Глава 9

      Сбежать из того дома — половина дела. Нужно ещё выбраться из Блумтауна. Они шли почти на ощупь, не зная, сколько ещё препперов пряталось в городе. Пан велел не привлекать внимания, но как это сделать троим в безжизненном городе, не сказал. Приходилось красться через дворы и развалины зданий. В арках домов их шаги громыхали, а крошки бетона постоянно скрипели под подошвами.       Обойти крупные улицы не удалось. Они вышли к торговым рядам. Идя вдоль, Рой краем глаза заметил красное пятно в дверном проёме одного магазинчика. Сердце ёкнуло. Он дёрнул Афину за рукав, кивнул в сторону двери. Она прищурилась, всматриваясь: силуэт стоял неподвижно, в кепке и клетчатой рубашке. Воздух Блумтауна замер, тревожно натянулся.       — Это манекен, — выдохнула она.       Рой присмотрелся. Под козырьком блеснула пластиковая кожа. Напряжение слегка отступило.       — Преппера я сразу бы заметил, — вставил Пан. Их волнение не ускользнуло от него.       — Неужели? — с едкой усмешкой спросил Рой, но осёкся. Подначивать избитых рейдеров — идиотская затея. Афина то и дело придерживала левый бок, на нос Пана без слёз было не взглянуть. Он сам отделался рассечённой скулой — в основном благодаря спутникам.       — Думаете, нас ищут? — спросил Рой.       — Смотря, зачем они здесь, — ответил Пан.       — А какие варианты?       Пан посмотрел на него, сдвинул брови.       — Только один: идём молча.       Рой потупил взгляд. Спорить не имело смысла.       Через полчаса бетонный лабиринт остался позади, и Рой наконец-то выдохнул. Даже поёжился от свежего, прохладного воздуха. Перед ними раскинулись лоскуты тёмной, рыхлой земли. Техника дремала, ожидая фермеров. Поля простирались далеко и упирались в длинную стену из стеклянных домиков — теплиц. Их было так много, словно целое поселение. Облезлые и скособоченные. Остатками стёкол они отражали мечту Роя и то, что с ней стало. Защипало в носу. Он опустил голову, чтобы рейдеры не увидели, как ему горько. Тишину нарушало поскрипывание двери на ржавых петлях, лениво раскачиваемую ветром.       — Жили ведь люди, — вдруг прогнусавил Пан, — ешь — не хочу. Аж зависть берёт.       Его реплика осталась без ответа.       Пройдя полмили, они наконец остановились за высокими валунами. Афина скинула рюкзак и тяжело уселась на камень. Закрыла лицо ладонями, застыла. Пан тоже снял рюкзак и привалился к холодной стенке валуна. Он разглядывал на песке полосы, которые рисовал носом ботинка. Оба молчали, но Рой понимал, насколько они раздавлены.       Афина убрала руки и заговорила:       — Нужно передать о препперах на базу.       Её голос звучал устало.       — Ещё перед Ашгреем предлагал, — огрызнулся Пан. — Теперь только с ботинка сообщать.       — Завёрнем к домику лесника, там есть рация.       Пан продолжал чертить полосы на песке, не глядя на неё. Афина вцепилась в него взглядом, прикусив губу. Рою не нравилась идея, и он поймал себя на том, что ждёт ответа так же напряжённо, как она.       — Ладно, — наконец сказал рейдер, — заодно выбью долг из одного прощелыги.       Афина выдохнула с неприятным и подозрительным сипом. Достала стимулятор и сделала инъекцию в бедро, прямо через одежду. Послышался тонкий пенящийся звук. Рой увидел, как её щёки сразу порозовели и она перестала сутулиться. Заметив его взгляд, Афина смущённо предложила:       — Могу промыть ссадину, если хочешь…       — Лучше мне нос вправь, — перебил Пан, садясь напротив. — Тут никакой стимулятор не поможет. Кики точно рехнётся, если увидит это месиво.       Афина скривилась, но встала и подошла к рейдеру. Аккуратным движением прикоснулась к переносице. Пан зашипел.       — Не хочешь организовать себе кляп? — спросила она.       Пан глянул на неё исподлобья с таким презрением, будто та призналась в симпатии к препперам. Она цокнула, и продолжила ощупывать кость. Пан прикусил губу, зажмурился. Даже Рою захотелось закатить глаза.       Резкий толчок, вскрик, и Афина уже вытирала руки о штаны Пана.       — Какой же ты идиот, — сказала с раздражением. Рой был абсолютно согласен. Из глаз рейдера потекли слёзы, но нос больше не косился вбок. Афина наложила повязку.       А затем, пришлось уносить ноги — крик мог привлечь препперов. Не удалось ни отдохнуть, ни поесть. Голод приходилось заливать водой. Рой выпил так много, что при каждом шаге отчётливо слышал, как в животе булькает.       То, что произошло в Блумтауне, окончательно открыло Рою глаза. Он сильно ошибся, решив, что Афина хоть чуть-чуть, но другая. Конечно, она не состояла из смешков, ужимок и разговоров про вышивку крестиком. Но то, как отточенно она рассекла препперам горло, разбило представления Роя о «прекрасном поле». И он не хотел знать, сколько потребовалось людей, чтобы так набить руку.       Солнце прочертило дневной путь, а они всё шли. Скрылось, убаюканное сумерками, а продолжали идти. Ни одной остановки и передышки, словно тени препперов наступали на пятки. Замедлились, лишь когда вдалеке прорезался огонёк. Вскоре проступили очертания жилища.       — Что-то маловато света, — проговорил Пан.       Рейдеры достали оружие. У Роя неприятно затянуло в животе.       — Там препперы, да? — шёпотом спросил он.       Спутники молчали, поглощённые беспокойством.       — Я туда не пойду, — сказал он громче. — Мне хватило.       Раздалось два выдоха. Рой уловил раздражение. Но вместо перепалки, Пан двинулся дальше, Афина за ним. В их походке было столько напряжения, что оно передалось Рою — он чувствовал, как стучит сердце, реагируя на каждый их шаг. Замерев, он наблюдал, как рейдеры приближаются к домику. Пустошь за спиной тонула в холодном и густом мраке. Казалось, вытяни руку — и он её обглодает. Но ещё гуще была тишина, словно затаившая дыхание.       Пронзительный вой всколыхнул темноту. Кости Роя словно завибрировали. Оцепенение спало, и он побежал за рейдерами, расшвыривая песок ногами. Афина шикнула на него, а Пан прошептал пару ласковых.       Чем ближе они подходили к домику, тем ярче становился свет фонарей на невысокой каменной ограде. Этот уголок мог показаться Рою уютным, даже сказочным, если бы приторный запах. Сначала едва заметный, он слипался с воздухом и становился резче. Рой зажал нос, но даже так вонь прорывалась внутрь, цеплялась за горло, делала каждый вдох мучительным. Рейдеры только поморщились. Возле ограды стало совсем невыносимо. Рой остановился, чтобы унять спазм; вдохнул носом — и рвота тут же обожгла горло. Сначала вышли остатки воды, за ними — желчь. Спутники даже не взглянули на него.       Пан заскочил на лестницу и со всей силы распахнул входную дверь. Нащупал выключатель — и внутри загорелся свет.       — Какого? — спросил с недоумением.       Прошёл в дом и крикнул:       — Глянь сарай.       Она подкралась к маленькой деревянной пристройке, с пистолетом наготове. Толкнула дверь — та шваркнула, но не поддалась. Открылась только на третий раз. Афина тут же спрятала нос в сгибе руки. Заглянула внутрь и отпрянула. Её повело. Едва удержала равновесие. Хрустнул гравий. Запах долетел до Роя, удушливее прежнего. Его снова затошнило.       — Что там? — спросил Пан, спускаясь по лестнице.       Афина отошла, зажмурилась. Кажется, её тоже мутило.       Рейдер подлетел к двери, посмотрел внутрь. Надрывный сип вырвался из его груди. Настолько душераздирающий, что у Роя задрожали руки.       — Мэнни, ублюдок. Ему не жить, вот увидишь.       — Думаешь, Мэнни? — спросила она.       — Там кровавая галка во всю стену.       Свет отразился в глазах Афины влажным блеском. Пан сжал кулаки и продолжил:       — Надо закопать ребят. В доме должна быть лопата. А ты, — Пан кинул на Роя взгляд, — хватит блевать, пошли внутрь.       В домике была только одна комната. Двухъярусные кровати, маленькая кухня и полный разгром. Пух из разорванных подушек слипся в красные комки. Стеллажи повалились и выплюнули хлам, консервы, препараты, гильзы. Пан, переступая через них, подошёл к опрокинотому столу. Поднял с пола два обломка, повисших на проводе.       — Вот и рация.       