Часть 3 — Встреча

Гию Томиока, человек, который видел немало ужасающих зрелищ, стоял на заснеженной поляне, совершенно сбитый с толку. Его рука с мечом медленно опускалась. Перед ним был не просто очередной демон, а клубок противоречий, завернутый в кровавую и ледяную реальность. «Они невероятно быстры!» — пронеслось в голове Гию, когда он окинул взглядом Шинру и Шо. Нечеловеческая скорость, огненные ноги — это было далеко за пределами обычных человеческих способностей. Хотя он и был Охотником на Демонов, такие проявления были ему знакомы лишь по рассказам о сильных и талантливых людях, граничащих с легендами. Затем его взгляд остановился на Широ Эмия. Меткость — вот что поразило его. Бросок ножа, который мог заставить его защищаться, не целясь в само тело, а в пространство, чтобы создать возможность для побега. Это требовало не только силы, но и выдающегося расчета. В его глазах Гию увидел отражение древних, утерянных техник. А затем он посмотрел на Танжиро. Мальчик, который еще несколько минут назад был готов отдать свою жизнь за брата, теперь стоял, закрытый своей сестрой, с лицом, искаженным горем, но в глазах его горела та самая решимость, которую Гию знал лишь по себе и немногим другим. Решимость не сдаваться, не отступать, даже когда все потеряно. Решимость бороться за тех, кого любишь, несмотря ни на что. Эту искру он не видел в людях уже очень давно. Незуко, всё ещё рычащая и пускающая слюну, но уже не атакуя, лишь крепче прижималась к Танжиро. Её глаза, полные дикой силы, всё ещё смотрели на Гию с вызовом, но в глубине их мелькало что-то иное — отголосок того, что было раньше. Гию медленно опустил меч до конца. Он убрал его в ножны с характерным щелчком, который прозвучал особенно громко в затихшей тишине. — Ты сказал, что найдешь способ, — произнес Гию, обращаясь к Танжиро. Его голос уже не был столь ледяным, в нем появилось едва уловимое сомнение. — Ты действительно веришь, что сможешь исцелить её? Танжиро, всё ещё дрожа, кивнул. — Да. Я верю. Я найду того, кто сможет. Даже если придётся пройти через весь мир. Широ шагнул к брату, положив ему руку на плечо. — Мы сделаем это вместе. Шинра, отойдя немного, снова позволил пламени погаснуть, но его взгляд остался прикованным к Незуко. — И мы позаботимся о том, чтобы она не навредила никому. Если понадобится, я буду рядом, чтобы помочь ей бороться. Шо, как всегда, молчал, но его взгляд, обращенный к Незуко, был полон задумчивости. Он явно взвешивал услышанное, оценивая возможности. Гию Томиока долго смотрел на них. Он пришел сюда, чтобы выполнить свой долг — истребить монстра. Но перед ним стояла группа людей, чья решимость была сильнее страха, чья любовь к близкому, даже в его нынешнем состоянии, была искренней. И в этой странной, невозможной ситуации, он впервые почувствовал, что его долг может быть не так прост, как ему казалось. — Я охотник на демонов, — произнес он медленно, глядя на Танжиро. — Мой долг — убивать их. Но… — он помолчал, собираясь с мыслями. — Если ты действительно собираешься найти способ исцелить её, я дам тебе шанс. Но знай, если она хотя бы раз причинит вред невиновному, я без колебаний убью её. И тебя тоже. Если отправишься к той дальней горе, то сможешь найти мечника который обучит вас. Скажете, что Томиока прислал вам. И да, засунь ей в рот кусок бамбука, чтоб никого не покусала. С этими словами Гию развернулся и, не сказав больше ни слова, растворился в чаще леса так же стремительно, как и появился. Тишина на поляне, нарушаемая лишь завыванием ветра и редким хрустом снега под ногами, давила сильнее любого крика. Уход Гию Томиоки оставил после себя не только след на снегу, но и тяжелое предчувствие. Однако, вместе с ним пришла и ясность цели. Танжиро осторожно оторвался от Незуко, которая все еще тяжело дышала, глядя на него дикими, но уже не такими агрессивными глазами. Он вырезал из куска бамбука небольшой бамбуковый кляп. С мягким прикосновением, полным нежности и решимости, он вставил его Незуко в рот, закрепив