Часть 5

Я с тяжестью толкнул двери в королевские покои. Король, будто всё это время ожидающий меня, сел на кровати, со слабой улыбкой сложив руки на коленях, ожидая новых новостей. То, как болезненно побледнело и сморщилось его лицо, загоняло меня в большую апатию, с которой только недавно пытался бороться, а теперь она поглощала и тянула куда-то в низ, от чего даже живот скручивало. Население сильно сократилось, наша небольшая страна была на грани краха, а война не заканчивалась. Денег не было даже у дворян. Улицы опустели, но рассказывать об этом я не мог, слабое сердце его величества не выдержало бы этого. Он постоянно спрашивал про Ан, думал о том, когда она вернётся, скучал по дочери. Я всегда считал его виновным в нашей с принцессой разлуке, но оказалось, что это решение так же было принято не им. Король давно находился в подвешенном состоянии, был нестабилен, поэтому все решения принимались его помощником, а он оставался только для вида порядка в стране, но в конечном итоге его состояние ухудшилось на столько сильно, что теперь он прикован к кровати. Хотел бы, чтобы он встретился с Ан и рассказал ей всё это перед смертью, но боюсь, что он просто не доживёт до того, когда она вернётся. Уже собрал нужные вещи, прошёл мимо охранников во дворце, спустился вниз по секретному ходу, ведущий на тренировочную площадку. Раньше я уже сбегал так с Ан. Сейчас тут куда мрачнее. Лаз в стене куда меньше, чем помню, теперь уж не пролезу. В поисках другого прохода засмотрелся на камни, из которых была выведена стена, окружающая замок и понял, что полезу по ней. В ушах отдавался гул ветра, вид изменился на нескончаемые деревья, тропинку, ведущую ближе к деревне. Я всё размышлял, пока шёл. Последнее время я перестал страдать..точнее стал больше заглушать боль тренировками. Я многое узнал, за прошедшие месяцы, много потерял, много думал над своими поступками и мыслями..Ведь ничего не мешало мне раньше явиться к башне и спасти принцессу, я всегда был уверен в себе, и готов был на многое ради неё, но в итоге не смог... "Я рыцарь, не принц, не мне её спасать", "Я лишь рыцарь, мой долг — выполнять приказы короля", "Я лишь...пустое место рядом с Ан, которое заменится принцем, что её спасёт— Хватит с меня этих мыслей. Король не давал приказа, но я сам в праве решать что мне делать. Ан ждёт не принца на белом коне, а меня. Бежал на столько быстро, на сколько хватало сил. В голове отдавало пульсирующей болью, горло сохло. Я должен был спасти её. Забрать из башни, пока охрана спит, вернуть её в замок, отцу. Вернуть мою принцессу и никогда не отпускать. Мысли прервались, я запнулся о свои же ноги, усталость давала о себе знать. Как не вовремя. Я знал точное нахождение башни, до этого много раз видел как она была отмечена на карте, во время планирования маршрутов, при разработке новых тактик. Башня находилась так далеко, что добежать до неё за вечер ни за что бы не получилось. Одного только меня недостаточно, но я был готов на всё, лишь бы прибыть туда сегодня и забрать её, пока моё отсутствие не обнаружили. Пока они не поняли, что я отправился за Ан. Неприметный конь в тёмной конюшне, голова выглядывала из загона, пока его моду освещал лунный свет. Вот он, мой спаситель. Как бы то ни было, сейчас он был мне нужнее, чем его хозяинам. Я заберу его во благо будующего нашего королевства. Надо же, как стыдно признавать то, что я делаю это только для себя. Возможно я решился на это, но дрожь в моих руках легко выдавала на сколько это на самом деле тяжело для меня. Нарушить главное правило. Честь рыцаря , которой все так гордятся, обязана в конечном итоге быть разбита, иначе служба королевству превращается в рабство, а не в долг. Рыцарь не может слепо действовать в интересах тех, кого уважает, главное в первую очередь оставаться человеком, знать пределы своей лояльности. И я это понял. Моя преданность королевству заканчивается там, где начинается любовь. Даже если на кону будет вся империя, Ан будет мне на много дороже. И я чувствовал, как сама природа поддерживает пеня в этом, в том как деревья расступались перед моим конём, в том как луна ярко освещала мой путь. Я уже в пути, Ан, я знаю, что слишком долго позволял тебе страдать, но как только мы снова встретимся, будь готова принять мои извинения, мои чувства, которые держал в себе столько лет. Столько сожалений, всё это ради того, чтобы понять, что именно ты, Ан, для меня дороже титула и жизни во дворце. Башня виднелась от сюда, высокая, возвышающаяся до самых небес. Пугала своей отдалённостью, но манила искоркой света в небольшом окне. Я видел этот огонёк, даже сквозь свет луны, заливающий верхушку башни. Наверняка Ан была где-то там. Я оставил коня у входа, где совсем не было охраны, что сразу смутило. Пытался скрыть, но не смог, на меня нагнался страх, что что-то уже произошло, кто-то мог меня опередить. Я поспешил на верх, цепляясь за ступени, чтобы не покатиться вниз, пока бежал. Лестница не заканчивалась, а тревога накручивалась. Наверху могло быть всё что угодно, но я очень надеялся, что там будет Ан. Стоило добраться до двери, как ударился в неё. Она была заперта. Я прижался к двери, надеясь услышать что-нибудь за ней, но слышал только слабое шуршание. Снова навалился всем весом, пытаясь ее выбить, снова и снова, до боли в плече, а затем замок наконец сдался, и дверь распахнулась, я наконец увидел ее, но это было совсем не то, чего я ожидал. Ан прижала к своей шее острый наконечник перьевой ручки, лицо заплаканное, уставшее, обессиленное и лишённое надежды, увидев меня она замерла, но ее тело задрожало, слезы снова накатились, и она только сильнее надавила на свою шею. Тонка струя крови, пробежала от её шеи, пропадая в декольте. Я среагировал в ту же секунду, оттернул её руку, и крепко обнял. Вот она, в моих объятиях, я не мог поверить своему счастью, и не мог отделаться от печали, от нахлёстывающих слёз, пытаясь что-то сказать я захлёбывался. Её плечо, в которое я уткнулся было таким холодным, я плакал, плакал на взрыв, зная что был ужасным идиотом, когда позволил им сделать это с ней. Тело Ан было таких мягким, весомым в моих руках. Я так долго ждал этого, что не видел ничего за пеленой своих слез, все вокруг размывалось, а яркий свет встающего солнца пробивался сквозь щели между кирпичами. Я на прощание поцеловал ее холодную щёку, и посмотрел на её обезжизненные глаза, залитые туманом. Если бы я был здесь раньше, я бы смог тебя спасти, а теперь мне нет жизни, ты умерла вместе с последней надеждой на будующее нашей страны, и оборвала последнюю нить, причину моего существования. Я хочу умереть здесь в твоих холодных объятиях. Если нам не суждено быть вместо в этом мире, я обязательно найду тебя на небесах, чтобы тысячу раз признаться в том, как я люблю тебя.