Принцесса Ада [ глава 9 ]

***

Средь хаоса воцарившегося в библиотеке, разбросанных книг, сильного ветра, что поднимал вырванные страницы из книг, он в дел только одно.

Ее красные глаза.

Испуганные глазки с пышными ресницами бегали к лицам друзей-грешников с нечитаемым взглядом.

Она боялась?

Это было ясно, кто не ужаснулся бы червоточине за спиной, что затягивает в неизвестность? Вот только было ощущение будто она боялась не за себя.

Страх был за людей, что были в той комнате и пытались помочь ей. А вместо этого они болезненно стонали, проломив стену в которую, по всей видимости, врезались. И если ему было безразлично на чужую боль и в других обстоятельствах он бы даже повеселился с этого, то встретившись с ее глазами, улыбка дрогнула.

Шум исчез на несколько секунд , когда их взгляды пересеклись. Высокие уши дернулись, стоило ему услышать свое имя с темных губ.

Тело двигалось само, совершая широкий шаг в ее сторону. Щупальце материализовалось за спиной, со всей своей скоростью мчась к телу, парившее в воздухе, в желании удержать здесь. С ними.

В самый последний момент, когда до женской руки оставалось каких-то пару сантиметров, ее тело двинулось в разлом. На секунду ему показалось, что в воздухе, чья-то рука подтолкнула ее туда, ведь он считал что успеет дотянуться до нее.

Должен был дотянуться.

Но Чарли исчезает, оставляя после себя лишь пустоту.

***

      Темные веки устало открылись, после очередного повтора того дня во снах. Приподнимаясь, Аластор утомленно выдохнул, зарываясь рукой в волосы и прикрывая глаза в попытке собраться. Мельком взглянув сквозь пальцы на свою одежду, шум сбитого радио усилился, передавая раздражение.

« Все опять по новой. »

Откидывая одеяло, оленьи ноги стукнули об холодный пол, начиная этот безнадежный день.

      Иногда ему казалось, что его дни цикличны: демоны, которым нужно было указать их место, разговоры с оверлордами и, конечно же, отель. Как без него? Заниматься никчемным отелем с не менее унылыми грешниками стали его рутиной. Однажды постучавшись в витражную дверь с запретным плодом на ней, единственное, что его волновало - это собственное веселье. Впервые увидев наивную принцессу с ее глупой мечтой об искуплении, в его демоническую голову поселилось несколько коварных идей. К примеру, воспользоваться ее тяжелым положением и обернуть королевскую особу в собственную пешку. Кто не возжелает держать при себе нечто могущественное, даже если это "нечто" вовсе и не подозревает о собственных возможностях. Правда, после знакомства он уже стал считать, что принцесса не так сильна, как ему казалось. Поэтому, вскоре он пересмотрел планы и решил остаться забавы ради. Наблюдать, как ее мечта разламывается, крошится на мелкие кусочки и словно пыль оседает на дорогах Ада, тоже было нескучным занятием. К тому же этот пустой и чахлый отель вселял странное чувство дома. Будто это место могло стать его пристанищем.

Так и произошло.

      За несколько месяцев отель преобразился: они - в частности Аластор - сделали косметический ремонт, Радио-демон внес выделяющийся бар и сделал из своей комнаты целую лесную чащу, в которой однажды потерялась сама Шарлотта. Ох, он вспоминал тот вечер со смехом и по сей день, ведь видеть это растерянное лицо, когда она прошла одно и то же дерево семь раз, было тем еще весельем.       Помимо восстановления внешнего вида помещений, отель стал более живым. Энджел стал чаще оставаться у них, а за ним последовали некоторые грешники и его постоянная подруга Черри Бомб, с которой у Аластора иногда были конфликты. По большей части из-за ее бомб, которыми она подрывала стены и вход. С появившимся барменом гости стали чаще разговаривать и задерживаться на первом этаже, что способствовало сплочению коллектива. А это только больше вдохновляло саму хозяйку отеля, мотивируя ее продвигать в массы свою идею об искуплении.       Незаметно для себя, Радио-демон начал менять свое отношение к ее идеям, уже искренне начиная верить в них. Точнее, не в сам замысел, а в ее потенциал, решимость. По какой-то причине, подобная искренность, блеск в глазах и ярое желание сделать грешников лучше забавляло и пленяло. Последнее слово он бы никогда не сказал и не принял, но тем не менее помогал работодательнице в ее планах. Нужно было назначить встречу с каким-либо оверлордом? Он был тут как тут. Помочь придумать новую речь, что рекламировала бы их отель? Аластор уже стоял за спиной демонессы, шепча ей нужные слова.

В общем — « Всегда к твоим услугам, моя дорогая! ».

      Более полугода они занимались отелем и его продвижением. Чистка близилась, а грешники закрывали глаза на это и на предложенную руку помощи. Однако некоторые потерянные души откликнулись на ее пламенные речи, оказавшись на их пороге. Многие из них были честными и сразу же предупреждали, что в искупление не верят и находятся здесь лишь потому, что считают, что тут безопаснее. Но и этого было достаточно принцессе Ада, чтобы радушно их принять.       Лицезреть ее яркую, воодушевленную своей идеей, дарило некое тепло в районе груди, почти каждого кто был ей другом. Это заражало как пневмоническая чума во времена эпидемии Черной смерти. Хватало подышать с ней рядом и в голову уже лезет позитивное «А может не все так плохо?». Но люди не часто жаловались. Все-таки это пробуждало утерянное ощущение, что когда-то они почти все были людьми.

Людьми, что хранили бессмертную надежду.

      И даже Радио-демон - не признаваясь в этом самому себе - надеялся, что мечта у этой наивной демонессы сбудется. Как минимум, потому что ему хотелось дальше видеть эти живые глаза и лучезарную улыбку. И даже если искупление для каждого ему казалось бредом. В компании жизнерадостной и веселой Чарли, ее серьезной и чаще угрюмой подруги Вегги, неприятно пошлого Энджела с хаотичной Черри и своими дорогими товарищами Ниффти и Хаском, он проводил время в удовольствии, чувствуя себя в нужном месте.       Правда он не мог и предположить, что вскоре все измениться за один вечер. Он не думал, что такой обыденный совет блондинке пойти и почитать что-нибудь, так сильно повлияет на отель и на них. Не думал, что ранее оживленное место, в котором чаще звучал смех, шутки и разговоры о важном, станет таким… тихим. — Аластор! — прозвучал голос Вегги с первого этажа. — Твою то мать, кто-нибудь его видел?!       Пока сальвадорка гневалась и искала второго управляющего, чтобы в который раз ему прочитать лекцию о том, чтобы тот занялся работой, радиоведущий нахмурился сильнее, смотря на нее из-за угла на втором этаже. Прежде чем она почувствовала презренный взгляд на себе, он скрылся в темной тени. Довольно незаметно и бесшумно зловещая тень оказалась на четвертом этаже выпуская из себя демона. Как только он материализовался в своей форме, то в голову ударила головная боль, заставляющая зажмуриться и облокотиться об стену рукой. Неизвестный отрывок проигрался в голове.

« … — Ал, у тебя-…

— Что ты сделала с волосами?

Моя рука плавно и с легкой дрожью коснулась ее затылка, пока вторая осторожно поглаживала у лица. Длинные пальцы перебирали мягкую косицу, а после она быстро падала к остальным волнистым прядям. …»

      Отрывок мгновенно исчез, оставаясь в его голове как детское воспоминание, которое теплится в памяти со всеми чувствами, но картину, лиц вспомнить не получается.       Боль в висках прошла так же внезапно, как и пришла, позволяя красноволосому выпрямиться и слегка мотнуть головой, как бы стряхивая с себя внезапное… видение? Назвать это воспоминанием было сложно, ведь ему казалось, что такого момента в его жизни не было. Впрочем, после пропажи Шарлотты, такие случаи уже были несколько раз, что стало путать его самого. Первые недели он думал, что это сны. Однако, получив больше информации, в голову стали закрадываться теории и доводы, что все еще вызвали уйму сомнений.       Острые, лакированные туфли глухо застучали об ковролин, пока длинные ноги вели его по длинному коридору вперед.

« Эти видения… Чарли ведь не могла взаправду попасть в — »

— Сэр! — зазвучал высокий голосок впереди. — А я Вас искала!       Маленькая девочка с одним большим глазом торопливо подошла к высокому демону, тут же почувствовав когтистую руку на своей голове, что ласково погладили. — Ниффти, — его рука аккуратно поправила прядь ее челки. — Ты принесла то, о чем я просил?       На его вопрос она кивнула и достала из сумочки золотую чашу с тремя разными камнями на ней. Чистый металл отбросил блик от света, оказываясь уже в больших руках. Поблагодарив малышку, Аластор шагнул дальше, но Ниффти не отставала и следовала за ним. Шагая недолго по пустому коридору, Радио-демон остановился, положив одну руку на ручку двери и вторую на голову демоницы. — Дальше тебе со мной нельзя, моя дорогая.       Она подняла голову вверх, взглянув расстроенно. После пропажи Чарли даже Ниффти стала менее улыбчивой и энергичной. Как-никак те подружились за проведенное вместе время и ее отсутствие сильно ощущалось . Их маленькая домработница уже привыкла к вечерам с Магне за рисованием, просмотров излюбленных аниме по субботам и каждодневным заданиям по уборке в отеле. А теперь всего этого не было и как бы Вегги не пыталась заменить Шарлотту в былых увлечениях, что приносили удовольствие, это не особо поднимало настроение.       Однако, встретившись с алыми глазами, горничная заметила в их глубинах уверенность, что они потеряли. Уже пару дней она ловила этот странный блеск, словно говорящий - Чарли вернется. Быть может ничего и не было в этих холодных очах и ей думалось так лишь потому, что она сама надеялась на это? — Сэр… — начала она осторожно, не сводя с него взгляда. — Вы… вернете ее?       Один вопрос, заставляющий его задержать на ней задумчивый взгляд, но следом усмехнуться и наклониться на ее уровень, чтобы произнести желанный ответ. — Верну… — его тон успокаивал, пока когтистый указательный палец прижался к его губам. — А пока ты прикроешь меня на какое-то время, ладно? Если вдруг я задержусь и другие начнут задавать вопросы, ты ведь знаешь, что делать?       На его вопрос, она не раздумывая кивнула, сразу же чувствуя, как его большая рука ерошит волосы. — Отлично! — выпрямляясь, демон убрал с ее головы руку и приоткрыл дверь. — Рассчитываю на тебя, моя дорогая Ниффти.       С этими словами, дверь захлопнулась, поселяя семечко теплого чувства в темной душе. То была светлая надежда, что дала сил улыбнуться и с более радостным настроем отправится на работу. Впервые за это время ей стало легче.

А что же происходило за этой дверью?

Хаос.

      Небольшая комната, наполненная большим количеством стопок книг, что он читал в поисках нужной информации. Некоторые из них были разорваны и разбросаны в моменте нервного срыва несколько дней назад. Когда голова погрязла в бесконечных думах о том, как найти Шарлотту и при этом не позволить информации об ее исчезновении распространиться, его охватил гнев, что прятал усталость. А уставал он сильнее, чем когда занимался ремонтом и решал нелепые нападки молодых оверлордов. И если тогда он возвращался в теплый отель, в котором его встречала улыбка Чарли, ярче которой он еще не видел, то сейчас приходить сюда было не самым приятным делом. Да к тому же, одноглазая дама не помогала вовсе, то и дело поднимая свои праведные речи о том, что им нужно обратиться к Люциферу за помощью или к другим оверлордам. « Хотя бы Ад надо обойти весь! » — как будто он этого не сделал еще в первые дни.

« Скоро все изменится. »

      Подумав про себя, золотая чаша вскоре оказалась на полу, что был изрисован енохианскими символами, образовавшими круг и различные фигуры в нем. Демонические глаза бегали по красной книге, сверяя рисунок на нужной странице и тот , что был под ним. Удостоверившись, что все было верно, глаза метнулись к листку с переводом , немного заляпанный в черной крови на краю. Все же не каждый день ищешь кого-то в аду, имеющего знания ангельского языка. Даже более — сложнее не найти, сложнее договориться, ведь знающий данный язык не будет рад помогать оверлорду, особенно без пояснений зачем ему это.       Пробегаясь повторно по инструкции к ритуалу, Аластор шагнул к столу. Серебряный кинжал притягательно сверкнул, сподвигнув взять его поскорее и присесть в центр круга. Протянув руку вперед, Аластор высек имя Чарли на ладони, проливая алую кровь. Кровь грешника капнула в чашу, пока с его уст выходило заклинание, что должно было отправить его в то место, где должна была быть потерянная принцесса. Ветер в закрытой комнате возник из ниоткуда.

Прямо как в тот день.

      Мысленно он заметил это, однако останавливаться не стал и продолжил зачитывать енохианский заговор. Линии загорелись белым светом, пока грешная кровь наполняла сосуд. Зачитывая последнее, ветер поднял ему волосы, заставил свечи рядом задергаться и раненая ладонь начала неприятно жечь. Казалось, что ритуал начал работать. Но закончив со словами, все утихло мгновенно. Свечи потушены, свет от символов угас, а ветер исчез. Портала не было нигде, подтверждая, что…

Ничего не получилось.

« … опять. »

      Оглядываясь он не увидел ничего, что могло измениться. Что могло хотя бы намекнуть, что этот бесполезный ритуал сработал. Но нет. Совсем ничего. Он все еще здесь один. Все еще в отеле, где ее не было.       Злость начала бурлить в теле. Шум радио усилился, свечи внезапно зажглись зеленым пламенем, отбрасывая его тени на стены. Рога стали больше, разрастаясь ввысь. Руки неестественно вытянулись, громко ударяя по пентаграмме, проливая чашу с кровью. — Должно было сработать! — рявкнув голосом под шумом радиоволн, Аластор схватил красную книгу, вновь бегая горящими глазами. — Что здесь не так? Что я мог упустить?       Сердце стучало громко, зубы сжимались от гнева и разочарования, а дыхание стало неровным.

« Пятьдесят семь различных ритуалов и везде провал… Да я даже при жизни столько не делал!»

      Зарываясь ладонью в волосы, мысли стали хаотичными, раз за разом проигрывая тот день, вспоминая каждую секунду, что он успел увидеть в тот момент.       Круг был другой, но тот, к кому он обращался за переводом, объяснил, что, по всей видимости, она пыталась взглянуть в чье-то прошлое и что если ему нужно найти ее, то нужен совсем другой рисунок. Тогда что было не так? Оба ритуала схожи в ингредиентах, он уточнял, перепроверял все. В рецепте обязательно нужна была кровь.

« Быть может кровь грешника не подходит? Может нужна кровь адорожденного? »

      Думая об этом, он не заметил как в комнату вошел кто-то. Точнее влетел. — Аластор! Вот ты где…— голос Вегги резанул по ушам, а ее тон резко сменился, когда она увидела, что происходит в одном из номеров отеля — Ты что здесь натворил? Вместо того чтобы помогать мне, решил стремными ритуалами заняться?!       Она нагло прошла вперед, оглядывая помещение и остановилась напротив демона, стукнув копьем по полу. — Чарли бы это не понра-!       Он не дал закончить предложение, схватив ту за руку и потянув вверх. Распахнув черные глазницы с широким оскалом, он перебил. — Даже. Не. Смей.       Повиснув в воздухе, Вегги зарычала, храбро глядя в алые радиоциферблаты. Встречая друг друга гневными взглядами, она крутанула копьем и подставила лезвие к горлу демона, планируя вступить в физический конфликт. Но радиоциферблаты замерли - нет, не от копья - от ее глаз. Моргнув, обычные алые глаза обвили желтые радужки напротив и в голове всплыло то, на что он не обращал внимание ни разу. Золотистая кровь, что капнула в чашу с руки Чарли. Следом за этим мелькнуло воспоминание одного из дней в отеле: он видел лишь раз, как Морнингстар клеила на рану от ножа на палец менеджера. Однако этого было достаточно, чтобы запомнить, что рана была не черной и не красной. Она была золотой.

