Дочь дорнийского дракона

Дочь дорнийского дракона

      Под ярким дорнийским солнцем, которое лишь на мгновения скрывалось под редкими миленькими облаками, начал выгружаться конвой кораблей, идущий с севера.         Их заметили более часа назад далеко на горизонте, их фигуры было легко заметить в спокойном бирюзовом море, окружающем Призрачный Холм.         Эти корабли принесли большой пыл и активность. Действительно, это были не обычные корабли, это были те, на борту которых находились последние дорнийцы, пришедшие из столицы. Первый конвой прошел меньше недели назад, но направился прямо в Солнечное Копье, не останавливаясь в порту Призрачного Холма.         Этот, однако, решил пополнить запасы здесь, и именно отсюда многие из дорнийцев уйдут обратно в свои крепости.         Валена Толанд находилась среди толпы любопытных простых людей и торговцев, прокладывая себе путь вместе со своей матерью и почетным караулом. Их отец, в свою очередь, остался в замке, чтобы подготовить приветственный праздник, а также комнаты для всех.         Мать Валены также запланировала приветственный пир. По крайней мере, официально. Неофициально это был праздник в честь завершения дорнийской мести, клявшейся многими дорнийскими лордами более пяти и десяти лет назад.         Рядом с ней стояла ее сестра Теора. Годы, проведенные ее младшей сестрой в Солнечном Копье, принесли ей много пользы, и она выглядела почти как близнец Валены, несмотря на свой гораздо младший возраст. Теора, однако, заплетала волосы в косу, в то время как Валена предпочитала, чтобы они распускались по обнаженной спине, а ее желтое платье позволяло создать пышную U-образную форму на спине, что большинство дам королевства сочли бы скандальным.         Небольшая компания выходила с корабля, украшенного солнцем и копьем Дома Мартелл. Лошади, мужчины и женщины высадились на берег, но никто так и не увидел того, кого все ждали.         Внезапно по толпе пронесся крик, и началось движение в сторону одного из кораблей справа от порта. Это была «Ночь», корабль меньшего размера, чем большие каракки, на которые смотрела группа, ожидающая под знаменем зеленого дракона. Однако именно там собирался народ.         Стражники прошли мимо сгущающейся толпы, пока наконец не увидели источник аплодисментов. На набережной рядом с Ночью стояла пара узнаваемых фигур, среди них принц Оберин и принц Квентин.         Обоих принцев Мартеллов буквально осыпали одобрительным возгласами, им на пути бросали десятки цветов. Однако мысли матери Валены были сосредоточены совершенно на другом.         — Ты видишь меч принца, Валена? — Спросила она ее.         — Да, мама, — Ответила она в замешательстве: — Но к чему это?         — Посмотрите на навершие, — Сказала она ей.         Валена прищурилась, пытаясь рассмотреть это. Она смогла различить формы, и тут ее осенило.         — Оно похоже на льва, — Отметила она.         — Да, — Согласилась ее мать: — Действительно лев….         Валена нахмурилась; она не понимала, на что, очевидно, намекала этим ее мать.         — Грядут перемены, дорогая, — Она снова улыбнулась, прежде чем позвать их идти вперед.         Валена все еще не понимала. Тем не менее, она пошла за ней, стремясь поближе рассмотреть поздравление принца. Она почти не слушала, как мать короткой, заранее подготовленной речью приветствовала принцев в Призрачном Холме. Взгляд ее сестры Теоры блуждал, но ее глаза остановились на юном лорде Дейне, чьи бледно-светлые волосы можно было легко спутать с волосами принца Таргариенов, а его темно-голубые глаза явно придавали ему преимущество.         Но Валену не интересовал мальчик Дейн, нет. Ее глаза были явно прикованы к младшему принцу Мартеллов.         Многое изменилось с момента их первой встречи два года назад в Призрачном Холме. Принц Квентин стал немного выше, его глаза приобрели золотой оттенок, его телосложение стало стройнее, а волосы стали немного длиннее и волнистее, чем раньше. Конечно, теперь на правом боку у него появился шрам, койрывающий большую часть лица, но это не портило его внешний вид. Даже наоборот. Его улыбка все еще была очаровательной, и она вспомнила ночи, проведенные вместе под светом яркой луны.         