Часть 55. Гипотизы.

Мин Ю Чжанфэй достал веера из цзянкуня- рукава, взял два у Сюй Юна, сделал пару пассов кистью рук и веера вспорхнули, легли по очереди на пол, уже в раскрытом виде. Получилась целая дорожка. — Итак, — начал он. — Первые три были найдены в спальнях. В них много ци. Словно в них есть магический договор с кем-то. С каждым. Думаю, договор с ребёнком. Веер остался, а ребёнок ушёл. Следующие веера были найдены у погибших служанок, и не похоже, что они были выложены для нас. Скорее они просто лежали у служанок, а мы их нашли. У первой веер был в кормане. У второй был найден в ее вещах. В них меньше ци только та, что была заложена при создании веера. И вот последние два, что были у Тань Лияня. — Получается, он уводил детей? — проговорил Чэнь Бо. — Не доказано пока! Ранние выводы могут помешать истине! Но это один из вариантов. — прервал его рассждения учитель. — А могли служанки быть в сговоре с господином Тань? — проговорил Сюй Юн. — Ну, если у него нашли веера и у них тоже, то... Учитель кивнул. — Служанки... — проговорил Чэнь Бо, и его вдруг осенило. — Подождите, я всё думал, где я их видел. Он подбежал к кровати, открыл тумбочку и достал из личных вещей господина Тань медальон. Открыл его внутри были нарисованы две юные, очень молодые девушки. — Вот, могут они быть служанками? Похожи ведь? Мин Ю Чжанфэй взял медальон и посмотрел на изображения. — Кажется, его брат говорил, что когда-то у Тань Лияня было две наложницы, — произнёс Сюй Юн. Он сейчас отчётливо вспомнил тот момент. — И второй близнец был потрясён смертью первой девушки, говорил, что-то типа... это не может быть, м... или... этого не должно было быть.... Я точно не помню. — Значит, одна сторона, это господин Тань Лиянь и две ныне убитые девушки, — произнёс Чжао Фэн. — Вторая сторона, это убийца, и скорее всего коробка у него. Третья сторона, скорее всего дух Ли Янь. С момента как я уничтожил по незнанию талисман на крышке колодца она получила больше свободы и смогла осознать себя. Если она завладеет коробочкой и уничтожит текст, написанный на дне, она станет свободным живым духом без тела. — Что значит живым? — спросил Вэй Чэн. — Душа была забрана из живого тела. Ей не уйти на перерождение, — проговорил Мин Ю Чжанфэй. — Она может, когда станет свободной, лишь скитаться, а потом вселиться в тело умирающего, когда его душа уже оставит оболочку и надеяться, что тот не умрёт. Если умрёт, она уйдёт на перерождение. Ну а если выживет, то будет жить до смерти в том теле, что выберет. — А как же с первой душой? Ну, была же душа в теле? Простите, я ничего не помню, наверно это было на лекциях, — проговорил Сюй Юн опустив глаза от стыда. — Первоначальная душа уходит, когда тело умирает. Но такая живая душа, вселившись в уже освободившееся тело, вселяется с огромным количеством ци янь, так как она была жива и у неё остались силы тела. И часто бывает, что она вносит достаточно сил, чтобы раны затянулись или болезнь вылечилась. Бывает по-разному. Иногда первоначальная душа не успевает уйти, и в теле живут две души, в конфликте или слиянии. Но суть одна: если Ли Янь освободится от коробочки, она может вселиться в тело и прожить жизнь, которая была у неё отнята. Нас разумеется интересует в первую очередь не это, а то, что она будет делать если освободится. — А может она вселиться в живое тело? Ну, выкинуть душу, что в нём есть, и занять место? — Да. Это захват тела. А еще, если завладеет коробочкой, она может сделать то же самое, что сделали с ней. Ведь если она завладеет коробочкой, которая уже создана тёмным магистром, и является работающим артефактом, то она может заточить чью-то душу и занять тело. Сюй Юн поёжился. — Что вы видите на веерах? — проговорил Мин Ю Чжанфэй Сюй Юн начал рассматривать их от первого до последнего начал понимать, что связь действительно была. Словно у них есть общая история, рассказанная иносказательно и красиво. Но что за история? Первый веер был с растительным орнаментом. Стебель изогнутый, идёт по кругу, три нераскрывшихся бутона с трёх сторон расположены на этом круге из стебля. Бутоны были нарисованы так, что казалось — вот-вот лопнут от напряжения. Краски яркие, мягкие, живые. Второй — то же изображение, что на первом, но в центре птица на ветке, даже можно сказать птенец. Голова чуть повёрнута, будто прислушивается к чему-то за краем бумаги. Птичка золотая, будто светится. Третий — ворота. Высокие, резные, с тонкими золотыми нитями света вокруг, такими нежными, что смотреть на них было странно, почти неловко, как будто подглядываешь за чем-то