Часть 28. Отстраивая жизнь заново.

      Следующий месяц проходил так насыщенно и дарил мне столько новых эмоций и ощущений, что я перманентно находилась в состоянии эйфории.       В первую очередь это, конечно, заслуга Блейза. Мне казалось, что мы настолько хорошо друг друга знаем, что нет ничего предосудительного в том, что бы наши отношения развивались семимильными шагами. Но когда после ужина Блейз засобирался домой, я поняла, у него другое видение. — Завтра пойдем на свидание. — сказал он, поцеловал меня в лоб, и ушел.       Так начался наш конфетно-букетный период, которого я раньше не знала. Мы ходили в кафе в Лондоне, гуляли в парках, посетили пару выставок, и для меня стало сюрпризом, что Блейз, оказывается, очень хорошо разбирается в живописи.       Теперь мы узнавали друг друга так, как это должно быть. Да, мы уже изучили характер и поведение другого в критических ситуациях. Но настала мирная жизнь, и в ней нашлось место детским воспоминаниям, предпочтениям в музыке, еде, фильмах и книгах.       Блейз рассказал мне о своем отце. По признанию матери Блейза, мужчина был единственным, кого она по-настоящему любила, и именно поэтому Блейз появился на свет. Маурицио Забини был волшебником, но строил достаточно прибыльный винный бизнес на магловском рынке. К сожалению, его успехи не прошли мимо итальянской мафии. Маурицио был не очень сговорчивым, так как считал, что находится под защитой магии. Но старый добрый пистолет оказался сильнее волшебной палочки. — Мама оставила им все, кроме небольшого домика у моря, о котором они не знали. Это ее место силы, поэтому она так любит туда возвращаться. Она была там счастлива.       Мне нравилось слушать Блейза, и узнавать о нем всё больше нового. Впрочем, и он тоже засыпал меня вопросами, и теперь я рассказывала о себе все, без утайки.       Ещё он превратил мою кухню во что-то вроде цветника. При чем, когда Блейз спросил, какие цветы я люблю больше всего, я имела неосторожность пожать плечами и сказать «Все». И вот теперь вся моя кухня заставлена розами разных сортов, гортензиями, орхидеями, хризантемой, пионами и ромашками.       Мы проводили много времени вместе, но Блейз не торопил события. Более того, именно он стал инициатором встреч со всеми нашими друзьями.       У них жизнь тоже налаживалась. Кингсли собственноручно вручил каждому из Заката звание Героя войны, и это очень облегчило наш дальнейший путь, ведь работодатели считали эту строчку в резюме очень весомой.       С Джо и Уиллом мы встретились за завтраком в милой кафешке в сердце Лондона. Джо смогла очень выгодно взять в аренду помещение в косом переулке, и оборудовала там магазинчик и мастерскую вещей собственного дизайна. Уилл же решил, что все-таки стоит закончить седьмой курс, и планировал в сентябре вернуться в Хогвартс.       Так же, как и Гермиона. С ней, Гарри, Джинни и Роном мы ужинали у меня дома. Джинни тоже возвращалась в Хогвартс. А вот Гарри и Рон по наставлению Кингсли, решили попробовать себя в качестве мракоборцев. Стажировку им назначили на август, так что пока ребята отдыхали, наслаждаясь летом и свободой.       Зед, Натан и Мирта открыли свое небольшое риэлторское агентство и помогали волшебникам найти идеальное жилье. За то время, что они занимались распространением листовок, они очень хорошо изучили все места, где живёт достаточно магов, так что идея такого занятия была перспективной.       Тео первым делом забрал к себе Кейт. Ее родители, даже после того, как вскрылась вся правда о пожирателях, остались при своем мнении, и когда Тео явился просить их благословения, поставили дочери ультиматум. Либо они, либо этот предатель. Думаю не нужно говорить о том, как быстро Кейт собрала вещи. И не жалела об этом.       Амелия и Шон, так же как и я, были приглашены в Мунго, и уже проходили там стажировку. Они-то и уговорили меня не затягивать, и пройти собеседование. — Хотя с учётом того, что теперь все используют твое диагностическое, максимум, что тебя спросят — когда вам будет удобно приступить? — сказала мне Амелия.       Я как раз вернулась с собеседования, где мне и правда задали очень мало вопросов, и застала Блейза и Тео в гостиной. Вчера мы вчетвером ходили в бар. Пили, много танцевали, в общем, вели себя так, как большинство нормальных людей в нашем возрасте. И после, когда уже засобирались домой, я предложила всем переночевать у меня. — Прошла? — увидев меня, спросил Блейз. — Ага. Завтра первый день. — я улыбнулась. — А вы тут что делаете? — О, строят великие планы по захвату мира. — отозвалась Кейт, появляясь из кухни, и неся в руках две чашки с кофе.       