веревками так, чтобы она не могла его выплюнуть и никого не укусила. — Я верю в тебя, Незуко, — прошептал он, поглаживая ее по голове. — Ты справишься. Мы справимся. Незуко лишь тихонько зарычала в бамбук, но не сопротивлялась. — Итак, — Широ, чей голос звучал серьезно и сосредоточенно, обратился к остальным. — Куда нам идти? Гию что-то сказал о горе. Танжиро кивнул. — Он указал на гору Сагири. Сказал, что там мы найдем человека по имени Урокодаки. Он обучит нас. Шинра, несмотря на потрясение, уже собирался с духом. Его глаза горели решимостью. — Ну что ж, гора Сагири так гора Сагири! Главное, чтобы там не было еще больше таких типов, как этот Томиока. — Идемте, — коротко бросил Шо, уже направляясь к краю поляны, где начинался более густой лес. Его инстинкты, закаленные в городских джунглях и постоянном напряжении, подсказывали ему, что медлить нельзя. Широ подобрал с земли санки, оставленные ими в спешке, и повесил их на плечо. В его глазах читалась смесь горя и холодной, прагматичной решимости. Он уже не был просто деревенским мальчиком или сыном Кирицугу Эмия, перенявшим некоторые его навыки. Теперь он был старшим братом, несущим ответственность за остальных. — Мы должны быть осторожны, — предупредил он. — Если демоны существуют, значит, мир намного опаснее, чем мы думали. Нужно быть готовыми ко всему. Танжиро бережно взял Незуко за руку, которая была прохладной и сильной. Он почувствовал, как в ней пробудилось что-то иное, что-то древнее и дикое, но в то же время он не сомневался, что частичка его любимой сестры всё ещё жива внутри. И вот, четверо юношей — Танжиро с его несгибаемым духом и острой интуицией, Широ с его холодным расчетом и врожденным талантом к борьбе, Шинра с его огненным темпераментом и нечеловеческой скоростью, и Шо с его молчаливой силой и острым умом — отправились в свой первый, неизведанный путь. Гора Сагири ждала их, а вместе с ней — начало их новой жизни, полной опасностей, испытаний и, возможно, ответов. Зимний лес, который еще утром был свидетелем трагедии, теперь видел их решительный уход, несущий в себе надежду на спасение и месть. Танжиро и Широ похоронили родителей и своих братьев с сестрой и помолившись двинулись в путь. Путь до горы Сагири оказался долог и изнурителен. Снег, глубокий и пушистый, замедлял их продвижение, а морозный ветер пронизывал до костей. Незуко, хотя и была спокойна с бамбуковым кляпом, требовала постоянного внимания и защиты от солнца. К полудню они наткнулись на небольшую ферму, затерянную среди заснеженных полей. Из трубы одного из строений вился тонкий дымок, обещая тепло и, возможно, помощь. — Нам нужно место, где Незуко сможет переждать день, — сказал Широ, оглядывая окрестности. Его глаза, тренированные Кирицугу, быстро заметили вход в небольшую, скрытую за кустами, пещеру. — Вот, здесь будет безопасно. Солнце туда не попадает. Они осторожно уложили Незуко в глубине пещеры, укрыв её своей одеждой, чтобы было теплее. Танжиро долго гладил её по голове, прежде чем повернуться к остальным. — Мне нужно найти корзинку для Незуко, чтобы я мог носить её с собой ночью и защищать от солнца днем, — решительно заявил Танжиро. — А ещё еду. Я пойду на ферму, попробую немного подзаработать. Широ кивнул. — Хорошо. Будь осторожен, Танжиро. Помни, что Гию-сан сказал. Пока Танжиро направлялся к ферме, Шинра и Шо занялись своими делами. Шинра, с присущей ему энергией, достал из кармана небольшой блокнот и карандаш. — Надо написать нашим родителям, — сказал он Шо. — Они будут волноваться. Шо, который редко проявлял свои эмоции, кивнул в знак согласия. Вместе они быстро набросали краткое письмо, объясняющее, что они живы, здоровы и следуют за Танжиро, но без подробностей о демонах и Незуко. Они нашли старый почтовый ящик у края дороги и опустили туда послание, надеясь, что оно дойдёт. После этого Шинра и Шо принялись за охоту. Благодаря своим необычным способностям, они были невероятно эффективны. Шинра, используя свои быстрые ноги и умение управлять