« Ангельская кровь…»

Пазл сложился слишком быстро.

      Не успев подумать более подробно, его костистая рука перехватила копье, царапнув им серую ладонь, что он держал второй рукой. — Ай! Аластор, ты совсем крышей двинулся?!       Зашипела обладательница платиновых волос, бегая глазами то к царапине, то к лицу Аластора, в котором не читались эмоции от слова совсем. Его глаза лишь хищно наблюдали как струйка золотой крови полилась на упавшую чашу, смешиваясь с багровой лужей. Сейчас Радио-демона не волновало то, что, если все сработает, это означало бы, что менеджер отеля является по существу ангелом, от которых демоны страдают уйму столетий. В данную минуту единственное было важным — заработает ли все это?

« Сработай. Давай же… »

      И словно услышанная молитва, ветер поднялся в закрытой комнате, пламя на свечах сменило окрас, задергавшись. Белые линии на полу осветили комнату и их лица.

Боль.

      Острая боль, где было высечено имя пропавшей, стрельнула в ладонь, заставляя зажмуриться. Энергетическая волна ударила сильно, откидывая Вегги к стене, да так, что вертикальная поверхность проламывается, пуская кривые линии до потолка.

Треск.

      Позади него воздух начал разламываться, создавая рифт в пространстве, прямо как в тот роковой день. Его глаза загорелись, улыбка, как у психопата, стала шире. Несмотря на жжение в руке, он вернулся в обычную форму, чтобы стать чуть легче и после второго треска, его подняло вверх. Когда портал раскрылся весь, ему уже было безразлично на девушку, чье происхождение должно шокировать; было безразлично на ту пугающую неизвестность, в которую он собирается. Единственное о чем он думал - ослепительная улыбка и алые глаза одной безрассудной принцессы.

Треск.

Аластора утянуло в портал, с громом захлопываясь и оставляя потрясенную Вегги наблюдать за исчезновением безумца, что даже не знает куда отправляется.

***

Искры.

      Разлом вновь рассек пространство и попросту «выплюнул» Аластора из себя, следом закрываясь и оставляя за собой лишь желтые и красные молнии. И что самое интересное было то, что портал возник не просто в лесу или где-то еще. Он появился в тридцати метрах над землей и благодаря импульсу Радио-демон пролетел в небе словно комета еще 10 метров, плавно уходя на снижение.

Хруст.

      Звук хрустов разбудил спящих птиц, когда массивное тело упало на огромные ветки древа жизни. Листва, что пережила зиму и испанский мох сгладили ему падение, потому ему в какой-то мере даже повезло, что хруст исходит от мелких веток, а не от его костей. Тем не менее, демоническая составляющая тоже выручила — с такой скорости и высоты люди не остаются невредимы, даже падая на мягкие матрасы.       Болезненно вздохнув, Аластор приподнял голову и не совсем понимая где он, опустил глаза на посох в руке. Сломанный посох. Выругавшись про себя, в глазах все потемнело. Теряя сознание, голова глухо стукнулась об большую ветку, а тело расслабилось, не имея сил держаться более.

***

« … Аластор?»

      Тело сковало. Голубые глаза задергались по лицу напротив. Сердце пропустило удар и следом застучало в два раза быстрее.

« Как он… нет, он не мог сюда попасть, верно?.. »

      Десятки вопросов промчались в светлой голове, ответа на которых не было от слова совсем. Ее рука дрогнула, ноги ослабли, хоть и держали тело, в котором перевернулось все.

« Мне… мерещится. Да, мне мерещится от недосыпа…»

      Подумала она про себя и, по всей видимости, этот вывод читался в синих сапфирах, что сподвигло фигуру напротив заговорить. — Не мерещится, моя дорогая.       Его слова зарядом электричества пробежали по всем нервным окончаниям, заставляя ее отмереть от оцепенения и почувствовать, как в груди все сжалось. Невольно глаза заблестели.       А Радио-демон смотрел на нее и молчал. За этой бравой улыбкой и острым взглядом таилась тревога. Ведь перед ним стоит не та девушка, что он хотел увидеть. Да, он увидел ее еще в лесу со своей человеческой версией, к тому же она проживает здесь. Он бы решил, что это очередное его развлечение при жизни, но тот взгляд, что он увидел когда наблюдал за ними еще утром в лесу… так на людей смотрела только она.

« Я… ведь не мог ошибиться?.. »

      Задав себе уточняющий вопрос, его алые глаза всмотрелись в ее испуганные глаза и поняв, что уж больно долго они стоят вот так без реакции, он решил заговорить первым. — Ох, дорогая, прошу, не говори, что тебя не зовут Шарлотта, — уводя взгляд с ее голубых глаз, он уже начал жалеть, что не подождал чуть дольше — иначе мне будет безумно жаль убив- !       Только возвращая демонические очи на нее, время словно замедлилось. Светлые волосы подлетели, отражая лунный свет. Кожа стала совсем белой, контрастируя со светло-оранжевой рубашкой с воздушными рукавами по локоть. Руки с черными коготками оказались так близко к его лицу, что он не успел даже отреагировать. Ей хватило одной секунды, чтобы подпрыгнуть и заключить его шею в крепкие объятья, с такой силой, с какой она никогда не обнимала.       Мозг даже не успел обработать какую-либо информацию, посылая задачу обхватить ее спину одной рукой, чтобы удержать баланс. Не потому ,что тело само желало прикоснуться к ней, нет, ни в коем случае не подумайте так о Радио-демоне. Пока он сам не подумал об этом, его пушистые уши дернулись, зацепив ее всхлипы.       Тут он отмер, желая увидеть ее лицо, но она и тут опережает его и обхватывает выразительное лицо ладонями, игнорируя, что он никогда не любил касания. По крайней мере, до этого дня.       Ее алые глаза горели так ярко, что ни одна кровавая луна и рядом не стояла. Знакомые красные щеки, черные пухлые губы, что она отчаянно кусала, видимо, в попытке доказать себе, что это не сон. И эти слезы, стекающие по ее бархатным щекам. — Аластор… — уши вновь дернулись верх, стоило услышать собственное имя ее шепотом — Ты нашел меня?..       Вопрос, озвучивающий ее недоверие к своему же зрению. Светлые пальцы крепче сжали его лицо, проводя большими пальцами по щекам. Он должен был убрать ее руки от себя. Ему следовало поставить принцессу на землю и ответить на все вопросы, что бегали в ее глазах. Но эти слезы выбили все способности ясно мыслить и двигаться. — Нашел, принцесса.       Отвечая на вопрос, вторая когтистая рука мягко двинулась к ее талии и прежде чем обнять в ответ, он остановил себя. Неуверенно он сжал ладонь в кулак и положил руки на маленькие плечи, наклоняясь так, чтобы черные босоножки коснулись пола. В этих дрожащих движениях, демон сразу ощутил как нехотя она отпустила его , тут же цепляясь руками за его рукава. — Я так скучала, даже не представляешь, как я хотела увидеть тебя и других ребят! — быстро затараторила блондинка, всхлипывая. — Святой Ад, я даже не уверена, что не сплю сейчас, я ведь не сплю? Погоди, а если это все сон и ты не-!       Большие ладони мягко обхватили ее румяные скулы и двумя когтистыми пальцами, он ущипнул ее за щеки, слегка массируя и тем самым прервав поток мыслей вслух. Пока она сконфужено хлопала мокрыми ресницами, он самодовольно хмыкнул, продолжая мять ее мягчайшие щеки. У него была такая привычка еще в отеле, ведь однажды коснувшись этих воздушных зефирок — не сможешь остановиться. Вот и сейчас он наслаждался ими, ловя приятную тишину, что возникла между ними. Подняв глаза с щек на ее очи, Радио-демон заговорил бархатно. — Моя дорогая, — большие пальцы с красными ногтями ловко смахнули влагу в белой кожи. — неужели я так часто был в твоих снах?       Ехидная ухмылка сверкнула, а в глазах была такая знакомая игривость, пока самодовольство грело его черствую душу. На белых щеках появился румянец из-за его слов, но хлопнув ресницами, остатки влаги с глаз вновь потекли по щекам. Потянув светлые руки к лицу, она хотела вытереть глаза и отшутиться, но в следующую секунду Аластор наклонился ближе, размыкая губы.

Лизь.

      Шокировано распахнув глаза, она почувствовала теплый язык на правой щеке, слизывающий ее слезы. Этот демон-олень нагло облизал Чарли в момент ее сентиментальности, оглушив все эмоции, что бушевали пару секунду назад. Выпрямляясь, обладатель красных волос аппетитно причмокнул губами, будто попробовал кусочек деликатеса. Ну, а в чем он не прав? Разве в любой день попробуешь слезы дочери Люцифера? — Соли маловато, — выставив вердикт, Аластор поправил выбившую светлую прядь и коснулся ладонью второй щеки. — я могу насытиться твоими слезами, дорогая Чарли, но может есть что-то более… сытное?       Хищный взгляд заставил вздрогнуть и лицо мгновенно залилось краской. Отдернув голову от него, она ладонями утерла остатки влаги в лица и смущенно нахмурилась. — Дома пока никого, проходи.       Задрав нос, блондинка шагнула на кухню, мельком глянув на Аластора, прежде чем скрыться в другой комнате. Несмотря на смешанные чувства в груди, проверить, что он не исчезнет, тоже хотелось.       А пока она подогревала еду и чай, Аластор вошел в когда-то собственный дом. Малиновые глаза бегали по родному интерьеру, но ударившись ушами об люстру, он подметил для себя, что демонические формы гораздо больше. На кухню он ступил уже будучи ростом меньше, чем предстал перед порогом. Теперь он отличался от своей человеческой версии только внешним видом.       Красные когти осторожно коснулись дубовой поверхности стола, на котором уже стоял салат, нарезанный хлеб и конфетница. За этим же столом когда-то он сидел с матерью, смакуя родную еду детства. Тогда на этом столе едва можно было найти хлеб, салат был только по праздникам, которые его мать пыталась делать чаще, а конфеты…       Открыв конфетницу , перед глазами была полностью забитая чашечка различными сладостями, что удивило Аластора.       В отличии от него, его мать была сладкоежкой. Память хранила драгоценные воспоминания об ее счастливом смуглом лице и шоколадным конфетам в огрубевший от тяжелого труда женской руке. Но не смея тратить деньги на свои мелкие радости, она не покупала их. Сама уж точно. Ела их лишь будучи гостьей в чужом доме или когда новый ухажер щедрился. Потому для маленького Хантера было огромным достижением, день, когда он принес первую зарплату и купил на нее жмень конфет. Эту широкую улыбку и слезы на глазах матери он никогда не забывал. По какой-то странной причине, он и по сей день не понимал тех слез. Подняв голову, рубеллитовые глаза задержались на суетливой блондинке, что так старательно бегает по кухне, в попытке дать пришедшему все, что у них есть.

«… кажется, теперь я понял, почему ты плакала.»

Шаг.

      Три торопливых шага ему было достаточно, чтобы весело - в его стиле - подхватить свою работодательницу за руку, ловко вскружить и усадить за стол. — Чарли, прекрати суетиться, это тебе не к лицу.       Отшутившись, демон налил чай для дамы, а себе заваренный кофе, следом садясь недалеко от нее. Взяв кружку и сделав глоток свежего кофе, он отметил, что вкус был таким же, каким он его помнил. — Так… — аккуратно начала обладательница алых очей — Расскажешь как именно ты здесь оказался? — С помощью твоей красной книжонки.       Тыкнув вилкой в лазанью напротив, Радио-демон начал свою трапезу, ловко и быстро отвечая на все ее вопросы. — А как ты — — Пришлось постараться найти демона, что знает ангельский язык. — А ангельская кровь — — Ох, а это уморительная история, которую рассказывать, вероятнее всего, должен не я! — Погоди о чем ты ? — Не грузи свою голову раньше времени, моя дорогая, уверен, когда ты вернешься в отель у тебя будет уйма дел и новостей!       Дав такой расплывчатый ответ, Чарли замолчала на пару минут, позволяя путешественнику поесть. Положив еду в рот, он махнул рукой и радио спешно воспроизвело музыку. Пока красноглаз пополнял энергию вкусной лазаньей, Шарлотта задала вопрос, интересующий не только голову, но и душу. — Ал, а почему ты здесь?       Высокие уши дернулись и доев еду, он наклонил голову как олененок. — Что за странный вопрос, Шарлотта? — убирая тарелку в сторону, он потянулся за кружкой. — Я пришел за тобой, конечно же!       Такой ответ согревал сердце, но не отвечал на вопрос. — Нет, я имела ввиду… почему ты здесь?       А вот такая постановка вопроса уже невольно ранила его черное сердце. Встречаясь с этими большими глазами, Аластор промолчал, не зная, что ответить. Нельзя было сказать, что он не спрашивал об этом самого себя. Да что уж там, он мучил свою голову этим еще в отеле. Однако, тот ответ, что все же существовал в его груди и голове, навсегда останется там, чего менять он не станет ни под какими условиями. Особенно перед ней. — Неужели ты думала, что я буду один разгребать весь хаос в отеле? Нет-нет, дорогуша, так мы с тобой не договаривались!       Сделав глоток от кофе, он тыкнул по курносому носу, как бы говоря «расслабиться». — В моих обязательствах было помогать тебе, а не делать всю работу, пока ты копаешься в моем прошлом.       Каждое слово подобно стрелам, пронзившие женскую грудную клетку. Все-таки когда он озвучил все это, Шарлотта поняла в полной мере как все выглядит со стороны. Попросив за это прощения, она затеребила длинные черные когти под столом, виновато опуская голову. Таки дитя, что проситься на жалость. — В тебе нуждаются твои люди, Чарли, — спокойно произнес радиоведущий, поднимая ее подбородок пальцем. — и я здесь, чтобы вернуть тебя к ним.

« …и к себе. »

Мысль, что он никогда не озвучит.