личным, и в то же время стремишься заглянуть и увидеть, что там внутри. На четвёртом веере, извлечённом из кармана убитой служанки, были чёрные высохшие цветы. Распустившиеся, с тяжёлыми широкими лепестками, написанными так точно и так живо, что казалось, ещё мгновение, и лепестки начнут опадать прямо в воздухе. На ветках рядом с ними сидели четыре золотые птицы-птенчики. Одна, та что в центре, была обведена ещё и голубой краской. Птицы были изображены живыми. А вот цветы уже засохшими. Именно это было в изображении самым страшным. Живые птицы на мёртвых ветках среди цветов, которые расцвели, но уже высохли, скоро осыпятся. Пятый веер, который ещё не был показан ученикам, содержал одну птичку, ту, что на предыдущем была в центре. Она влетала в двери, ну или ворота, что были изображены на третьем веере. На шестом веере были три оставшиеся птички, но вокруг них был пепел. То, что ранее на предыдущих веерах было чёрными цветами теперь осыпалось. А на последнем веере было три птички. Они сидели на зелёной ветке. Это была уже другая ветка. — Ну так кто что видит? — произнёс Мин Ю Чжанфэй. — Я вижу, что все птички живы, — проговорил Сюй Юн. — Три будут на новой зеленой ветке и всё будет хорошо. Четвёртая птица куда-то улетит, но с ней тоже всё будет хорошо. А вот цветы погибнут. Цветы это... что... если птички это дети, их трое, то кто четвёртая птичка? А если цветы, это те, кто виноват перед Ли Янь, то значит они все будут убиты. — Это фактически описание ритуала приношения жертвы, — проговорил Чжао Фэн. — Во имя спасения души. — Что это значит? — Значит, несколько жизней будет принесено в жертву, чтобы через проводники, — он ткнул в птичек, — невинные души дали силы для центральной души. И тогда она может либо возродиться, либо стать небожителем, попав в чертоги света, либо уйти на перерождение. Ритуалов очень много, на разные запросы. Но суть одна. У всего есть цена и эта цена всегда чья-то жизнь. Или несколько жизней. Взависимости от ритуала. Жертвы могут быть добровольные или нет. Энергия от них пройдёт через проводники, в данном случае это дети скорее всего, и достигнет центральной точки, то есть того, для кого всё создано. — Тот кто это устроил хочет подарить жизнь Ли Янь? Это воможно? — проговорил Сюй Юн. — Значит, этого хотели господин Тань с двумя девушками? Вернуть ей жизнь таким способом или упокоить душу. Значит, детей забрали они. Но чего хочет тот, у кого коробочка? Иди коробочка у них? Ну то есть уже у господина Тань? — Коробочка фонит ци Инь и ее точно нет в этой комнате. Остальное мы скорее всего узнаем в храме Гуаньинь, — проговорил Мин Ю Чжанфэй. — Вернее, под храмом. Дети там. Храм сам по себе сосредотачивает энергию, и это лучшее место для подобного ритуала. Веера рисовали те две девушки, что погибли. Не Ли Янь. — Почему вы так думаете? Ну, что они... — Потому что у них есть дар, как и у их старшей сестры Ли Янь. Через веера создавать путь к достижению желаемого. Вкладывая в рисунок идею, они дают мирозданию запрос на достижение цели. Это не колдовство в прямом смысле, но вероятность. — Точно, — проговорил Сюй Юн. — Господин Тань рассказывал, что веера несли людям удачу. И про сестер. Не помню кто рассказывал. Он или его брат. У них был дар артифакторов-заклинателей. — Да. По сути верно, — сказал Мин Ю Чжанфэй. — Но кто тогда владеет коробочкой? Мадам или его брат-близнец? — Вэй Чэн был растерян. — Это мы тоже поймём только под землёй. Он будет мешать ритуалу. Сейчас мы выйдем и опечатаем вход. Господин Тань до завтра будет приходить в себя, но в сознание ещё не вернётся. Поговорим с ним завтра. Его близнецу скажем что переложили тело на кровать и его надо оставить так, для призрака. А сегодня ночью, я думаю, истина откроется нам. Однако до наступления темноты хорошо бы понять, как дойти по ходам до храма Гуаньинь. Уверен, что некоторые ходы действительно завалены. Чжао Фэн, займись этим. До вечера найди вход, который будет для нас самым лучшим, чтоб мы быстро могли достигнуть цели. — Да, учитель. Могу я взять кого-то на подмогу? — Да. Кого желаешь? — Младшего брата Цзян Луна, конечно. — Что ж. Но ты отвечаешь за его жизнь. — А можно нам ещё кого-то взять? — проговорил Сюй Юн. не на шутку испугавшись — Чэнь Бо очень много знает про Лю Мохэя и вообще много знает. А Вэй Чэн сильный и мужественный. — Мы что, вдвоём не справимся? — скривился главный ученик. — Струсил, так скажи прямо. — Я не струсил, но чем нас больше, тем больше шансов на успех. — Решено. Пойдёте вчетвером, — проговорил Мин Ю Чжанфэй направляясь к выходу из покоев.