Тогда времена были проще. Они оба были милыми и невинными, и она до сих пор помнила, как дрожала в его объятиях, когда он целовал ее в шею. Оба знали, что это временно и что им придется расстаться. Но об их коротких ночах, проведенных вместе, Валена совершенно не сожалела, поскольку они оба извлекли из этого урок, лелея эти небольшие воспоминания.         Но самое главное, в то время рядом с принцем не было все время этой проклятой змеи.         Валена, конечно, не была глупой. Она знала слухи о том, что принц взял в любовники упорную женщину и у них уже была совместная дочь. Трудно было отрицать, что между ними что-то произошло или происходило.         Но в конце концов, она успокоила себя, независимо от того, кровь Мартеллов или нет, змея все равно осталась бастардом. А бастард, даже в Дорне, был ничем по сравнению с такой законнорожденной, как она, к тому же более красивой.         Это правда, что многое изменилось, и по мере того, как она росла, Валена научилась принимать свои будущие обязанности леди Призрачного Холма. Однако, как напомнила ей мать, теперь на кону стоял новый приз: Солнечное Копье.         Все сначала спорили, с кем Доран обручит своего сына, а потом отшучивались. Принц не имел реальной власти над своим сыном, и было очевидно, что принц сам выберет себе невесту. Ее мать напомнила ей, что принц Квентин умен и знает, что не сможет жениться на своем незаконнорожденной кузине. Тогда на ком?         Слухи были дикими. Некоторые думали, что принц по-прежнему верен Айронвуду и женится на маленькой девочке Гвинет. Другие думали, что принц выберет девушку, более близкую ему по возрасту, либо одну из сестер Фаулер или Джордейн, либо, возможно, одну из Блэкмонтов. Другие говорили имя Валены, а некоторые предположили, что принц даже не станет беспокоиться и отправит делегацию в Волантис, чтобы узаконить свою кузину и жениться на ней, чтобы связать себя со Старой Кровью!         Некоторые слухи, еще более дикие, предполагали, что принц соблазнил розу Хайгардена и что маленькая Флорис Баратеон, предположительно рожденная от союза Ренли Баратеона и Маргери Тирелл, на самом деле была ребенком принца! Будущая королева тогда протянула бы руку своему возлюбленному в уничтожении Ланнистеров в обмен на свое место рядом с ним на Солнечном троне. Но опять же, Флорис Баратеон якобы обладала чистыми чертами Баратеонов. Слухи оставались слухами.         Но суть осталась прежней. Новой принцессе-консорту, скорее всего, придется согласиться стать второй после девушки бастардки. И хотя многие женщины и девушки с радостью приняли бы такое предложение, хотя бы ради того, чтобы выйти замуж за принца и получить престижное положение, которое оно влечет за собой, Валена не придерживалась того же мнения.         О, ей очень понравилась эта позиция и этот мужчина! Принцесса-консорт не имела реальной власти, но о власти можно было договориться с ее будущим мужем, которого можно было направлять, если он не хотел ее делить… Что касается мужчины, то это была едва ли не лучшая часть этой сделки.         Но Валена не была тем человеком, который делился своими призами, тем более с бастардом.         Нет, если она собиралась сделать все правильно и получить Солнечное Копье, ей придется устранить это маленькое неудобство. Конечно, ей придется быть осторожной, общаясь с одной из дочерей принца Оберина, но ее мать не зря называли Дорнийским Драконом, и Валена гордилась тем, что является дочерью своей матери. Потребуется достаточное количество убеждений и интриг, чтобы оттолкнуть эту мелкую сучку.         Погруженная в свои мысли, Валена почти не отреагировала, когда к ней обратился сам принц.         — Миледи? — Спросил принц.         — Прости, мой принц, я потерялась в твоих глазах, — Валена подмигнула ему, заслужив забавную улыбку собеседника.         Однако, поскольку она ожидала, что змея, последовавшая за принцем, отреагирует на это, ее ждало разочарование. С ее стороны ни единой реакции, даже не нахмурилась. Хм…         — Ты стала очень красивой, Валена, — Добавил он.         — Ты тоже, Квентин, — Ответила она с ухмылкой: — Мы прошли довольно далекий путь от того, где были два года назад, не так ли, Убийца Львов?         Принц Квентин слегка улыбнулся в ответ.         — Да, это так, — Согласился принц.         С этими словами он обратился к ее сестре Теоре, а затем обменялся несколькими словами с ее матерью.         