      Ее алые рубины сверкнули, передавая как сильно эти слова тронули ее душу. Одинокая слеза прокатилась по щеке из-за чрезмерной сентиментальности девушки и, приметив это, Аластор усмехнулся, взглядом говоря ей не плакать, иначе...       Предупреждающе облизнувшись, хищные глаза чуть сузились.       Намек понят, принят и в следующую секунду Чарли торопливо утирала щеку, тем самым вызвав смешинку у демона напротив. Его легкость и чудаковатый смех заражали, от чего собственную улыбку она сдержать не смогла. — Кстати, Ал, — мягко начала она, взяв кружку в руку. — я не совсем уверена как мы вернемся, потому что у меня нет той книги… — Этой? — Сунув руку внутрь сюртука, Радио-демон показал книжонку с коралловой обложкой и золотой надписью. — Не переживай, дорогая Шарлотта, у меня все спланировано.       Убрав книгу обратно, он дополнил, опуская глаза на кружку. — Однако, из-за моего "мягкого" прибытия, — на этом слове вокруг него шум радио стал сильнее на пару секунд, передавая его раздражение — некоторые вещи для того, чтобы вернуться назад были утеряны, но их можно будет найти и… в этом мире.       Затронув важную тему, они провели какое-то время обсуждая детали их возвращения. Пришедший рассказал об заклинании, с помощью которого он нашел принцессу, следом вводя ее в собственную стратегию по репатриации в Ад. До его плана Чарли думала, что воспользуется тем же ритуалом и прошлым одного из демонов рожденных в аду. В ее мыслях было лишь вернуться домой, а дальше - импровизация. Впрочем после его продуманного плана, все стало более четким и структурированный, что вселяло любимую уверенность в происходящем. Под конец их обсуждения, обладательница блондинистых волос счастливая глядела в почти пустую кружку чая, представляя как вернется в отель. Как вернется к своим друзьям. Вместе с Аластором.       Вопрос второго управляющего вывел ее из мечтательных дум. — Через сколько он будет?       Радиоведущий сплел пальцы, опираясь подбородком об руки и встречая глупый вопрос. — Кто? — Как это "кто"? — усмешка слетела с губ, хотя взгляд стал более серьезным — Разве здесь живу не Я?       В голову ударили карие глаза и белоснежная улыбка. Вспомнив про человеческого Аластора, она дернула голову к часам, замечая, что стрелка пробила за одиннадцать часов ночи. А ведь правда, заболтавшись, Шарлотта вовсе позабыла про реальность. Конечно, сама судьба не смела бы упустить такой шанс, столкнуть два разных мира. Ведь без этого не было бы столь захватывающих историй, верно?       В окне ее алые очи заприметили свет от фар среди деревьев. — Ох, кажется, это он едет!       Радио-демон метнул взгляд туда где был ее доли секунды назад, следом безразлично хмыкнув. Будто его не волновала встреча с самим собой, что по сути было правдой. Но как только взгляд вернулся к ней, демонические глаза встретили голубые океаны, более теплого оттенка кожу, менее выраженные красные щеки и идеальные для пианистки руки.

« …изумительная. »

      Прилагательное самовольно пробежалось в красной голове. Рука невольно потянулась к ней, но вовремя остановилась, не касаясь. Уши дернулись, услышав как колеса заскрипели, останавливаясь у дома.       Нужно было уходить. Он знал это и потому, несмотря на свое нежелание, встал со стола. — Чарли, — когтистая рука перехватила ее нежную ладонь, — я приду завтра.       Его губы были так близко к светлым костяшкам, но не коснувшись, а лишь согрев дыханием, он растворился в темной тени, что сбежала через заднюю дверь. Сердце неосознанно сжалось, ведь у тревоги руки колючие, обнимет и заставит напрячься.       Дверь входная отворилась, привлекая к себе все ее внимание. — Шарлотта, не спишь?       Прозвучал мелодичный голос с холла негромко, на что девушка встряхнула головой и выбросила лишнюю тревогу, говоря себе собраться.

« Он вернется… Аластор всегда держит слово.»

      Успокоив себя подобным заключением, она убрала грязную посуду и вновь поставила чай, уже для другого радиоведущего. Вошедший кареглаз увидев бодрую сожительницу, тут же улыбнулся ей и поприветствовав, шагнул в сторону ванной, чтобы помыть руки. Пока голубоглазка с помощью магии убирала лишнюю посуду, ее взгляд задержался в темном окне, будто чувствуя глаза Радио-демона на себе. Мягко улыбнувшись лесу, демонесса мысленно пожелала поскорее вновь встретиться с ним, но затем вздрогнула, когда почувствовала крепкие руки на своих плечах.        Шатен привычно подошел к ней поближе, а затем стал расспрашивать про ее вечер. Его длинные пальцы ласково массировали женские плечи, пока уста комментировали ее слова и напряжение в теле, ловко вставляя шутки, тем самым смеша ее. Не дав ей даже чай налить, чрезмерно веселый радиоведущий что-то лепетал о том, как он любит свою работу и одновременно увел ее в небольшой танец. Сконфуженная его активностью, Чарли не могла не поддаться чужому игривому настроению и не сводя взгляда с обворожительной улыбки, стала танцевать в ответ.       В рамке небольшого окна они выглядели как идеальная пара, что живет в свое удовольствие и не знает горестей. Увидь их кто-нибудь такими, так и умилился бы, порадовавшись за людей. Однако Радио-демон смог только впиться когтями в дерево, пока золотая улыбка сменилась оскалом. Видеть ее такой счастливой с другим собой , было нечто необычным и, на удивление, неприятным. Это как видеть, что правильный человек уверенно идет в неправильные, оскверненные, кровавые руки. И понимать, что это твои руки… Такого ей он не желал.

« Надо скорее вытаскивать ее отсюда. »

      С этим заключением, Аластор рассеялся во мраке, ускользая в царство леса с запрятанным в груди собственничеством, которое он делил с тем, кто остался в том доме.

***

      Луна только передала эстафету большой звезде, отправляясь усыплять другие страны и народы, пока Солнце начинает будить прекрасную Луизиану с не менее интересными людьми в ней. Сегодня воздух стал теплее, зеленая травушка решила показать себя, предвещая яркую весну и хорошее настроение. А тем временем, Шарлотта сонливо шлепала босыми ногами, спускаясь на кухню, чтобы поставить чай. Улыбка украшала ее светлое лицо еще с момента, как она открыла глаза. Все таки ей стало спокойно от того, что в этом мире она не одна. Точнее, человеческий Аластор был хорошей поддержкой здесь, с этим она и спорить не смеет, однако знакомый Радио-демон был ей… роднее?       Открыв окно, свежий воздух обволок легкие, пока голубые глаза плавно переходили с одного облака на другое. А мысли таки возвращались к красным волосам, острым зубам и голосу, что звучал под фильтром радио.       Это был ее момент спокойствия и умиротворения, что прервался через какое-то время торопливыми шагами сначала на втором этаже, а затем на лестнице. Успев только выключить чайник, Чарли хотела проверить сожителя, но не успев даже шаг в сторону холла сделать, как ее крепко обняли за шею. Да так, что можно было задушить. — А-Аластор?       Тихо заговорила принцесса, пока руки повисли в воздухе, совсем не понимая, что произошло. Он молчал. Крепче прижимал к себе, позволяя услышать собственное сердцебиение.

« Так громко и быстро стучится… »

      В голову закралась догадка о приснившемся кошмаре, потому она вздохнула и мягко положила руки на сгорбившуюся спину. Ласково поглаживая, она невольно улыбнулась, представляя себя матерью с таким высоким ребенком. Мысленно она даже похихикала с этого, но снаружи лишь мягко обнимала в ответ. — …тебя в комнате не было, — тихо произнес шатен в слегка оголенное плечо. — думал ты ушла.       Услышав его слова, она прикусила губу, представляя, как спросонья он побежал в ее комнату. Почему-то это забавило и объяснить свое веселье она не была в состоянии, потому смиренно прикрыла глаза и прижала губы, чтобы не хихикнуть. Когда же кареглаз наконец ослабил хватку и отстранился, то следом задал вопрос. — Шарлотта, почему… Вы не спите в такое время?       Встретившись с его лицом и внезапным вопросом, она не смогла сдержать себя и засмеялась, сразу же отворачивая лицо и прикрывая его рукой, как бы пытаясь собраться. По какой причине ей было смешно? Возможно потому, как он щурился без окуляров для зрения, что комбинировалось с привычкой улыбаться и взъерошенными волосами? Или же потому, как он задавал такой глупый вопрос с таким лицом и тоном, будто она обещала спать в это время и нагло нарушила свое слово? Вероятнее всего два варианта правильны. — Немного странный вопрос к той, что обычно завтраки перед Вашей работой готовит, не находите? — усердно стараясь не смеяться, произнесла блондинка, делая шаг назад. — Скорее это я должна задать такой вопрос.       Поменяв стрелку на радиоведущего, она осторожно убрала его руки со своих плеч и взяла турку, чтобы начать заваривать кружку. — Верно… — проследив глазами за ней, он прикрыл их и начал массировать тяжелые веки, попутно облокачиваясь об стол. — Сколько сейчас времени?       Голубые глаза дернулись к часам, сообщая число на которое указывала маленькая стрелка. Услышав, что сейчас только шесть утра, он нахмурился, прищуриваясь и пытаясь самостоятельно удостовериться во времени.

Он ничего не увидел.

      Разочарованно вздохнув, он бросил взгляд на светлую голову и даже не сразу заметил, как Магне подала ему кружку черного кофе. Любимый запах бодрил, но душа требовала не этого. Кошмары его мучали и раньше, но с ней подобные сны ощущались по другому. Более тревожно. Более реально.       Взглянув в блестящие сапфиры, он наклонил голову набок и спросил. — Могу я попросить об одной услуге?       Моргнув ни о чем не подозревающими глазками, Чарли улыбнулась и кивнула, говоря, что он может попросить о чем угодно. В тот момент ей казалось, что она правда исполнит любую его просьбу. Однако она не предполагала, что в следующий момент будет сидеть на диване, в то время как кудрявая голова будет довольно лежать на ее коленях.

« А как… так вышло вообще?»

      Неловко опустив взгляд, ее глаза забегали по спящему лицу Аластора, что провалился в царство Морфея уж слишком шустро. Может быть он притворялся? Нет, дразнить ее таким положением будучи бодрым было бы для него более интересным и веселым, нежели спящим. Да и к тому же, это умиротворенное лицо, где не было привычной улыбки, завораживало настолько, что Морнингстар оставалось лишь хлопнуть ресницами и позволить ему мирно спать.

« Что вообще происходит в этой голове? »

      Таким вопросом Чарли мучала себя еще когда была в Аду, задавая его себе при виде Радио-демона. За этой улыбкой и уверенно-безразличным взглядом было понятно абсолютное ничего. Тревожится тот или счастлив - выражение лица Аластор держал всегда одно и то же. Лишь изредка она могла прочитать в его глазах, о чем тот думал. Да и то, обычно это было желание наказать грешников или еще похуже.       Поняв, что над ее мыслями опять властвует демон с оленьими рогами, она потерла лоб, говоря себе подождать ухода Аластора.        Голубые океаны опустились на спящего, когда тот повернулся на бок и неосознанно потянулся ладонью к ее ноге, устраиваясь более комфортно. Длинное платье оголило икры, но защищало от кудрявых волос, что могли щекотать чувствительную кожу, как если бы она ходила в сорочке. По его выражению лица было ясно, что ему комфортно. В отличии от демонессы, что не знала куда деть руки, а висеть в воздухе они не могут так долго. Сложить руки крест на крест - долго так не просидишь. Закинуть за голову - спинка дивана слишком прямая, чтобы в такой позе сидеть час, а то и больше. Не придумав решение, Шарлотта вздохнула и осторожно положила ладони на самого спящего: одну на плечо, вторую на голову. Рядом не было ни книги, ни музыки, потому ей оставалось нежно расчесывать кудри и дожидаться пробуждения шатена. А пока стрелки делали круг, у принцессы было время подумать о разном. К примеру о том, что Аластор испытает, если она внезапно исчезнет или как он отреагирует если она расскажет правду о том, кто она и куда отправляется. Воображение строило хороший исход, но все разбивалось осознанием о правдивой реальности, чья вероятность была выше, чем сказки о принятии. Материнских историй о людях было достаточно, чтобы понять, как люди опасаются демонов. Иногда такие мысли могли заставить ее думать, что и она ужасна, ведь была рождена в Аду, но позитивная сторона Чарли отстаивала ее же самооценку и не давала плохим мыслям власть над собой.       Разглядывая прямой нос, едва заметные морщинки на уголках глаз, что возникли от привычки улыбаться, тревожные мысли утихали, сменяясь приятной тишиной. Сидеть с ним вот так становилось удобно, комфортно, тем самым тело расслаблялось, а веки тяжелели. Слегка прикрыв глаза, ее рука остановилась, отстраняясь от мягких кудрей. Но не успев провалиться в дрему, голубые глаза приоткрылись от движения на диване, замечая следующее: потеряв ощущение чужой руки, шатен потянулся макушкой к светлой руке. Смуглая рука автоматически потянулась к ней, подтягивая ближе, словно мягкую подушку. Шумно вздохнув, тот продолжил спать как ни в чем не бывало, не зная, насколько сейчас красной была Шарлотта. Убрав руку с его плеча, она прикрыла губы тыльной стороной ладони, жмуря глаза от умиления и смущения.

« Вегги мне не поверит, если я расскажу эту историю…»

      Подумала про себя Чарли, пытаясь успокоиться, но сердце назло стучало нервно, не помогая ей в эту минуту. Единственное, что ее отвлекло — малиновые глаза, что сверкнули за окном. Удивившись появлению демона, голубоглазка неосознанно дернула коленями, что разбудило спящего.       Промычав, карие глаза показали себя и привлекли внимание Морнингстар. — Ой, прости… — случайно перейдя на неформальность, она отдернула руки от него, позволяя ему встать. — Я не хотела будить!       Несмотря на тон и извинения, ее глаза тут же дернулись к окну, в котором уже никого не было. Обзор сразу же заслонил сонный радиоведущий. Заспанные глаза лениво метнулись с колен к ее лицу, что было совсем малость размыто. Неосознанно приблизившись, он заметил красные щеки и нервный взгляд, что дрожал. А как тут спокойно сидеть, когда он так близко ее разглядывает? — А-Аластор?       Услышав собственное имя, он расплылся в привычной улыбке и делая глубокий вдох, приложил лоб на аккуратное плечо. Руки механически хотели его подхватить, мимолетно решив, что тот себя не держит, но в итоге лишь неловко зависли в воздухе, не касаясь проснувшегося. — Шарлотта, — бархатный и слегка хриплый голос вызвал приятные мурашки по телу. — сколько времени?       Забегав глазами по комнате, она уловила часы и поспешила дать ответ. — Двадцать минут восьмого.       Получив ответ, длинные пальцы постукивая по светлым рукам дошагали до ее плеч, крепко обхватывая их. Выкинув проклятье, он задержался в таком положении, следом отстраняясь и сверкая фирменной улыбкой. Темные глаза приобрели привычный хищный взгляд, в то время как сам он приблизился ближе. Настолько, насколько не должен был. — Благодарю за услугу, — прошептав это на ушко, мерещилось, что он слышал как ее пульс ускорился — можешь сегодня не готовить и отдохнуть.       С этими словами он встал с дивана, подтягиваясь и случайно оголяя торс. Чарли сразу же увела глаза, поджимая губы и мысленно ругаясь на шатена. — Что думаешь об ужине в ресторане сегодня?       Предложение было неплохим, хоть из-за его постоянной игривости по отношению к ней, она все еще чувствовала себя смущенно. — Я только за, если не будете пытаться меня поцеловать по пьяне.

Удар под дых.

      Он делал глоток остывшего кофе, когда эти слова дошли до ушей, заставив его поперхнуться. Глянув в сторону Чарли, он не видел лица из-за отсутствия окуляров, но был готов поспорить, что на светлом личике правила самодовольная улыбка. Это слышалось в тоне. Вытерев губы, с них же слетела усмешка. — Резонно.       С этими словами он ушел на второй этаж, оставляя даму в гостиной. Пока Аластор собирался, принцессе оставалось, поджать ноги к себе и положить ладони на щеки, чувствуя как те пылают.

« С чего вдруг Аластор настолько тактильный?..»