небольшими вспышками энергии, легко загонял диких кроликов, а Шо, с его острым зрением и бесшумными движениями, быстро и точно обездвиживал их. Они быстро набрали достаточно добычи для ужина. Когда Танжиро вернулся с фермы, он выглядел уставшим, но довольным. В его руках была большая, прочная плетеная корзина, специально предназначенная для переноски грузов. — Наконец-то! — выдохнул он. — Я помог им с дровами и уборкой, и они дали мне эту корзину. И немного еды. Они развели небольшой костер подальше от пещеры, чтобы дым не беспокоил Незуко. Пока Шинра разделывал кроликов, а Шо разжигал огонь, Широ осторожно открыл корзину. Он проверил её прочность, обмотал тканью, чтобы было мягче, и прикрепил к ней ремни, чтобы Танжиро было удобно носить её на спине. — Завтра утром, как только солнце поднимется, Незуко сможет быть в ней, — сказал Широ. — Так будет безопаснее. Танжиро кивнул, его сердце наполнялось теплотой при виде их общей заботы. Они приготовили свой скромный ужин, разделив его поровну. Горячее мясо и дикий чай, заваренный на травах, которые Широ собирал по пути, помогали согреться и восстановить силы. В эту ночь, когда они легли спать у костра, сменяя друг друга, чтобы присматривать за Незуко, каждый из них чувствовал себя частью чего-то большего. Они были группой из четырех юношей, связанных горем и общей целью, идущих в неизведанное. Впереди была гора Сагири, и они знали, что их ждет тяжелое обучение. Но теперь они не были одни. Утро началось с того, что Танжиро аккуратно уложил Незуко в корзину. Девочка, казалось, понимала необходимость этого — она послушно свернулась клубочком, став совсем маленькой, и позволила накрыть себя крышкой. Весь день они шли, стараясь переговариваться о пустяках. Шинра рассказывал смешные истории из жизни в городе, Широ вспоминал забавные случаи с тренировок Кирицугу, а Танжиро, хоть и с грустью в глазах, старался поддерживать беседу. Только Шо оставался молчалив, но его присутствие рядом давало остальным чувство уверенности. Они создавали хрупкую иллюзию нормальности, чтобы не сойти с ума от тяжести корзины на спине и боли в сердцах. Но когда солнце скрылось за горизонтом и синие сумерки окутали лес, атмосфера мгновенно изменилась. Они вышли к небольшой заброшенной постройке, похожей на храм или старый постоялый двор. В окнах не горел свет, но дверь была приоткрыта. Танжиро внезапно замер. Его ноздри затрепетали. — Запах... — прошептал он. — Кровь. Густая и свежая. Изнутри доносился странный, отвратительный звук: хлюпанье, хруст костей и мерное чавканье. Будто крупный зверь забрел в дом и нашел там добычу. — Оставайтесь здесь, — тихо скомандовал Широ, вынимая нож Кирицугу. Его взгляд стал острым, как бритва. — Я проверю. — Нет, мы идем вместе, — отрезал Шинра. На его подошвах промелькнули первые искры. — Если там то, о чем я думаю, один ты не справишься. Они осторожно подошли к двери. Танжиро поставил корзину с Незуко за ближайшее дерево, жестом велев ей сидеть тихо, и присоединился к братьям. Шо первым толкнул дверь. Внутри было темно, лишь тусклый свет луны пробивался сквозь дырявую крышу. Посреди комнаты на полу сидело существо. Оно было человекоподобным, но с серой, гнилостной кожей и длинными, костлявыми пальцами. Под ним лежало тело несчастного путника, а лицо существа было перемазано кровью. Демон медленно повернул голову. Его глаза светились неестественным желтым светом, а зрачки были вертикальными. — Хм? — прохрипел он, облизывая окровавленные губы. — Еще люди? Сегодня просто пиршество... хотя вы выглядите жилистыми. — Ах ты мразь... — прорычал Шинра. Его нервная улыбка превратилась в оскал ярости. — Ты его ешь! — Конечно ем, — демон медленно поднялся, его кости жутко хрустели. — А что еще делать с едой? В мгновение ока демон бросился на них. Его скорость была поразительной для такого неуклюжего с виду тела. — Широ, влево! — выкрикнул Танжиро, бросаясь вперед с топориком. Широ среагировал мгновенно. Он не просто уклонился, он сделал перекат и попытался