Арианна VI

Арианна VI

      Водные Сады действительно были потусторонним местом. Временами казалось, что это бьющееся сердце Дорна, где все встречаются, смеются и веселятся. В других случаях это было местом, где можно было уйти от реальности, поскольку там были только птицы, звук капающей воды в бассейнах и различные деревья и растения, окружающие вас, запиравшие вас в месте, запертом от внешнего мира.       Это был один из таких случаев, но она была не единственной, кто наслаждался комфортной тишиной.       «Значит, ты уходишь?» — мягко спросила Арианна, падая в свое удобное кресло, откидывая волосы в сторону и наклоняясь вперед, чтобы откусить кусочек винограда, лежавшего на тарелке с фруктами на столе перед ними.       Квентин сидел напротив нее, его волосы были слегка растрепаны, а лицо было таким же спокойным и строгим, как всегда. И все же Арианна чувствовала, что с его братом что-то не так. Он выглядел потерянным, даже немного мрачным.       Как он мог быть таким мрачным, когда у него было все, что он просил?       Дорн был у него на ладони. Он уничтожил последнего из своих врагов, и теперь его правление было почти неоспоримым. Больше препятствий не было. Он, по сути, избил ее.       Тогда почему он выглядел как потерявшийся щенок?       Время пролетело незаметно, а ее брат так и не ответил на вопрос.       Она посмотрела в его темно-карие глаза, которые почти точно отражали ее. Но это было безнадежное дело. Глаза ее брата были пустыми и угрюмыми и, кажется, удерживали любые эмоции, вытекающие из его тела.       Она снова заговорила.       «Что-то не так?» — Спросила она.       На этот раз ее брат отреагировал быстрым движением головы вверх, словно просыпаясь ото сна, и недоуменно посмотрел на нее.       «Нет», — Он покачал головой, пытаясь уложить волосы на место, и пригладил свои кудри, пытаясь уберечь свои темные волосы от падения ему на глаза. — «Я просто думал. Думал о многом».       «Ты слишком много думаешь», — Арианна усмехнулась, взяв в руки несколько виноградин, наслаждаясь сладким вкусом, оставшимся на языке с каждым кусочком. — «Тебе следует просто наслаждаться моментом. Отдохни от… того, что ты делаешь».       Квентин некоторое время смотрел на нее, его шрам, как будто, насмехался над ней, являясь ярким напоминанием о том, когда она потеряла Дорн, и о последствиях, которые ее брат заплатил за ее безрассудство.       Он выпрямился в своем кресле и посмотрел на тарелку с фруктами, рассматривая каждый из множества вариантов, стоящих перед ним. Тем не менее, он проигнорировал разноцветные и странной формы фрукты и выбрал персик; чувствуя его в своих руках, когда он взял его и откусил от него кусочек.       Сок вылился изо рта Квентина, когда он на мгновение закрыл глаза и попытался оценить вкус.       «Возможно я должен», — Наконец он сказал. — «Но я не могу сделать это прямо сейчас. Не тогда, когда на карту поставлено будущее нашего Дома».       «Ты звучишь так зловеще», — Она смеялась. — «Пусть они сражаются за свой драгоценный трон. Мы соберем осколки».       Квентин усмехнулся.       «Именно это планирует сделать отец», — Он покачал головой. — «Ничего не делать и ждать. Но чего ждать? Чтобы юная девушка волшебным образом нашла путь из Ваес Дотрака в Вестерос. С какой армией? Какой казной? Каким флотом?»       «У тебя есть идеи получше?» — Спросила Арианна у брата.       «Да. Мы должны привести ее сюда, прямо сейчас», — Квентин агрессивно откусил кусочек персика и продолжил. — «Отец все время говорит о своих так называемых шпионах, которые могут вызволить последнюю Таргариен из ее дотракийской клетки. Почему этого не произошло? Чего он ждет? Чтобы она волшебным образом вылупила драконов и прилетела сюда?»       Квентин разразился неконтролируемым смехом.       «Ожидание – неплохой вариант», — Он продолжил. — «Но ждать, и ничего не делать, — это вообще не вариант. Если у отца есть план, ему лучше привести его в действие как можно быстрее, иначе победитель в конечном итоге будет диктовать нам свои условия еще до того, как мы окровавим наши клинки».       «Лучше пусть наши враги окровавят свои клинки между собой», — Возразила Арианна.       «Я думал, мы все за справедливость?» — Недоуменно спросил Квентин.       «За месть», — Поправила его Арианна.       «Без разницы. Справедливость или месть — это не имеет большого значения. Важно то, что Ланнистеры вполне могут быть побеждены нашими противниками, и, несмотря на все разговоры дяди Оберина о том, как он хочет убить Гору, у нас может не появиться такого шанса, если другие наши враги сделают это за нас!» — Квентин глубоко вздохнул. — «Все говорят о справедливости и мести тем, кто обидел нас. Но что произойдет, если те, кто обидел нас, будут убиты? Заявим ли мы, что наша месть удовлетворена, и преклоним колени перед теми, кто их убил? Или мы распространим нашу месть на всех, кто мог быть причастен к ним? Если мы хотим добиться справедливости и мести, мы должны действовать как можно скорее, иначе ее у нас украдут».       «Ты можешь быть прав», — Арианна призналась, не зная, что сказать. — «Но отец решил иначе».       «Наш дорогой отец начинает сводить меня с ума», — Квентин взял бокал вина и осушил его одним глотком, поморщившись при этом. Ни для кого не было секретом, что ее брат не любил вкус алкогольных напитков. — «Подожди этого. Подожди того. Подожди еще чего-то, того, что может никогда не случиться. Просто возьми Дейенерис Таргариен и приведи ее сюда, если сможешь, ради всего святого».       «Ты поднимаешь такой шум из-за того, кто несколько Лун назад сказал мне, что нам нужно набраться терпения», — Она дразнила.       «Я сказал, что нам не нужно быть безрассудными», — Ее брат уточнил. — «Я сказал, что неразумно торопиться с какими-либо наступательными действиями. Но если наши наступательные действия методично планируются так, чтобы не оставлять сомнений в нашей победе, то почему бы и нам этого не сделать? Отец мог бы послать несколько символических воинств охранять Костяной путь и Принцев перевал, но ничего не будет сделано, пока на нашем пути не произойдет какое-то божественное вмешательство. Я действительно не понимаю его»       Арианна усмехнулась.       «А кто его понимает?» — Она улыбнулась, поднеся к губам чашку вина, в то время как Квентин вернулся к своему торжественному состоянию.       «Я не понимаю, почему отец так хочет отправить меня за стол переговоров с Тиреллами и Ренли Баратеоном», — Квентин молча злился. — «Было бы так много разных способов сделать это, но отец хочет, чтобы я нашел время. Время для чего? И как?»       «Ты умный, ты что-нибудь придумаешь», — Арианна почувствовала, что теряет контроль над своими эмоциями.       Действительно ли он жаловался, что собирается сбежать из позолоченной тюрьмы Дорна? Она с трудом могла в это поверить. В конце концов, он всегда говорил об исследовании мира, от Летних островов до Йи-Ти, и теперь, когда появилась возможность сделать именно это, он не был в настроении ею воспользоваться? Должно быть, он шутит.       «Придумать что?» — Он спросил. — «Должен ли я просто прийти на их переговоры и сказать: «Привет всем, на самом деле мы не заинтересованы ни в ком из вас, но если бы вы могли подождать еще несколько Лун, чтобы убивать своих врагов, потому что нам нужно время, чтобы подготовиться к нашей необычной реставрации Таргариенов, которая было бы замечательно. Вы согласны?» Я просто не понимаю, что я могу сделать, чтобы задержать их дольше, чем ожидалось. Может быть, играть на внутренних разногласиях, но это не на долго их задержит, и мне нужно будет разобраться в них, а это займет время. Отец говорит, что я могу потерпеть неудачу, но в Дорне есть много вещей, которые потребуют моего внимания, на которые я не смогу повлиять».       «Если это тебя утешит, я должна поехать в Хайгарден, чтобы встретиться со своим женихом», — Она саркастически ответила ему. — «Радуйся, что у тебя еще есть свобода, ибо моя продлится недолго».       «Моя свобода…», — Засмеялся Квентин. — «Сейчас это последнее, что мне нужно. На самом деле, мне скоро понадобится свадьба».       «Ты женишься?» — Арианна подняла бровь. — «Я думала, тебе очень нравится твое нынешнее положение».       «Да, мне нравиться», — Он кивнул в ответ, его голос слегка надломился. — «Я бы хранил ее так долго, как только мог, если бы мог. Но реальность такова, что мне нужно скоро выйти замуж и иметь наследника или наследницу, чтобы подтвердить мое положение как наследника Дорна. Пока у меня этого нет, моя позиция всегда будет оспариваться».       Это было интересно. Неужели Квентин действительно так неуверен в своем положении? В таком случае была возможность… может быть… повернуть ход событий в свою пользу? Нет, она в очередной раз прогнала подобные мысли из головы. Она знала, на что намекает ее брат, и не стала бы рассматривать такой вариант.       «Жениться? Но на ком?» — Вместо этого спросила она. — «Ты сказал, что не желаешь жениться на Айронвуде или Фаулере. Это уменьшает возможности, и ты знаешь, что не сможешь жениться на Нимерии».       «Я знаю…», — Вздохнул Квентин. — «Может быть, в другом мире Ним могла бы быть узаконена как дочь Старой Крови Волантиса, привязывающая нас к Вольным Городам, но это не тот мир, в котором мы живем. Я рассматривал несколько вариантов. Далила Фаулер была одной из них, но это не было хорошо принято Айронвудом, или любыми дорнийскими домами, если уж на то пошло, Мирия Джордейн и Самира Джордейн оба великолепны, но, поскольку наш дедушка уже был из этого дома, любой брак тоже не был бы хорошо встречен. Когда-то Лина или Сильва Уллер были возможны, но больше нет, а Джинесса Блэкмонт уже обручена. На самом деле, остается только Валене Толанд, принадлежащей к уважаемому Дому соленых дорнийцев и имеет связи с Домами каменных дорнийцев и Штормовыми землями, и даже, с Вольными города, а я уже достиг совершеннолетия, чтобы получить наследника. Это в сочетании с тем фактом, что у меня хорошие отношения с ней и Домом Толанд, делает ее лучшим кандидатом для меня. Но отец и слышать об этом не хочет».       «И она красивая с такими ярко-рыжими волосами», — Арианна дразнила своего брата, который закатил глаза. — «Она тоже хороша в постели?»       «Красивая и умная. И да», — Щеки Квентина слегка покраснели. — «Но вряд ли это имеет для меня значение. Для меня важно другое».       «Ты боишься потерять Ним», — Она ответила сочувственно.       Арианна знала, что Квентин никогда не признается, что любит свою кузину. Она не знала, было ли это потому, что он считал это признаком слабости, или потому что он знал, что их любви никогда не будет, или даже не дай Боги, что он был настолько глуп, чтобы думать, что Ним не ответит на нее. В каком-то смысле она завидовала Квентину за то, что он знал, что такое любовь.       Арианна никогда никого не любила. Она заботилась о людях. Она чувствовала определенные вещи в отношении других. Но это никогда не была любовь. Ей двигало удовольствие, похоть, амбиции или самореализация, но никогда не любовь. Она сблизилась с Деймоном, но ее отношения с ним были скорее дружескими, она могла ему довериться, но их отношения были не теми, чтобы она могла бы представить, что проведет остаток своих дней с ним.       Сможет ли она когда-нибудь полюбить Уилласа Тирелла так, как ее брат любит Нимерию? Не знать было страшно. И ее отец, и дядя говорили им, что иногда ты научишься любить людей, с которыми ты рядом, как это сделали ее бабушка и дедушка, но даже это была непостоянная надежда. Она ничего не знала о наследнике Хайгардена, и он ничего не знал о ней. Смогут ли они заставить это работать?       «Может быть», — Квентин наконец ответил, боясь признать ужасную правду. — «Возможно, я боюсь не ответить на любовь, которую кто-то дает мне, если мое сердце обращено к кому-то другому».       «Твоя жена не осудила бы любовников», — Сказала она брату.       «Может быть. Но я бы это сделал», — Квентин пожал плечами. — «Это было бы несправедливо по отношению к ней. Это было бы самым эгоистичным поступком, который я мог сделать. Я не знаю. Возможно, еще есть время подумать об этих вещах».       «Время…», — Размышляла Арианна. — «Считай, что тебе повезло, потому что у меня нет времени. Через несколько Лун я поеду в Хайгарден и встречусь с мальчиком Тиреллом. И тогда время истечет».       «Не обязательно», — Ответил Квентин.       «Что ты имеешь в виду?» — Растерянно спросила Арианна.       «Твоя поезда в Хайгардене — всего лишь познакомиться с Уилласом Тиреллом, не так ли?» — Квентин улыбнулся. — «Брачный договор пока не заключен».       «И скажи пожалуйста, брат, что может быть лучше, чем наследник Хайгардена?» — Прошипела она в ответ. — «Или ты изменил свое мнение о Роббе Старке?»       «Я не передумал», — Он полез в мешочек на рубашке в поисках бумаги. — «Прочитай это».       Арианна взяла лист бумаги, сложенный на более мелкие части, и начала медленно читать его содержимое. Как только она прочитала первые слова, она нахмурилась, а по мере того, как слова на листе бумаги продолжались, это хмурое выражение лица сменилось удивлением и замешательством.       «Ты сумасшедший», — Наконец она выдохнула после того, как ей нужно было на мгновение перевести дыхание, и медленно вернула бумагу брату.       «Я просто сообщаю тебе, что такая возможность существует», — Спокойно сказал квентин.       «Это… нет… нет», — Арианна заикалась.       «Это ты, кажется, умираешь внутри каждый раз, когда я упоминаю Уилласа Тирелла», — Квентин пожал плечами. — «Если наследник Тиреллов тебе по душе, то непременно выходи за него замуж. Я не буду мешать твоему счастью. Но если ты окажешься несчастной, то подождите несколько Лун».       «Нет никакой гарантии…», — Начала Арианна.       «Никакой, спасибо отцу», — Сказал Квентин.       «Ты злее, чем он», — Сказала Арианна брату.       «Возможно», — Согласился Квентин.       «Как?» — Спросила Арианна.       Квентин пожал плечами и поднялся со своего места, взяв с собой еще один персик и откусив большой кусок.       «Я просто хотел, чтобы ты знала, что такая возможность существует, прежде чем я уйду, и ты была бы в курсе фактов», — Он указал; его рот полон фруктов. — «Чтобы ты знала, что возможность остаться принцессой существует, какой бы непостоянной она ни была».       Арианна уставилась на него, слабо кивнув, ни на секунду не веря, что что-то из этого произойдет, и смотрела, как Квентин собирается уйти. Ее брат скоро должен был уйти в Простор, а она вскоре пойдет туда же, но только уже ради другой цели.       Забавно, как я ненавидела, когда он приходил, и буду ненавидеть его, потому что он уходит.       «Квентин», — Арианна внезапно поднялась и догнала его. — «Я никогда не говорила тебе, что мне жаль».       Арианна поднесла пальцы к шраму на лице брата, проведя по нему, когда одинокая слеза скатилась по ее щеке.       «Ну, сейчас самое подходящее время, как и любое другое», — Она улыбнулась, крепко обняв его. — «Мне очень жаль, Квент».       Квентин ответил на объятие и притянул ее ближе, образуя крепкие объятия, когда они встретились глазами. Брат пригладил ей волосы и поцеловал ее в лоб.       «Я уверен, что ты прекрасно справишься в Хайгардене, Ари», — Он улыбнулся, разрывая объятия. — «Мы скоро встретимся снова, обещаю».       «Я не такая сильная, как ты думаешь», — Она призналась.       «Я не согласен», — Он улыбнулся в ответ. — «Ты гадюка. Змеи прячутся среди садов и точно знают, когда нанести удар, а когда спрятаться. Думаю, с тобой все будет в порядке».       «Я тоже надеюсь на это», — Она кивнула, наблюдая, как ее брат медленно покидает сад. Внезапно она покачала головой и закричала.       «Насколько велик шанс?» — Спросила она.       Квентин обернулся и на мгновение задумался.       «Его почти нет», — Он ответил правдиво. — «Но почти ничего лучше, чем вообще ничего».       И с этим он ушел.       И Арианна еще никогда не чувствовала себя такой одинокой.