      Спустя минут пятнадцать, голубоглазка провела джентельмена в костюме на его работу, в который раз удивляясь скорости в сборах куда-либо. Стоя в одном платье для сна, она проследила глазами, как машина уезжает с территории дома. Дождавшись когда он скроется из виду, Чарли вздохнула, плавно закрывая дверь и заходя в дом.       Вот только больше одного шага ей сделать не дали.       Внезапно когтистые и длинные пальцы обхватили ее челюсть, сплющив губы уточкой и воруя писк. Дергающие радиоциферблаты горели на черных белках. Рога разрослись сквозь красные волосы упираясь в потолок, а шум помех заполонил холл. Не дожидаясь реакции, Радио-демон вернул свои малиновые глаза и повернув ее личико в сторону, второй рукой потер правую щеку. Там где были губы шатена не так давно.       Голубые глаза бегали по знакомому лицу, но когда демонесса поняла, что тот испугал ее попусту, нахмурилась. Хлопнув гостя по руке, Чарли заговорила. — Вы меня оба доконаете! Дайте хотя бы одежду сменить!       Получив выговор, Аластор удивленно моргнул глазами, убирая руки и проследив взглядом, как она торопливо пошла на второй этаж. Извилины задвигались и демон понял, что ему, наверное, не стоило так внезапно появляться, тем более хватать за лицо.       Через десять минут, Шарлотта спустилась на первый этаж, где ее ждал рогатый демон, уже в своей привычной форме, делая глоток крепкого кофе, что он заварил в ожидании. Конечно же возле него стояла еще одна кружка с ароматным чаем для дамы. Малиновые глаза встретили принцессу и ловко пробежались по внешнему виду: бордовая расклешенная юбка с широким ремнем в компании молочной рубашки с аккуратными продолговатыми фонариками. Ей шло, хоть это и была простая комбинация. Ах, а эта легкая улыбка, что она сдерживает в попытке не расплыться от его присутствия, в контрасте с непривычными голубыми глазами? — Кхм, — прочищая горло, Магне села за стол и кладя руки на кружку, продолжила. — Благодарю и… прошу прощения, что заставила ждать.       Сделав аккуратный глоток, горячего напитка, она мельком взглянула на Аластора, замечая, что тот как обычно не сводит глаз с нее. — Ничего страшного, это мне стоит извинится за ранее, — щелкнув пальцами, на столе оказались ее излюбленные макароны с шоколадной начинкой. — и к чему формальность? Неужели наша принцесса решила говорить, как надобно королевской особе?       Безобидный сарказм привычно щекотал слух, вызывая смешинку с розовых губ, пока она выбирала пирожное. — Упаси дьявол, просто привычка из-за Аластора, — говорила она это с мягкой улыбкой, но выражение поменялось с ей привычной скоростью. — Я имею виду, того Аластора, человека, просто здесь все говорят так, а обычно мы с ним и дома на "Вы", поэтому- — Я понял, — коротко произнес радиоведущий, чувствуя как у него глаз дергается при упоминании своей живой версии. — моя дорогая, тебе не нужно объяснять мне это, все-таки я жил в это время.       По какой-то странной причине, эти слова показались нечто личным, как если тронуть неприятную тему. Наверняка, так и было. Яркие глаза в которых нельзя было прочитать душу, пронзали сердце, заставляя ее неловко извиниться. — Ох, прекрати извиняться передо мной, милая, — красными пальчиками подцепив сладость, он беззаботно тыкнул макароном в ее пухлые губы. — единственное, что меня волнует, так это…       Приоткрыв рот, она откусила сладость, аккуратно забирая ее с руки напротив. — Ваши взаимоотношения, — скалистая улыбка стала шире. — позволь поинтересоваться… ты ведь не вступала с ним в какие-либо… романтические отношения, верно, Шарлотта?       Подавившись макароном, принцесса прикрыла рот ладонью и спешно отпила чай, чтобы дать ответ. — Я? А-аластор?! Нет! — возмущенно глянув на демона, щеки предательски покраснели. — Он ведь это ты! Я бы никогда! То есть, дело не в том, что это ты, я имею ввиду-!       Перехватив другой макарон, Аластор мягко тыкнул им в ее рот снова, прерывая щебетание столь прелестной и болтливой птички. — Чудно! — оживленно откидываясь на спинку стула, Радио-демон облокотился рукой об щеку. — Ах, да, это точно было бы неловко, моя дорогая! А теперь не забивай свою голову и ешь, совсем исхудала здесь!       Сказав это так легко, он продолжил наслаждаться любимым напитком, позволяя голубым глазам обескураженно пялиться на него. Однако, мотнув головой, Чарли все-таки отвела взгляд, решая доесть сладости и допить чай в тишине.       Аластор не с пустого места задал подобный вопрос, это было ясно как день, но, что важнее — что именно ему было известно? Как долго тот наблюдал за ними утром? Изменилась ли память Радио-демона с появлением Шарлотты или же все то, что происходит с человеком Аластором остается только с ним, не распространяясь воспоминаниями на погибшую версию?

Интерес был сильнее.

— Ал, — доев сладости, она преподнесла кружку к губам. — а у тебя есть воспоминания… того Аластора? Воспоминания... со мной? — Мм… Да, они возникают время от времени, но не четкие, больше как внезапные видения, — допив кофе, кружка по велению магии отправилась в раковину. — к примеру, как нашел тебя в лесу в крови.       Синие сапфиры заметили как его глаза задержались на месте, где ее проткнула ветка. — Или как удивился новой стрижке! Ему было жаль, что ты их отрезала, — голос резко из задумчивости сменился в задорный тон, в то время как его рука потянулась за короткой прядью. — мне же кажется, что принцессе все к лицу и менее прелестной ты не стала.       Личина манипулятора таки показывала себя, игнорируя тот факт, что его действия и слова были направлены против самого себя же. На деле он разделял мнение себя из прошлого, как-никак ему приходили по душе длинные, мягкие локоны от которых он улавливал яблочный шлейф.       Тем не менее, сердце дамы он растопил, получая благодарную улыбку. — Болтать с тобой весело, однако дела не ждут! Как закончишь завтракать, поспешим в город, а там я тебе расскажу весь план действий. Убрав кружку, Чарли вопросительно подняла бровь, задавая ключевой вопрос. — Погоди, а как ты пойдешь в город, — ее глаза пробежали по нему с ног до головы. — в… таком виде?       Усмехнувшись так, словно она задала наиглупейший вопрос, Аластор щелкнул пальцами, укутывая демонессу в большую накидку с капюшоном, что пал ей на глаза. Поправив новое одеяние, ей представилась возможность лицезреть знакомые карие глаза и каштановые кудри. Бордовая жилетка и подобного же цвета брюки выделялись на фоне черной рубашки и сюртука, сохраняя персональный стиль радиоведущего. Ровный ряд зубов с острыми клыками ослепил своей белизной. Шатен встал с места и протянул ей руку в черной перчатке. — Поспешим?       Будучи под впечатлением, рука лишь неуверенно поднялась в воздух, но расценив это движение как положительный ответ, радиоведущий подхватил маленькую ладонь. Ловко прокрутив ее в свою сторону, демон прижал голубоглазку к себе, покрепче держа за спину. Глаза накрыли тяжелым капюшоном и в следующую секунду Чарли ощутила как тело обволакивает холодная тьма.       Домашняя тишина через несколько секунд сменилась будничными разговорами прохожих, ревом машин и всеми другими звуками живого городка. Светлые пальцы поддели ткань на голове, позволяя любопытному взгляду забегать по окружению. Быть дома за городом в одну секунду и в другую на городской улице, на которой кипела жизнь — как тут не удивляться?       Попутно дивясь столь быстрой смене локаций, она шагнула вслед за шатеном, выходя из переулка. — Наверняка, здесь ты прежде не была, — начал кареглаз, оглядывая родные места и не замечая как принцесса хотела возразить, ровно продолжая. — как-никак, не думаю, что Я привел бы тебя в место, где можно найти все, что душа желает и даже больше.       Свято веря, что тот Аластор сюда Морнингстар не водил, его глаза были устремлены на знакомые лица, которым он иногда махал рукой. Взглянув на уверенного и спокойного радиоведущего, Шарлотта решила промолчать. Нет, Хантер не показывал эту часть города, однако что-то подсказывало не говорить о том, что она была на этих улицах с другими людьми. Поэтому, двигаясь по длинной улице и проходя мимо различных магазинов, Чарли вглядывалась в места, случайно вспоминая вечера, которые она проводила здесь в компании Люсиана и Хаска. — Нам нужно будет посетить пару мест, далее покажу апартаменты, что я арендовал, — вводя в курс дел, он мягко притянул ее к себе, чтобы прохожий не задел женское плечо. — мм… правда, место не большое, но крайне комфортное, нам с тобой на пару дней подойдет.

« Стоп, что? »

      Остановившись, принцесса вопросительно подняла бровь и спешно ответила. — Постой, я не поняла.       Заметив ее вопрос в глазах, Радио-демон наклонил голову не понимая уже ее. — Что именно не ясно?       Он спрашивал искренне. Длинная рука обхватила ее локоть, притягивая ближе, чтобы ему не приходилось говорить громко. — Что мы здесь делаем? — В этом районе можно купить все нужное для… ритуала, — последнее слово кареглаз сказал тише, уводя их в сторону, чуть подальше от других людей. — в снятом номере проведем его и отправимся обратно в… «домой».       Осторожно подбирая слова, темные глаза иногда бегали к лицам посторонних, проверяя не услышали ли те, о чем именно они говорят. Ведь « Ад » и похожие слова в диалоге незнакомцев, даже в этой части Нового-Орлеана притянут косые взгляды. — Хочешь сказать, что мы сможем вернуться домой уже так скоро? — Предполагаю на это понадобиться два или три дня, в зависимости от того, насколько быстро мы сможем найти все ингредиенты.       Осознание о столь скором окончании этого приключения болью отозвалось в груди. Было ощущение будто родное сердце вырвали и вставили новое. Это ей не подходило. — А как же Аластор? Я ведь не попрощалась с ним, не правильно вот так просто исчезать и даже ничего не сказать! — И что ты ему скажешь? — его глаз нервно дернулся, но взяв себя в руки, усмешка слетела с губ — Что-то в духе: « Я принцесса Ада и возвращаюсь к себе, но ты не переживай, мы там с тобой еще встретимся. » ?       Аластор был прав. Что она могла сказать? Она задавала такой вопрос самой себе еще до появления Радио-демона здесь и услышать слова вслух, что вертелись в ее голове долгое время, как сжать в кулаках легкие в живом существе. Ей нельзя было сказать такое человеку. Чарли понимала это хорошо и от этого было хуже.       Промолчав, она лишь смиренно опустила глаза, тем самым надавив на призрачную совесть демона напротив. Его глаз вновь дернулся.

« Ты возвращаешься к своим никчемным грешникам-друзьям, к своему отелю, да что уж там — даже я здесь! А единственное, что тебя сейчас волнует, это с ним поговорить? Нелепица…»

— Ал, — прозвучал ее нежный, но серьезный голос. — он позвал меня сегодня на ужин и раз у нас есть немного времени… я хочу поговорить с ним и сказать хотя бы, что я уезжаю.       Ее тон звучал не как обычно полный сомнений и неуверенности, наоборот - так, словно она озвучивает заключение судьи, чье решение не смеют оспорить. А этот взгляд, который она подняла на него…

« Ты ведь не знаешь, с кем имеешь дело… »

      Карим глазам попалась газетенка на прилавке слева, замечая дату. 13 марта. Взъерошив собственную память и найдя нужное воспоминание, белоснежная улыбка стала более скалистой. — Хорошо! — легко ответил радиоведущий, пожимая плечами и ловя удивленные голубые глаза. — Как пожелаешь, моя дорогая.       Не ожидая подобной спокойной реакции, Магне хлопнула ресницами пару раз, не зная даже как продолжить диалог. — До вечера у тебя ведь есть время для меня, верно? — вопрос прозвучал бархатно, с каплей сарказма, но получив неловкий кивок, он тут же подхватил ее под руку, уводя вперед. — Прекрасно! Тогда возвращаемся к плану на день, после я верну тебя домой, чтобы ты успела собраться на свой «драгоценнейший» ужин!       Язвительность не жалила, скорее смешила, потому обладательница блондинистых волос тихо фыркнула и энергично зашагала вместе с ним, не замечая как капюшон с ее головы упал.       Завидев простую деревянную вывеску с таким же простым названием, Аластор оживился, подходя к двери. Однако увидев через стекло чернокожего мужчину, многозначно промычал, разворачиваясь к голубоглазке. — Тебе придется подождать меня снаружи, моя дорогая.       С этими словами, он удалился, заходя в магазинчик. Мужчины о чем-то заговорили, задвигав ртами и жестикулируя, вскоре переходя в смех. Радио-демон шутил, развлекая грубоватого продавца, но веселился тот лишь до того момента, пока не увидел как Белоснежка с улицы наблюдала за ними. Лицо мужчины исказилось в ему родное угрюмое выражение лица, следом что-то высказывая радиоведущему , что мельком глянул на нее и спешно начал отвечать. Казалось продавцу не нравилось, что Чарли смотрела на него, потому торопливо отвела взгляд на прохожих.       А пока теплый ветерок игрался с песочными прядями, Чарли засмотрелась на парочку, что весело выбирали украшение в соседнем магазине. Счастливая улыбка на женском лице и эти влюбленные большие глаза ее завораживали, а щеки ребенка, что подошел к ним и был поднят отцом, тут же накрыли любящими поцелуями. Не картина ли маслом? Невольно принцесса вспомнила свое детство, когда она, примерно такого же возраста, была окружена любовью родителей. Тогда дни казались идеальными и за всей этой ширмой мечты каждого ребенка, темные тучи, что неспешно надвигались на их замок, становились столь неприметными, незаметными для ее алых глаз, от чего она верила, что так будет всегда. Что мечты реализуются, искупление станет возможным, грешники станут лучше. Получат надежду. А на деле вышло все не так, как хотелось. От этого вечерами было печально. Однако, когда перед глазами возникли лица друзей, на душе становилось теплее. Улыбаясь своим мыслям, чужая рука заставила вздрогнуть. — Ал, ты уже-!       Зеленые глаза ярко сверкнули, а мягкая улыбка вызвала румянец на щеках. — Чарли, как же я рад видеть тебя!       Нежный голос передавал искреннюю радость и, если бы у него были хвост и уши, он точно завилял бы ими. Обходясь человеческими руками, он крепко обнял ее и прокрутил вокруг своей оси, тут же ставя на место и придерживая за плечи. — Люсиан! Не ожидала тебя увидеть тут, — с улыбкой ответила блондинка, немного нервно оглянувшись назад, замечая, что Аластор еще занят разговором, от чего стало чуть спокойнее. — Что ты тут делаешь? — Ах, я всего-лишь хотел купить кое-что, — сказал он расплывчато, но спешно перевел тему. — Меня больше интересует, где же ты была все эти дни? Я приходил в место где ты работаешь вечером, а хозяйка кафе сказала, что ты взяла себе отгул на несколько дней.       Поправляя накидку, она неровно улыбнулась и не зная, что ответить, нервно посмеялась. — Ох, ну, я была немного занята и…       Пристальный взгляд Люсиана смущал и заставлял что-то внутри сжаться. Потому и уводила глаза обладательница кофейного блонда. Фокуснику это не нравилось, что и сподвигло его протянуть к ее бархатной щеке голую руку. Касаясь ласково светлой кожи, он сделал шаг ближе, осторожно погладив большим пальцем румянец. Чистые, как июльское небо, глаза встретились с очами летнего леса, подобно превосходной утопии состоящей из аналогичных цветов.       Однако что-то было не так. Вглядываясь в эти знакомые глаза, Шарлотта точно могла сказать, что в них что-то отличалось. Блеск стал другим. Светло-зеленый стал казаться более глубоким и загадочным. Лишь на миг померещилось, что она глядит сквозь его очи на лес Аокигахара в Японии. Полный тумана, загадок и эти большие зрачки …словно тьма того места связывали.

