается к двери моего кабинета. Стали открыты эмоции людей, порой обжигая или обдавая холодом так, что горела кожа. Можно ли от этого как-то защищаться или это своего рода проклятье? А еще начали сниться сны… Для магов это всегда считалось вестью богов, предупреждением или призывом к действию. Я не знала, что мне хотят сообщить. Однажды перед тренировкой сидела, вращая тренировочный меч. Рядом подсел Нил. — Ты чего такая невеселая? Опять кто-то неостроумно пошутил? Я думал, ты уже привыкла к мужскому юмору. — Если бы, — ответила, с силой воткнув меч в землю. — Меня замучили сны. — Ты хочешь сказать сон, — поправил меня приятель. — Нет, Нил! Мне снятся сны. Не один и тот же, а каждый раз новые. Разные эпохи, незнакомые люди. Я вообще не понимаю, каким образом это относится ко мне! Порой кажется, что я схожу с ума. — Эйле, — парень присел рядом, а я по привычке отсела, увеличивая расстояние. Даже в глубинке этикет леди оставался частью моей жизни. — Ты же понимаешь, как это звучит. Если маг видит два сна за жизнь — это благословение богов, но если их становится больше… Он замолчал, хотя слова были излишни, и так понятно, кем выглядела в его глазах. Помешавшейся рассудком. Теперь еще и он на всякий случай начнет обходить стороной, и я потеряю единственного друга. Да что со мной не так?! Все же росла уверенность, что проблема не в сумасшествии или больной фантазии. Например, в одном из таких видений, не выходящих из памяти, было убийство в честь богини, имя которой не запомнила. Не могу даже сказать наверняка, происходило ли это в Космине. Все там казалось ненастоящим и в то же время пугающе реальным. Больше я ни с кем подобным не делилась. Со временем, действуя интуитивно, научилась с помощью дара отыскивать пропавшие вещи. Однажды эмпатия уловила безнадежность от одного посетителя, потерявшего родительскую реликвию. Чувство оказалось настолько сильным, что, не выдержав, пришла к нему домой после службы и предложила помочь. Мое первое раскрытое дело воспевала вся деревня. Пошли разговоры о леди с даром богов, на пороге образовалась очередь. Наградой стало взыскание и штрафные работы за то, что «лезу не в свое дело». Капитан написал еще и отцу о нарушении, за что получила нагоняй и от него, полмесяца проведя дома под замком. «Сиди и не высовывайся», — вздыхала и уговаривала себя всякий раз, как слышала, что в приемной очередного жителя с пропажей отправляли восвояси, объясняя, что у полиции нет времени на идиотов с плохой памятью. — «Инициатива часто наказуема». Неизвестно, сколько бы это продолжалось, если бы в графстве не случилось громкое дело. Неизвестно куда пропала печать владелицы. Надеясь, что ценная вещь не успела покинуть пределов подведомственных земель, Ее сиятельство обратилась к нам. — Что значит «отправили лучшие кадры на поиски?!» — Не сдерживала возмущения леди гер Крандон. — Отправьте всех. Капитан, вы, похоже, недооцениваете серьезность последствий. — Ваше сиятельство, — начальник тоже с трудом сохранял самообладание. — Мы же не подразделение столицы или крупного города. Войдите в наше положение. — Тогда не жалуйтесь, когда в ваше грязное белье сунет нос тайная служба Его Величества! — Пригрозила графиня и вышла, с силой хлопнув дверью. После ее ухода, отделение пришло в движение. То и дело доносился топот сапогов, хлопанье дверьми с криками капитана, что все бездельники должны наконец взяться за ум, а то полетят не только погоны, но и головы. Мне увеличили объем бумажной работы, так что чернила приходилось прикрывать магией, настолько глубоко они въелись под кожу. Надо было переписать все данные, чтобы проверка из верхов, появления которой теперь точно не избежать, не нашла повода раскритиковать нашу работу. Знали бы они, кто к ним прибудет. На одном из плановых собраний, начальник, улыбаясь, советовал расслабиться, потому что вместо