12. Это только твой выбор, Лея

      Когда силы колотить в дверь кончились, и я поняла, что пусть и старая, но надежная дверь не сломается. Я выдохнула и подошла к небольшим окнам, что были предусмотрительно оборудованы решетками. Металл даже не заржавел от дождей и снега, значит и этот путь мне отрезан.       Я выглянула сквозь прутья и осмотрела место, в котором была заточена. С виду это была обычная больница, я была в её центре, по бокам вдоль уходили правое и левое крылья. Дворик был уютным, но кроме дворника там никого не было. Вдалеке мне удалось рассмотреть симпатичную беседку, заросшую кустами плюща. Но цветов на них не было. Как печально-то.       Это всё, что мне удалось рассмотреть. Никакой дороги, значит клиника, а это точно клиника, находится далеко от города. Опять же, предусмотрительно. Ситуация патовая.       Я даже не могла определить, который сейчас час, сколько времени у меня осталось до встречи с Хёнджином в парке… и вдруг я подумала о том дурацком таймере на выставке. До чего же глупое совпадение.       Решив, что лучше всего будет набраться сил, я прилегла на койку, укрываясь тонким одеялом до самой макушки. Пусть думают, что я сплю, а когда подойдут близко, ударю и смогу сбежать через открытую дверь. А дальше уже разберусь.       Я — мама, мой ребенок в опасности, и ничего меня не остановит.       Думая о Байоль, я, сама того не заметив, заснула.

***

      Яркий свет от полной луны разбудил. Раскрыв глаза, я даже подумала, что это свет прожектора или настольной лампы. Настолько большой и яркой она была этой ночью.       Я встала, но ни свою обувь, ни больничные тапки не обнаружила.       Зато обнаружила, что дверь была приоткрыта, и из коридора лился приятный тёплый свет. Судя по всему, сейчас глубокая ночь, и в здании мало сотрудников. Это мой шанс сбежать.       Я тихонько приоткрыла дверь и выглянула, но свет тут же погас, оставляя меня в полной темноте. И лишь луна служила источником освещения, да и этого было мало.       — Черт, — я выругалась, но всё же вышла из палаты, очень испуганная, но полная решимости. Страх за дочь был сильнее всего и даже страха за саму себя. Это подогревало мою кровь.       Сделав пару шагов, я поняла, что глаза привыкли к темноте, и я смогла разглядеть в самом конце коридора полоску света, что пробивался из-под одной из палат.       Оглядываясь по сторонам, я схватилась за стену и быстро засеменила к этой самой двери.       Не знаю, что двигало мной, но я словно точно знала, что мне нужно туда и что именно там я найду помощь.       И разгадку.       Наконец дойдя, я сделала глубокий вход и схватилась за ручку, но дергать пока не стала. Прислушалась, но никаких звуков не было.       — Давай, Лея, соберись, — прошептала сама себе и, зачем-то задержав дыхание, дернула металлическую и очень холодную ручку.       Но я не увидела пыльного склада или чей-то палаты с облупившимися старыми стенами. Никакого запаха плесени, как в коридоре, или даже запаха медикаментов, как в моей палате. Ничего такого. Ничего такого… жуткого.       Вместо этого в лицо ударил приятный теплый воздух, он пах солью. Он пах морем. Ах, как приятен бриз.       И вместо жёлтого грустного света дешёвых ламп, глаза ослепило солнечным светом. Да какого хрена? Что мне вкололи?       — Была же глубокая ночь… — я прикрыла солнце рукой, моргая, чтобы глаза привыкли после мрака к свету.       — Здесь всегда день, любовь моя, — когда я моргнула в последний раз, то обнаружила впереди удивительно знакомый силуэт. И этот голос…       — Хёнджин? — я даже не успела осознать ничего, как мой муж оказался рядом, хватая мои плечи и прижимая тело к себе. И на этот раз я точно знала, что это именно мой муж. Мой муж.       — Принцесса, тебя долго не было. Я уже начал волноваться, но вот она ты. Моя принцесса, — Хван нежно поцеловал меня в макушку и ещё крепче прижал к себе.       — Но где мы? — я мягко оттолкнула его от себя и огляделась по сторонам. Безумно красивый, словно из сказки, пляж, бескрайнее лазурное море, голубое небо без единого облака, пальмы. Казалось, что это место простирается на сотни километров, потому что я так и не смогла разглядеть что-то еще. — Я ведь была в больнице, как так?       — В больнице? Тебе плохо? — юноша взял меня за руку и поднёс к своей щеке. — Как мне помочь тебе? Я хочу, чтобы тебе стало лучше.       Я не знаю, что происходило с моим разумом, но с каждым его словом больница и её жуткие потрескавшиеся стены казались всё более далекими. Я словно забывала обо всем, что было до. Забыла все, кроме его божественно красивых черт лица и тёплых рук.       И то, что произошло после, заставило меня окончательно забыться.       — Мамочка! — что-то маленькое обняло мою ногу, я посмотрела вниз и сначала даже не поверила глазам.       — Байоль! — подхватив дочь на руки, я даже не дала Хёнджину коснуться её. Я слишком долго не видела свою настоящую Байоль. Я слишком долго была в разлуке с ней. — Малыш, где ты была? Мамочка так по тебе скучала.       Слезы стекали по моим щекам, но я не обращала на это внимание.       — Мама, почему ты плачешь? — дочь провела маленькими ручками по моему лицу, собирая влагу. Я прикрыла глаза, наслаждаясь касаниями родного человечка.       — Я счастлива теперь, котёнок.       — Тогда останься с нами, — вмешался в разговор Хван, забирая дочь у меня, чтобы подержать в своих руках.       — Остаться где? — дурман на секунду отступил, и я огляделась, вспоминая всё, что было до этого момента.       — С нами, тут. Разве тебе не нравится здесь? — прошептала Бай, потянувшись руками ко мне, но я отпрянула.       — Кто… кто вы? — голос задрожал, и новая волна плача захватила меня.       — Что не так, принцесса? Неужели ты не хочешь остаться тут? Навсегда.       Я сделала ещё два шага назад и спиной уткнулась во что-то твердое и холодное. Хёнджин и Байоль не сдвинулись с места, они, казалось, даже не моргали. Смотрели на меня и чего-то ждали.       — Больше всего на свете я хочу быть с вами, — я прикрыла рот рукой, чтобы всхлип не вырвался наружу. Моё сердце разрывало болью. — Я люблю вас, но вы не настоящие. А мне нужно обратно… чёрт, да даже если бы я могла… даже если это сон, самый сладкий сон на свете, то я бы убила любого, кто посмел бы меня разбудить. Но…       — Мамочка, — Байоль зарыдала, её красивое личико стало красным. Она словно испытывала огромную боль от моих слов. — Мамочка, ты не любишь меня?       — Люблю! — закричала я. — Я люблю тебя больше всего в этом мире, но ты не настоящая, малышка. Я обещаю, что буду лучшей мамой, как только выберусь отсюда.       Я прикрыла глаза, хватаясь пальцами за волосы и оттягивая их, чтобы хоть боль вернула меня в реальность.       — Молодец, — голос мужа заставил меня посмотреть на него. — Ты долго не понимала, что от тебя хотят, но ты молодец. Я горжусь тобой, любимая. У тебя осталось очень мало времени, но я могу тебе помочь.       Я непонимающе смотрела на него и не могла вымолвить и слова.       — Я не понимаю…       — Слушай меня, Лея, — очень властно сказал он, — как только выйдешь из этой комнаты, то, не сворачивая, дойди до конца этажа, найди спящего охранника и аккуратно стащи у него ключи. Ты помнишь, как мы это делали?       Странное воспоминание вдруг промелькнуло в моей голове. Казалось, что это было когда-то давно, но воспоминание было таким далеким, что казалось выдумкой.       — Заберешь всю связку, аккуратно и тихо спустишься на первый этаж, откроешь двери и выйдешь на улицу, а после, беги со всех ног. Рано или поздно ты выйдешь на дорогу, если будешь бежать прямо от здания. Там останови машину и найди меня. Идет?       Я внимательно слушала его, кивая головой. Мне было важно запомнить каждое слово, но разум был туманным, а голова тяжелой.       — Хорошо, — я утерла слезы.       