Нутро подсказывало сделать шаг назад и уже не от смущения.

— Люсиан?..       С безупречных губ слетело имя, что привело его в чувства, как пьяницу будят леденящей водой. Хлопнув длинными ресницами, он красиво засмеялся, слабо красней. Такая смена эмоции ее насторожила, но сделало атмосферу между ними менее напряженной. — Прошу простить! Совсем задумался…— проговорил тот грустно. — Просто… я ведь скоро уезжаю и мысль о том, что не смогу тебя увидеть меня печалит…

« Оу, так он из-за этого переживает? Хах, а я уже решила… »

      Не решаясь закончить фразу, Чарли мягко улыбнулась и хихикнула, осторожно положив руку на его предплечье. — Все хорошо, не переживай, — она убрала руку, продолжая. — Так значит ты уже покидаешь Новый-Орлеан? — Да, — печально опустил он свои глаза. — Моя труппа должна посетить еще один штат, только после я возьму небольшой отпуск, которого у меня не было уже так три года.       Тоскливое выражение лица давило на темное сердце, выдавливая то ли жалость, то ли неловкость. Магне хотела сказать слова поддержки, но они не шли. Не придумав ничего лучше, голубоглазка мотнула головой по сторонам и завидев ромашку растущую возле, сорвала и аккуратно сунула ее за ушко блондина. — В таком случае, желаю хорошо выступить и прекрасно отдохнуть после!       Ослепляя белоснежной улыбкой, демонесса наклонила голову набок, мысленно вновь замечая, как Люсиан был красив. Вот только в этот момент, она в который раз покорила дремучее сердце, заставив застучать быстрее.       Расплывшись в собачьей улыбке, зеленоглаз снял цветок со своих волос, приближая ладонь к женскому лицу. Мизинцем отодвинув прядь за ушко, его рука сунула стебелек в светлые пряди, попутно интересуясь. — Могу ли я… узнать, что миледи делает здесь одна?       Его вернувшаяся близость и игривость сбивала с толку, ловко пуская пыль в голубые глаза, чтобы та не могла увидеть тьму, что таилась в этих зеленых радужках. Это не могло не привлечь внимание.

И, к сожалению, то было внимание не Чарли или прохожих.

— Она не одна.       Смуглая рука крепко перехватила широкое запястье, сжимая с напряжением, да таким, что вены на тыльной стороне ладони показались. Дернув головой влево, демонесса обнаружила Аластора, хватившегося за светлого парнишку. И первое, что она увидела, был взгляд направленный на блондина, где в глубинах кофейного пигмента были запрятаны экстракты безумной жестокости, извращенной в Аду не одним десятилетием. — У Вас какие-либо проблемы, мистер?       Задал вопрос радиоведущий, мельком бросив взгляд на голубоглазку и сразу же возвращая его на Люсиана. Скалистая улыбка хищно сверкнула, брови напряженно изогнулись, а рука сжалась сильнее, впиваясь ногтями в белую кожу. Зеленоглаз шикнул, нахмурившись и выпрямляясь, попытался отдернуть руку, чем сделал себе неприятнее и потерпел провал. Магне не нужно было больше времени, чтобы вмешаться. — Ал, погоди, это мой друг! — ее нежные руки коснулись его руки, держащий небольшой пакет с покупкой. — Его зовут Люсиан, эм, вы виделись однажды, помнишь?       Принцесса распахнула глаза, мотнув им в сторону фокусника, как бы намекая демону поменять свою реакцию. Шарлотта понимала, что тот вовсе не в курсе с кем она успела подружиться и потому постаралась технично исправить недопонимание. И все это легко читалось в ее глазах. По крайней мере, уж Радио-демону не составило бы труда молча сменить тактику, дружелюбно извиниться и на доброй ноте завершить диалог.

Но было ли в этом веселье?

      Хищно сверкнув багровыми глазами, Аластор крепче сжал чужое запястье, язвительно отвечая. — Не припоминаю подобного.       Женские пальцы дрогнули на черном сюртуке, а лицо шокировано замерло.

« Он, что… издевается надо мной? »

      Прежде, чем дама смогла, что-либо добавить, Люсиан многозначно хмыкнул, повернувшись корпусом к шатену. — Наверняка, не помните потому, что упились в стельку.       Слова блондина только сильнее раззадорили кареглаза, в то время как Магне ввели в диссонанс, выводящий из строя всю функцию говорить. — Что, простите?       Спросил радиоведущий, до синяков сжимая чужую руку и едва сдерживая себя, чтобы не сломать ее вовсе. Впрочем, фокусник не был так пуглив и с вызовом взглянул в большие глаза через окуляры. — Люсиан! Прекрати, это грубо! — Грубо? — повторив, он повернул голову на даму, глядя уже с добродушным беспокойством. — Грубо - это целовать тебя без твоего согласия и потом не появляться несколько дней, Чарли.

« Чего? »

      Нахмурившись, Аластор с вопросом взглянул на Денницу, не понимая о чем идет речь. Точнее, не веря в услышанное.       Избегая взгляда демона, она выдернула светлую руку из хватки смуглой, спешно возвращая ромашку со своих волос Люсиану. — Люсиан, достаточно, — серьезный тон потушил пыл зеленоглаза. — Ты не знаешь всего, потому не будем об этом, к тому же это в прошлом, мы во всем разобрались.       Игнорируя недоверчивый взор, Чарли сделала глубокий вдох-выдох и схватив Аластора под руку, следом попрощалась с фокусником, уводя первого дальше по улицам. Оставляя сконфуженного артиста смотреть только им в след.       Обладатель каштановых кудрей молчал всю дорогу, ведя даму в другой магазин. Блондин не пошел за ними, но его взгляд Магне ощущала на себе до тех пор, пока они не повернули за угол. — Шарлотта, — произнес он ровно, тем самым вызвав мурашки по белоснежной коже. — О чем тот парень говорил?       Сердце в пятки убежало, безжалостно оставляя демонессу одной разбираться с этим. — Ни о чем! — с улыбкой ответила она. — Просто мы с Алом, ну, то есть другим, не с тобой, хотя это и так ясно, в общем… Ал перепутал меня с другой дамой, но ничего такого не было, он потом извинился и мы уже давно забыли это! Ха-ха, это такая смешная история, которую ты не захочешь слушать-!       Неловкую и нервную болтовню прервали торможением. Кареглаз наклонился к ее лицу, косо глядя в светлые радужки, не давая ни намека о чем, тот думает сейчас. — Чарли.       Такой тон не значил ничего плохого, но и хорошее не предвещал. Пристальный взгляд давил, потому она убрала ладони от черного сюртука и спрятала лицо в капюшоне, тихо отвечая. — Он… поцеловал меня по-пьяне и мы немного поссорились из-за этого… — пунцовые щеки показали себя, а смущенные глаза заблестели, но она спешно замахала ладошками. — Но все хорошо, честно! Мы помирились и он сказал ему жаль!

« Еще бы ему не было "жаль"…»

      Холодая мысль пронеслась в каштановой голове.       Разглядывая его темные глаза спрятанные за окулярами, в блондинистой голове мчались мысли и предположения, о чем мог думать шатен. Возможно ли то, что он злиться? Брезгливо представляет это? Разочарован? Однако его выражение лица точно было мрачным, несмотря на легкую улыбку. — Понятно.       Коротко ответил радиоведущий, выпрямляясь и возвращая ее ладонь себе на предплечье, весело хмыкнув. Лицо выражало уверенную невозмутимость, как если бы он не услышал ничего не обычного. Двинув вперед, речь повернула в рассказ, что он приобрел в том магазине, что еще больше удивило обладательницу небесных глаз. — Ал, — прервала она. — Ты не… злишься? — М? — он наклонил голову набок, сверкая улыбкой. — Почему я должен? Меня это не касается.       Сказав это, кареглаз забегал глазами по вывескам и найдя нужную, повернулся к даме. Смуглые пальцы аккуратно поправили ее капюшон, закрывая нежное лицо. — Не показывай лицо, когда зайдем, —прошептал в ушко он, отодвигаясь и надевая перчатки. — Ладно?       Кивая, она сделала шаг за порог магазина вместе с радиоведущим, что уже начал весело здороваться и беседовать с чернокожей женщиной. Чарли не видела ее лица, но ей хватило заметить пальцы украшенные золотыми кольцами на прилавке, чтобы понять, что хозяйка бутика не простая. Пока Чарли стояла возле беседующих, то неосознанно решила оглядеть магазин: разные пряности в подписанных банках аккуратно стояли на темных полках, под которыми лежали стопками продукт для креольской кухни. Помимо большо ассортимента приправ, на полках красовались разновидности патоки, тростниковые сиропы в стеклянных бутылочка и много других сладостей. В витринах хранились новехонькие деревянные ложки и ступки, скрывающие стеклянную полку ниже, накрытую бархатной ткань цвета спелой сливы. Казалось, продавщица хранила там нечто личное или же товары для специальных клиентов. Таких как Аластор. Услышав звон монет, Шарлотта мотнула головой в сторону кассы. Окольцованная левая рука сжала центы, правая - передала три склянки с красной солью. Покупка завершилась и они вышли из магазина. — Все, что нужно купили, — подводя итоги, он убрал баночки в имеющийся пакет и бегая глазами по улице. — Осталось пару ингредиентов, однако их буду искать дальше я сам, а пока…       Рука в перчатке мягко легла на ее ровную спинку. — Не желаешь прогуляться по городу и присмотреть тебе платье на твой «желанный» ужин?       Слова прозвучали двояко: будто он насмехался идеей о совместном времяпрепровождении принцессы и им самим еще живым, но при этом выражал специально видную наигранную заботу. Но более ее смущало ощущение от его взгляда, как если бы он знал, что злая шутка прозвучит совсем скоро и потому старательно готовиться к ней.       Она думала отвергнуть это предложение, однако ненароком взглянула с другой стороны.

« Прогуляться с ним в этом мире тоже было бы неплохо. »

      Приоткрыв рот в желании дать ответ, не нагло перебило урчанье в животе. По всей видимости, двух макарон на завтрак ей не было достаточно. Услышав это оба, розовые щеки стали более красными от стыда, в то время как демон энергично засмеялся, хватая ее под руку и зашагав в сторону одного заведения. — Ни слова больше, идем набивать эти мягкие щеки хорошей едой!       Следуя за шатеном, Чарли обреченно вздохнула, глядя на его уверенность и дивясь как же он харизматичен вне зависимости, с рогами и ушами он или же простой кудрявой копной волос и карими глазами. Хотя прожив столько недель с человеком Аластором, язык не повернулся бы назвать его внешность - простой. Изящная, утонченная, притягательная? На все да.       Заходя в кафе, Аластор провел даму до свободного стола и, отодвинув стул, вежливо предложил сесть. Чего у него не отнять так это то, что джентельменом он был и при жизни и после нее. Все-таки мать его воспитала хорошим мужчиной, несмотря на всю его кровожадность и любовь к умерщвлению живого, преимущественно мужского пола. Ну, кто без недостатков? Только ангелы и Бог. С которыми Чарли лично бы поспорила, кстати. — Выбирай, что пожелаешь, моя дорогая.       Сказал кареглаз, снимая сюртук и вешая его на вешалку. Заметив, что блондинка решила также снять накидку, он поторопился остановить ее. — Ах, Шарлотта, не советую… не хотелось бы, чтобы к нам подходили еще твои "друзья".       Люсиан. Намек был понят сразу, потому она опустила глаза, оставляя капюшон,. Его взгляд ловко подцепил небольшую печаль на личике напротив, что заставило Радио-демона задуматься. Идея постучалась в голову вовремя. — Или можно сделать вот так…—убедившись, что никто не смотрит, он провел ладонью над ее лицом, после снимая с нее капюшон. — Не твой стиль, но на время подойдет.       Хлопнув ресницами, демонесса взглянула вопросительно на Ала, потянувшись пальчиками к лицу и волосам. Синие сапфиры сразу же заметили вместо светлых волос - смоляные, как уголь. Распахнув глазами, она торопливо схватила железную сахарницу, в отражении лицезрев совсем другого человека. Смена цвета вовсе поменяла восприятие самой себя. — Не переживай, принцесса, — успокоил он, садясь. — Верну все как было через пару часов.       Неуверенно кивнув, она все же вернула на место сахарницу и взяла меню, поглядывая иногда на темные пряди у лица. Выбрав что-то относительно легкое, Шарлотта отдала меню подошедшему официанту вместе с компаньоном и стала разглядывать интерьер.       На соседнем столе сидела пара, в чьих глазах читались смешанные чувства. Как если бы они не поделили что-то, но вот, он берет ее ладонь и говорит то, что ей нужно было услышать. Следом на лицах образовались усталые и все же понимающие улыбки. О чем-то своем стали болтать и тихо хихикать, а вместе с паром от горячих блюд улетучились остатки конфликта, что тревожил их чистые, светлые души. На другом столе сидели два приятеля, бурно обсуждая что-то: по отрывкам из разговора, то была деловое предложение о вложениях в перспективный проект, что удовлетворит по условиям обе стороны. Обговаривая все честно и открыто, будущие коллеги оценили и некоторые возможные проблемы, но сойдясь на том, что они справятся со всем вместе, счастливо пожали друг другу руки. А где то сидела пожилая пара, говорящая о внуках с официантом, что видимо принимал своих постоянных клиентов.       Все было прекрасным, искренним, невероятным.

Все было таким, каким она хотела видеть Ад и жителей в нем.

— Ал, — задумчиво начала она, задерживая глаза на посетителях. — Неужели… мы действительно покинем это место так быстро?       В голосе читалась неуверенность, тревога и… желание противиться правде. И не заметить он это не мог. — Ох, если под словами "так быстро" ты подразумеваешь каких-то жалких полтора месяца - без единого намека на то, где ты пропадаешь или существуешь ли вовсе, — вежливо-упрекающий тон как обычно ему подходил, тыкая в больную точку. — То, да… мы отправляемся назад поразительно быстро.

Ауч. Неприятно? И все же справедливо.

      К этому моменту официант принес блюда, аккуратно ставя их перед посетителями и вежливо желая приятного аппетита. Натюрморт из яиц всмятку в сочетании со свежими черри и хрустящими, все еще горячими, смазанными маслом тостами красовался на светлой посуде перед шатеном, маня своим видом и заставляя довольно облизнуться. Однако сидевшая перед ним поникшая принцесса Ада сбивала аппетит. Аластор в целом не любил поникших и грустных людей, считывая их слабыми, вне зависимости те в Аду или в мире живых. Тем не менее, он не испытывал гнев или раздражение, когда грустными были женщины. Еще при жизни он считал, что на их участь пало и так много обязательств и невзгод, с которыми они вынуждены встречаться, от чего и было у них негласное оправдание для печали. Исключением не была девчушка напротив.             Бегая карими глазами с оттенком красного по белоснежному лицу, Аластор устало вздохнул, стягивая перчатки. Прохладные пальцы обхватили маленький подбородок, поднимая вверх.