Афина прищурилась. Она собиралась ответить, но громкий скрип над головой прервал её и заставил всех троих посмотреть наверх. Рейдеры переглянулись, и Афина сказала чуть громче обычного:       — Давайте ужинать. Я такая голодная, что готова съесть когтя смерти.       — Ещё бы, — пробубнил Рой, — такая обстановочка будит в тебе аппетит.       — Что там у тебя осталось? — спросила она, будто не слышала его слов.       — Ты на мой рюкзак не заглядывайся. У тебя своего добра навалом.       — Да, да. Конечно, — сказала она рассеянно. Всё её внимание было направлено на Пана, который почти на цыпочках выскальзывал из домика. — Может, пюре?       — У меня его нет.       Пан скрылся за дверью. Афина прислушивалась к тому, что происходит снаружи и наверху.       — Какая жалость. Ты любишь пюре? Если хочешь, дам своё.       Его передёрнуло. Будто с ним говорила Дженна или любой другой житель Убежища.       — Ну так что? — она посмотрела на него.       — Ничего.       Сверху закричали, заёрзали. Раздались удары, шуршание. Афина выбежала. Вытащила пистолет. Рой выскочил за ней. Пан спускался вниз по лестнице, сбоку от домика.       — Смотри, какую грязь выгреб с чердака.       Рядом была женщина, которую он держал за ворот. Она понурила голову, вцепившись в лохмотья. Следом волочились ещё двое: мальчик и девочка-подросток. Афина направила на них оружие. У Роя упало сердце. Вечер становился всё тошнотворнее.       — Включи свет, — приказала она ему. — На доме.       Рой нашёл выключатель. Кусок между домиком, сараем и оградой ярко осветился.       Пан швырнул женщину на гравий. Она закашляла сипло, надсадно. Дети полетели следом. Девочка, захлёбываясь плачем, прикрыла ладонью поцарапанную коленку. Её волнистые волосы сально блестели и липли к влажным, впалым щекам.       Пан подошёл и дёрнул лохмотья на плече женщины. Ткань затрещала, оголяя плечо.       Рой отвернулся.       — Шкура препперская, — процедил Пан.       Вой снова всколыхнул темноту. Рой поднял глаза и увидел на плече женщины глубокий шрам-галку. С лица Афины схлынули все эмоции, оставив холодную, отрешённую маску. Только глаза потемнели. Пан потянулся к рубашке девочки, но мать взревела:       — Ей тринадцать!       Рейдер тут же одёрнул руку. Женщина, дрожа, попыталась заслонить детей. Рой нахмурился, предчувствуя дурное.       — Что здесь забыли препперы? — спросил Пан.       Женщина молчала, уставившись в одну точку. Её худое и обветренное лицо было непроницаемым. В тишине слышались только всхлипы дочери.       — Молчишь? Ладно. Афи, тащи лопату.       Пока она ходила, рейдер не терял времени.       — Нашла кого защищать… Знаю я вашего брата. Муженёк наверняка потащил с собой, кашеварить на всю ораву, да обстирывать. Детей дома не оставишь — ещё в рабство утащат. А потом он сдох. Так ведь? Без него вас продали бы первому каравану. Вот ты и улучила момент — сбежала, спряталась с детьми на болотах. Не думаю, что препперы сильно искали. Вернулась, когда они ушли. Тут, как-никак, остались припасы.       Он замолчал, поморщился.       — Я этих историй навидался. Мерзость.       Гравий зашваркал о металл — Афина тащила лопату.       — Последний шанс, — сказал Пан. — Скажешь, зачем они сюда припёрлись?       — Не знаю.       — Тогда копай три могилы.       Афина швырнула ей лопату. Противно лязгнуло.       — Она же умрёт, — завопила девчонка из-за спины.       — Тогда помоги маме, раз она сама не хочет.       — Но я тоже ничего не знаю.       — Тогда закрой рот и смотри. А чтобы было больше задора…       Он поднял руку и направил ствол на мальчика.       Женщина злобно глянула на рейдера, схватила лопату и, опираясь на неё встала.       Рой стиснул зубы. В голове колотилось: «Скажи, что это шутка. Скажи, что шутка!»       Афина отошла к ограде, и мрак накинул на её лицо тонкую вуаль.       Женщина пыталась подцепить лопатой твёрдую осеннюю землю. Но на металле оседали сущие крошки. Отбросить их не хватало сил, и они падали рядом с её босыми ногами. Попадавшиеся камни женщина вытаскивала руками.       Дети выли не замолкая.       