подрезать сухожилия демона. «Trace, on!» — мелькнуло в сознании Широ. На долю секунды его нож засветился слабым синим светом, становясь прочнее стали. Шинра взлетел под самый потолок, его ноги превратились в настоящие факелы. — ПОЛУЧАЙ! — выкрикнул он, нанося мощный удар сверху вниз. Огненный след прорезал темноту. Демон взвизгнул, когда пламя Шинры обожгло его плечо, но рана на глазах начала затягиваться. — Огонь? — демон расхохотался, его голос вибрировал от безумия. — Необычно! Но этого мало! Шо, который до этого момента стоял неподвижно, внезапно исчез. В следующую секунду он оказался прямо перед лицом демона. Его движения были настолько быстрыми, что казались телепортацией. Он не наносил ударов, он просто смотрел прямо в глаза монстру, и от этого взгляда даже у демона на секунду перехватило дыхание. — Твое существование... — холодно произнес Шо. — Оскорбляет этот мир. В этот момент крышка корзины на улице с шумом отлетела. Незуко, почувствовав запах крови и угрозу братьям, не смогла усидеть на месте. Она ворвалась в дом, её глаза горели розовым пламенем, а вены на лбу вздулись. Она с ходу нанесла демону такой удар ногой, что его голова буквально провернулась вокруг своей оси. Демон отлетел к стене, пробив деревянную перегородку. — Незуко! — воскликнул Танжиро, одновременно испытывая и облегчение, и ужас от её силы. Битва только начиналась. Демон, несмотря на свернутую шею, начал медленно выпрямляться, вправляя кости руками. Он понял, что перед ним не обычные дети, а нечто гораздо более опасное.Демон свернутой шеей выпрямлялся с пугающей скоростью, его тело издавало жуткий хруст. Глаза, полные ярости, сверкали в полумраке, он уже собирался броситься на них снова. Но Шо действовал молниеносно. Он мгновенно оценил ситуацию: неполная регенерация, потеря ориентации после удара Незуко. Его взгляд упал на валяющийся на полу тесак — должно быть, кухонный инструмент несчастного хозяина. Без колебаний Шо схватил его. С присущей ему нечеловеческой скоростью, он подскочил к демону, который еще не успел полностью восстановить координацию, и, прицелившись, вонзил тесак ему прямо в шею, перерубая остатки связок. В тот же миг Шинра, словно молния, рванул вперед, его ноги вспыхнули. Он обрушил мощный огненный удар ногой в голову демона. Одновременно с ним Незуко, с невероятной силой, подключилась к атаке. Ее пинок, усиленный демонической мощью, встретил удар Шинры. Между ними голова демона, уже почти отделенная тесаком Шо, не выдержала двойного удара. С оглушительным хрустом она отлетела от туловища, описывая дугу в воздухе, и врезалась в ствол могучего дерева, стоявшего неподалеку от дома. Танжиро, который только что наблюдал за этой сплоченной атакой, не колеблясь, воспользовался моментом. Он выхватил свой топорик и с силой метнул его. Острый топор вонзился прямо в центр демонической головы, пригвоздив ее к стволу дерева, словно пытаясь окончательно лишить её всякой возможности регенерации. Между тем, обезглавленное тело демона продолжало двигаться, хаотично размахивая руками и ногами, подчиняясь лишь инстинкту убивать. Оно металось по комнате, круша всё вокруг, пытаясь достать Широ, который оставался единственным, кто находился в пределах его досягаемости. Широ, с его холодным расчетом, умело уворачивался. Он чувствовал каждое движение демона, предсказывая траекторию его бессмысленных атак. Его движения были экономичными и точными, он скользил по полу, избегая ударов, которые могли бы раздробить кости. Он не атаковал, понимая, что без головы тело демона представляет меньшую угрозу и скоро ослабеет. В одном из своих слепых метаний, обезглавленное тело демона пробило ветхую стену дома. Его инерция была настолько велика, что оно не смогло остановиться и, шатаясь, рухнуло в глубокое ущелье, которое находилось совсем близко к постройке. На дне ущелья чернела стремительная река, куда и упали останки демона. Тишина. Четверо юношей, тяжело дыша, стояли посреди разрушенного дома. Танжиро смотрел на пригвожденную