Глава 6

После того как Фелис уснула, Ярис продолжал обнимать девушку и вдыхать ее запах. Как ни странно от нее пахло лесом, но среди привычной пахучести листьев и ветвей прослеживались нотки какого-то животного. Парень не мог точно распознать, кем именно пахнет Фелис, потому решил немного прогуляться, осторожно освобождая руки из-под тела своей подруги. Он не хотел ее будить, как и не хотел, чтобы это заметил Дин, а этот парень уж точно не даст ему покоя. Выбравшись из палатки, Ярис наспех надел легкие ботинки и направился вглубь леса, машинально вспоминая недавнее событие. То, что было тогда во сне, он не мог никак объяснить. В тот момент, когда он увидел Фелис практически голой, то его будто с цепи сорвало, как бешеного пса, парень не мог контролировать себя. После пробуждения он понимал, насколько мог напугать девушку, но та не стала шумно возмущаться. Может, чтобы не будить Дина, а может, просто не хотела ссориться с ним, Ярис точно не мог сказать. Однако во сне Фортнес не сопротивлялась его неожиданному наплыву эмоций, она будто бы тоже хотела “поиграть” с ним. “В любом случае, не стоит слишком часто посещать ее сны,” - решил для себя парень. Он хоть и мог в любой момент прекратить это делать, но продолжал исключительно для убеждения себя в том, что хотя бы там она в порядке. Ему спокойнее видеть девушку улыбчивый и радостной, нежели напуганной и печальной. На этой мысли Ярис вспомнил лицо Фелис в тот злополучный вечер. Тогда ей было действительно страшно, она могла погибнуть, но все обошлось. Да, девушка увидела смерть своей матери, но лучше жить с этой мыслью, чем не жить вообще. Ярис тогда не мог придумать что сделать, поэтому просто обнял подругу и стал поглаживать по спине, шепча успокаивающие слова. Фелис была дороже его жизни, потому он меньше всего хотел видеть печаль на ее прекрасном лице. Эта девица буквально вскружила ему голову еще в день их знакомства. Белые, как снег, волосы, солнечно-желтые глаза, нежный голос - все заставляло сердце Яриса трепетать. Поначалу он решил, что это простая ловушку очарования, но, как оказалось, это было неправдой. Фелис оказалась веселой, смелой и доброй девочкой, исцелившей его ссадины и синяки. С годами она все хорошела, а он пытался стать для нее лучше. И когда ей было двенадцать, а ему - четырнадцать, сразу после получения посохов Ярис должен был отправиться на обучению к профессору Коммету. Учиться у одного из могущественных волшебников - большая честь, это понимал и Ярис, грезя с шести лет о занятиях по заклинаниям или о прогулке по просторному Ночному Прибою, но в тоже время и жалел, что просто бросил свою подругу в Старкове, даже не попрощаться с ней не успел. По прибытии Ярис стал числиться в учениках Коммета и принялся за старательное изучение магии и боевых искусств. Для юношей это было обязательно, в то время как для девочек нужно было изучать врачевание. “Фелис бы была способной ученицей,” - подумал про себя парень, подсмотревший однажды в щель их кабинета. Там было почти пусто, за исключением невысого стола, на котором лежало чучело человека. Над ним и проводилось врачевание: изучение расположения мышц и органов, объяснение теории и, собственно, практическая часть. В чем она заключалась, Ярис так и не узнал: его заметили и велели больше не заходить в коридор, где этот самый кибент и располагался. Собственно, парень перестал туда заглядывать, а некоторые из девчонок иногда рассказывали о своих успехах в врачевании, но в те моменты Ярис их не слушал. Говоря о девчонках, у парня не было отбоя от них: они постоянно то просили понести книги из библиотеки, то помочь им с домашним заданием, а то вовсе прямо говорили о своем желании встречаться с ним, на что тот вежливо отказывался. А девушки все продолжали отвлекать его от учебы и трепать нервы. В конце концов парню пришлось смириться с этим и просто не обращать на них внимание. Правда, одна девушка ему приглянулась, звали ее Ханна. Она была похожа на Фелис своими длинными блондинистыми волосами, ростом, телосложением, а вот цвет глаз отличался - они были карие, в то время как у Фелис глаза больше походили на солнце и поле молодых одуванчиков. Ханна оказалась довольно миловидной и не пыталась привлечь внимание парня, но как-то она добилась его расположения. Познакомились Ярис и Ханна совершенно случайно: до девушки стали докапываться какие-то парни, явно не собираясь любезничать, а Ярис, оказавшийся свидетелем, вступился за Ханну. Парни его тогда знатно покалечили, но, к счастью, они не смогли противодействовать его ударам, а потому решили бежать. Девушка, чьего имени он пока не знал, подошла