Глава 25. Триумфальное Воссоединение, Арест и Дорога к СИЗО: Часть I

Эхо последних событий, казалось, еще дрожало в воздухе «Бархатной Лапки». Ефрейтор Кузнецов, отряхиваясь от пудры, передал информацию по рации. Не прошло и пяти минут, как в коридоре послышался топот множества ног. Дверь гримерки распахнулась настежь. На пороге стоял Леопольд, его плащ был мокрым от дождя, а в глазах читалась смесь отчаяния и надежды. Он увидел Мурку, живую, хоть и измотанную, в окружении подруг. — Мурка! — выдохнул он, и его голос дрогнул. Мурка подняла голову. Увидев Леопольда, она забыла обо всем на свете — о страхе, о боли, о предательстве отца. Она сорвалась с места и бросилась ему навстречу. В этот момент не было ни мышей, ни милиции, ни военных. Были только они двое. Леопольд крепко обнял её, прижимая к себе, словно боясь, что она снова исчезнет. Мурка уткнулась ему в грудь, вдыхая знакомый запах. Впервые за долгое время она почувствовала себя по-настоящему в безопасности. — Леопольд... я так боялась... — прошептала она, и по её щекам потекли слезы. — Тише, моя дорогая, — успокаивал её Леопольд, гладя по голове. — Я здесь. Больше никто тебя не обидит. В этот момент в гримерку ввалились репортеры с камерами и фотоаппаратами, привлеченные шумом и сообщениями по рации. Вспышки света ослепили их. Корреспондент «Известий» уже кричал в свой микрофон: — Сенсация! Пропавшая модель найдена! Триумфальное воссоединение! Ленинградская общественность требует подробностей! На фоне этого хаоса, в глухом углу гримерки, у черного хода, обнаружились два побитых, связанных и перепуганных мыша. Белый и Серый, которые попытались прорваться через забаррикадированную дверь, но нарвались на ожесточенное сопротивление Мурки и её подруг. В итоге они были крепко связаны шнурками от туфель и ремнями. Их ножи валялись рядом, а сами они выглядели так, будто их протащили через мясорубку. В гримерку ворвался капитан Волков, его форма была в пыли после прыжка через мост, но на его лице сияла торжествующая улыбка. — Ну что, голубчики? Нашлись? — Волков прищурился, глядя на мышей. — Арестованы за похищение, нападение и попытку препятствования следствию! Вам светит пожизненный срок в мышеловке! Волков, уже заранее подготовивший все документы, отдал приказ своим людям забрать мышей. — Выезжаем немедленно, — сказал он, обращаясь к ефрейтору Кузнецову, который уже успел доложить ему о происшедшем. — Прямиком на спецкомбинат. Нас там ждет большой улов. Желтый «Бобик» капитана Волкова, уже изрядно помятый, мчался по ночному Ленинграду. Рядом с Волковым, вцепившись в поручень, сидел Леопольд, а на заднем сиденье — счастливая, хоть и уставшая, Мурка. За ними, под конвоем, ехала другая милицейская машина с связанными мышами. По дороге Волков объяснял: — Мы выяснили, что ваш отец, Мурка, давно погряз в махинациях. Спецкомбинат — лишь прикрытие для контрабанды и других темных делишек. Эти мыши — его подручные. Он хотел использовать вас, чтобы отмыть деньги и создать себе легенду «бедного, но честного предпринимателя». Номер с похищением был частью его плана, чтобы отвлечь внимание. Но мы его раскусили. Когда «Бобик» подъехал к проходной спецкомбината, уже рассветало. Огромное здание, казавшееся таким величественным днем, теперь выглядело мрачным и зловещим. Ворота были открыты, и несколько милицейских машин уже ждали. Капитан Волков, Леопольд и Мурка вошли внутрь. Директор спецкомбината, отец Мурки, сидел в своем роскошном кабинете, окруженный бумагами и дорогими вещами. Его лицо было бледным, но он все еще пытался держать себя в руках. — Капитан Волков, что это значит? — высокомерно спросил он. — Что за вторжение? У меня все по закону! — По закону, говорите? — усмехнулся Волков, бросая на стол папку с материалами дела. — А вот это, уважаемый, не по закону. Похищение, шантаж, контрабанда, организация преступной группы... Достаточно, чтобы вы надолго забыли о своем спецкомбинате. Волков кивнул своим сотрудникам. Двое милиционеров подошли к директору. — Вы арестованы, гражданин. За все, что вы совершили, — сухо произнес капитан. Директор, увидев Мурку и Леопольда, скрипнул зубами. В его глазах читалась ярость и ненависть. — Предательница! Ты ответишь за это! — прорычал он, обращаясь к дочери. Мурка лишь посмотрела на него с горечью. В этот момент она окончательно разорвала с ним все связи. Рядом с ней стоял Леопольд, держа её за лапу. Директора вывели из кабинета, посадили в милицейскую машину и повезли в СИЗО, где ему предстояло дожидаться начала суда. В его голове, должно быть, крутились мысли о том, как рухнула вся его империя из-за одной телеграммы, одного наивного кота и одной слишком умной кошки. Леопольд и Мурка остались стоять посреди опустевшего спецкомбината. Солнце, пробиваясь сквозь тучи, освещало их лица. Впереди их ждала новая жизнь, полная неизвестности, но теперь они были вместе.