Оказалось, что Тео достался от отца небольшой ювелирный бизнес, который он, за неимением интереса к данной сфере, отдал в руки Кейт. А вчера, танцуя и смотря по сторонам, ему в голову пришла идея открыть свой собственный бар. Оставшихся в сейфе Ноттов финансов было недостаточно, так что он предложил Блейзу вложиться и стать партнёрами. — Мне кажется, это отличная идея. — отозвалась я, когда они поделились со мной.       Так что жизнь продолжалась. Я стажировалась в Мунго, ребята разрабатывали концепцию бара и искали помещение.       Блейз часто встречал меня после смен, и провожал домой. В один из таких вечеров, когда мы вместе поужинали, я просто отказалась отпускать его домой. Наверное, он все ещё нервничал и не хотел ничего испортить, и именно поэтому ждал этого решения от меня.       Мы съехались, и теперь я засыпала и просыпалась в его объятиях. И жить вместе нам оказалось очень легко. Во-первых, основные бытовые трудности мы уже пережили, когда обживались здесь в прошлом году. А во-вторых, мы настолько хорошо друг друга знали, доверяли и смотрели на жизнь в одном направлении, что даже если возникала какая-то сложность, то мы просто обсуждали ее, и решали без ссор и истерик. И в каждый такой момент, я так радовалась, что мы способны выстроить здоровые отношения. Честно говоря, в Блейзе я не сомневалась. А вот на счёт себя самой, с учётом предыдущего опыта, сомнения имелись. Но мы с Блейзом открыто обсуждали все свои чувства и эмоции, и он всегда находил слова, которые могли меня успокоить и подбодрить.       Мне казалось, что ничто не способно разрушить мой маленький идеальный мир. Но, как это обычно и бывает, жизнь подкидывает нам испытания. Особенно, когда мы счастливы. — Блейз! Это блинная сковородка! Я же просила не жарить на ней яичницу! — войдя на кухню, и увидев этот кошмар, запричитала я. — А ну! — когда я подошла, сама не зная, что собираюсь сделать, Блейз подхватил меня, и усадил на высокий кухонный остров. Быстро выключил газ, и вернулся ко мне, встав между моих колен. — Объясни мне ещё раз, в чем принципиальная разница? Удобно же. — Я же просила. — я выпятила губу, но продолжила. — Ты бесишься, когда я не туда складываю вилки, а сам? Эта сковородка для блинов. Тебе же не приходит в голову жарить яичницу в кастрюле, потому что она не для этого предназначена! — Хорошо, я понял. — усмехаясь, и проводя руками по моим бёдрам, запуская тем самым строй мурашек по всему моему телу, отозвался парень. — Больше не буду, обещаю. — Вот и славно. — выдохнула я, когда он приблизил ко мне лицо. — А то в следующий раз, я тебе этой сковородкой…       Договорить я не успела, так как Блейз уже впился в мои губы, и я, обхватив за шею, утянула его за собой, ложась спиной на поверхность острова. Блейз блуждал губами по моей шее, и уже начал стягивать с меня майку, когда послышался звук со стороны коридора. — ТВОЮ Ж… — отстранившись друг от друга, мы перевели взгляды в дверной проем.       На полу валялся, ругаясь последними словами, Теодор Нотт. — Напомни, почему я не могу его прикончить? — переводя взгляд обратно на меня, спросил Блейз, и упёрся головой в мои ребра. — Потому что…он…твой лучший… — сквозь приступы слабо контролируемого смеха, пытаюсь ответить я. — Друг. — Как же. — недовольно бурчит Блейз, помогает мне подняться, и спускает с острова. — Ты живой? — все ещё посмеиваясь, я подхожу к лежащему Тео, и помогаю ему встать.       Забини тем временем уже заваривает другу кофе. — Вроде. — отозвался Нотт, потирая затылок. — Кто оставил там эту чёртову сумку? Я почти ушел, увидев, что у вас все хорошо, но споткнулся… Эй, ты чего?       Запротестовал парень, когда я вызвала диагностическое. Как бы он не храбрился, а головой ударился очень даже ощутимо. А споткнулся он о сумку с моей формой. — Сотрясения нет, все в порядке. — изучая диаграмму, констатировала я. — Ему только сотрясения не хватало, у него и так мозги набекрень. — поставив перед Тео чашку кофе, отозвался Блейз. — Ну спасибо, друг. — обиженно ответил ему Тео. — Ты голодный? — спросила я, и не дожидаясь ответа быстро полезла в холодильник, что бы приготовить парню бутерброд с арахисовой пастой, которую он обожал. — Правда, извините. — довольно жуя, наконец сказал он. — Я честно пытался уйти по-тихому. — Ничего, Тео. — отозвалась я, и получила недовольный взгляд от Блейза. — Вообще, я здесь по делу. Вы газеты ещё не читали? — осведомился Нотт. — Нет, что-то случилось? — обеспокоено спросила я.       Я не читала газеты. Конечно, суды над пожирателями, смена руководства в министерстве, и прочие события волшебного мира меня волновали. Но я настолько растворилась в этой новой, счастливой жизни, что времени на чтение газет просто не было. Да и я знала, случись что-то по настоящему важное — такая новость найдет меня сама. Вот как сейчас. — Нет, нет, все отлично. Новости тебе понравятся. — поспешил успокоить меня Тео. — Кхм… — я увидела, что парень пытается подобрать слова, вот уж чего за Ноттом никогда раньше замечено не было. — В общем, Кингсли распустил Визенгамот, и сейчас идут массовые проверки всего состава. Скорее всего, больше половины из бывших присяжных уволят.       