к нему, поблагодарила за помощь и предложила обработать раны. На тот момент Ярис с трудом соображал и просто кивнул, мол, делай что хочешь. Со временем Ханна чаще оказывалась в поле зрения парня, а он пытался не думать о белокурой девушке, но поддался своим желаниям и предложил Ханне встретиться в его комнате после ужина. - Так о чем ты хотел поговорить, Фиалка? - в первую очередь спросила девушка, усевшись на край кровати. Парень собрался с мыслями, выдохнул и настойчиво взял девечью ладонь в свою. - Скажи, где ты раздобыла любовное зелье и незаметно дала мне его? - как и подобает мужчине спросил Ярис, приподняв подбородок своей гостьи. На что та тихо рассмеялась, а юноша нежно поцеловал ее в губы. Поцелуй был хоть и коротким, но хватило и пяти секунд, чтобы передать те чувства, которые терзали парня. Начиналось все с коротких поцелуев и объятий, небольших свиданий, но потом их отношения стали серьезнее. Именно после это говорят: “Лишился целомудрия”, но Ярису было плевать, как и Ханне. Их отношения подошли к концу, когда парень окончил обучение и собирался вернуться домой. Пока он складывал вещи, Ханна тихо подошла к Фиалке, обняла его со спины и потянулась за поцелуем в щеку, однако юноша отвернулся от губ девушки, на что та обидчиво вздохнула. - Почему ты не хочешь в последний раз поцеловать свою девушку? - спросила тогда Ханна. - С этого моменты мы больше не пара. Прости меня за это, Ханна, - ответ парня прозвучал как гром среди ясного неба - оглушительно, внезапно, и вызвал тревогу. Глаза девушки начали наполняться слезами, когда ладони Яриса бережно накрыли ее собственные. - Прости, но наши отношения зашли слишком далеко. Я не тот, кто тебе нужен. - Не правда! - сквозь слезы прокричала Ханна. - Я не хочу, чтобы ты ушел! Скажи мне, в чем причина, почему ты так поступаешь со мной? Собрав свою сумку полностью, парень вышел из объятий бывшей девушки и бережно взял с одной из полок маленькую плюшевую лисичку, чьи глаза-пуговицы отражали блеск глаз парня. Как только Ханна увидела игрушку, на ее лице проступила печальная улыбка. - Понимаешь, я люблю другую. - промолвил Фиалка, сжимая мягкое туловище лисы. - И полюбил я ее раньше, чем тебя. Девушка вытерла слезы со своих щек, и ее взгляд выразил понимание, резко сменившиеся ненавистью. - То есть, ты все то время, пока мы были в отношениях, любил ту, которой здесь и не было никогда? Почему ты раньше не сказал, что любишь какую-то чертовку? - Ханна била парня по груди, но ему не было больно: он чувствовал лишь горечь Ханны. - Не говори о ней так, - резко и сухо ответил Ярис. - Ты не знаешь ее, Ханна. Она… - Что - она? - Мне не найти и слов, чтобы передать ее характер. Ханна, я встречался с тобой дабы заглушить ту боль, что меня терзает с момента нашей с ней разлуки. Ты очень на нее похожа, но не настолько, чтобы я полюбил тебя сильнее. Прости. Ханна отстранилась от парня, посмотрела в его глаза и влепила пощечину. Не сильную, но заметную. - Я думала, что ты сильный, - начала девушка. - Но не настолько, чтобы сразу мне сказать об этой… - Ее имя Фелис, - перебил девушку Фиалка, но та лишь нахмурила брови и развернулась на каблуках, шествуя к выходу из комнаты. В шаге от порога девушка обернулась и прошипела: - Пошел ты, тряпка, - и окончательно ушла в коридор. Тряпка. Именно это слово произвело на парня сильное впечатление: его снова выставили ужасным человеком, снова унизили, втоптали в грязь. Ярис хоть и стал сильнее во многих качествах, но страх непринятия наконец проснулся в его душе. Парень присел на кровать, все также держа в руке игрушечную лису - единственное напоминание о Фортнес. Девочке, что впервые заставила его почувствовать теплое чувство где-то в сердце. Он также заметил и слезу, что небольшой каплей упала на глаз игрушки, парень плакал, но тихо. “Простишь ли ты меня, если узнаешь об этом? - мысль обращалась к Фелис через плюшевую лисичку, будто бы та могла передать его сожаления. Но, увы, вещи не могут разговаривать: они не живые. Ярис понял об этом и бережно положил лису в сумку, затем закрыл ее, с помощью магии переместил в карманное измерение и двинулся к выходу. Если повезет, то он еще успеет поговорить с Комметом… Воспоминания отпустили парня довольно быстро, хоть и остался осадок. Ученическая жизнь была наполнена чем-то необычным, приятным, но в тоже время и тревожной. Стрессоустойчивость нужно было всегда держать при себе, ведь если нарушишь правила, то придется терпеть сильное психологическое давление со стороны преподавателей. Все это уже в прошлом, Ярису было это известно. Он также понимал, что если он захочет спокойно жить