Последний из Змей

Последний из Змей

      Город Лис вырисовывался на горизонте вместе с дюжиной других кораблей под различными дорнийскими флагами, от флагов Мартеллов до Дейнов и Айронвудов. Это ознаменовало бы конец первой части путешествия большой дорнийской экспедиции, направлявшейся в Волантис.       Как сказал им их принц, им нужно было провести несколько дней в Лисе, чтобы пополнить запасы, и, прежде всего, скоординироваться с Золотыми Мечами, чтобы помочь начать путешествие наемников на запад.       Однако Рована Виля это не слишком заботило. Будучи первым и единственным сыном своего стареющего отца, Рован был наследником и следующим лордом Виля. Великий дорнийский Дом, хотя и забытый всеми.       Ровану пришлось сдержать хмурое выражение лица. С тех пор, как Дорн вошел в Семь Королевств, Вили были вынуждены прекратить свои набеги в Штормовые Земли и она решили стать торговцами, связывая Дорн с Вольными Городами, в первую очередь с Тирошем и Миром.       Но это не было наследием дома Виль! Дом Виль был Домом бойцов и завоевателей, а не надоедливых торгашей и счетчиками меди!       Таким образом, как и многие другие дорнийцы, Рован искал счастья в Эссосе, присоединившись к различным компаниям наемников, прежде чем вернуться в Дорн. Это был великолепный опыт! Сражаясь в пустынях, подавляя восстания рабов или убивая самоуверенных дотракийцев, все время наслаждаясь лучшим, что мог предложить каждый регион.       Однако каждый раз Рован надеялся, что тоже самое будет в Вестеросе, грабя Марки и унижая тех северян, которые считали себя лучше их. Ха! Он мечтал штурмовать великие замки Марок, как это делали его предки до него, пробираясь ночью на их стены и убивая всех мужчин, а женщин забирая себе в награду.       Но терпение, как учил его отец, было добродетелью. И оно приносило плоды.       Теперь Дорн снова был готов к войне, и вскоре Штормовые земли почувствуют на себе гнев Дорна!       Какое великое приключение! Рован облизнул губы в предвкушении. Конечно, как гордый член Дома Виль, он совершит подвиг, достойный его великих предков.       У него, конечно, было много идей, ни одну из которых он не донесет до сведения принца. Нет, Мартеллам лучше не знать, и представить их, как они говорят в Лисе, снова? Ах да, свершившийся факт.       Ведь Мартеллы обычно были довольно отвратительны в этом отношении. Грабежи, изнасилования, разбои и убийства были вполне приемлемы, но вот доза оригинальности в этом — нет! Ха, ну, Ровану не мешало бы вернуть то, что не было у Вилей в течении ста лет.       Ему также нужно было начать серьезно искать жену.       Его отец был непреклонен: он был его единственным сыном, ему нужно жениться и иметь законных детей. Конечно, как у доброго Виля, у Рована были бастарды, в Эссосе или в Дорне, это не имело значения. Но чтобы унаследовать Виль, ему нужен был законный ребенок.       Его отец действительно предлагал ему выбор пары, но ни одна из них не пришлась Ровану по вкусу. Все старые, дорнийские, женщины, Нет!       Ему нужна была невеста из Эссоса, по возможности хорошего валирийского происхождения, и, конечно же, молодая. Настоящая жена для настоящего лорда! Ни одна из этих дорнийских шлюх ему не подошла бы.       И, возможно, он сможет найти ее здесь, в Лисе. В конце концов, в городе было множество особняков, возможно, он сможет убедить богатую наследницу своими прелестями?       Рован слегка улыбнулся: он имел в виду еще один приз.       Его отец постоянно повторял ему об Виле и его наследии, и правда, это было здорово. Но почему бы не стремиться выше? В течение нескольких поколений Вили довольствовались малым, не достигнув даже положения консорта за более чем пятьсот лет.       Но теперь появилась прекрасная возможность.       Дорнийцы плыли, чтобы доставить Дейнерис Таргариен в Вестерос и вернуть славу? Хорошо для нас.       Принц не хотел на ней жениться? Даже лучше.       Таким образом, теперь у Рована был план. Эту маленькую девочку Таргариен вполне могли заинтересовать прелести такого настоящего дорнийца, как он. О, был план выдать ее замуж за Эйгона Таргариена, но от него можно было легко избавиться.       