Лопата ударилась об очередной камень. Женщина попробовала его выдернуть, руки соскользнули. Ещё рывок - снова кашель. Сухой, рвущий лёгкие. Она припала к земле. У Роя задавило в висках.       Пан пихнул её ногой.       — А ну встала.       Женщина завалилась набок. Рой больше не мог на это смотреть, не мог слушать. Он направился к ней помочь.       — Даже не думай, — послышался голос Афины.       За шиворот словно бросили кусок льда. Он остановился.       — Афина… — проговорил он окоченевшими губами.       Разъяренный взгляд Пана обрушился на него. Теперь на мушке у рейдера оказался он.       — Тебе не хватило? Не дошло? Так я сейчас объясню…       И тут голова Пана подалась вперёд. Он выронил пистолет, схватился за затылок. Мальчик подскочил и дал дёру. Афина выстрелила. Раз, два — мимо. Хотела побежать, но девчонка схватила за ноги и повалила. Мать занесла лопату и шарахнула Пана по голове. Он свалился без сознания.       Переступив через него, стала идти на Роя. Лопата угрожающе поднята. Афина всё никак не могла отпихнуть девчонку.       Рой заметил на земле пистолет Пана. Одним рывком схватил его, взвёл курок и наставил на женщину. Она будто не заметила и продолжила наступать. Рой пятился. Афина наконец вырубила девчонку. Он выдохнул. Сейчас поможет ему с матерью. Но Афина подлетела к Пану, стала прощупывать пульс, прислушиваться к дыханию. Про Роя даже не вспомнила.       Тогда он крикнул, срывающимся голосом:       — Я выстрелю!       Никакой реакции. Медлить было нельзя — женщина приближалась. Рой спустил курок. Пуля прошила металлическое полотно. Женщина остановилась, глянула на дырку и хмыкнула, видимо не сильно впечатлившись. Теперь она точно размозжит ему череп. Либо он, либо она. Нужно стрелять. Прямо в неё. Он не дышал. Не мог выстрелить. Его словно забетонировало.       Подбежала Афина и ударом приклада оглушила женщину. Сквозь пелену звона, он расслышал:       — Дай сюда.       Она протянула руку. В её глазах читалось напряжение.       Время стало каучуковым, бесконечно растянутым и вязким. У пистолета появился вес. Руки затряслись. Если бы не Афина, он бы никогда их не отмыл.       Она медленно подошла и выхватила у него пистолет. Потом направилась к домику. Он провожал её взглядом, а когда она скрылась, Рой остался наедине с ночной тишиной и тремя людьми, распластавшимися на земле. Мурашки пробежались по загривку.       Афина вернулась. Вколола Пану стимулятор, плеснула в лицо водой из бутылки. Рейдер засопел и очнулся. Послышался вздох облегчения. Но едва он поднялся, получил звонкую оплеуху.       — Ты что творишь? — возмутился Пан.       — А ты? Голова нужна не чтобы по ней получать.       — А оружие — чтобы из него попадать, — Пан потёр затылок. — Чем этот пацан в меня кинул?       Афина пнула камень.       — Если бы ты не размахивал пистолетом направо и налево, и стрелять бы не пришлось.       — Смотрю, у тебя совсем подтекает.       Она ощетинилась:       — Ещё хоть слово.       — Продолжай, — усмехнулся Пан. — Пожалуешься Фойду?       — Доложу.       Афина уставилась на него, но рейдер не собирался играть с ней в гляделки.       — Ладно, — буркнул он, — ещё могилы рыть. Вытащим тела и закроем там этих красавиц. А где, кстати, пацан?       — Возможно, уже в чьей-то пасти.       Рой зашёл в домик, разложил спальник и плюхнулся на него. Надо поесть. Так долго мечтал об этом — а теперь кусок не лез в горло. Сил хватало лишь пялился на противоположную стену. Шесть пулевых отверстий, окружённых темно-коричневыми ореолами, брызгами и подтёками. Стоило ужаснуться. Ведь так положено реагировать на жестокость. Потом — мучится виной, что едва не выстрелил в человека. Но в голове было пусто и гулко. Мысли и переживания вязли в трясине усталости.       Рой закрыл глаза. Лёг. С улицы доносились голоса рейдеров.       — Она же дырявая, — возмутился Пан. — Руками теперь копать? Чем он вообще думал?       — Не возникай. Держи чудо-клей.       Вскоре послышалось шуршание земли. Жаль, если какая-то могила окажется для препперши и детей. И последняя, затухающая мысль: «Хорошо, что не для меня.»

Please stand by