Глава 13

      Резкая боль снова прострелила ногу, и Рой очнулся. Это Афина тормошила его. Он протестующе застонал. В ногу опять словно возились бесчисленные осколки битого стекла.       — Сказала же не отключаться, — пробурчала она. — Хорошо, что ещё живой.       Весь мокрый от пота, он в то же время дрожал.       — Лучше бы умер.       — Сейчас не до этого — надо выполнить задание Фойда и как-то выбраться.       Рой простонал снова, откинув голову.       Послышался щелчок крышки, и Афина поднесла к его губам бутылку.       — Была только неочищенная, — сказала она. — Но хотя бы запечатанная.       Перед глазами промелькнула их первая встреча. Рой выхватил воду из её рук, отвернулся и стал пить так жадно, что даже закашлялся.       — Не подавись.       — Нашла стимулятор? — кинул он в ответ.       — Только использованные. Зато нашла вот это.       Она засунула руку в карман куртки и вытащила два шприца. Сжимая их в кулаке показала Рою. Он прищурился.       — Что это?       — Не знаешь? Счастливчик. Это Мед-Х. Одной дозы хватит, чтобы на какое-то время поставить тебя на ноги, но…       — Отлично. Коли.       — Но можно получить зависимость.       Рой поджал губы. Стать наркоманом — последнее, чего он хотел. Но очередной пронизывающий приступ боли в ноге всё решил за него. Рой сказал тихо:       — Коли уже.       Афина ввела иглу ему в плечо. Неприятный холодок разлился под кожей. Скоро наступит облегчение. Но минуты тянулись, а оно не приходило.       — Вколи ещё, — не выдержал он.       — Губу закатай и терпи. Скоро подействует.       Афина оторвала длинную полоску от халата. Схватив один конец зубами, вторым стала обматывать правую ладонь.       — А с тобой что? — спросил он.       Она проговорила сквозь зубы, не выпуская ткани:       — Хто бы мох подумать, што щупальсе с работающим охнемётом окашется хорячим.       — Ты за него схватилась что ли? — Афина кивнула. — Зачем?       Она замерла и уставилась на него в недоумении. Выплюнула кусок ткани изо рта.       — Чтобы тебе не поджарили мозги? Редко, но ты всё же ими пользуешься.       — Ногой тоже.       Она опустила глаза и свела брови.       — Я правда хотела успеть…       — Знаю.       Его слова зависли в тишине и неуютно затянули под рёбрами. Стараясь заглушить это чувство, Рой заговорил:       — Давай помогу перевязать.       Афина нахмурилась. Прижала руку к груди.       — Я постараюсь аккуратно, — сказал Рой, улыбнувшись. — Мне столько раз приходилось быть подопытным у своей… подруги, когда она училась делать перевязки, что я запомнил, как их накладывать.       Афина подняла бровь:       — Случайно не о ней ты грезил на базе?       Даже сюрпризы не такие неожиданные, как эта мадемуазель. Рою понадобилось несколько секунд, чтобы вернуть душевное равновесие.       — Так тебе нужна перевязка?       Афина протянула подрагивающую ладонь.       С повязкой Рой справился в два счёта. И только он затянул узелок, как Афина одёрнула руку.       — Хорошо получилось, да? — спросил он, довольный своей работой.       Она пристально поглядела на него.       — Неплохо. Смотрю, тебе полегчало?       Действительно, боль стучала где-то вдалеке, и теперь нога лишь поднывала.       — И как ты только поняла?       — Лыбишься во весь рот. Ну и зрачки. Надо спешить, пока Мед-Х действует. Вторая доза только в крайнем случае.       — Ну ты и жадина, конечно.       — Видел на базе калек? Далеко не все их увечья — боевые.       Когда они вышли в коридор, Рой ещё прихрамывал на искалеченную ногу. Но уже не обращал внимания на мокрое чавканье под ногами, и лаборатория больше не давила. Роботы устранены, а трупы не навредят. К тому же, он выполнил свою часть, а с мозгом Смотрителя пусть разбирается Афина.       Он даже замурлыкал какую-то песню под нос. Афина тут же обернулась и посмотрела с укором.       — Не корчи такие страшные рожи. — сказал Рой. — У тебя и без них всё грустно с лицом.       — Зато тебе очень весело. Раз вмазало, хоть рот держи на замке.       Он ухмыльнулся.       — Здесь тебе не Пустошь, чтобы командовать. Поэтому, сделай одолжение и закройся сама.       Афина подняла брови, но тут же вернула прежнюю суровость.       — Оказывается, ты можешь быть ещё более невыносимым.       И пошла вперёд, показывая, что разговор закончен. Последнее слово, как всегда, за ней. Ну нет. Рой кинул ей в спину:       — На меня хотя бы можно взглянуть без отвращения.       