Поблагодарив их, он затем повернулся к толпе, собравшейся вокруг них, заняв выгодную позицию на небольшой куче камней.         Когда он собрался заговорить, толпа медленно замолчала, и принц Квентин произнес:         — Дорнийцы и дорнийки. Я вернулся из столицы, чтобы сообщить вам, что главы позорных деяний, совершенных более пяти и десяти лет назад, заплатили за все! Амори Лорх мертв, Григор Клиган мертв, Тайвин Ланнистер мертв! Каждый из них погиб от рук Мартелла!         Затем принц Квентин обнажил свой меч, который отчетливо блестел на дорнийском солнце. По толпе поднялся шепот.         — Валирийская сталь…, — Прошептала толпа в удивлении..         — Ответственные, конечно, заплатили, — Продолжил принц: — Но будет ли этого достаточно, чтобы выплатить долг, который нам причитается? Я спрашиваю вас, достаточно ли этого, чтобы заменить тысячи дорнийцев, отдавших свои жизни на «Трезубце» много лет назад? Стоила ли жертва ваших сыновей и дочерей жизней этих троих мужчин и того меча, который я взял с трупа Тайвина Ланнистера? Я говорю нет! Ланнистеры не выплатили свой долг! Ибо теперь тысячи сыновей и дочерей будут жить без отцов, тысячи сестер, которым придется жить без братьев, тысячи отцов и матерей, которые будут жить без сына, племянника, дяди, тысячи жен, которые будут жить без сына, племянника, дяди, я говорю, что наша месть еще не окончена! Я говорю, что те, кто нас обидел, все еще в долгу перед нами. Долг, который невозможно выплатить, ибо невозможно вернуть наших близких. За это нельзя заплатить кровью, но давайте хотя бы заплатим за это золотом. Годами они наживались на телах наших близких! Они обогатились на нашем горе! Они построили свои замки на том, что, по их мнению, было нашим пеплом! И позвольте мне сказать вам, мы не одиноки. Дорн не одинок в этой борьбе. По другую сторону Узкого моря есть союзники, которые также хотят, чтобы этот долг был выплачен полностью. За все наши страдания, нашу боль и наше горе наши враги ответят, и мы заставим их платить вместе с нашими новообретенными союзниками. Скоро мы разгромим их и наконец заберем то, что нам причитается. Я говорю, что дорнийцы должны восстать. Отомстить за своих сыновей и дочерей, отомстить за своих отцов и дядей, отомстить за своих близких и забрать то, что принадлежит им, как я! Я призываю всех дорнийцев поддержать меня, пока мы идем, чтобы забрать то, что нам причитается. Не какой-то мелкий трон или кровь на дурацком троне. Нет, я говорю, что мы идем к пустому Утесу Кастерли! Я говорю: мы не сложим оружия, пока знамя солнца и копья не будут развееваться над Утесом, а их шахты не будут опустошены и не отданы нам, чтобы наши сыновья и дочери ни в чем не нуждались! Вы пойдете со мной?         Радость была неописуемая.         — К Утесу! К Утесу! — Плакали некоторые.         — Убийца львов! Убийца львов! — Кричали другие.         В любом случае, какова бы ни была цель, речь принца едва не вызвала переворот. Огромные толпы продолжали аплодировать и собираться вдоль дороги обратно к Призрачному Холму, настолько, что Валена задавалась вопросом, не пришло ли все население города, а затем и другие, чтобы отпраздновать это событие!         И в любом случае сегодня вечером будут торжества. В течение двух дней принцам предстояло пировать, прежде чем они снова отправятся в Солнечное Копье. Тем временем вино лилось свободно и устраивались пиры. Это было меньшее, что можно было сделать, чтобы отпраздновать смерть Тайвина Ланнистера.         Мать Валены все оплатила, не беспокоясь о стоимости. Для нее это стоило того, отплатить несколько золотых драконов, чтобы почтить память о своих братьях, и все они были отомщены. Но перед этим что-то еще занимало ее мысли, когда она подтолкнула Валену следовать за ней в небольшую комнату.         — Зачем я здесь? — Она спросила.         — Однажды ты станешь леди Призрачного холма… или даже лучше, — Улыбнулась ей мать: — Принц Квентин будет твоим принцем… или даже лучше. Я думаю, было бы разумно, если бы ты посетила эту небольшую встречу и не стеснялся высказывать свое мнение, моя дорогая.         В маленькой комнате она увидела своего отца, занятого написанием писем, но и мать, как и ожидалось, пригласила принца Квентина, но, к ее удивлению, принца Оберина на беседах не было.         — Спасибо, что приняли меня, леди Нимелла, — Принц Квентин кивнул, а мать Валены закрыла дверь.         — Думаю, это я должна поблагодарить тебя, мой принц, — лаконично ответила ее мать: — Ведь теперь мои братья могут быть спокойны, их мучители убиты.         Принц Квентин кивнул.         — В любом случае, я надеюсь, что твое путешествие было приятным, — Продолжила мать.         — У нас было несколько случаев морской болезни и только один человек выпал за борт, — Кивнул в ответ принц.         — Да, ужасное происшествие, тем более, что он был для тебя весьма важен, не так ли? — Мать ухмыльнулась.         — Он был моим мейстером, — Кивнул принц: — Он чувствовал себя плохо, но выпал за борт во время шторма всего за день до того, как мы достигли Призрачного Холма. Его потеря тяжела, так как он занимался созданием новых тренировочных площадок для целителей в Солнечном Копье, но я уверен, что новые подхватят его работу.         — Конечно, — Слегка улыбнулась ее мать.         Валена не могла не чувствовать себя неловко. За четыре дня она не помнила ни одного шторма в этом районе. Она могла себе представить, что в заливе Разбитых кораблей, но где-то здесь?         — Есть ли причина, по которой принца Оберина нет здесь? — Спросил ее отец, говоря вслух то, о чем Валена уже давно думала.         — Мой дядя сделает то, что я скажу, — Просто ответил принц Квентин.         — Простите лорда Джулиана, — Продолжила Мать с легкой улыбкой в ​​сторону отца, который слегка покраснел: — Он не очень хорошо разбирается в текущих событиях. Но могу ли я спросить, к чему это речь? Осмелюсь предположить, что мы наконец пойдём на войну?         — Вы так думаете, леди Толанд, — Стоически ответил принц: — Я намерен начать войну, как только верну наших союзников из-за Узкого моря.         — Именно поэтому вам нужны были корабли? — Валена поймала себя на том, что спрашивает.         — Именно, миледи, — Ответил принц Квентин, не упустив ни секунды: — Транспорты, которые можно легко переоборудовать обратно в торговые суда или потопить как блок-корабли, как только их служба закончится.         — И о каких союзниках ты говоришь? — Спросил отец.         Принц слегка улыбнулся.         — Ну, единственные, у кого, конечно, есть даже больше причин, чем у нас, ненавидеть Ланнистеров, — Размышлял принц: — И тех, у кого есть драконы….         Валена ахнула. Драконы? Как это могло произойти?         У отца было такое же удивленное выражение, как и у нее, но мать едва подняла бровь. Знала ли она?         — Ммм… но какой Таргариен? — Спросила ее мать.         Что? Их было несколько? Валена знала, что Визерис Таргариен умер, а Дейенерис Таргариен отправилась на восток, но это были все ее знания. Значит, Дейенерис Таргариен была жива, насколько она могла предположить, но кто был другой? Ведь их не могло быть больше одного…         Сам принц Квентин был слегка удивлен ее вопросом, но, казалось, не тронут.         — И тот, и другой, — Был его ответ: — чем больше всадников на нашей стороне, тем выше наши шансы.         — Это все безумие, — Вмешался Отец, но Мать быстро взяла ситуацию под контроль.         — Как бы мне ни нравился ваш план, мой принц, остался один маленький шаг, который вы не учли: вы не можете принимать такие решения, — Сказала ее Мать.         — Может быть, это и так, но ты отказалась от своих обязательств, которые дала перед Оверлордом? — Снова спросил принц, на этот раз раздраженный.         — Нет, — Ответила Мать: — У вас есть поддержка Дома Толанд, могу вас заверить. Но время имеет решающее значение.         — Я согласен, поэтому я не должен откладывать свой отъезд в Солнечное Копье, — Принц Квентин хитро улыбнулся.         — Когда мы сможем получить ответ? — Спросила мать.         — Самое позднее через неделю, — Ответил принц.         — Хорошо, тогда, я надеюсь, вам понадобятся наши корабли и, я полагаю, несколько наших людей? — Спросила она у принца Квентина.         — Вы хорошо полагаете, леди Толанд, — Кивнул принц.         — Они у вас есть. Мой муж предоставит все, что вы попросите, если у нас есть средства, — Мать постучала по дубовому столу.         — Прости, мама, — Хотелось вмешаться Валене: — Но что такое Оверлорд?         — Ну, скажем так, это исправит небольшую проблему, с которой мы недавно столкнулись, — Ответила Мать.         — Именно так, — Кивнул принц Квентин: — В настоящее время я не могу сказать больше, опасаясь, что слухи просочатся в нежелательные уши, но чтобы легко реализовать все наши планы, нам нужно больше… как бы это сказать… ясности в цепочке подчинения.         — Я надеюсь, что меня потом позовут на совет, запланированный в Солнечном Копье? — Мать вмешалась прежде, чем Валена успела ответить.         — Конечно. Через три недели, как и планировалось, — Еще раз ответил принц.         — Хорошо, — Ответила ее мать: — Очень хорошо, спасибо, мой принц.         Когда они выходили из комнаты, принц Квентин схватил Валену за руку. Он мягко спросил: — Вал, могу я поговорить с тобой минутку?         Валена была застигнута врасплох. Когда принц называл ее Вал, это было тогда, когда они были близки, и она могла называть его Квент, а не «мой принц».         Внезапно ее глаза загорелись, и она увидела, к чему клонит принц.         — Возможно… не сейчас, Квент? — Сказала она с легкой ухмылкой, намекая, что поняла его сообщение: — Как насчет того, чтобы после пира, в моих комнатах? Нам будет спокойнее, чем здесь.         Принц слегка нахмурился, но кивнул.         — Конечно, — Согласился он.         — Хорошо, тогда увидимся, — Валена вышла из комнаты, подмигнув ему.         Это было лучше, чем ожидалось! Если бы принц все еще интересовался ею, а какой здравомыслящий человек не интересовался бы, тогда было бы тем легче короновать себя принцессой Дорна. Но опять же, ей пришлось быть осторожной. Пробираться сквозь змеиное гнездо будет непросто, и ей нужно было использовать все преимущества на своей стороне.         Она попросила отца изменить расположение мест, чтобы ее можно было сесть рядом с принцем, и попросила поставить песчаную змею через пару мест в очереди. Затем она позаботилась о том, чтобы привести в порядок свою внешность, убедившись, что платье освещает ее тело щедро.         Наконец, она тщательно отобрала множество различных духов и покрыла себя ими, выбрав из них только самые эксклюзивные и дорогие.         Во время пира она старалась разговаривать с Квентином как можно больше, но не слишком много, чтобы не вызвать подозрений у змеи, сидевшей всего в паре мест от нее. Она несколько раз поправила прическу и поправила платье, даже однажды попросила принца помочь ей.         Наконец, подошла самая деликатная часть. Медленно она поднялась со своего места, подмигнув принцу следовать за ней. Однако, вопреки тому, на что она надеялась, ее сердце почти остановилось, когда он немедленно поднялся и последовал за ней. Конечно, он знал, что нужно быть более осторожным, они сделали то же самое много лет назад, и он знал, что нужно немного подождать.         Однако, к ее полному шоку, змея ничего не предприняла. Она продолжала разговаривать с отцом, как будто ничего не произошло.         Она приписала это удаче и продолжила свой путь, направляясь к своим комнатам, которые она в спешке открыла, заперла за собой дверь и отбросила туфли.         Медленно и знойно она поднялась на кровать и ухмыльнулась: — Итак, мой принц, что ты хотел со мной обсудить?         Принц едва заметил, что она пытается сделать, и вместо этого задал вопрос, которого она никак не ожидала:         — Вал, ты будешь моей женой? — Спросил он.         — Что…, — Она прервала себя: — Вы хотите на мне жениться?         — Это будет своего рода договоренность, — Объяснил принц Квентин: — Ты станешь моей принцессой-консорт, подаришь мне наследника и запасного, а затем делай все, что пожелаешь, лишь бы у тебя не было детей, не принадлежащих мне.         Валена была ошеломлена.         — Но… твоя любовница…, — Пробормотала она, совершенно ошеломленная.         — Она знает, что мне нужно жениться, и я предпочел бы иметь такую, которая сможет здраво мыслить, а не думать о том, сколько платьев добавить себе в гардероб. Прав ли я, думая, что ты справишься с этой задачей? — Он спросил.         — Да, конечно, — Ответила Валена, все еще находясь в шоке.         — Я знаю, что требую от тебя многого, быть второй после другой женщины трудно для кого-либо, — Продолжил принц: — Однако я бы предоставил тебе столько свобод, сколько ты пожелаешь, толькоп осле нашего второго ребенка.         — Квентин… Я не люблю делиться, — Поймала себя на том, что ответила Валена.         — Я знаю, — Он кивнул в ответ: — Именно поэтому я даю тебе ряд привилегий и свобод, которых иначе у тебя не было бы.         