Рован постепенно приблизился бы к девушке Таргариен, флиртуя и соблазняя ее, возможно, даже становясь ее любовником.       Несчастный случай мог случиться с Эйгоном в разгар битвы или охоты, это происходило постоянно. Тогда, как хороший друг королевы, он поможет ей во время ее горя, и когда придет время выбрать нового мужа, кто будет лучше, чем преданный наследник Виля, который стоял рядом с ней и дарил ей всю свою привязанность, когда она была нужна?       Конечно, ему, скорее всего, придется сражаться с другими, чтобы завоевать ее расположение, но Ровану это давалось легко. Девушка почти на десять лет моложе могла бы легко привязаться к нему, если бы он добрался до нее первым. В этом смысле время имело важное значение.       И тогда он станет королем Вестероса, а его дети унаследуют не Виль, а все Семь Королевств! Их второй сын или дочь унаследуют Виль, или он сможет узаконить одного из своих самых достойных бастардов.       Нет, правда, у Рована дела шли хорошо.       Погруженный в свои мечты, он не заметил, что корабль наконец прибыл в доки города-острова.       Постучав по деревянным перилам, он сделал шаг вперед и медленно вышел из корабля, ища знакомое лицо.       Наконец, среди толпы он нашел человека, который тоже искал знакомы лица. Подбежав к мужчине сзади, он похлопал его по плечу.       — Ну-ну, если это не сир Ульвик Уллер, то я даже не знаю кто это! — Он почти кричал.       Мужчина обернулся, показав свое смуглое лицо и аккуратно подстриженную бороду, а на молодом лице появилось удивленное выражение.       Конечно, как будто это и так было недостаточно сложно, вокруг бегали два Ульвика Уллера. Старший — брат покойного Хармена, а младший — сын Хармена и, формально, двоюродный брат Рована через Уиллу Виль, младшую сестру его отца и жену Хармена.       — Двоюродный брат, — Сир Ульвик кивнул: — Как дела в этот прекрасный день?       — О, просто чудесно, Ульвик, — Ответил Рован с усмешкой: — Мне никогда не было так хорошо.       — Приятно слышать, — Ульвик неловко ответил, когда они проходили по нескольким улицам Лиса, которые были аномально многолюдными.       — Как ты воспринял эту новость? — Спросил Рован.       — Ты имеешь в виду моего отца? — Ульвик вздохнул: — Как и следовало ожидать.       — И я полагаю, что у вас с Линой уже есть план? — Прямо спросил Рован.       Ульвик выглядел удивленным и покачал головой: — Нет.       — Нет? — Рован, казалось, был озадачен: — Ты не хочешь отомстить за отца?       — Мой отец вынашивал глупый план убить наследника Дорна, потому что ему не понравилось его лицо или что-то в этом роде, — Усмехнулся Ульвик: — Если мне и нужно кого-то винить, то только глупость моего отца. Лине нравится действовать жестко, поэтому она частично винит в этом принца, но что ему нужно было делать? Просто умереть?       Наследник Виля сочувственно кивнул.       — Нет смысла желать, чтобы с принцем Квентином случилось что-то ужасное, — Пожал плечами Ульвик: — Этот человек доказал, что он более ценный актив, чем когда-либо могла бы стать принцесса, и хотя отец мечтал, чтобы я стал ее принцем-консортом, это, скорее всего, все равно никогда не произошло бы.       Ульвик повернулся к Ровану и показал ему вид на набережную Лиса.       — Теперь единственный путь, который я могу проследить для себя, — это здесь, — Прокомментировал он: — Боги дали Дому Уллер шанс доказать свою верность своему сюзерену, и я не упущу его. Здесь можно получить искупление, кузен, будь то слава, богатство или брак. Встав на сторону Мартеллов или драконов, если на то пошло, можно будет дать Уллеру новую жизнь и забыть о наших предыдущих… недоразумениях.       — Итак…, — Подумал Рован: — У сира Ульвика тоже были свои взгляды на Королеву Драконов, — Ему придется убедиться, что они не осуществятся. У Рована было ощущение, что его кузен лишь стремился прикрыть себя славой в бою, чему сам Рован постарался бы помешать.       — Новый путь? — Рован улыбнулась: — Кузен, думаю, я выпью за это. Нас обоих ждет новый Дорн.       — Да, мне не помешало бы выпить прямо сейчас, — Засмеялся Ульвик, — Солнце сильно печет.       — Думаю, у меня есть идея получше, — Ухмыльнулась Рован до ушей: — Я знаю место, где мы можем выпить и справить нужду.       — Я знаю, о чем ты думаешь, — Засмеялся Ульвик: — Но Лис стоит дорого, а у наших Домов не так много денег. Ты также не в том положении, чтобы просить просто пойти с принцем, даже если этот человек все равно что-нибудь предложит!       — Не волнуйся, в Лисе можно найти что угодно, если спросить у нужных людей, — Рован похлопал кузена по плечу.       Ульвик заинтригованно посмотрел на него. Ровану не пришлось повторять дважды, и он провел его через пару улиц и наконец нашел заведение, которое искал!       — Это здесь? — Спросил Ульвик, увидев перед собой большую гостиницу.       — Да! — Рован рассмеялся: — Здесь можно насладиться девушкой и напитком, или тем и другим одновременно! У них есть девушки, которые могут творить чудеса, не сильно ударяя по твоему состоянию.       — Это обнадеживает, кузен, — Усмехнулся Ульвик: — хотя не затевай драку с местными жителями, тяжело, что слишком много дорнийцев закончились перерезанным горлом после того, как выпили слишком много вина.       — Не беспокойтесь обо мне, у меня здесь есть опыт! — Рован засмеялся, когда они вошли в заведение.       Рован быстро нашел человека, которого искал, и быстро достал золотого дракона из своего кармана и передал ему, прошептав несколько слов.       Этот человек отел на несколько мгновений, и вскоре за его кузеном пришла прекрасная женщина. Рован просто подмигнул ему и сказал: — Она поможет тебе сделать свой выбор. Это за мои деньги, в качестве подарка, кузен.       Ульвик удивленно поблагодарил, и его увели. Тем временем Рован завел разговор с трактирщиком, которого не видел уже пару лет.       Бизнес процветал, и прибытие дорнийцев, видимо, рассматривалось как праздник. Все знали, что Дейнерис Таргариен стремилась освободить весь Эссос и что ее следующей целью был Волантис.       Когда Наследница Валирии была бы завоевана, Лис, несомненно, встал бы в ее поле зрения, но с приходом дорнийцев, чтобы забрать ее в Вестерос… теперь Лис будет спасен, по крайней мере, на несколько десятков лет! Застряв в Вестеросе, Королева Драконов вряд ли вернется, у нее уже были Мантарис и города Залива Работорговцев, о которых нужно было беспокоиться, если она вообще заботилась о них!       Нет, правда, лисенийцы были благодарны дорнийцам за то, что они спасли их от сожжения в драконьем огне. То есть, если бы они смогли убедить «суку-Дракона» прекратить свой освободительный поход.       — Есть какие-нибудь новинки? — Спросил Рован.       — Да, на самом деле, — На мгновение задумался мужчина: — несколько дней назад к нам приходили несколько девушек. Одна из них вполне в твоем вкусе. Я имею в виду светловолосая.       — Ой? — Рован был застигнут врасплох.       — Да, из Штормовых земель. Молодая, только что распустившаяся, с золотистыми волосами и карими глазами, кажется, захвачена пиратами во время набега на Тарт.       — Идеальный! — Рован ликовал.       — Я знал, что тебе это понравится, — Мужчина ухмыльнулся: — Вторая комната справа, наверху. Вино уже подано.       — Приятного вечера, лорд Виль, — Закончил мужчина, кивнув ему.       Рован поблагодарил и поднялся по лестнице, затем открыл дверь.       Действительно, трактирщик не лгал. На кровати лежала молодая девушка, едва расцветшая, вероятно, не старше трех и десяти лет, с бледной кожей и светлыми волосами.       Казалось, она напугана его присутствием и Рован злобно этому улыбнулся.       О, что бы он сделал с этой девочкой! Снова чувствовать себя Вилем, после того как уничтожил деревню штормовиков и забрал то, что по праву принадлежит ему.       — Привет, дорогая, — Рован сделала шаг вперед, закрывая дверь: — Сегодня вечером нам будет очень весело.       Внезапно испуганное выражение лица девушки сменилось ухмылкой, и она ответила:       — О да, но тебе это точно не понравится, — Сказала она.       Это были последние слова, которые он услышал, прежде чем его зрение потемнело.       