Глава 113 Тропический лес и испытания ч.1

Утро пришло незаметно. Не было привычного холодного света, пробивающегося сквозь кроны. Не было резкого перехода от ночи к дню. Лес будто сам решил, что пора проснуться, и сделал это мягко — через влажный воздух, густой запах зелени и тихий шелест листьев, которых вчера здесь не было. Первой открыла глаза Сьюзен. Она села резко, почти испуганно, и несколько секунд просто смотрела перед собой, пытаясь понять, где находится. Лес вокруг был… другим. Совсем не тем, в котором они засыпали. — Ребята… — тихо сказала она. Просыпались по очереди. Михаил поднялся на локтях и сразу нахмурился. Карина молча оглядывалась, положив руку на оружие. Исаму приподнялся, зевнул — и тут же перестал улыбаться. Абель протёрла глаза и выдохнула. Сяонай встал последним, медленно, словно чувствовал это ещё до того, как открыл глаза. — Это… не тот лес, — сказал он наконец. И правда. Кроны были выше. Листья — шире, насыщенно-зелёные, будто напитанные солнцем, которого здесь почти не было видно. Между стволами тянулись лианы, плотные, живые, слегка пульсирующие, как будто по ним текла энергия. Воздух был тёплым и влажным, непривычным для тех широт, где они находились ещё вчера. — Тропический, — тихо сказала Абель. — Я видела такие только на рисунках… В Рилуа. — Но мы не в Рилуа, — ответил Михаил. — И не должны быть. — Значит, — Карина выпрямилась, — Авалон снова решил нас проверить. Или… принять глубже. Гилберт молчал. Он стоял чуть в стороне, смотрел на изменившийся лес и чувствовал странное, давящее спокойствие. Не угрозу. Не страх. А ощущение, будто за ними наблюдают — не скрываясь и не прячась. — Здесь на нас смотрят, — сказал он вслух. — И не пытаются это скрыть. Будто в ответ, где-то высоко над ними раздался крик. Резкий, пронзительный, но не враждебный. Скорее — предупреждающий. Архангелы подняли головы. В воздухе, между кронами, мелькнули тени. Быстрые, гибкие. Силуэты с крыльями — не птичьими и не драконьими. Женские фигуры, лёгкие, почти невесомые, скользили в потоках воздуха, будто он был для них твёрдой опорой. — Гарпии… — выдохнула Сьюзен. — Воздушные. Они не спускались. Кружили выше, переговаривались короткими, отрывистыми звуками, похожими на свист и щёлканье. Не нападали. Но и не уходили. — Нас заметили, — спокойно сказал Михаил. — И ведут. — Пока что — да, — согласился Сяонай. — Идти назад смысла нет. Они пошли вперёд. Чем дальше углублялись в лес, тем отчётливее становилось ощущение разделённости пространства. Тропический лес постепенно сменялся открытыми полянами, где земля была плотной, тёплой, почти каменной. Там, у границы между корнями и скалами, они увидели первые фигуры на земле. Высокие женщины в доспехах из кожи и камня. Копья, щиты, уверенные позы. Они не скрывались, не приближались и не угрожали. Просто стояли, словно знали, что именно здесь должны быть. — Амазонки, — тихо сказала Карина. — Земля. И ещё дальше, за полосой густой растительности, слышался звук воды. Не ручей — что-то большее. Там, где свет отражался от влажных камней, мелькали фигуры, полупрозрачные, текучие, будто сами состояли из воды. — Алукусы… — прошептала Абель. — Водные хранители. Лес, воздух, земля и вода. Четыре силы. Четыре взгляда. И ни одного враждебного. — Мы дошли, — сказал Гилберт негромко. — Теперь вопрос не в том, пройдём ли мы дальше. Он посмотрел на друзей. — А в том, какими мы туда войдём. Гарпии сделали круг выше. Амазонки чуть сдвинулись, освобождая пространство. Вода зашелестела громче. Гарпии спустились не сразу. Сначала воздух изменился. Он стал плотнее, живее, будто наполнился невидимыми потоками. Листья на верхушках деревьев зашевелились, даже там, где