Валена попыталась взять себя в руки. Она могла принять это сразу и попытаться оттолкнуть песчаную суку позже, или она могла придерживаться своего плана соблазнить его и заставить его задерживаться и ждать. Если он пришел к ней, значит, у него не так много вариантов…         Она попыталась подумать мысленно, а затем поймала себя на вопросе: — Буду ли я править рядом с тобой или просто буду женщиной, от который ты сможешь получить ребенка и потом выбросить?         — Да, мне нужна жена, способная дать мне правильный совет, — Принц покраснел: — Как наследница Призрачного Холма, ты идеально подходишь для этого.         Валена быстро подумала. Если бы он преследовал девушку, воспитанную как наследницу, ему бы не хватало дорнийских женщин. Конечно, была девушка Уллер, но об этом не могло быть и речи, девушка Блэкмонт была влюблена в кого-то другого, были только она, Мирия Джордейн и Джейн Фаулер. Однако он не мог рискнуть выбрать Фаулер, не рассердив Айронвуда, а его дедушка уже был Джордейн, такой фаворитизм мог стоить ему… она бы пошла на риск.         — Ты дашь мне время подумать об этом? — Она спросила.         — Конечно, — Сказал он, кивая в ответ.         — У меня будут условия, — Продолжил Валена.         — Изложите их, и я посмотрю, что можно сделать, — Ответил он.         Он действительно хочет меня.         — Как долго мне придется отвечать? — Спросила она в ответ.         — Приходи со своей матерью на совет, который я соберу в Солнечном Копье через три недели, — Быстро ответил принц Квентин: — Тогда ты сможешь дать мне свой ответ.         Затем, к ее удивлению, принц развернулся и ушел.         Валена кашлянул и он остановился.         — Ты поэтому позвал меня сюда? — Спросила она полураздраженно.         — Ну да, — Ответил он: — А что не так?         — Хорошо, мой принц, одно из условий, которое я хочу выполнить прямо сейчас, — Сказала она с усмешкой.         — Какое? — Спросил он, все еще не зная.         — Ты собираешься сделать то, что я ожидала от тебя, когда ты вошел сюда, — Был ее ответ, когда она встала.         — И что бы это было? — Он поднял бровь.         Валена молча откинула лямки своего платья, и оно упало на землю. Усмехнувшись, она просто сказала:         — Ну, я думаю, если мы собираемся пожениться, я хочу посмотреть, сможет ли мой будущий муж исполнить мои желания, — Ответила Валена. *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ* *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ* *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ* *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ* *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ* *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ*       Она стояла перед ним совершенно обнаженная, а принц не шевелился.         — Ну что, мы ошарашены? — Она спросила: — Посмотри на них, они выросли с прошлого раза….         Затем она притянула принца к себе и прошептала ему на ухо:         — Ты слишком одет, мой принц, — Сказала она.         Принц Квентин понял очевидный намек и сбросил свою одежду. Медленно он втянул его в поцелуй, не такой страстный, как тот, который они разделили два года назад, но все же достаточно хороший.         Она заставила его сосать ее грудь, живот и, наконец, между ее ног, схватив его за волосы и не отпуская, пока после освобождения не обнаружила, что кричит от удовольствия. Казалось, что здесь у него не было недостатка в навыках, и он значительно улучшился. О да, из него получился бы прекрасный любовник.         Затем, увидев его губы, блестящие ее соками, облизывающие его губы, чтобы получить все, ее грудь вздымалась, она немедленно приказала ему войти.         Приблизив его, она ввела его глубоко в себя, стараясь застонать еще громче, чем обычно. Чем больше людей услышит, тем лучше. При каждом движении и каждом поцелуе она старалась невероятно громко стонать, даже громче, чем шлюхи местного борделя. Она старалась произносить его имя каждый раз, когда его мужское достоинство касалось ее идеального места внутри нее, позволяя пальцам бродить по его телу.         Смущенный или чувствуя последствия их совокупления, Квентин попытался заглушить ее крики, погружая свой язык в ее язык, полностью заглушая ее стоны. Его язык имел привкус шафрана и лимона, когда он изо всех сил старался заглушить ее отчаянные стоны. Валена наслаждалась вкусом, но была раздражена тем, что ее крики замолчали.         