Глава 163 Новая Арена!

В Аньян никто не верил в богов, которые спасут. Здесь верили только в силу. Храмы существовали, но не как в других странах. Туда приводили всех детей с красного ранга. Там учили держать оружие, чувствовать ману, не умирать в первом бою. До зелёного ранга доводили почти всех, кто выдерживал. Дальше — каждый сам. Кто хотел стать сильнее, шёл к стенам. За стены — к демонам. Или в леса — к монстрам. Или на охоту за зверями. Это был единственный честный путь роста. Арены же существовали. Но не для людей. На аренах Аньян дрались рабы. Их покупали, продавали, ломали, выставляли на бои. Зрители делали ставки. Хозяева зарабатывали. Рабы умирали. Свободный человек мог пойти туда только как зритель. Или как покупатель. Поэтому, когда по столице начали ходить слухи о новой арене, никто не поверил сразу. — Свободные бои? — За деньги? — Без рабства? Смеялись. Но слухи множились. Елена и Гилберт начали распространять их ещё во время путешествий по стране. На рынках, в караванах у тренировочных храмов, у ворот городов. «Скоро открытие Арены “Рассвет”. Тут будут бои по контракту, без рабства и с оплатой бойцам.» В Аньян такого не существовало. Поэтому все захотели увидеть. Строительство заняло меньше двух месяцев. Комплекс состоял из пяти арен. Две — на тысячу зрителей. Две — на восемьсот. Одна — центральная — на две тысячи. Чем сильнее бойцы — тем больше арена. Чем больше участников — тем больше пространство. Внутри всё было рассчитано на работу, а не на роскошь. Песок. Камень. Металл. Чёткие проходы. Медицинские комнаты. Регистрационные столы. И главное отличие — никто не был рабом. Режим работы установили сразу. Шестнадцать часов в сутки. Двенадцать часов — обычные бои, несмертельные, тренировочные, командные, испытательные. Четыре часа — после полуночи — смертельные. Только по контракту, только добровольно. Никаких принуждений, никаких хозяев. Сотрудники работали сменами по восемь часов. С понедельника по пятницу — стандарт. На выходных — по желанию, за двойную оплату. Иногда делили смены пополам. Для Аньян это было… странно. Но быстро оказалось удобным. В день открытия толпа собралась задолго до рассвета. Кто-то пришёл из любопытства. Кто-то — проверить. Кто-то — заработать. Регистрацию вели люди без маны — бывшие рабы-сотрудники. Они записывали бойцов, распределяли по аренам, оформляли контракты. Лекари заняли свои места. Охрана стояла по периметру. Всё работало. — Не верят, — тихо сказал Гилберт, глядя на толпу. — Пусть смотрят, — ответила Елена. Первый бой начался в полдень. Два свободных бойца зелёного ранга. Они сами вышли на песок. Сами поклонились. И по команде судьи начали. Толпа замолчала. Потому что никто не бил их перед выходом. Никто не держал цепи. Никто не стоял с кнутом. Они дрались как воины. Не как рабы. К вечеру арены заработали одновременно. Пять пространств. Пять потоков людей. Пять ритмов. После полуночи открылись смертельные бои. И туда тоже пошли. Добровольно. В Аньян люди умирали каждый день. Но впервые за долгое время они могли умирать за деньги и по собственному выбору. Елена стояла на верхнем ярусе центральной арены. Гилберт — рядом. — Это изменит страну, — сказал он. — Не сразу, — ответила она. — Но начнёт. Внизу толпа шумела. Монеты звенели. Песок поднимался. Арена Рассвета не запрещала силу, не запрещала жестокость. Она запрещала только одно — рабство. И для Аньян этого оказалось достаточно, чтобы начались перемены.