Афина только подняла руку, показав средний палец.       Они дошли до конца коридора, который расходился в две стороны. Слева был кафетерий.       — Заглядывала сюда? Может, какой нож найдётся.       — Там воды по самые уши. Любой нож…       Но Рой уже нажал панель. Дверь открылась, и поток мутной воды врезался в них, припечатав к стене. Рой захохотал, убирая пряди со лба. Афина отплёвывалась и вытирала мокрое лицо.       — Ты просто конченый. Если там и есть ножи, то только ржавые и тупые. Прямо как ты.       Он не слушал её, внимательно разглядывая серди мусора, вырвавшегося вместе с водой из кафетерия, пустые ампулы. Он поднял одну. Внутри, в прозрачной розоватой жидкости, лениво перекатился крошечный пузырёк воздуха.       — Кажется, они тут поголовно страдали от бессонницы. Странно, правда, что столько снотворного в кафетерии.       — Дай сюда, — вырвала Афина ампулу из его рук. — А то ещё накачаешься.       Она убрала снотворное в карман, и упёрла ладони в спину Роя, подталкивая его к противоположной двери.       — Нам туда, — сказала Афина. Холодный свет таблички давал с лёгкостью прочитать «Смотритель».       Стоя у того самого входа, Рой и Афина переглянулись. Они здесь, они дошли.       — Я пойду первым.       Афина тут же выставила руку, уперев её в косяк, и оттеснив Роя от входа.       — Хватит с меня твоих выходок. Как же я ненавижу всю эту дурь.       Её рука соскользнула и нажала консоль. Двери разъехались и она зашла вперёд.. Кабинет Смотрителя был таким же, каким его помнил Рой. Панели из дерева, круглая ниша в центре комнаты. Но вместо стола в ней, до самого потолка расположился огромный компьютер. Он гудел, а значит, работал. Встроенный монитор казался совсем крошечным на фоне этой махины. Сложно вообразить, насколько колоссальная вычислительная мощность скрывалась за этим корпусом.       — Это ещё что такое? — спросила Афина, застыв на пороге. Рой прошёл вперёд, толкнув её плечом.       — Чего встала? Сама же рвалась первой — вот и осмотрись.       А сам направился к компьютеру. С каждым его шагом гул нарастал. Послышалось потрёскивание. И, когда Рой подошёл вплотную, из вычислительных недр раздался голос:       — Вы не сотрудники Лаборатории. Поэтому, покиньте отсек.       — Да неужели, — проговорил Рой, разглядывая компьютер, пока тот через линзу разглядывал его. — А иначе что?       — В таких обстоятельствах Устав Убежища 80 позволяет игнорировать первые два закона робототехники.       — Ого. Без понятия о чём речь, но звучит страшно, — в верхнем углу Рой заметил табличку и зачитал надпись. — Центр управления датчиками. Так вот кто превратил всех жителей в стадо болванов.       Послышался голос Афины:       — Кажется, я нашла Смотрителя. Точнее, что от него осталось.       Рой обошёл компьютер и увидел на полу халат из которого торчали позвонки со следами от ровного среза. Бурое пятно давно въелось в металл плитки. Череп лежал поодаль. Афина глядела на останки не мигая, пока не проговорила тихо и сдавленно:       — Ему отсекли голову.       — Похоже на то.       — Получается… мы не выполним задание?       Рой увидел, как она попыталась сжать кулаки, сдерживая эмоции, но тут же разжала перевязанную руку.       — Болит? — спросил он.       Она лишь смазано кивнула головой. Его захлестнуло щемящее сочувствие. Он сказал:       — Знаешь, в моём Убежище Смотритель не носит халат.       — Правда? — в её глазах блеснула надежда, такая искренняя, что Рой отвёл глаза и кивнул. — Тогда где нам его искать?       — Сейчас разберёмся, — он снова подошёл и, глядя в линзу, спросил. — Где ваш Смотритель?       — Если под Смотрителем подразумевается единоличный координатор процессов в Убежище 80, то получается…       — Это ты, — закончил за него Рой. — Плохо выполняешь свои обязанности, Смотритель. Или ты не в курсе, что весь этаж завален трупами?       — Рой, — шепнула Афина, дёрнув его за рукав. Но он не заметил. Наглая ухмылка прилипла к его губам, зрачки расползлись по радужке и блестели чёрным маслом. Ощущение всемогущества захлестнуло его, и сейчас он чувствовал себя хозяином положения, способным на всё.       — Работники Лаборатории распорядились выявить и отключить наименее полезных для Убежища жителей. Результаты анализа указали на них самих. И я выполнил задачу.       Рой захохотал:       — Мрачное, однако, у тебя чувство юмора.       — Я не обладаю такой характеристикой. Только выполняю указания.       — Тогда освободи жителей. Это приказ.       — У вас нет полномочий назначать задачи. Но даже если бы были — я не могу этого сделать. Это будет угрозой для эксперимента и благополучия жителей, участвующих в нём.       — Да это же ты главная угроза, — кинула Афина. — И те, кто тебя создал.       Компьютер затрещал, будто обдумывая ответ.       — Мистер Брауни прекрасно понимал, какое впечатление его разработка произведёт на рядовых граждан. Особенно тех, кто верует в чудотворную свободу выбора. Но они не видят, что именно она и ведёт мир к вражде и войнам. Она — проклятье человечества. А мистер Брауни изобрёл панацею. Пара дней, и ты сама это поймёшь, когда сыворотка окончательно подействует. Забыв себя, ты забываешь и боль, которую носишь. И это настоящее спасение. Афина побледнела снова. Вязко сглотнула, пытаясь подавить очередной приступ тошноты. Рой сделал пару шагов вперёд, встав между ней и компьютером.       — Про спасение своим мёртвым дружкам расскажешь. Пора заканчивать с этим дурдомом.       Компьютер загудел так громко, что в лобной пазухе неприятно завибрировало.       — Я должен вас предостеречь: Мистер Брауни не заложил в меня концепцию дружбы, только врага. Лаборанты стали врагами, когда, недовольные анализом, попытались меня отключить. Именно эта попытка разрешила мне воспользоваться лазейкой мистера Брауни, и провести ту самую оптимизацию населения, игнорируя первые законы робототехники. Гул рос и разрастался. Вцепился в виски, нестерпимо звеня в ушах, отчего Рой слышал через слово. Компьютер продолжал монотонно бубнить, как учёный, что лежал в этой комнате, перепрограммировал Мистера Помощника-повара, и так всех умертвил.       — Да заткнёшься ты сегодня? — крикнул он. — Голова от тебя раскалывается.       Тогда гул стал настолько пронзительным, что словно полился в уши расплавленным стеклом. Голове Роя стало так горячо, что он зажмурился, схватился за неё, не в силах терпеть. Он будто видел этот гул и тот распадался разноцветными кругами перед глазами.       — Хватит, — просипел он.       И, словно сжалившись, Смотритель убавил звук практически до нуля. Перед глазами Роя стояла белёсая плёнка недавней боли.       — Значит, дело не в капсуле, — сказал компьютер. — Ты пришёл сюда из другого Убежища?       Рой не хотел отвечать. Но желание узнать, почему он единственный, кто остался в здравом уме пересилило, и он сказал:       — Да. Из 78-го.       — Выходит, ваш эксперимент идёт вразрез нашему.       — Что ты несёшь? Нет у нас никакого эксперимента.       — Но это цель любого убежища.       — Заткнись. Просто заткнись. Твои бредни уже невозможно слушать. Афина, — рявкнул он, — ты собиралась достать мозг, так чего ждёшь?       И никакой реакции. Рой посмотрел на неё и ахнул. Он отступил, а настойчивый и ожесточённый взгляд следил за ним, будто к горлу приставили осколок бутылочного стекла. В её глазах была только ненависть, оголённая, беспощадная.       — Что за шутки? — спросил он то ли её, то ли Смотрителя.       Слова Роя словно отрикошетили, не долетев до её сознания. Зато ответил компьютер:       — Причины такой аномалии мы выясним сами, когда проведём вскрытие. Убей его, девочка.       В её лице не проскользнуло ни малейшего сопротивления. Афина сунула руку в карман куртки. Рой попятился. Что бы она там не искала, его не ждёт ничего хорошего. Скальпель. Она достала тот самый скальпель. Холодный и молчаливый, как она сама. Играя, попыталась перекатить его между пальцами, но раненая рука не дала.       Всё вокруг Роя размазалось и только Афина оставалась чёткой.       — Афина, прекращай, — сказал он, тут же натолкнувшись на стену.       Лезвие блеснуло. Хрустнула деревянная обшивка. Обожгло ухо. Рой перевёл взгляд на панель, откуда теперь торчала металлическая рукоятка. Промахнулась. Он дёрнул скальпель, но тот крепко засел. Афина наступала. И по сжатым кулакам легко было догадаться о её планах.       — Да отвали ты от меня, — выкрикнул Рой.       Афина замерла.       — Так то лучше, — буркнул он и потрогал ухо. Хорошо, что на месте. Нащупал порез, который мокрел. Взглянув на пальцы, Рой увидел кровь. Но долго разглядывать не пришлось — Смотритель снова прибавил звука, и Афина побежала на Роя. Он лишь успел выставить руку. И ладонь, помимо его желания, сжалась в кулак. Удар.       