Встреча 1.0

ЭССОС Джон вскоре пожалел, что сел на спину Дрогона. Они летели уже третий час без остановок. Шея ныла, было холодно, а Джону приходилось постоянно напрягаться, чтобы не напороться боком на острые шипы дракона. И как только Дэни могла на нём так долго летать? — подумал он. Вскоре они пересекли море и теперь летели над сушей. Пейзажи зелёных полей сменялись жгучими пустынями и наоборот. Через некоторое время Джон заметил, что они начали снижаться. Впереди виднелись огни какого-то поселения, и, казалось бы, ничего особенного в нём не было. Джон был озадачен — он чувствовал, что Дрогон хочет ему что-то показать. Но что он может показать за Узким морем, здесь? Они пролетели над городом и приземлились в поле за ним. Джон спрыгнул с Дрогона и вопросительно огляделся. — И что мне делать?! — спросил он, будто бы мог получить ответ. Дракон протяжно взвыл, посмотрел на Джона и улетел, оставив его стоять одного, как истукана, посреди поля, на чужой земле, без понимания ни места, где они, ни еды, ни денег. Джон был готов начать биться головой об ближайшую стену, когда подошёл к городку, но решил для начала оглядеться. Он прогуливался по полупустым улочкам, всматриваясь в лица на местной ярмарке. Люди на него косо поглядывали — они видели его впервые, он выглядел странно для них. Чёрный кожаный колет, широкий чёрный плащ дозорного, длинный меч, кинжал — он явно был не из этих мест.                               **** Дэни решилась прогуляться тем вечером, дома не сиделось после новостей о Бране и его убийцах. Она знала, что выходить из дома — не самый разумный поступок в этой ситуации, но ей нужно было пройтись, подумать обо всём. Она прошла мимо лавки пожилой пары, у которых всегда покупала лимоны и сладости; они тепло поздоровались, но она не стала задерживаться и двинулась прямиком на ярмарку. Неожиданно над головами с характерным рычанием пролетел Дрогон. Дэни обрадовалась, увидев его после длительного отсутствия. Она уже начала волноваться и надумала себе всякого — ну хоть какая-то хорошая новость за день. Глядя на него, она заметила что-то странное: как будто бы на спине Дрогона кто-то сидел… но нет, это невозможно, ночь на дворе, наверно, показалось. Она двинулась дальше по рынку, разговаривая с местными, и была счастлива. Это была спокойная жизнь — без войн, без интриг, без лишений и необходимости принимать трудные решения. За эти почти восемь месяцев она многое обдумала и поняла.                            **** Джон шёл по ярмарке, и вдруг его словно пронзило молнией. Он смотрел в одну точку, не отрывая взгляда. Глаза остановились на девушке в платке — она стояла к нему спиной и разговаривала с кем-то за прилавком. Он не видел её лица, не слышал её голоса, но узнал бы эту фигуру из тысяч. Эта осанка, эта стойка плеч и грация. В голове метались мысли — он не мог понять, мерещится ли ему на фоне недавних событий или это правда она, Дейнерис… В следующую секунду она резко повернула голову, и платок задрался — из-под него вывалились тёмно-рыжие волосы. Джон был удивлён и… разочарован. Вот идиот, он правда на мгновение поверил, что это она, Дейнерис, где-то чёрт знает где, посреди ничего, на рынке, живая и здоровая. Джон уже собрался уходить, но вдруг девушка у прилавка повернулась — и челюсть Джона отвисла. Он стоял далеко, но хорошо разглядел знакомые черты: улыбку, глаза, нос, губы. Глаза скользнули ниже, и рот приоткрылся ещё шире, когда он увидел большой, круглый живот. Джон не мог оторвать взгляд, не мог двинуться с места. Слишком много чувств он сейчас испытывал: радость, неверие, надежду, шок, страх и отчаяние. Всё смешалось в один большой котёл эмоций и разлилось по всему его телу липким ознобом. Дрожа, он попытался подойти, но хоровод людей преградил ему путь — они напевали какую-то песню на неизвестном ему языке и, кажется, совершенно не обращали внимания на его попытки прорваться сквозь них.                              **** — Живот уже совсем большой, — радостно сказала женщина за прилавком. — На, вот, возьми, дорогая. Она наклонилась и достала что-то из-под стола — какую-то баночку с травами. — Что это? — с улыбкой спросила Дэни. — Это чай, сделанный по семейному рецепту, — с умным видом протянула женщина. — Если живот будет ныть, выпей чашечку — и боль как рукой снимет. Она протянула её Дэни. — Без него я бы умерла, вынашивая второго: новорождённое дитя весило как трёхлетний ребёнок. Они засмеялись. Дэни взяла подарок и начала уходить, как вдруг боковым зрением увидела человека в чёрном. Она перевела на него взгляд, но там уже шли другие люди. Несмотря на густую толпу, она всё же могла разглядеть знакомые очертания за ними. Сердце начало биться быстрее, а по спине пробежал холодок. Она не могла быть уверена, но вдруг их глаза встретились. Они смотрели друг на друга с минуту, как напуганные звери, не могли и двинуться с места. Всё вокруг для них как будто замерло и размылось, звуки затихали, а в ушах играл барабан. Дэни наконец вышла из оцепенения и в спешке пошла в сторону дома. Она чувствовала пристальный взгляд на затылке, пока уходила. Нет, этого не может быть, — думала она. Как он здесь оказался? Может, он был на спине Дрогона? Мысли в голове метались, а ноги несли её к знакомому переулку. Когда она наконец оказалась дома, то смогла прийти в себя. Её терзали сомнения: а вдруг она обозналась? Вдруг это был не он? Но кто тогда? Может, из-за беременности и всех пережитых событий её разум помутился, и теперь она видит всякое? Нет. Нет, она узнала эти глаза — эти чёрные, грустные глаза смотрели на неё так же, как и тогда, в Королевской Гавани. Она много думала о Джоне с тех пор, как вернулась. Она знала от Кинвары, что после содеянного его сослали в Ночной Дозор, но больше ничего не слышала.                              **** Джон нашёл одинокое место на окраине городка, где никто не мог бы его найти. Он сел на ступени, и из глаз полились горячие слёзы. Слёзы радости и горечи смешались, намочив его лицо. Он тихо вздрагивал, вспоминая, как она на него смотрела — с ужасом… Он испытывал глубокое сожаление и стыд. Он так хотел бы вернуть время вспять, изменить своё решение, помочь ей прийти в себя, успокоить её, подставить плечо. Но нет — он просто пошёл туда и зарезал её, хладнокровно зарезал беременную женщину, которая носила под сердцем его ребёнка. Он ненавидел себя, ненавидел себя больше, чем когда-либо. Он снова хотел умереть, хотел кинуться на собственный меч, чтобы перестать чувствовать боль. Джон услышал приближающиеся шаги за спиной. Он поспешно вытер слёзы и обернулся — рядом с ним стояла Кинвара. — Здравствуй, Джон Сноу. Мы вас ожидали. — Мы? Кто мы? — Джон пытался звучать уверенно. — Я Кинвара, верховная жрица красного храма в Волантисе. Мы приглядывали за королевой Дейнерис всё это время. Я ждала вас, очень долго, — спокойно добавила она. — Извините, я не сразу понял, чего от меня хотел Дрогон. — Но теперь вы здесь. — Теперь я здесь… — Вы должны защитить её и её ребёнка — это ваша задача сейчас. Владыка не просто так вернул вас, Джон Сноу, ваша миссия только началась. — Защитить? От кого — от самого себя? — с болезненной улыбкой спросил Джон. — Королева и её дитя в опасности. Вы отец. Рано или поздно вы должны будете встретиться и поговорить. — Я не могу… я просто не могу к ней подойти, это не так работает.–Джон начал заводится.–Последний раз, когда я её видел, я проткнул её сердце кинжалом. Я не могу просто подойти и извиниться . Она не примет меня, а скорее сама убьёт, и я не стану ей мешать. — Я понимаю, но и вы должны понять, — Кинвара подошла ближе и посмотрела ему прямо в глаза. — Так или иначе вы должны вернуться. И, как бы невероятно это вам ни казалось, она вас всё ещё любит, хоть и глубоко обижена. Он слушал. — Время лечит, Джон Сноу. Поборите страх. Убейте мальчишку и дайте родиться мужчине. Глаза Джона расширились. Кинвара довольно улыбнулась и пошагала в обратном направлении, оставив его одного обдумывать произошедшее.