как и прежде, то нужно поскорее устранить угрозу и благополучно вернуться обратно в Старков. От этой мысли сердце наполнилось теплом и светом, которые угасли в тот же миг, когда где-то раздался треск веток. Насторожившийся Ярис стал медленно и осторожно пробираться сквозь кусты, за ним следовал Либм, прижавшись как можно ближе к земле. Расстояние сокращалось и можно было увидеть источник шума: парнокопытный зверь, иначе быть не могло. Он устало щипал траву около себе, изредка оборачиваясь назад. “Ты убегаешь от кого-то?” - задал вопрос Ярис скорее себе, чем животному, и в этот совершенно неподходящий момент Лимб начал утробно рычать. Олень навострил уши, напряг ноги, но не собирался бежать. Поняв, что их местоположение раскрыто, Ярис и волк вышли из кустов, но и на это олень не отреагировал. Тогда парень подошел к сохатому на расстоянии вытянутой руки и протянул раскрытую ладонь к носу зверя. Тот сначала подозрительно обнюхал ее, а затем осторожно прижал нос к пятерне парня, прикрывая свои большие черные глаза. Ярис заметно расслабился, подмечая для себя, что олень ведет себя почти как человек. Неожиданно парень уловил что-то знакомое в запахе сохатого, чего поначалу не замечал. Точно, ее запах, запах Фелис. Следовательно, она встречалась с этим зверем некоторое время назад. Лимб, все это время стоявший у ног хозяина, принюхался, а затем испустил вой. Этот протяжный звук здорово перепугал оленя, отчего тот сначала обернулся из стороны в сторону, а затем рысью поскакал в бесконечные дали кустов и деревьев. Ярис некоторое время стоял, смотря за удаляющейся фигурой сохатого, затем перевел взгляд на волчонка, присел на корточки и с укором произнес: - Зачем ты это сделал? В ответ Лимб указал мордой в кусты, из-за которых кто-то наблюдал, выдавая свое присутствие тихим шелестом листьев. Поняв, что он здесь не один, Ярис встал в оборонительную стою и грозно приказал: - Выходи, я знаю что ты за мной следишь! - Чтож, я выхожу, - знакомый голос раздался из-за куста, и невысокая девичья фигура выплыла на небольшой открытый участок леса. - Знаешь, можно было обратиться и не так грубо. Ярис опустил и расслабил кулаки, меня лицо с хмурого и решительного на растерянное, и лишь последовавший от него вопрос выдал в парне живой вид: - Фелис, ты что тут делаешь? Та немного потупила взгляд вокруг себя, а затем пронзительно вгляделась в фиолетовые глаза друга. Следом последовал ответ: - Я проснулась, а тебя рядом не оказалось. Вот и решила поискать тебя. - И почему ты решила, что меня стоит искать здесь? - скрестив руки на груди спросил Ярис. Неожиданно из волос девушки показалась мордашка Лиссы, которая издала звук, похожий на хвастливый тявк. - Как оказалось, Лисса смогла опознать запах Лимба, а если есть Лимб, то и Ярис будет рядом. - пояснила Фортнес, беря лисичку на руки. Странно признать, но в этом действии Фиалка увидел в девушке заботливую мать, которая любит свое чадо. Столь приятную мысль оборвал последовавший вопрос от Фелис. - Да, кстати, а ты что тут делаешь в столь поздний час? - Просто решил подышать свежим воздухом, - без запинки парировал парень. Тут девушка посмотрела на то плечо, где у Яриса была рана. Опустив своего зверя-хранителя на землю, Фортнес подошла к Фиалке так близко, что можно было почувствовать ее дыхание на своей коже. - Как рана? - осторожно поинтересовалась Фелиция. - Не болит? - С твоей-то способностью к исцелению могу сказать, что уже и забыл о ней! - подмигнул Ярис, примечая для себя немного сконфуженную подругу. Затем спокойно прошептал:- Если хочешь, можешь осмотреть, я не возражаю. Парень немного присел, чтобы Фортнес было лучше видно плечо, и задрал майку до самой шеи. Девушка быстро оказалась за его спиной принялась прощупывать кожу плеча, попутно уточняя: - Чувствуешь дискомфорт? А если я надавлю посильнее? Ты точно не чувствуешь боль? - Нет, со мной все нормально. Я же сказал, что почти не чувствую раны. - Как я погляжу, то останется небольшой шрам. - заключила девушка, проводя пальцем по тонкой полоске затянувшейся плоти. От прикосновения парень удержал облегченный выдох, под которым замаскировался стон. - Чтож, пусть тогда он будет напоминать мне о том, какая ты искусная целительница. - проговорил Ярис, вставая и натягивая майку обратно. Затем обернулся и подал руку: - Как насчет того, чтобы вернуться в палатку? - Думаю, это было бы неплохой идеей. - сказала Фелис и взяла в ответ ладонь парня в свою. Так они окончили ночной разговор и вернулись на свои спальные места. Ярис чувствовал облегчение от осознания то го, что лучшая подруга до сих пор печется о его самочувствии.