Ревность

      — Ассоциация подружек, Сокджин слушает, — чеканит Сокджин, гаденько так ухмыляясь Тэхёну. Ну а что? Сокджин сам по себе далеко не дурак, так ещё и учиться предпочитает на чужих ошибках. Младший фыркает, не меняясь в лице, и отворачивается к компьютеру, когда Адофф слезает с его бёдер.       На том конце провода скороговоркой трещит клиентка, вводя в курс дела. Сокджин искренне фиксирует всё: характер — душный, статус — солидный, манеры — душные как характер, сам мужик — кашей красивый, но душны-ы-ы-ый. Где-то на пятом душниле Сокджин срывается и перетекает взглядом на Адофф, которая, скрестив руки под грудью, слушает по громкой связи всё.       — … я в душе не е… знаю, что с ним таким делать?! — взвывают на том конце.       — Ты, персик мой спелый, не пробовала тупо не трогать, чтоб не душнил во все стороны?       — А так можно?       Судя по крайне недовольному цоканью Адофф — нельзя, но когда такие выверты тормозили Сокджина? Да никогда.       — Иногда даже нужно, — кивает Сокджин.       — Ну-у-у-у-у… я даже не знаю, — растягивает слова клиентка немножко плачущим голосом. — Всё-таки трогать его капец приятно, он как антистресс: один раз пощупаешь и уже не сможешь оторваться…       — Тогда купи беруши и щупай себе на здоровье, пока он ворчит!       И снова недовольный цык. В этот раз не на шутку злой, колючий и предупреждающий. У Сокджина мурашки, кажется, аж до печенок добрались, но виду он, конечно, не подает. Не одна Адофф умеет строить покер-фейс в любой ситуации. Вздернув подбородок повыше, Сокджин вопросительно выгибает бровь, пока куратор громко закатывает глаза.       — Вы не понимаете?! — уже натурально воет клиентка. — Он такой душный в своей ревности, что каждый раз его нытьё бьёт свои же рекорды на длительность! Вот сегодня он три часа мне мозги полоскал, когда я одному дедуле в магазине состав пельменей читала!       — А дедуля очки забыл?       — Я так и оправдалась!       — А душнила твой что?       — Что я не очки-и-иии, — устало вздыхает несчастная жертва Отелло.       — Тяжелый случай, — соглашается с ней Сокджин. — Ты точно дедуле не улыбалась?       — Точно!       — А если подумать?       — А если по башке? — голос Адофф будто ушат ледяной воды за шиворот — заставляет Сокджина ощетиниться, подпрыгнуть на стуле и взмокнуть до состояния канализационной крысы. — Ты мне тут ещё клиенток пообвиняй в День Святого Валентина, ага! Давно на консультации не был?       Сокджин громко клацает зубами, старательно игнорируя тихое «хе-хе» со стороны Тэхёна, и вновь включает микрофон.       — Знаешь что, яблочко наливное? Клин клином выбивают. Раз он у тебя такой ревнивый, хоть на стенку лезь, то устрой ему такой же ад. Только он зыркнет на кого — сразу в истерику, — Сокджин говорит, а сам продолжает следить за куратором, потому что консультация — это уже не шутки, а реальная угроза для жизни. — Как только он даже на актрису в фильме глянет — в слезы «больше не любишь меня, да?», и вот это вот наше любимое нытье. Дорогу старушке подсказал? Так это у него кинк на милф. Понимаешь?       — Понимаю, но смутно, — судя по голосу, на том конца провода идёт серьезный мыслительный процесс, и это не может не радовать.       — Тут самое главное потерпеть и капать на мозг регулярно, чтоб когда он взвоет — а он точно взвоет, мы выдаем гарантию, — ты уже была наготове с «а тебе говорила, что ревность — тупая вещь» и «теперь ты знаешь, каково мне!».       — А… а… А!!! — наконец осознав всё, вскрикивает довольная клиентка.       Сокджин уже тянется вырубить звонок, проговорив стандартное прощание. Он уже искренне готов пойти прибиться к Отряду Ликвидации Нервного Срыва Вином и Сплетнями, лишь бы сегодня больше не видеть их куратора. Настроение у неё очевидно сегодня нифига не праздничное.       — Но сегодня ведь День Влюбленных, — тихий всхлип клиентки замораживает Сокджина как есть, с поднятой в воздух рукой, — а я осталась одна-а-аааа!.. Ни тебе антистресса-а, ни ужина при свеча-а-аах…       Под конец осторожные всхлипы превращаются в откровенное рыдание и Сокджина отпихивают подальше, ткнув тапкой куда-то в грудь. Отъезжая на стуле подальше, единственное, о чем он может думать — надо бы поблагодарить умника, подарившего Адофф мягкие тапочки. Нога у неё жесть тяжелая.       — Выдыхаем, моя хорошая, Отряд Ликвидации Нервного Срыва Вином и Сплетнями уже выехал к тебе! — Адофф вырубает звук и клацает по рации. — Мне нужен Санхёк, Ыну и… давайте для верности ещё сладкую парочку Хёнликсов. В смысле не поняли кто это? Я про Хёнджина с Феликсом!       Рация шипит вопросами, словно связисты азбукой Морзе. Джин обхватывает крючковатыми пальцами неожиданно тонкую лодыжку и пытается её убрать, но то ли у куратора растяжка Будды, то ли это какая-то магия вуду — куда бы он не дернул ногу, та всегда оказывается на нём. Сама Адофф спокойно продолжает беседу с клиенткой.       — Ты какую кухню любишь?       — Вообще пофиг, но эта зараза мне сегодня суши обеща-ал!.. — и вой сирены заходит на второй круг.       — Значит будут суши, только не реви, — Адофф снова щелкает рацией. — Так, отряд, разбегаемяс до точки рандеву — Ыну за суши в японский ресторан, самый большой сет и никаких роллов, Санхёк за цветами, пледиком, свечами и прикольной кружкой!       — Ей бы ещё на десерт антистресса щупательного, — фыркает Сокджин, продолжая воевать с чужой пяткой. Отодвинуться и обогнуть куратора не позволяют принципы, которые до кучи напоминают о том, что кусаться неспортивно.       — Для этого туда едут Хёнликсы, — Адофф в очередной раз тычет тапком между ребер Сокджина и обращается к клиентке. — В общем, солнце моё, укомплектованный отряд скоро будет у тебя. Если вдруг захочешь антистресс какой пощупать, то это случай не страховой и платный.       Сокджин, озверевший уже вконец — ибо где это видано, чтоб у него клиенток отбирали? — всё-таки срывается. Он смачно клацает зубами, вгрызаясь в кожу на ноге куратора, и понимает сразу две вещи: во-первых, теперь он знает, про какой антистресс говорила клиентка; во-вторых, все слова про обучение на чужом опыте… ну, не в эту смену.       — Зато в честь Дня Святого Валентина Ассоциация Подружек предоставляет скидку! — успевает оттарабанить Сокджин прежде, чем отключить звонок и броситься в бега. Судя по лицу Адофф, бежать ему долго. Примерно до другой планеты.