топором голову, из которой медленно сочилась черная кровь, шипя на морозе. Незуко, все еще в бамбуковом кляпе, стояла рядом, её зрачки медленно возвращались к нормальному размеру, а тело перестало светиться красным. Шо хладнокровно вытер тесак о снег и отбросил его. Шинра, сгоряча опаливший себе подошвы, тяжело опустился на колени, пытаясь отдышаться. Широ, который только что уворачивался от смертельных ударов, медленно опустил свой нож. — Это... — начал Танжиро, его голос дрожал. — Это был наш первый демон. — Не только наш, — поправил Широ, глядя на разрушения. — Незуко тоже. И она спасла тебе жизнь, Танжиро. Едва стих последний хруст ломающихся костей демона, как Танжиро, чье обоняние было обострено до предела, ощутил новое присутствие. Оно было иным: не зловонным, как у демона, но властным и... старым. Он резко повернулся. На холме, над ущельем, где исчезло тело демона, стояла фигура. Человек был одет в массивное голубое кимоно с рисунком облаков, а его лицо скрывала очень странная, красная деревянная маска с длинным, выдающимся носом — тенгу. Широ, Шинра и Шо тоже обернулись, заметив таинственную фигуру. Широ мгновенно привел нож в боевую готовность, Шинра напрягся, готовясь к атаке, а Шо изучающе прищурился. Человек в маске не произнес ни слова. Он просто стоял, неподвижный, как статуя, и его взгляд, казалось, проникал сквозь их души. Он медленно подошел ближе, его шаги были бесшумны, несмотря на снег. — Итак, — наконец произнес он. Его голос был глубоким и низким, словно шепот ветра в горах. — Вы те, кого послал Гию. Его взгляд задержался на окровавленной голове демона, пригвожденной к дереву, затем на разрушениях в доме. Он окинул глазами всех четверых, задержавшись на Незуко, которая стояла позади Танжиро, всё ещё тяжело дыша. — Вы справились с ним, — констатировал Урокодаки, без какой-либо интонации в голосе. — Неплохо для начала. И даже спасли друг друга. Он подошел прямо к Танжиро. Его глаза под маской, казалось, сверлили его насквозь. — Ты, мальчик с топориком. Твоё обоняние сильное, но оно не сделает тебя Охотником. И твоя сестра... — он указал на Незуко. — Она демон. Почему ты её защищаешь? Танжиро крепко обнял Незуко. — Она моя сестра! Она не ест людей! Она борется! Я найду способ вылечить её! Урокодаки долго молчал, затем повернулся к Широ. — А ты. Твои движения напоминают мне... другие времена. Твоя меткость и способность к уклонению впечатляют. Но что ты сделаешь, когда одного ножа станет недостаточно? — Тогда я найду способ сделать больше ножей, — ответил Широ, его голос был спокоен, но полон решимости. — И более сильных. Затем взгляд Урокодаки переместился на Шинру. — Твоя скорость и огонь. Необычные способности. Но гнев, что горит в тебе, может поглотить и тебя самого. — Гнев помогает мне защищать тех, кого я люблю! — Шинра ответил без колебаний, его подошвы снова слегка задымились. Наконец, Урокодаки посмотрел на Шо. — А ты. Молчаливый. Твоя скорость кажется сверхъестественной, а глаза... они видят слишком много. Что ты ищешь в этом пути? — Я ищу ответы, — коротко произнес Шо. — И силу, чтобы защищать. Урокодаки снова на мгновение замер. — Очень хорошо, — произнес он, и в его голосе промелькнула едва уловимая нотка чего-то, что можно было бы назвать одобрением. — Следуйте за мной. Я Урокодаки Саконджи. И я обучу вас искусству охоты на демонов. Но знайте, этот путь тяжел. Он полон боли, потерь и крови. И большинство из вас не выживет. Готовы ли вы заплатить эту цену? Танжиро, Широ, Шинра и Шо переглянулись. В их глазах не было ни тени сомнения. Каждый из них потерял слишком много, чтобы отступить сейчас. — Мы готовы, Урокодаки-сан! — в один голос ответили они. С этими словами Урокодаки развернулся и, не оглядываясь, направился вверх по склону. Четверо юношей последовали за ним, оставляя позади руины дома, мертвую голову демона и свои прежние жизни. Теперь их ждала гора Сагири и суровые испытания, которые должны были превратить их в нечто большее, чем просто обычные люди.