На секунду ей показалось, что он хочет ее утешить.

— Ах, какая досада, — начал он саркастично. — Наша принцесса глядит на этот мир сквозь розовые очки и печалиться возвращению в реальность?

Показалось. Точно.

— Не стоит, — отпуская ее лицо, он выровнялся на своем стуле, заключая с довольной улыбкой. — Этот мир не столь прекрасен, как королевская голова себе воображает и тем более не достоин того, чтобы ты в нем задерживалась.       Взяв столовые приборы, радиоведущий начал трапезу, позволяя Морнингстар смотреть на него задумчиво. В эту секунду она не совсем понимала, почему демон напротив так считает, прожив более чем пару десятков лет здесь, занимаясь любимым делом и имея столько хороших людей вокруг себя. И еще больше удручал факт того, что этот человек попал в Ад. Она слышала о беспощадности и кровожадности Радио-демона и если в Аду подобная черта проявлялась перед ней иногда, то в жизни она еще ни разу не видела такую его сторону. Ну, если не считать тот случай с ножом после простуды. Тот случай Чарли посчитала как самооборону и рефлекс. — Я не смотрю через розовые очки, — гордо произнесла блондинка, хватая столовые приборы. — У меня было достаточно времени, чтобы увидеть плохих людей и даже так, я считаю, что люди - прекрасные создания!       Встретившись взглядами, голубые сверкнули решимостью и непоколебимостью собственного мнения, на что карие вынуждены были лишь сощуриться в жалости и забаве. — Прекрасные создания, говоришь… — карие глаза на мгновение окрасились в багровый оттенок. — Не они же ли развязывают войны, создают дискриминацию по цвету кожи, происхождению, лгут, насилуют, убивают?       Приоткрыв рот в желании парировать его аргумент, Магне обнаружила, что не может найти подходящий контраргумент. — Что же… — протянул он и поднес черри к губам. — Не смею перечить "святой" вере в человечество.       Пока он ел, Чарли обидчиво нахмурилась и опустила глаза в тарелку с ароматным жюльеном. Пробежавшись голубыми океанами по нему, она неожиданно для себя и для него, надменно хмыкнула, тыкнув вилкой в курицу под сыром и направив кусочек в его сторону. — Знаешь, может ты и прав, — глаза заинтересованно сверкнули, будто он не подбил ее веру в хорошее, а дал ей заряд мотивации доказать обратное. — У людей есть минусы, с этим спорить не стану, вот только… один из них проделал не легкий путь, чтобы вернуть меня по доброте душевной.

Как стрелой прямо в спину.

      Шатен приподнял одну бровь, удивляясь ее наивному заключению, но прежде чем он отмахнулся от такого мнения, демонесса сунула курицу в рот и заговорила, попутно жуя. — Но ты чертовски прав, — доев, она повторно тыкнула в курицу вилкой и протянула свое блюдо к тонким губам напротив. — Ты не смеешь перечить моей вере, дорогой.       Одного предложения, пропитанного властью принадлежащей ей по крови и статусу, было достаточно, чтобы замереть и распахнуть карие глаза. Одного взгляда, столь уверенного и полного азарта, хватило, чтобы почувствовать чужеродный жар под ребрами, концентрирующий в районе живота. Эти голубые очи — способные утопить в себе сотни сердец, в то время как ее истинны алые, могли бы десятки тысяч душ подчинить себе, если бы только она ими пользовалась в полную меру — эти глаза играли. Бросали вызов его мнению, что укрепилось за все прожитые годы и богатому жизненному опыту. Чарли начинала игру, в которой нет победы для такого существа как она.       По крайней мере, он так думал до того, как услышал от нее «дорогой» в подобном тоне.       Улыбка треснула. Уголки губ растянулись на лице, создавая заметные ямочки на тонких щеках. Не сдержав даже усмешку, он спрятал лицо рукой, пытаясь заглушить грубый смех, что привлек внимание посетителей. Не получилось. Нарастающий смех заполнил помещение, от чего косые взгляды тут же устремились к их столу. Шарлотта неловко улыбнулась гостям, прося прощения. Прежде чем она успела что-то сказать в его адрес, он все же успокоил внезапную смешинку, перехватив ее руку, что держала вилку. — Вынужден признать, меня восхищает такое упорство, — приблизив предложенное угощение, он игриво прищурил глаза и заключил. — Восхищает настолько, что я даже готов дать чуть больше времени на эту игру, при одном условии… не заиграйся, Шарлотта.       Приоткрыв слегка пересохшие губы, он ловко стянул кусочек курицы с вилки и зажевал, убирая руку от женских пальчиков, так и не сводя с нее взгляда. Замечая розовый румянец на мягких щеках, Аластор усмехнулся, уводя взгляд на свою тарелку и даже не догадываясь об истинной причине возникновения румянца. Ну, она, конечно же, умолчит о возникшем образе Радио-демона в сновидениях в одной из ночей на земле. Умолчит о том, что теперь эти слова всегда будут ассоциироваться с его томным и властным взглядом, бархатным голосом над ушком и руками на талии. — Чего же ты не ешь? Остынет ведь! — произнес Радио-демон, ухмыляясь. — Или мне нужно покормить принцессу лично? — Нет! — щеки покраснели. — Приятного аппетита!       Выбросив пожелание, она уперла взгляд в тарелку, ту же уплетая жюльен с курицей и грибами, потихоньку успокаивая голод и собирая себя в руки.

***

      Идеально выглаженная рубашка аккуратно выглядывала из-под бордовой жилетки в алую полоску, гармонично сочетаясь с шелковым галстуком. Контрастом выступали черные перчатки и сюртук, вместе с тонкой оправой очков, где на дужке висели черные бусины, незаметно уходящие за кудри. Лакированные туфли блестели, а широкие брюки со стрелкой визуально вытягивали радиоведущего еще выше, пока в руке тлела сигарета.       Дым укутывал легкие, проникая в них как вода в сухую, измученную почву, наконец-то питая красочный кустарник и придавая ему сил. Стоя неподалеку от ресторана в расстегнутом сюртуке, карие глаза были направлены на темное небо в котором не было ни одного облачка. Только он, любимые Мальборо и полная луна, наблюдающая за вечерней человеческой рутиной.       Стоя вот так в ожидании, он напоминал одно растение: красный олеандр цветущий в июле. Лепестки у этого растения невероятно яркие и крупные, привлекающие внимание и всем своим видом чаруя. Так и хотелось прикоснуться и сорвать себе прелестный бутон и насладиться ароматом. Однако цветок столь же прекрасен, сколько опасен.       Немногие знают, что олеандр — растение, части которого абсолютно все ядовиты. Сок олеандра вызовет проблемы с желудком, последовательно приводя к осложнениям деятельности сердца и нервной системы. Даже солдат Македонского подобная красавица свалила замертво, одними своими стеблями, что те решили использовать как шпажки для мяса во время своего небольшого отдыха. И тем не менее, польза от него была. Растение могло помогать и очищать от вредных токсинов воздух, а в медицине им могли пользоваться для поддержания человеческого организма, при выполнении необходимых условий. По сути к цветку было всего пара правил — руками не трогать, не пытаться попробовать на вкус и не быть слишком долго рядом.       И как интересно складывается, когда осознаешь, что Аластор был точным воплощением такого растения. — Прошу прощения.       Прозвучал бархатный голос слева сопровождающийся ровным стуком каблуков, привлекший внимание курящего. — Могу ли я… попросить сигареты? — небольшая фигура в темном пальто остановилась возле него. — Мои закончились.       Карие глаза подцепили исхудалую руку, что показала пустую коробку от сигарет, подтверждая ее слова. Метнув глаза выше, он встретился с зелеными глазами, что изумительно разнились с черными волнистыми волосами и красной помадой на губах. Женщина напротив выглядела ухоженно, хоть и была худа, а острые черты лица предписывали даму к европейским моделям. Выраженная фигура была заметна даже под бесформенным пальто, от чего шатен мог предположить, что у такой роковой женщины отбоя нет от поклонников и ухажеров. И все же его зацепили едва заметные морщинки под глазами и печальный взгляд. — Конечно! — дружелюбно улыбаясь, тот протянул свою пачку. — Как я могу отказать такой даме?       Светлые пальчики ухватили сигарету, непроизвольно сверкнув золотым кольцом на безымянном. Наблюдая как та ищет зажигалку в сумке, Аластор достал свою, все так же вежливо улыбаясь. — Огонька?       Получив механический кивок, как если бы она слышала такое предложение постоянно, рука в перчатке ловко щелкнула колесом для искры и аккуратно поджигая сигаретную бумагу. Убрав железную зажигалку обратно в карман, он выровнялся, прижимая свою сигарету к губам. — Благодарю.       Ровно произнося, брюнетка повторила за оказавшим услугу, спустя секунды выпуская терпкую дымку в воздух. И если его глаза были устремлены в небо, то ее взгляд был опущен себе под ноги. Почему-то он не мог вернуть свой взгляд к небесному своду и потому его пейзажем стала девушка рядом. Точнее она была портретом хороших художников, продавшие свое творение покупателю не смыслящим в искусстве. Иначе такая красота не печалилась одна у ресторана. — Ваш супруг должен быть очень занятым человеком, раз заставляет прекрасную жену ждать.       Сказал он мягко, держа на себе улыбку и вытаскивая даму из дум. — М? — вопросительно она окинула взглядом улыбчивое лицо и только спустя пару секунд, отвечая. — Ах, да, он у меня… "работяга".       С ее алых губ слетела двусмысленная усмешка, заинтриговав Хантера. Прежде чем, он успел бы продолжить разговор, к ним подъехало такси, из которого вышел крупный мужчина с пузом. За ним следом вышла громко хихикающая дама отличная от женщины с сигаретой. Кажется этой паре было весело. — Ох, Миссис Уильям, здравствуйте! — завидев брюнетку, незнакомка тут же побежала вперед, обнимая курящую. — Надеюсь Вы не долго ждете? Я сережку на работе потеряла, вот Роб- ах, то есть мистер Уильям! Он помогал ее найти, но мы ее не нашли и я так расстроилась! Но Ваш добродушный муж предложил сходить с вами на ужин, чтобы поднять настроение, я, надеюсь, Вы не против?       От наигранной болтовни у Аластора аж глаз дернулся, но глядеть на эту сцену менее заинтересованно он не стал. Даже наоборот, это будоражило черную душу. — Конечно не против,— прозвучал низкий голос мужчины, что уже менее весело взглянул на собственную жену. — Как хорошая жена может быть против друзей и коллег своего мужа?       С этими словами мужчина грубо ухватился за тонкое запястье, так же резко выдергивая сигарету и выбрасывая ее на асфальт. — Говорил же, прекращай курить эту дрянь! Не женское дело это курить сигареты, — раздраженно цыкнув, мужчина кивнул головой в сторону блондинки и с упреком добавил. — Лучше бы брала пример с Джоанны - погляди как она сияет!       На девушке рядом появился румянец и она тут же залепетала, касаясь плеч мужчины. — Что Вы! Прекратите, прошу, — она лукаво улыбнулась начальнику и сказала тише. — Стресс никого не щадит, а Ваша жена больше всех заслуживает отдыха…       Косо пробежавшись глазами по двум подошедшим, он вернулся к изумрудам, в которых было столько всего и ничего одновременно. Ох. Эта женщина знала у них роман. Знала, возможно от того и глаза ее полны печали. Теперь Хантеру стало все ясно как день. — Ну что же! — залепетала блондинка, лицемерно улыбаясь и обнимая за руку брюнетку. — Чего стоим здесь? Уж сильно я хочу отведать чего-нибудь вкусненького!       Продолжая вести свой монолог, подошедшие увели интересную особу, давая возможность только провести ее взглядом и только. Аластор подумал о ней еще пару секунд, мысленно назвав даму "бедной душой" и затем вновь подумал о том, через сколько примерно подъедет его блондинистая беда.       Не прошло и нескольких минут, как к нему вновь подошли. Две смуглые дамы, с приятным парфюмом и пышными прическами. Он даже не заметил как по привычке стал вести светскую беседу, пускать под их истории шутки, веселя их. Это не помешало ему попутно думать о том, чтобы такого заказать, что могло бы понравится Чарли, с учетом того, что она не самая большая любительница кровавых стейков.       Взглянув на наручные часы, он вызвал интерес у собеседниц. — Неужели Мистер ждет кого-то? — Кажется, Ваша дама задерживается и сильно, - добавила другая. — Может нам составить Вам компанию?       На их слова он не смог сдержать смеха, вводя уверенных красавиц в конфуз. — Ох, нет-нет-нет! — ответил он, замечая их непонимание в глазах. — Не принимайте на личный счет, однако я вынужден отказаться. — Почему же? Неужто она красивее нас? — Ах, быть может она крайне ревнива?       Слушая их доводы, Аластор тихо вздохнул, уже начиная раздражаться тому, насколько долго Хаск везет ее сюда. До этого диалог складывался приятно, но расспросы о личной жизни его всегда утомляли. Приоткрыв рот, он хотел вежливо прервать разговор и ретироваться, как услышал стук торопливых каблучков позади. Обернувшись, в его грудь влетела блондинистая голова, ударяясь носом. — Вот черт! — шикнула дама, дергая руки к курносому носу. — Ну почему всегда носом…       Знакомый голос, тепло и неряшливость, которые он более никогда не спутает. — Милая, — ласково позвал ее шатен, выравнивая и пытаясь встретится с голубыми глазами, — Вы в порядке?       Распахнув светлые веки, она убрала руки от лица и неловко хихикнула. — Да, все хорошо, просто запнулась, — подняв голову, она радостно улыбнулась, показывая белоснежный, ровный ряд зубов без клыков, что сильно контрастировал с алой помадой. — Простите, что заставила ждать, мы с Хаском застряли в пробке, а потом не могли найти место где припарковаться, поэтому я вышла на другой улице и пешочком шла сюда.       Пока она рассказывала свои маленькие приключения, он внимательно слушал ее и не отрывал глаз ни на секунду. Заметив, что ее нос слегка покраснел от столкновения, он снял перчатку и осторожно провел пальцем по его длине, замечая как мягко ее нос поднимается и как у зайки дергается от касания. Ох, а эти красные щеки то ли от смущения, то ли от того, что та не просто шла сюда, а бежала.