ветра быть не могло. Потом раздался свист — протяжный, многоголосый, как песня, рождённая небом. Фигуры с крыльями опустились на выступы скал, окружающих поляну. Их было пятеро. Женские силуэты, тонкие, сильные, с крыльями, похожими на сплетение перьев и воздуха. Лица — красивые, но холодные, как утренний ветер в горах. Глаза — светлые, внимательные, слишком внимательные. — Люди, — произнесла одна из них. Голос был чистым, звонким, словно воздух сам говорил. — Вы вошли в Авалон. — И чтобы идти дальше, — продолжила другая, — вы должны доказать, что понимаете путь. — Не силой, — добавила третья, слегка усмехнувшись. — Не оружием. — А смыслом, — сказали они почти одновременно. Архангелы остановились. Никто не тянулся к оружию. Все чувствовали: здесь это было бы неуместно. — Мы слушаем, — спокойно сказал Михаил, сделав шаг вперёд. Гарпия в центре наклонила голову. — Первое испытание — испытание времени. Ветер резко поднялся. Пространство вокруг словно растянулось, звуки стали глуше, а небо — дальше. — Ответьте, — сказала она, — что всегда идёт вперёд, но никогда не возвращается назад? Наступила тишина. — Время, — почти сразу сказала Абель. Гарпии не ответили. — Слишком просто? — нахмурился Исаму. — Не спеши, — остановила его Карина. — В Авалоне простые ответы редко принимают без понимания. — Вопрос не в слове, — медленно сказал Сяонай. — А в том, осознаём ли мы его цену. — Время — это не просто ход, — добавил Гилберт. — Это выборы, последствия и то, что нельзя исправить. Ветер чуть стих. Гарпия кивнула. — Ответ принят. Потому что вы не пытались вернуть его назад. Воздух стал легче. — Второе испытание, — сказала другая гарпия, шагнув вперёд. — Испытание природы. Свет изменился. Казалось, что сама поляна стала частью неба. — Что растёт без корней, видит без глаз и говорит без слов? — Это… — Сьюзен задумалась, закрыв глаза. Она чувствовала воздух кожей, дыханием, сердцем. — Это ветер. — Почему? — спросила гарпия. — Он растёт, когда усиливается, — ответила Сьюзен. — Он видит всё, потому что проходит везде. И говорит… через шелест, через движение, через ощущение. — Он не имеет формы, но влияет на всё, — добавил Михаил. Ветер вокруг них закружился, мягко, почти ласково. — Ответ принят, — прозвучало сверху. Гарпии переглянулись. — Третье испытание, — сказала та, что была первой. Голос стал серьёзнее. — Испытание пути. Тени Архангелов вытянулись по земле, будто стали отдельными существами. — Что у тебя есть, но его видят другие, и без него ты не пройдёшь? Молчание затянулось. — Репутация? — неуверенно сказала Абель. — Имя? — предложил Исаму. — Судьба? — тихо добавил Гилберт. Сяонай смотрел под ноги. — Тень, — сказал он наконец. Все обернулись. — Тень идёт с тобой, — продолжил он. — Ты не можешь от неё избавиться. Её видят другие раньше, чем тебя. И если у тебя нет тени… значит, ты не существуешь по-настоящему. Или уже не жив. Гарпии замерли. Потом воздух разорвался хлопком — не громким, но чистым. — Все три ответа приняты, — произнесли они в унисон. Ветер опустился, стал ровным. Давление исчезло. Гарпии расправили крылья. — Вы понимаете время. — Чувствуете природу. — И знаете, что путь невозможен без принятия себя. Одна из них посмотрела прямо на Гилберта. — Вы можете идти глубже. — Но помните, — добавила другая, — дальше будут спрашивать не разум. — А связь. С этими словами гарпии поднялись в воздух и растворились в потоках ветра, оставив после себя лишь лёгкое эхо крыльев. Архангелы выдохнули. — Это было… — Абель усмехнулась. — Не смертельно. — Но очень честно, — ответила Карина. — И это только начало, — сказал Сяонай, глядя туда, где впереди ждали земля и вода. Авалон принял их ещё на шаг ближе.