В конце концов, однако, он выпустил ее из тюрьмы, но прежде чем она смогла снова громко застонать, снова достигнув своего пика, пока их языки сражались, она почувствовала себя опустошенной.         Ее зрение затуманилось, и она не видела липких веревок освобождения Квентина, пока не почувствовала теплое ощущение от этого освобождения на своем лице. Квентин протянул ей тряпку, чтобы вытереться, но она отказалась. Обычно она этого не делала, ненавидя вкус, но ей нужно было, чтобы он сходил с ума по ней.         Приложив все усилия, она схватила весь липкий раствор со своего лица и поднесла его к губам, втягивая все в рот, затем делая вид, что томно подносит его ему, закрывая рот, прежде чем снова открыть его с совершенно пустым.         Она изо всех сил старалась не поперхнуться, чувствуя, как боль проникает ей в горло, но сказала себе, что это было сделано по уважительной причине.         — Вал, тебе не нужно было…, — Запротестовал Квентин, но Валена прервала его.         — Нет, но я хотела, — Она усмехнулась, облизывая уголок губ.         Наконец, когда принц подумал, что все кончено, она ухмыльнулась еще больше и прижала его к кровати.         — Мы еще ничего не закончили, мой Маленький принц, — Хихикнула она: — Я знала тебя более выносливого, чем сейчас.         Одним быстрым движением она взяла его мужское достоинство в руку и прижалась к нему губами.         — А теперь давай вернем твоему маленькому принцу более приемлемые размеры, ладно? В конце концов, если ты собираешься стать моим мужем, мне нужно, чтобы ты продержался большую часть ночи, пока я так не устану от того, что ты меня опустошаешь, так сильно, что я упаду без сознания, — С этими словами она опустила губы вниз и продолжила искать удовольствия, держа принца в своих объятиях.   *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ* *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ* *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ* *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ* *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ* *ЛИМОН ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ*         Много позже, после того, как Квентин закончил выполнять ее «условие», Валена усмехнулась, притянув принца к себе, прижимая его близко и крепко, чтобы не дать ему вырваться из ее хватки, его грудь прочно прижималась к его спине.         — Правильно ли я выполнил твое условие? — Прошептал Квентин.         — О да, ты отлично справился, — Прошептала Валена ему на ухо.         — Тогда мне пора идти, — Он попытался встать, но Валена удержала его.         — Зачем бежать?, — она спросила: — Конечно, твоя любовница знает, что мы сделали, она не будет возражать против того, чтобы мы провели всю ночь вместе. В конце концов, если мы хотим пожениться, тебе придется делить со мной постель целые ночи, а не полночи, Квент.         Квентин ответил глубоким вздохом.         — Ладно, — Наконец смягчился он: — Я боялся того, к чему мне все равно придется вернуться. Но постарайтесь не создавать больше подобных условий в будущем.         Валену это слегка разозлило, но она сохранила самообладание.         — Конечно, Квент, — Она крепче схватила его: — Спокойной ночи.         Хороший мальчик, — Подумала она. Ей удалось удержать его на ночь. Все, что ей нужно было сделать сейчас, это медленно отравить его и утащить змею.         Это была опасная игра, в которую она могла бы играть очень легко, но ей нужно было быть осторожной, чтобы не стать слишком самоуверенной. Тот факт, что сука Сэнд за день не пошевелила ни единым мускулом, ее глубоко обеспокоил. Чего ей не хватало? Она узнает об этом позже.         Но если бы она могла вернуться с Квентином в Солнечное Копье, возможно, под предлогом посещения Водных Садов… или, может быть, навестить дядю Люциана, который был в Солнечном Копье. Да, это подойдет! Затем она могла бы медленно обвести его вокруг пальца и заставить бросить своего кузена.         Конечно, это будет трудно. Но «невозможно» — это не то слово, к которому Толанды привыкли, и Валена определенно не собиралась провалить миссию, которую поставила перед собой. Если бы она собиралась править Дорном, ее муж принадлежал бы ей и только ей, и ей не было бы равных.