Новость и правда была хорошей. — Ты сдвинула этот айсберг. — подойдя ко мне сзади, и обняв, тихо проговорил Забини мне на ухо. — Но вообще я хотел поговорить с тобой, Блейз. — серьезно сказал Тео, и я поняла, это что-то личное. — Я пойду разберу вещи для стирки. — улыбнулась я, и высвободилась из объятий Забини. — Не обязательно… — начал Блейз, но я прекрасно видела через чур напряжённое лицо Тео. — Все в порядке. — поднявшись на мысочки, я легко чмокнула парня в губы, и вышла из кухни, плотно прикрывая за собой дверь.       Прошло минут сорок, прежде чем Блейз вошёл в комнату. И мне не понравилось его выражение лица, ровно как и напряжение в плечах, которое свидетельствовало о том, что новости Тео принес не только хорошие. — В чем дело? — спросила я, откладывая книгу, которую читала до его появления. — Где Тео? — Ушел. — тихо отозвался Блейз, сел на кровать, и вдруг со всей силы ударил по ней кулаками. — Почему, когда думаешь, что все наконец хорошо, обязательно происходит какая-то дичь?!       Он поднял на меня взгляд, и мне показалось, что вопрос этот был адресован скорее к действительности, нежели ко мне. Но видя в каком состоянии парень, я тоже напряглась. Произошло явно что-то очень важное, и это касается нас обоих. — Сделай глубокий вдох, и скажи наконец, что произошло? — стараясь сохранять спокойствие, сказала я.       Блейз очень редко представал в таком состоянии, и у меня в голове потихоньку начало складываться подозрение. Ведь на моей памяти таким образом он реагировал только в одном случае… — Кингсли распустил Визенгамот не только из-за твоей пламенной речи. Хотя без нее это бы вряд-ли произошло. — отозвался парень, и перед тем как продолжить, сделал глубокий вдох. — В общем, Нарцисса нашла тех ребят, которых якобы убил Драко.       Ни одна мышца на моем лице не дрогнула. Я приняла эту новость на удивление спокойно. Не в последнюю очередь потому, что знала — Нарцисса этих людей буквально из-под земли достанет. И ей понадобился всего месяц! Вот только злиться на Визенгамот смысла уже не было. Слава Мерлину, Нарцисса не опустила руки, а Кингсли готов был менять эту прогнившую систему. — Они живы, отсиживались за границей, пока все не утихнет. Первого она нашла во Франции, и потянув за эту ниточку, вышла на них всех. Привезла их сюда и поставила в линию в кабинете Кингсли. Шумиха поднялась страшная. Ему ничего не оставалось, кроме как взять дело под собственный контроль. — продолжил Блейз, с каждым новым словом наблюдая за моей реакцией. — Пересмотр дела состоялся вчера. Малфоя оправдали, а завтра его отпустят. — Хорошо. — спокойно ответила я. — Никто не заслуживает гнить в Азкабане, будучи невиновным. — отозвалась я. — Мы же за это и сражались, верно?       Сколько людей было осуждено Визенгамотом ошибочно? Конечно, после моего срыва на суде Драко из Азкабана выпустили немало людей. И пересмотры идут до сих пор. Но касаются они в основном тех, кто был заключен во время правления пожирателей. Старые дела пока не пересматривали, и, думается мне, до сей поры это в планы Визенгамота не входило. Что ж, возможно новый состав будет работать лучше. Освобождение Драко первый тому пример. Жаль, что Сириус так и не дождался справедливого суда. — Да. — отозвался Блейз, и тяжело вздохнул, прежде чем задать волнующий его больше всего вопрос. — Но что будет с нами?       И тут я поняла. За напускным счастьем и радостью, все это время скрывалась гноящаяся до сих пор рана, нанесённая мной Блейзу. Он думал, что я с ним, потому что не могу быть с Драко. И теперь считал, что я брошу все, и отправлюсь в объятия Малфоя. Сначала в душе поднялась волна злости. Это какой же ветреной он меня считает?!       Но я быстро смогла совладать с эмоциями, и встав со стула, подошла и села рядом с Блейзом. До этого я столько раз выбирала Драко, независимо от обстоятельств, что страх того, что я поступлю так снова, сработал в Блейзе просто по привычке. Потому что я так уже делала. — Мы будем здесь. — сказала я, и приподняла подбородок парня, что бы он посмотрел мне в глаза. — Мне нужен ты. — Правда? — сжимая мою ладонь, немного неуверенно спросил он. — Правда. — отозвалась я. — Теперь ты так просто от меня не отделаешься. — я нежно щёлкнула его по носу, как всегда делала папа, когда хотел меня успокоить и развеселить.       И это подействовало. Блейз улыбнулся, и так крепко прижал меня к себе, что мне даже дышать стало сложно. — Люблю тебя. — отстранившись, сказал он, и я подалась вперёд, что бы поцеловать человека, который показал мне, что такое истинное счастье.