Проснувшись, Рован Виль почувствовал, что у него сильно болит голова и все тело ломит. Открыв глаза, он заметил, что находится в тускло освещенной комнате, на маленькой кровати, обнаженный, с руками и ногами, надежно связанными прочной веревкой.       — Наш дорогой гость проснулся, — Раздался женский голос.       Рован попытался заговорить, но быстро понял, что ему заткнули рот какой-то тканью.       Это была какая-то неудачная шутка?       — Нам жаль, что мы разбудили вас так поздно, после того как мы разобрались с вашим дорогим другом, — Снова раздался этот голос.       Расплывчатая фигура указала направо, но Рован ничего не смог разобрать.       Раздраженный женский голос попросил Рована облить его ведром воды.       Холодная вода, омывающая его кожу, вывела его из оцепенения, и он наконец смог различить женскую фигуру перед собой. Это была девушка, с которой он собирался переспать накануне.       Рядом с ней стояла еще одна женщина, постарше, пухлее, но с сильными руками, способными, наверное, сбить с ног мула.       Затем молодой человек посмотрел направо, где лежало тело. Оно было ужасно изуродовано, но Рован в шоке расширил глаза, узнав своего кузена Ульвика Уллера с нетронутым лицом.       — Убери его кляп, — Младшая девочка приказала.       Та, кто постарше, двинулась вперед и вырвала ткань изо рта Рована.       — Кто ты? — Озадаченно спросил Рован.       Молодая женщина рассмеялась.       — Думаю, я смогу раскрыть это, прежде чем ты умрешь, ты, жалкая дорнийская тварь. Меня зовут Дженна Окхарт. Вам это имя о чем-нибудь говорит?       — Что, черт возьми, делает Высокий Дуб в Лисе? — Рован усмехнулся: — У вас нет овец, которых можно где-нибудь трахнуть?       Сильная женщина ударила его по лицу, но Рован не сдвинулся с места. Они не посмеют причинить ему боль. Вероятно, люди будут искать его по всему городу после того, как он не сможет вернуться на корабли.       — Ты правда не понимаешь, да? — Подошла молодая женщина: — Я — Окхарт, но ко мне никогда так не обращались. Действительно, твои предки продали моего предка в рабство после того, как жестоко убили ее будущего мужа.       Рован медленно установил связь.       — Ты…, — Начал Рован: — Этого не может быть… наверняка….       — И все же это так. Я ее потомок. Моего предка продали в дом удовольствий, где она родила ребенка от неизвестного отца. Когда ее наконец выкупили, ребенка уже забрали у нее, чтобы продать в дом удовольствий, и выкуп не включал многих служанок, которых пришлось долго возвращать, — Сказала она.       Дженна «Окхарт» сделала еще один шаг вперед.       — Итак, маленькая девочка воспитывалась с ненавистью к дорнийцам в своем сердце и знанием того, что ее имя всегда будет Окхарт. Девочка передала это знание своему ребенку, и так на протяжении поколений, — Затем девушка достала нож из своего халата: — Мы убили десятки дорнийцев. Десятки таких, как ты, людей, которых Боги должны были стереть с лица земли давным-давно. И теперь… ты последний Виль. И я никогда не была так рада прервать род тех, кто причинил стольким семьям неисчислимые страдания.       Рован слушала речь девушки широко раскрытыми глазами.       — Мне понравится слушать, как ты кричишь, Виль, и я не буду торопиться с тобой, — Ухмыльнулась она: — Когда я закончу с тобой, я в свою очередь займусь твоим драгоценным принцем и любым дорнийским негодяем, которого смогу заполучить, пока воды Лиса не станут красными от вашей нечистой крови.       Дженна «Окхарт» повернулась к другой девушке.       — Скажи мне, Хелейна, что они сделали с мужчиной Кафференов, прежде чем заставить его смотреть, как его невесту изнасилуют? — Спросила она.       — Они кастрировали его, Дженна, — Был ответ девушки.       — Мне кажется, это будет хорошим началом, — Девушка шагнула вперед с ножом в руке: — В конце концов, они тебе больше не понадобятся.       Рован кричал и извивался, надеясь, что кто-нибудь его услышит. Конечно, кто-нибудь услышит, кто-нибудь….       Но помощь так и не пришла, и Рован Виль умер через три дня.       И таким образом род Виль прервался.