« Прелесть. »

      Подумав про себя, он разглядывал ее дальше, одновременно поправляя накрученные кудри и смущая ее сильнее. Он совсем позабыл про собеседниц, которых наконец заметила голубоглазка. Выглядывая за плечом шатена, она весело поздоровалась. — Ох, простите, я вас не заметила! — начала она с извинений, обращаясь к шатенкам. — Добрый вечер! Меня зовут Чарли, вы, наверное, друзья-       Аластор не дал договорить, вспоминая про дам позади себя. — Прошу прощения, дамы, — он заслонил собой голубоглазку, словно не желал, чтобы на нее смотрели. — Благодарю за прекрасную беседу, однако теперь меня украдут на ужин.       Улыбаясь вежливо, он немного поклонился и развернулся, схватив Шарлотту под руку, энергично уводя в ресторан. Непонимающе вертя головой, она спрашивала у него, что же случилось, на что он ответил, что это не его друзья, тем самым объясняя их резкий уход. Следом он начал расспрашивать, как у нее прошел день и чем же она занималась, на что Чарли ответила, что решила хорошенько отоспаться и все. Не скажешь ведь, что она гуляла по другой части города с его демонической версией.       Заходя в ресторан, их провели до нужного столика: отдельное место для двоих, с молочной скатерью, красной свечей по центру и уже готовыми столовыми наборами. Кареглаз стоял позади блондинки, помогая снять пальто и вешая его на стоку, ловко повторяя все это со своим сюртуком. Как подобает джентельмену, которым Аластора воспитали, он отодвинул стул, предлагая даме сесть и только сейчас, когда она стояла к нему лицом, он заметил струящиеся платье. Белая основа платья была изрисована блестящими завитками, что переливались даже под вторым шифоновым слоем. Тонкие лямки самоуверенно держали объемную грудь, создавая плавную линию между ними. Внимание от разреза отвлекали жемчужные бусы, что так шли ее наряду и, быть честным, Аластор даже не сразу подумал о том, откуда она могла их достать. Спустившись взглядом ниже, платье идеально прилегало к ее талии, подчеркивая плавность бедер и становясь свободным после колен, напоминая легкий колокольчик. А лакированные белые туфельки на небольшом каблуке гармонично заканчивали образ. — Очаровательно выглядишь, моя дорогая.       Сдерживая восхищение, произнес шатен, задвигая стул вместе с ней чуть ближе к столу. Шарлотта же пробежалась глазами по себе и поблагодарила смущенно. — Вы с Хаском посетили в магазин одежды, прежде чем приехать сюда?       Вопрос, который она ожидала услышать, легко бы парирован. — Ох, нет, эти вещи мне подарила Рози, пока я была у нее несколько дней назад. — Радио-демон предупреждал, что может прозвучать такой вопрос, потому те заранее придумали ответы, в правде которых шатен не засомневается. — У нее хороший вкус!       Последняя фраз резонировала с мыслями радиоведущего и потому он спокойно согласился, не сводя глаз. Когда подошел к ним официант, кареглаз с нежной улыбкой спросил, может ли тот заказать на свое усмотрение блюдо для нее, на что, конечно же, получил положительный ответ. Ему думалось, что на Шарлотту действует его шарм и подача, что сподвигнет ее уступать, вовсе не подозревая, что она соглашается на любые его предложения потому, как знает, что исчезнет из его жизни этим вечером. И пока он с энергией рассказывал сегодняшние новости, за голубыми глазами пряталась печаль.       Разглядывая его черты лица, ставшие такими родными за это время, на ум приходили все совместные воспоминания здесь: как она впервые оказалась в его доме у камина с разорванной рубашкой, как подарил очаровательные красные ботиночки и как познакомил ее с Рози, что научила готовить и подарила столько веселых моментов с другими людьми. В голову лезли моменты когда она впервые увидела его не улыбающимся, когда тот пробовал ее лазанью. Тогда она схватила его за лицо и встретилась с привычной отстраненностью и не любовью к прикосновениям. Следом всплыло то, как он совсем недавно стал спокойно относиться к ее прикосновениям и даже более — сам к ним тянулся! Чего только стоит сегодняшнее утро.       И невольно думы задержались на воспоминаниях их близости: все их долгие взгляды, касания, танцы. Как он защищал ее от неприятных личностей, прижимая к себе и при этом всегда стараясь держать руки на нейтральном месте, чтобы не оскорбить или смутить даму. А после всего этого шептал ее имя на ушко и… — Чарли?       Дозвался, наконец-то, до ее загруженной головы. Распахнув глазам, она вернула внимание на реальность, что окружала ее, следом замечая, как по щекам идут слезы.

« …даже не заметила, что плачу. »

      Ему не нужно было много времени, чтобы спешно потянуться рукой к ее лицу, но прежде чем он смог бы коснуться, темные глаза зацепили ее улыбку и ушей коснулся мягкий смех. — Простите, не знаю что на меня нашло…       Вытерев мокрые щеки салфеткой, она шмыгнула носом и счастливо улыбнулась. Такой улыбкой, которую он никогда не забудет. Перед его глазами внезапно возник образ матери, улыбающейся подобно ей сейчас. Его мать плакала такими же слезами, даря светлую улыбку и любовь единственному человеку, которого она любила всем сердцем. Тогда он рассказал ей о новости, что ему предложили работать в одной радиокомпании, что известна своим вещанием не только по Америке, но в других странах, с будущей перспективой уезжать в командировки, путешествовать, расти в любимой карьере. Она была счастлива не меньше его, хоть сердце и сжималось от мысли, что ее сын уедет в Нью-Йорк и будет так далеко от нее. Он понимал причину, почему его мать могла плакать тогда, ведь им пришлось тогда расстаться и, к сожалению, более они не смогли встретиться.       Но почему же его напрягало видеть подобный взгляд напротив?

« Почему ты на меня так смотришь?»

      Аластор хотел задать этот вопрос и получить нелепый и легкий ответ, в духе - « Я так рада проводить с Вами вечера!». Что угодно, лишь бы за этим не стояло нечто серьезное. — Ой, Вы только поглядите! — сказала она оживленно, сменяя тему и хлопнув в ладоши, когда официант подошел к ним, элегантно выкидывая блюда.— Мм… как же приятно пахнет!       Официант пожелал хорошего вечера и удалился, оставляя их наедине. Глядя на нее счастливую, он терзал себя мыслью об этом взгляде, но заметив ее расплывшееся в наслаждении лице, все же сошелся на том, что сейчас не время. Перед ней эстетично расположился Étouffée из креветок в сочетании с белым рисом, чарующий своим видом и ароматом. Пока она пробовала на вкус креветки, попутно комментируя атмосферу, Аластор легко внимал ее словам, стараясь не ухмыляться слишком сильно такому нарушению этикета за столом. Вместе с ней, можно и закрыть глаза на то, как неприлично разговаривают с набитым ртом, а если бы это мешало посетителям рядом, он самолично поможет им отвернуться и не смотреть даже боковым зрением в их сторону.       Вскоре тарелки с основными блюдами опустели, стаканы в напитками осушились и им принесли десерт. Банановый Фостер этим вечером покорил темную душу Шарлотты, став одним из любимых сладостей. Мороженое приятно морозило язык, а бананы, пропитанные коричневым сахаром, темным ромом и ликером, заставляли все вкусовые рецепторы трепетать и уносили в пряное наслаждение. Пока она ела, Аластор продолжал наблюдать за ней, делав очередной глоток крепкого виски. Даже не заметил как расстегнул первую пуговицу и освободил галстук, позволяя себе расслабиться с ней.

« В голове так тихо, когда она рядом… так тепло.»

      Он облокотился щекой об руку, расплываясь в улыбке, как кот, после теплого молока. Неосознанно он начал вспоминать прошедшие дни и заметил, что его «ночное» хобби совсем перестало проявляться с появлением Чарли в его жизни. А ведь действительно, серийный убийца даже в газете стал реже появляться, оставляя жителей гадать куда тот пропал, а полицию насторожится и усыпить бдительность. С одной стороны даже грустно, что потребность умерщвлять ничтожных, омерзительных созданий, зовущих себя "мужчинами", утихомирилась, удовлетворяясь простыми беседами с одной голубоглазкой, что дарила непривычное тепло.       На секунду вспомнилась, та брюнетка попросившая сигарету. Он впервые за это время увел взгляд в сторону, ловя столик с тем трио. Та женщина все также сидела с грустными глазами, пока ее собеседники веселились. Воображение разыгралось и на мгновение он представил на месте этой брюнетки свою Шарлотту. С поникшими, несчастными сапфирами. Рядом с зеленоглазой цирковой мартышкой, что будет губить прекрасный цветок, нуждающийся в заботе.

« Не позволю… не отпущу, скольких бы убить не пришлось. »

      Мысленно заключил он, поджав челюсть и случайно встречаясь с зелеными изумрудами за дальним столом. — Ам… — светлая ладонь махнула перед его лицом, возвращая из дум в реальность. — Все хорошо?       Обеспокоенный голосок, напоминающий самую невинную сирену, обкрутил его шею, вытягивая горячий вздох. Он совсем задумался и даже не заметил, как Шарлотта смотрела на него с переживанием. Встречаясь с большими глазами, вокруг которых были пушистые и длинные ресницы, он хлопнул своими, отвечая с мягким тоном. — Да-да! Прошу простить мое невежество, — он подцепил маленькую ладонь. — я задумался о Вашей неотразимости…       Его глаза блеснули, а игривая улыбка заиграла на лице, пока его пальцы плавно скользнули по ее внутренней стороне ладони вверх. Нагловато, но не менее ласково, Аластор сплел их пальцы, сжимая женскую руку. — Твои руки такие маленькие, моя дорогая, — большой палец потерся об нежную кожу. — так и съел бы целиком.       На последних словах он опасно клацнул зубами, заставив Чарли дернуться и вспомнить, что этот человек в будущем будет якшаться с каннибалами. Шумно сглотнув ком в горле, она неуверенно посмеялась, чем вызвала задорный смех у шатена. Он отпустил ее руку, рассыпаясь в радостном настроении, говоря, что он так шутит и ей не зачем так пугаться. На демонической душе немного отлегло, зато в голову полезла мысль, что, возможно, тот в Ад попал по любви к человечине?       По помещению раздался энергичный джаз, что сподвигнул некоторых гостей встать и уйти в пляс, отдаваясь музыке. Это не прошло мимо принцессы, напоминая им все те разы, когда она танцевала вместе с радиоведущим.

« …хочу еще раз станцевать с тобой. »

      Мысль возникла сразу же, когда она посмотрела на спокойный профиль человека напротив. Повторять сердцу не пришлось, потому она подскочила с месте, ловко хватая его за руку и дернув к другим танцующим. Встречаясь в удивленным взглядом, она мягко улыбнулась и задвигала ногами, танцуя. Придерживая платье руками, она отплясывала, позволяя кудрям вздыматься и падать на плечи. Аластор, во власти излюбленного виски, удержаться не смог — он и без алкоголя бы не стал сдерживаться — подхватывая ритм, стал танцевать.       Мелодия проникала в голову завлекая, дурманя, подчиняя своей воле, унося тревоги и переживания людские в небытие, хотя бы на этот вечер. Когда танцевальный настрой сменился умиротворяющим звучанием пианино, в балансе с контрабасом и саксофоном, другие парочки стали становиться ближе к своим половинкам. Начинался медленный танец специально для влюбленных душ. Голубые глаза заметили это, мягко останавливая свои пылкие движения и отмечая смену настроения. Она неловко посмеялась, решая отшутиться с Аластором и пойти к их столу, однако он этого не планировал. — Чарли, — позвал он голубоглазку. — потанцуй со мной.       Осторожно перехватив ее руки, шатен вложил одну женскую ладонь в свою, а другу - на плечо. Сама его рука вежливо расположилась на ровной спине. Противиться она не стала, хоть сначала и чувствовала себя немного сковано, от чего опустила глаза на галстук. — Как тебе вечер?       Спросил он аккуратно, качая их медленно и не отрывая взгляда. Светлые глаза поднялись к смуглому лицу и подмечая искренность в карих очах, Шарлотта ответила. — Он идеален, — тихий вздох соскочил с ее алых губ. — И еда, и компания то, что надо!       Весело произнося это, она сощурила глаза из-за широкой улыбки и случайно наступила ему на ногу. Начав сыпать его извинениями, румянец стал более заметным. В ответ он лишь посмеялся, замедляя темп и наблюдая за ней, как за персональной программой. Вокалист незаметно присоединился к музыке, начав пропевать текст и, как удачно, дав подсказку шатену, что это была за песня.

The very thought of you makes

My heart sing

      Ее брови дернулись вверх, когда Хантер стал подпевать вокалисту. Не громко, так, чтобы слышала только она.

And you appear in all your splendor,

My one and only love.

      Слушая его бархатный голос, говорящий такие слова, невольно женское сердце сжалось, ускоряясь.

The touch of your hand is like heaven,

A heaven that I've never known,

      Слова звучали правдиво, как если бы эту музыку сочинял он сам. Как если бы текст и смысл резонировал с его темной душой. И в моменте, Шарлотте хотелось верить, что это так. Поэтому, не сдержавшись, она убрала руки от его ладоней и с опаской положила их ему на плечи, прижавшись к груди поближе.

The blush on your cheek,

Whenever I speak,

Tells me that you are my own

      Он не стал останавливаться, хоть удивление на секунду его сковало, потому руки опустились на ее талию, а голова наклонилась в бок, чтобы видеть ее краснеющие щеки и дрогнувшие ресницы.

I give myself in sweet surrender,

      Шатен прикрыл глаза и положил голову на ее макушку, отдаваясь безмятежности момента и ощущению теплого тела прижатого к нему.

My one and only love.

      Далее вокалист допевал песню в одиночку, повторяя строчки и позволяя паре слиться в одно целое и отпустить все мысли о будущем на потом. Другие посетители проводили время за своими столами обсуждая планы, новости последних дней, решая бытовые и рутинные вопросы, только иногда поглядывая на танцующих то ли с завистью, то ли с восхищением. — Действительно идеальный вечер, — его голос отдался приятной вибрацией в ушко, прижатое к его груди. — Не хочу, чтобы он заканчивался…

Треск.

      На этих словах ее душу сдавило. Коснулось колючими перчатками и сжало, пуская горячую кровь из сердца разливаться под ребрами. В горле будто игла застряла, от которой избавить может только правда.

Правда которую она избегала весь вечер.

— Аластор…       Отстранившись, начала Магне, встречаясь глазами с радиоведущим. Все также мягко улыбаясь, он нахмурился, замечая тревогу и что-то еще в голубых океанах. Мир, что образовался в мужской груди, начал содрогаться от неприятного предчувствия.

« Опять этот взгляд… почему ты смотришь на меня так? »

      Вопрос душил, ковырял органы вилкой, царапая и раня изнутри. А он даже не был уверен, хочет ли знать ответ на него. И прежде чем она смогла сказать что-то, музыка стала более нейтральной, а танцующую стали возвращаться к своим столам, к чему призвали и их. Чарли пошла к столу первая.       Следуя за ней, в груди что-то сжималось. Разъедало. Пугало.       Садясь на свои место, он облокотился об руку и с привычной улыбкой, все же задал вопрос. — Моя дорогая, что же Вас тревожит весь вечер? Думал мне показалось это, но я как понимаю - нет.

Стук-стук.

      Ладонями сжав платье под столом, Чарли неуверенно прикусила губу, вовсе не успокаивая ни себя, ни человека напротив. — Я-я… — голос предательски дрогнул и она мыслено выругалась на саму себя, ведь она представляла как скажет это тысячу раз за этот день, а сейчас даже подобрать слова сложно. — Моя родня…

«… нет. »

— Моя родня созвонилась со мной, — нагло врав, она продолжила. — Они решили свои финансовые проблемы и…

« Нет.»

— Завтра приедут забрать меня.

« НЕТ.»

Боль.

      Ногти впились болезненно в колено, сжимая от гнева внутри. Дрожь еле сдерживается, а зубы, кажется, скрипят. Он опустил глаза, чтобы не напугать блондинку глазами, что окрасились в цвет его гнева. Злость бурлила, пробуждая ту черту в нем, что он за эти недели не выпускал, заперев под крепкий замок. Лишь бы не испугать ее. Чтобы не навредить. И ради чего? Чтобы она ушла от него?       Чтобы тепло пропало и мерзкий холод окутал его душу именно тогда, когда он привык? Стал зависим… — Так ты из-за этого переживала, милая? — наконец заговорил он, успокаивающе глядя на нее. — Ну, это ведь не конец света, я могу навещать тебя или же ты можешь- — Не могу. — резко перебив, она поджала губы и с печалью дополнила. — Туда, куда я отправлюсь, мы не сможем увидеться… не ближайшие несколько лет уж точно.       Глаз нервно дернулся. Он окинул взглядом Чарли, замечая ее расстроенный вид, как если бы ей самой не хотелось этого. Смуглая рука потянулась вперед, касаясь нежных пальцев, которые она теребила. — Выглядит так, будто ты сама не хочешь возвращаться.       Поднимая голубые глаза, она забегала тревожно по лицу, что на мгновение ей показалось знакомым демоническим. Морнингстар знала, что печалиться не стоит - они встретятся однажды вновь. Точнее они уже встретились, просто об этом Аластор не знает. — Я должна. — Нет, не должна, — тут же бросил он ответно, сжав руку и нахмурившись. — Ты можешь остаться здесь, если того пожелаешь.

