Ничего нового

      Второй класс старшей школы. И всё как обычно, за три года никаких кардинальных изменений не произошло, что удивительно. – подождите немного, – попросила Европа, отходя от своей компании, как только завидела в поле зрения нужное лицо. Её друзья понимающе кивают – уже привыкли к её постоянным уходам и беседам с парнем из параллельного класса, пусть и до сих пор не поняли их знакомство.       Девушка благодарно оглядела скупой "набор" и направилась своей дорогой. Нет, всё таки, со второго класса средней школы изменилось много, даже очень.       Сестра Ганимеда Каллисто, прошедшая всю учёбу, выпустилась в прошлом году, с ней же ушёл и младший Ио, который определился со своим будущим сразу после средней школы. Общий друг Титан тоже исчез после средней, но два года назад, а с ним и ещё пару человек. С этим уходом компания стала реже, будни ощущались более спокойно и как то сухо. Только встречи с "потерянными" за пределами сего заведения разбавляли такое существование, но это была особая редкость по понятным причинам. – я сейчас, – извиняющимся тоном метнул Тритон подругам, приметив, что в его сторону направляется Европа. Три девушки кивнули. Да, здесь судьба тоже поигралась. Умбриэль и Оберон также пошли своей дорогой после средней школы, оставив остальных друзей. Тут потери, конечно, были меньше, чем у Европы, но их и изначально было меньше. Тритону было привычнее, хоть и слегка пусто.       Двое учеников сошлись, неспешно идя по коридору. – я вчера уходила из школы, они начали шептать всякое вроде "помоги", – тихо сказала девушка, вздохнув. – старая песня. И мне на прошлом перерыве так говорили. А потом, после такого, от них ничего не добьешься, – недовольно ответил Тритон и на какое то время замолчал, но было видно, что он что-то обдумывал. Потом продолжил, – ну, давай ещё как нибудь попробуем поговорить. – например сегодня, – тут же очертила границы своего мнения Европа.       Тритон снова задумался. Не то чтобы эта мадам и – как они выяснили раннее – призраки его бесили или надоедали, просто даже у них иногда сходились мнения, а парень всегда имел другую точку зрения, что бы то ни было. – если время найдём.

***

      Уроки закончились. Уже привычно прощаясь с возлюбленным и друзьями, Европа побрела в их тайное место – по какой-то причине неиспользуемую комнату, старую, всеми забытую, но зато в которой их с Тритоном "друзья" охотно болтали. По крайней мере, охотнее, чем в других местах, где они только неразборчиво что-то шептали, мешая и действуя на нервы.       Там ученики "разговаривали" с ними на всякие глупые темы или заключали унии, по которым существа не делали определенную глупость, которая кому-то не нравилась, а взамен люди вычёркивали одну меру пресечения, например, не швырялись в тени карандашами. Именно такой договор они и заключили в начале третьего класса средней школы; тогда эту меру убрали для того, чтобы призраки не хлопали окнами во время уроков. Не сказать, что Европа и Тритон всегда исправно выполняли условия своих "уний", а потому, после этого исторического события вместо карандашей они устроили метание линеек. Да и призраки не особо придерживались обязанностей, тоже банально перефразируя свои действия. Примеров было много, но одним из самых запоминающихся был, когда две "расы" решили, что тени не будут ронять предметы, если от этого есть угроза для других людей (и случилось это после того, как на Рею чуть не упало декоративное растение), а затем, почувствовав себя самыми умным, начали бросать что попало на самих Тритона и Европу.       Да, их отношения неизменно были... Слегка токсичными.       Зато те всегда помогали школьникам как можно незаметнее зайти в потайное место и выйти из него. Вот и сегодня, видимо, завидев целенаправленное движение парня и девушки, они как-никак, но дали им шанс на скрытность. Оказавшись в комнате, всё участники данного цирка начали своё дело. Сначала, по старинке – попытки разговорить приведений, которые то ли не могли, то ли не хотели беседовать сразу. Приходилось заманивать их, делать какие-то небольшие обряды, давным-давно найденные Тритоном в старых книгах (хотя не понимаемые им самим), а иногда – такие уж упрямые были эти вредины – надо было чуть ли не танцы с бубном устраивать.       Когда этот этап был пройден, школьники перешли сразу к сути. Ни "привет", ни "как дела" – да и тем более, им бы на эти вопросы не ответили. Только основное. – с чем вам помочь? – выпалил Тритон, глядя на тень на стене, до этого вопроса принимавшую разные формы, начиная ветками сакуры и заканчивая нелепой карикатурой преподавателя математики, а после начала диалога резко слившаяся с настоящей тенью, отбрасываемой самим Тритоном. Повисло молчание. У учеников – ожидающее, у признаков – какое-то... Неловкое? – ну же, вы сами просили, – Европа подтолкнула, или, по крайней мере, попыталась подтолкнуть собеседников к рассказу и сделала это как можно мягче, хотя такое поведение её порядком подбешивало. Сначала они тебе "помоги!", а после того, как спросишь у них – молчат, а потом швыряют в тебя всем чем попало, бьют калиткой и навязчиво шумят в ушах во время уроков. Ну серьёзно, они что ль с призраками семилетних детей водятся? Да даже в семь лет никто себя так не ведёт! – ...упокойте...       Ученики синхронно застыли, услышав шёпот, выражающий такую странную... Просьбу? Что это вообще сейчас было? Они реально с призраками болтают? – упокойте... – повторили призраки, расползаясь по стене капельками, похожими на многочисленное потомство инь и яна. – так вы что, чьи-то призраки? – задал вопрос Тритон, хотя уже предположительно знал ответ. Не так уж тут и много вариантов: либо он с Европой, незадолго до специфической первой встречи, приняли какие-то вещества или чего-то нанюхались и начали видеть всякую ересь, либо это, опять же, призраки, либо кто-то вот уже как три года мастерски разыгрывает их, а потом смеётся над их поведением в каком-нибудь тайном сообществе. Ну, или это вообще полная ерунда, предположить которую ученикам не под силу. – призраки... – согласился шёпот. Хотелось попросить их не мельтешить по стенам, но было ощущение, что сейчас будет что-то важное, – две тысячи третий год... – голоса замолчали.       Какое-то время Тритон и Европа сидели в тишине, смотря на формы, застывшие на одном месте, ожидая, что сейчас будет продолжение начавшейся истории. Но прошла минута, две, три, а в воздухе так и повисли одни-единственные слова "две тысячи третий год". – эй, – позвала девушка, но ответа не последовало.       В этот момент через щель плохо закрытого окна по стене побежал солнечный луч, и тёмные пятна метнулись от него к лежащим в дальнем углу вещам, прячась за старой одинокой партой. – не хотят, – сделал вывод парень, вставая и помогая это сделать своей подруге по несчастью.       Спокойно уйти из школы им, конечно, помогли, но тихо и без всяких следов своего присутствия, как будто призраки на что-то обиделись. Понять бы ещё, на что. Ладно, завтра надо будет как-нибудь перед ними извиниться, а то, того и глядишь, на Рею опять начнут падать горшки...