Хван опустил дочь и подошёл ко мне, обнимая. Я прижалась к нему в последний раз. Заглянула в родные карие глаза и, сделав тяжелый вдох, протянула руку назад, нащупывая ручку двери.       — Мамочка?       — Мамочка вернется, — последнее, что я услышала перед тем, как полетела в открытую дверь прямо на холодный пол.       Мороз, что прошелся по коже, заставил меня вернуться в реальность. И когда я посмотрела туда, откуда упала, то не обнаружила ничего, кроме пустой тёмной комнаты, освещаемой лишь светом луны с окна.       Но мне было некогда думать о том, что произошло. Я встала и, отряхнув одежду, продолжила путь, всё так же держась за стены, чтобы в темноте не упасть.       Я знала, что Хёнджин дал мне правильную наводку. Я знала, что что-то не так. И по всей видимости, я просто застряла не там. Мне нужно успеть выбраться отсюда до тех пор, пока не станет слишком поздно.       И пусть это звучит как самый странный фэнтези-фильм, я всё равно знала, что должна поступить так, а не иначе, и медлить нельзя       Я уже сошла с ума, так какая разница, буду я что-то предпринимать или нет?       — Кто там? — услышала я слишком знакомый голос, но успела присесть, прячась в объятиях темноты.       Скай шмыгнул носом и, ещё с секунду постояв на этаже, спустился обратно.       — Фух, — я выдохнула и продолжила свой путь, радуясь, что босиком, потому что так мои шаги были едва слышны.       Дойдя до конца коридора, я заметила маленькую каморку с проёмом в стене, чтобы, по всей видимости, наблюдать за всем происходящим на этаже с палатами пациентов.       Охранник крепко спал перед двумя мониторами с изображениями от камер наблюдения. Его храп прекрасно заглушил звуки того, как я перелезала внутрь каморки. Пол дела сделано, осталось самое сложное: тихо и незаметно достать ключ. Ведь если он проснется, то я лишусь последнего шанса на спасение своей жизни.        — Какая умничка, — Хёнджин явно был доволен мною. — Расскажешь папочке Хвану, как ты это сделала?       Я закатила глаза, но всё же ответила:       — Это было относительно легко, я провела это мини-воровство в два этапа, — Хёнджин придвинулся ближе ко мне, его глаза горели неподдельным интересом. — Сначала нужно убедить человека, что ты полный профан, и в первый раз попасться. Психика сработает так, что он будет уверен в том, что ты ни за что не осмелишься второй раз провернуть то же. Ведь никто не хочет попасться второй раз.       — Вот это да, я поражен, — он округлил глаза, разглядывая меня. Явно пребывая в шоке. Я была уверена, что он этого не ожидал.       — В первый раз я попробовала отцепить карабин, но это было бы слишком заметно. Я подцепила карту, чтобы её было легче вытащить, и тогда, пока ты с ним трепался, я достала свой проездной, и, когда дотронулась до него второй раз, аккуратно поменяла его с пропуском, — закончила свой рассказ я, довольная собой.       Хёнджин раскрыл рот от удивления. Он восхищенно похлопал.       — Так-так-так, принцесса Лея, а теперь колись, откуда такие познания? — он пристально заглянул мне в глаза, его взгляд говорил, что без ответа он не уйдёт.       — Ответ за ответ, господин Хван. Я тоже задам тебе вопрос, но сначала, давай, закончим дело.       Ключ висел как раз на поясе у мужчины. Его руки покоились на столе под головой, а значит всё, что мне было нужно сделать, это как можно более невесомо и незаметно отцепить ключ с карабина, зажать в руке, чтобы он не шумел, и сбежать из этой комнатки.       Звучит чертовски легко, но, на деле, мои ладони вспотели так, что я даже не могла дрожащими пальцами схватить карабин.       «Давай, Лея. Ты сможешь», — мысленно подбадривала себя я.       Зубы терзали губы от волнения, а дыхание сбилось. Я сосредоточила все свои умения, чтобы в свете одних лишь мониторов смочь отцепить этот чёртов ключ, да ещё и сделать это бесшумно.       Счёт шёл на секунды.       Я сходила с ума.       — Кто тут?! — охранник резко вскочил со стула, чуть ли не падая на пол.