дотошного агента секретной службы к нам выписали «молоденькую дамочку-герцогиню». На мой вопрос, кто эта леди, ответ заставил сердце учащенно забиться в предвкушении. Скоро порог скромной конторы переступит мой кумир, на кого равнялась все эти годы! Сама леди Эллина ди Найман, герцогиня и ветеран двух высших наград. Этого не может быть! Пока мы наводили лоск, начищая до блеска полы, заваривали чай, полировали лучший сервиз в ожидании появления экипажа с герцогским гербом, в воротах появился всадник в плаще с капюшоном, легким движением соскочивший с коня и передающий уздцы охраннику. Затем, расстегнув плащ и перекинув его небрежно на руку, в направлении учебного корпуса быстрым шагом направилась сама леди ди Найман. На ней было надето не платье, подходящее статусу, а форма боевого мага, удлиненная, наглухо застегнутая на медные начищенные пуговицы, темно-серая куртка с узкими штанами, заправленными в черные кожаные сапоги до колен. Я удивилась странной форме гостьи. Неужели тайная служба так радикально меняет стандарты для женщин? Но ей шло невероятно. Рыжие длинные локоны были убраны в высокий тугой хвост. Легкий макияж, свежий аромат дорогих духов и погоны подполковника на плечах. Решительной походкой она приблизилась к нам, подмигнула и с усмешкой произнесла: — Приветствую. Окажите услугу, сделайте лица попроще. Вы же не ожидали, что я шлейфом платья буду подметать полы архива? И подберите уже челюсть с пола. За работу! — Когда встречающие пытались подобрать подходящее приветствие, та остановила жестом и добавила. — Мы не на балу, чтобы расшаркиваться, дел полно. Цигель, ай лю-лю. Я сидела раскладывая по папкам гору документов, прошения отдельно, отчеты отдельно. Дверь с грохотом распахнулась, на пороге стоял Нил с мольбой: — Эйле, хватит уже копаться в бумажках. Знаю, ты умеешь готовить напиток из абарры. Леди ди Найман не в духе, может, хоть тебе удастся поднять ей настроение. — Абарра закончилась вчера, кахве не получится, — задумчиво произнесла я, барабаня пальцами по столу. — Могу заварить чай по семейному рецепту. — Давай, пантера, придумай что-нибудь, — взмолился приятель, — а то эта Найман живьем съест все отделение и станцует на наших костях. Будто на физическом уровне чувствовала волнение и раздражение наших. А еще хорошо скрытую усталость и азарт гостьи. «Да, леди ди Найман, это вам не столица с прогрессивными взглядами. Наше болото так просто не сдастся даже под натиском вашего завидного энтузиазма». В качестве напитка приготовила крепкий черный чай с кардамоном и корицей, добавила сливки и пол чайной ложки меда. Внутреннее чувство говорило, что девушка не любит сладкого. Подала поднос с чаем и присела рядом, потянувшись к девушке с необычной внешностью эмпатией. Хотелось понять, понравилось ли ей. И вдруг Эллина пристально посмотрела на меня, делая глоток. Секунда, и на ее лице расцветает довольная улыбка: «Интересно», — произнесла она, обратившись к начальнику: — Могу я позаимствовать вашего… — Секретаря что ли? — Непонимающе переводил тот взгляд с меня на ди Найман. — Зачем она вам? Мы все документы предоставили, больше ничего дать не можем, подполковник, — звание произносил спокойно, но я видела пренебрежение, которое пытались скрыть за маской подчеркнутой вежливости. Не скрылось это и от гостьи. — Можете, — понизив голос, холодно произнесла девушка. В ее словах чувствовалась сталь. — Вы избавитесь от моего общества быстрее, предоставив в распоряжение вашего ценного сотрудника. Не бойтесь, капитан. Меня не интересуют ваши тайны. А письменная благодарность в содействии тайной службе, думаю, совсем не помешает провинциальной конторе. Мы поняли друг друга? Так я не только познакомилась с Эллиной, или как та просила ее называть, Лина, но и обрела друга и наставника. Она сразу поняла, что я тоже эмпат, только не имеющая понятия, как управлять