Обмякшая Афина свалилась на пол. Схватившись одной рукой за костяшки другой, Рой прошипел. Горячая и пульсирующая боль растеклась от пальцев к запястью. Из-за неё он не сразу заметил, что Афина отключилась.       Не представляя, сколько у него есть времени, Рой снова вцепился в застрявший в стене скальпель и начал его тормошить. Всё-таки вытащил. Подлетел к Афине, грохнулся рядом на колени. Бедро тут же напомнило о себе далёкой болью. Стараясь не обращать на неё внимания, Рой дернул Афину на себя, приподнимая её. Надо достать капсулу.       Голова Афины безвольно откинулась. Сквозь прорези век виднелись только белки закатившихся глаз. Из горла вырвался влажный, клокочущий хрип — воздух с трудом прорывался сквозь кровь.       Рой замер. Она сейчас просто захлебнется у него на руках.       — Твою мать!       Он завалил её на бок, и голова свесилась вниз. Афина тяжело всхрапнула, изо рта потянулась тягучая красная нитка. Рой сунул два пальца ей в рот, выскребая сгустки. Грязно, липко, тепло.       Афина закашлялась. Слабо, но закашлялась. Значит, дышит.       Рой перевел дух, стащил рукав куртки вниз. Надо спешить.       Ватными пальцами нащупал под её кожей капсулу. Сделал надрез.       — Это ей не поможет, — сказал Смотритель. — Но вполне может убить.       Рой обернулся на него. Красная линза компьютера казалась ярче.       — Что это значит?       — Хотя сыворотка ещё не набрала полную силу, так что может и обойдётся. А может, оставишь её калекой.       Щёки Роя пошли красными пятнами. Злоба застилала ему глаза. Он прошипел:       — Ты играешь со мной?       — Видимо, мне всё-таки присуще мрачное чувство юмора.       Рой сжал зубы, чтобы заглушить гнев. Сейчас он не поможет.       Слегка развернув Афину, Рой посмотрел на её лицо. Всё было в крови, и это сделал он. Её тело прижалось к нему. Она была в его руках, её жизнь была в его руках. Но может ли он выбирать?       Губы Афины казались синевато-бледными на фоне размазанной крови. На лбу выступили капли пота. На мгновение она свела брови. Её веки дрогнули. Рой заспешил. С трудом отыскал в этом кровавом месиве датчик, подцепил его остриём, вытащил. Прислушался, дышит ли Афина. Ответом был её тяжёлый выдох.       Рой снова посмотрел на компьютер.       — Пошёл ты, кретин. У меня получилось, — он отшвырнул скальпель в дальний угол комнаты.       — Неужели?       Это была последняя капля. Рой вскочил на ноги. Афина брякнулась о пол. Он лишь взглянул на неё, потом перевёл взгляд на Смотрителя. И пошёл к нему. С каждым шагом, компьютер наращивал гул, который снова ввинчивался в виски. Рой сильнее сжал челюсти. Терпи. Чтобы это закончилось, терпи. Он сам вырвет его мозг и всё, до чего дотянется. Но на литом корпусе не было и намёка на кнопку или рычаг. Он зашарил по нему, выискивая хоть какую-то подсказку. Голову словно всё крепче сжимал металлический обруч, комната плыла. Но Рой твердил про себя, что будет искать, пока не рухнет замертво. И под монитором он нашёл слот. Осталось понять, как его вытащить.       — Не делай этого. Подумай о жителях. Они этого не перенесут, — проговорил Смотритель.       — Как-нибудь привыкнут, — ответил Рой, проходясь пальцами по гладкой поверхности слота. Никакой кнопки или переключателя. Он хотел взвыть от досады.       — Не смогут. Они полностью зависят от меня.       Рой обернулся, пытаясь найти поддержку в Афине. Она пришла в себя и пыталась подняться с пола. Рою вмиг полегчало.       — Мне нужна твоя помощь, — сказал он.       Афина встала и посмотрела на него. И от этого хищного взгляда, Рой вжался в корпус. Не может быть. Просто невозможно.       — Я же вырезал капсулу, — крикнул он, словно обвиняя в обмане. — Я же…       И тут он вспомнил: «…капсула больше не нужна…»       — Говорил же, не поможет, — сказал компьютер.       Афина приближалась. Голова трещала: от гула, от попыток найти решение. Снова ударить её Рой бы не смог. В первый раз его выручила неожиданность, сейчас же Афина уже готова к подобному. А ещё он сам не вынесет, если с ней что-то случиться, особенно по его вине.       Афина уже подошла на расстояние вытянутой руки. Рой пытался ногтями подцепить края слота, но ничего не выходило. Тогда он саданул по нему кулаком. Черная коробочка утонула внутри корпуса, чтобы через секунду выдвинуться со щелчком. Рой дёрнул её, и комната тут же провалилась в тишину.

Please stand by