Каркас рушился. Маска треснула.

— Мы можем жить как раньше вдвоем и-       Ее теплая, такая гладкая и мягкая ладонь коснулась его губ, прерывая. Улыбнувшись с заботой, она разглядывала его лицо, как будто в последний раз и это ранило сильнее, чем ножи в спину. — Однажды мы встретимся, — говорила она почему-то уверенно, так, словно она знала будущее наперед. — И у нас будет очень много времени, чтобы провести его вместе, обещаю.       Дав такое обещание, она осторожно убрала руку и ждала ответную реакцию: обиду, печаль, злость. Что-то такое, что могло бы ранить достаточно, чтобы отпустить. — Ясно, — ответил он холодно, убирая руку и создавая дистанцию. — Тогда тебе нужно отдохнуть перед дорогой.       Аластор не смотрел на нее. Встретился взглядом с официантом, подозвал его, попросил счет и все это без прежней теплой улыбки. Он не улыбался, от слова совсем.       И как же сердце кровоточило от всего этого. Но так было правильнее.       Опустив глаза, она кивнула. Дальше все было как в вакууме: они молча оделись, прошли бурно разговаривающих о чем-то людей, вышли на улицу и шли в сторону, где стояла машина Хаска. Шатен открыл ей дверь, а когда дама оказалась внутри, спокойно закрыл и наказал должнику отвести ее домой. Услышав, что тот не поедет, Чарли встрепенулась. — Мистер Аластор, погодите- — Я приеду позже, моя дорогая, — перебив, он мягко улыбнулся, как бы успокаивая, но тем не менее не скрыв пустых глаз. — можешь не тревожиться.       После этих слов, машина тронулась, увозя Магне из города. Дождавшись когда машина скроется за углом, Аластор двинулся в другую сторону, уходя за переулок. Достав полупустую пачку Мальборо, тонкие пальцы достали сигарету, в то время как вторая рука щелкнула колесиком от зажигалки, подавая искру. Остановившись где-то в темном месте, он скрылся от чужих глаз. Его присутствие сдавало только дымка исходящая от сигареты, да и то, серый пар растворялся с влажным воздухом. Пару капель с неба коснулись его прямого носа и щек, намекая, что следует зайти в помещение, если в планах не было промокнуть под дождем. Но, быть честным, волновало ли его это сейчас? Нет. Будет ли волновать его если он заболеет? Нет.       Единственное, что его волновало это Чарли. Ее улыбка и глаза. Ее тепло. Ее скорое отсутствие. — Дура! — прозвучал хриплый голос, вместе со шаркающими и стучащими каблуками. — Ты совсем из ума выжила?!       Шаги были направлены в темный переулок, сопровождающие с пугливой и гневной перепалкой. Пузатый мужчина тащил грубо женщину за руку в безлюдное и темное место, отчитывая и явно имея плохие мотивы. — Роберт, п-погоди-! — знакомый голос дрожал, внезапно переходя в хрип от того, что женщину зажали у стены, больно ударив об кирпичную стену головой. — О-отпусти, мне больно…       Брюнетка хрипела, хватаясь исхудалыми руками за массивное запястье и пытаясь убрать руку мужчины со своей шеи. — Больно? Сейчас тебе больно? А чем ты думала, когда позорила меня перед моей коллегой?! — кричал на нее уродство, сжимая глотку той, которой когда-то клялся защищать. — То, что у тебя выкидыш был недавно, вовсе не дает право тебе плести чушь, что я сплю с Джоанной!       Зеленые глаза начали закатываться вверх, а дыхания совсем не хватало, от чего зрение стало мутнеть и тело ослабевать. Почувствовав это, мужчина отпустил ее, позволяя продышаться. — Который день мне мозг ебешь своим ребенком! — бранная речь резала по ушам, а его усмешка вызывала рвотный рефлекс. — Хочешь ребенка? Я дам тебе его!       Если брюнетка думала, что все закончилось, то ее муж думал по другому. Схватив худые белые запястье, он поднял свою жену, развернув ту лицом к кирпичной стене, гневно поднимая красивое платье. Его рука с золотой печаткой больно держала жгучие кудри, сжимая их так, чтобы та не двигалась.       Любой бы понял, что могло произойти сейчас. И, по иронии судьбы, любой прошел бы мимо, решив, что это дело супругов.

И как же хорошо, что Аластор не относил себя к большинству.

— Прошу прощения.       Прозвучал бархатный голос позади, что заставило мужчину замереть, поворачивая голову в сторону звука. Серые глаза прошлись по темному закоулку, щурясь и не обнаружив никого. Но приглянувшись куда-то, он в ужасе дернулся, заметив кое-что.

Алые глаза.

      Светящиеся из тьмы глаза коснулись позвоночки, пуская мурашки, от чего мужчина отпустил жену, застегивая ширинку и прижавшись к стене. Не дожидаясь, из тени показался радиоведущий, что поджигал новую сигарету. — Кажется, Вы выбрали не подходящее место для выяснений отношений.       Произнес он, выпуская дым и сделав еще один шаг к ним. Радиоведущий улыбался как ему свойственно, но от этой улыбки мужчине становилось дурно и не по себе. — Не знал, что здесь кто-то есть, — пассивно выплюнул "Роберт" и ту же потянулся к жене. — Не будем Вам беспокоить, вставай.       Но женщина шлепнула его по руке и сверкнула изумрудными глазами, подчеркнутые черными бровями. Ох эти глаза…

«… полны ненависти. »

      Такой ярой ненависти, как если бы она желала ему смерти. Шатен не видел такие живые глаза, когда впервые ее увидел и этого хватило, чтобы перехватить руку, замахнувшуюся на нее.       Доля секунды и мужчина отлетел к стене, закряхтев и плюясь кровью. По звукам было слышно, как у жирдяя хрустнули ребра, вероятнее всего сломались. Зеленоглазка с шоком глядела на это, не веря как такого тяжеловеса откинули так просто. — Я окажу Вам услугу, а Вы мне, ладно? — с хищной улыбкой сказал обладатель алых глаз, присев на корточки к даме. — Вас здесь не было и "мужа" Вы не видели… Как и меня.       Подняв даму, он дождался ее нервного кивка. Она все также смотрела на стонущего от боли мужа, но когда длинные пальцы в черной перчатке коснулись ее лица, она встретилась с дьявольскими очами, спрятанные за окулярами. — Это уже не Ваша проблема.       Его голос внушал ужас и странную уверенность, от чего брюнетка шумно сглотнула ком и кивая зашагала в другую улицу. Аластор же проследил за ней только взглядом, следом расплываясь в широкой улыбкой.       Тень его задвигалась, расходясь по другим стенам и окружая раненого. Сверкая алыми глазами, он шагнул в сторону мужчины, что стал отползать в сторону оживленной улицы. Схватив того за шкирку, Аластор легко потащил того в закоулок в котором прятался ранее, второй рукой докуривая сигарету и отбрасывая ее в сторону. — Нет-нет… пощади… забирай все что пожелаешь!       Взмолившись, тот пытался вырваться, но боль и вес не помогали ситуации. Бросив мужчину в угол, Аластор засмеялся. Весело, жутко, маниакально. Его рука схватила деревяшку с гвоздями, с блеском в глазах рассматривая свое оружие. — Ох, ты не переживай, — стук его туфлей эхом отбился по месту. — Я заберу все, что захочу, в том числе твою ничтожную жизнь.       Огненные глаза, широкая улыбка и доска с ржавыми гвоздями - последнее, что увидел то подобие человека, что звало себя «мужчина». Багровая жидкость брызнула на лицо и белую рубашку. Гвозди раздирали тело полное жира, пуская струи "свиной" крови на темный асфальт и пачкая лакированные туфли, что он натирал каждое утро. Это "животное" хотело верещать, кричать, но зловещая тень забрала голос, не позволяя даже пискнуть. А на душе все равно было хорошо. Пульс ускорился, а руки поднимались и опускались непрерывно, раз за разом нанося удары и порезы. Будь его воля он бы смеялся. Смеялся бы от удовольствия и из злости, что все еще кипела в нем. Аластор не знал как выглядит родня Чарли, но представлял, как на месте этого мужчины был ее строгий отец, что так нагло бросил собственную дочь и только сейчас решил объявиться, когда у них все так прекрасно шло. Или же старший брат, что мог криком вынудить ее вернуться к ним.

« Почему именно сейчас? Почему именно ее нужно у меня забрать?..»

      Дыхание сбилось, а он все продолжать превращать лицо мужчины в некрасивое месиво, не заметив как на одном гвозде осталось глазное яблоко. Прямо таки виноград на шпажке.       Когда он все же остановился, радиоведущий засмеялся грудным смехом, касаясь перчаткой влажного, от начинающего дождя, лица и размазывая капли крови по щеке и лбу. Тихонько его дыхание восстановилось и он довольно выдохнул, чувствуя такое родное удовольствие от убийств.

« Все-таки мне не хватало этого…»

      Подумав про себя, он снял перчатку и зарылся чистой рукой в волосы, на которых блестящими каплями осели бусины весеннего дождя, слыша как сердцебиение замедляется и излюбленный адреналин отпускает. Мысленно он уже начал думать, как сейчас незаметно заскочит к Рози, сменит там одежду и на такси поедет домой. Как увидит излюбленные голубые глаза, коснется руками ее мягких щек и попытается уговорить ее остаться. Пустит в ход все свои навыки прирожденного манипулятора и найдет ключик к этому желанному сердцу. — …Аластор?

Эхом прозвучал ее голос позади.

« Что?..»

      Обернувшись, свет вдали осветил окровавленное лицо, позволяя синим сапфирам тревожно забегать по нему и медленно спуститься к его руке, в которой он держал орудие убийства.       Ее грудь вздымалась — по всей видимости, та пробежала несколько улиц — а волосы и платье стали немного мокрыми от дождя, что потихоньку усиливался. — Что ты… сделал?       Моргнув пару раз глазами, Аластор незаметно ущипнул себя, проверяя не очередной ли это кошмар, что мучал его переодически. Однако когда он не проснулся и испытал боль, холод охватил легкие.

      Темная его душа рухнула в ноги.

Он не спал.

Чарли правда была здесь. Она смотрела на него шокированным взглядом, прямо также как в его кошмарах. Смотрела на серийного убийцу.

— Ч-Чарли?.. — голос непривычно дрогнул и мотнул головой к еще теплому трупу и доске в его руке, следом откидывая оружие и делая шаг к ней. — Кхм… Милая, это не то чем кажется.       Шестеренки зашевелились в кудрявой голове, включая критическое мышление и пытаясь зацепиться за какое-либо логичное оправдание. А впрочем был ли у него какой-то вариант? Тут ведь факты на лицо. Точнее на одежде и в безумных глазах. — Ты убил его…       Тихо прошептала блондинка, не смея двинуться. Кареглаз дернулся к ней, механически протянув руки, но заметив куда ее взгляд устремлен, отдернул окровавленную перчатку, не смея коснуться белоснежной кожи. — Шарлотта, я могу объяснить-!

Голоса полисменов послышались за углом, привлекая внимание их двоих.

« Твою же мать!»

      Он мотнул головой в другую сторону, думая уже о том, как схватит блондинку за руку и даст деру по другой улице.

« Однако это привлечет внимание, особенно это ее белоснежное платье… »

      Выругавшись про себя, он обернулся, в спешном порядке накидывая вариант спрятаться в темном закоулке, припрятать труп и помолиться, что полицейские окажутся слепыми, иначе… ему придется прирезать их всех в этом месте на ее глазах.

« Нельзя. Не при ней! »

      Паника читалась в его лице, несмотря на кривую улыбку и демонесса заметила это, понимая, что ему нельзя попасться в таком виде.

Нужно было действовать и быстро.

      Коснувшись его голой руки, принцесса перекинула ее через плечо, второй рукой обняв за талию и прижав ближе к себе. Подняв голову к нему, она встретила сконфуженный взгляд от внезапности ее действий. Вот только непонимание сменилось потрясением. Вместо голубых глаз на него смотрели не человеческие красные. Щеки стали неестественно красными, а в след за ними красные губы окрасились в черный, контрастируя с белесой кожей. — Держись крепко.       Сказала она строго, схватившись за парня крепче. Белые туфли треснули, разламываясь и вместо них показались крепкие копытца, которые громко ударились об асфальт, проламывая его.       В следующую секунду, после ее прыжка, они подлетели в воздух, возвышаясь над живым городом, позволяя ветру испортить прически.

Тогда мир на мгновение остановился.

      Были только они двое и Луна, что возвышалась над их темными душами, своим светом связывая вместе. Пока ее алые глаза смотрели вниз, решая куда они могут приземлиться, Аластор не мог свести взгляда с рогов, что возникли из под блондинистых прядей. Брови почти соприкоснулись в переносице, а глаза передавали все его негодование. — Твою то мать и где же… нашла!       Выругавшись про себя впервые перед Аластором, она ахнула, наконец находя то, что искала. Не спрашивая разрешения, Чарли в полете взяла радиоведущего под колени и спину, словно он был принцессой в беде, а вовсе не она. Хотя, в какой-то мере так и было. Органы внутри будто прижались к мышцам и костям, подвергаясь гравитации и сразу дав понять, что они идут на снижение. Мысленно пожелав не умереть сегодня, Аластор обхватил рукой ее маленькие плечи, случайно пачкая кровавой перчаткой и прикрыв глаза от ветра, что стал бить в лицо. Словно комета, они пролетели над городом столь быстро и не заметно, прежде чем копытца столкнулись с рыхлой землей на территории Хантеров.       Открывая глаза, они заметили знакомый дом, до которого на машине обычно ехать полтора часа. Улыбнувшись тому, что они не в городе , Шарлотта спустила радиоведущего, ставя его на землю. — Вроде не попались… — произнесла она со вздохом, двинув к дому, чтобы не стоять под дождем в грязи. — Надо же, впервые папины уроки пригодились!       Как ни в чем не бывало, она усмехнулась, стукнув копытцем об первую ступеньку, но следом замирая. Аластор бесстрашно схватил ее за когтистую руку, глазами забегав по ее лицу. — Кто… Что ты… такое?       Деревья заинтересованно зашелестели, разделяя интерес шатена. Сил держать улыбку не было - мозг бросил всю энергию на эту хватку и вопрос, ответ на который он должен узнать прямо сейчас. Не простит себе и уснуть не сможет, если не услышит от нее разъяснений.       А Чарли не смеет более скрывать правду. Ему врать ей никогда не нравилось, потому она со спокойствием на душе даст ему любой правдивый ответ, что он желает от нее.

Ведь он заслуживал этого.

— Я Чарли Морнингстар, — произнесла она, сверкнув кровавыми глазами. — Принцесса Ада.

***