своим даром. Раскрыли дело быстро. Помню, как взяла на себя инициативу обратиться с просьбой к графине показать кабинет, откуда предположительно пропала печать, при этом эмоционально объясняя, что эмпатам нужно физическое присутствие, а не «слова или заявление потерпевшей стороны». Когда, не выдержав, выпалила: «Если будете так же настойчиво препятствовать следствию, не жалуйтесь, если ваша пропажа попадет в руки недоброжелателей», - Лина еле сдержала смех. Печать мы обнаружили у старосты соседней деревни графства. Оказалось, Ее Сиятельство торопилась куда-то и забыла на столе после подписания сметы на ремонт школы. Возвращали пропажу вдвоем. Лина протянула потерянную вещь, завернутую в сукно, графиня, растрогавшись, благодарила и просила остаться на ужин. За столом герцогиня Найман поинтересовалась: — Простите за нескромный вопрос, как так получилось, что вы в одиночку управляете немалыми землями? — Обязанность легла чуть больше трех лет назад, — на этой фразе Лина отложила приборы, задержав взгляд на леди гер Крандон, — в тот год супруг не вернулся из Паринды. Он вообще был очень занят, начиная с девяносто третьего, постоянно отлучался в отъезды. Говорил, что дела требуют личного присутствия. А потом и вовсе пропал. — Из Паринды, значит, не вернулся, — многозначительно произнесла агент тайной службы, а я вздрогнула, услышав упоминание исторической родины моей матери. С того дня мы начали встречаться чаще. Подруга, именно такой она стала для меня, делилась секретами, как привыкнуть к новой способности, объясняла, как справляться с трудностями, например, в случае, когда аура затерта. Сильные маги способны скрыть следы своей ауры, чаще затирая его особым заклинанием. Слабый эмпат бессилен определить наличие ауры, если та неполная, что нередко приводит поиски в тупик. Эмпат же с сильным даром может различить ее и по прошествии месяца, но если применяли маскирующее заклинание, абрис будет размытым, из-за чего легко спутать с аурой другого. «Но порой используется редкий артефакт», — произнесла Лина, и от нее повеяло легкой грустью, которая тут же исчезла, — «тогда придется потрудиться». На мои вопросы, что за артефакт, мне ответили, что позже обязательно расскажет и об этом. — Эйле, ты не думала поступить а академию? Там отличная подготовка, недавно открылся специальный курс для эмпатов. Я первый раз встречаю настолько сильный дар. Жаль, что он пропадает в этой дыре. — Отец не разрешит, — с грустью усмехнулась в ответ, вспоминая его реакцию на многочисленные просьбы. — Он и так пошел на уступки, позволив мне работать здесь. Лина, мы не в столице и мой титул слишком незначителен, чтобы позволить жить, как хотела бы. — Конечно, я мечтала участвовать в интересных заданиях, в полной мере задействовать магию и эмпатию. Но эта жизнь казалась красивой иллюзией, реальность же вдалбливала свои правила, за нарушение которых приходилось платить. — Поверь на слово, я хотела бы гораздо большего. Но надо уметь принимать жизнь такой, какая она есть. — Можешь убеждать кого угодно, — скептически поджала губы рыжеволосая, — но не высшего эмпата. Я не верю, что ты готова просто смириться и сложить руки. Вижу, что ты просто пытаешься выжить, выбирая клетку попросторнее, где представляешь себя свободной. Ладно, придумаем что-нибудь. Ты же не против иногда выезжать со мной на задания? — Я удивленно вскинула бровь. Зачем ей моя помощь? Лина будто сдаваясь подняла руки вверх, добавив. — Порой, вдвоем действительно быстрее. Да и чаще всего веселее работать, когда с тобой напарник. Ну так как? — Я в деле, — шутливо толкнула ее в плечо. — Зовите, напарник, если что. — Так и знала, что в этой тихой девочке скрывается хищник. Затаившийся тигр в ожидании удачного момента для броска. — Лучше тогда пантера, — расхохоталась в ответ, — черной кошке легче оставаться незамеченной в тени.