Часть 70. Лун Ал Муньян

Сюй Юн смотрел на безумно красивую, но всё же огромную змею с открытой пастью и острыми зубами, и ужас наполнял его душу. Он осознал, что это точно конец. Он зажмурил глаза, понимая, что бежать некуда, он зажат в углу далеко от выхода, и смысла сопротивляться нет никакого. Но закрытые глаза ужаса только добавили. Мысли «Вот сейчас она вопьётся зубами... вот сейчас... вот сейчас...» были оглушительными. Тем не менее боль всё не приходила. А рядом раздался фыркающий выдох, и что-то мокрое ткнулось в щеку. Сюй Юн приоткрыл глаза и понял, что это мокрое и холодное ни что иное как морда змеи. Та сначала ткнулась носом в щеку, а затем начала жадно нюхать его, потом отстранилась, спрятав капюшон, посмотрела на него, как Сюй Юну показалось, скептически. Она буквально подняла одну бровь и накренила голову. — Какой трусливый лисёнок мне попался, — прошелестел в голове саркастичный голос. — Чч... то... лисёнок? — проговорил Сюй Юн, которому казалось, что он либо грохнется в обморок от пережитого, либо просто упадёт, потому что ноги его точно не держали. — Что-что?! — передразнила змея. — Я думал, будет бой, битва с заклинателем, воспетая в веках! Не зря же меня этот пацан печатью и талисманом словил, да как ловко! Я даже не успел вырасти до нужных размеров и откусить его дурную голову. Всё думал, мне конец. Но меня выбросили здесь и сняли чары. А на двери чары оставили. Выползти было невозможно. Прятался. Думал, ты нападёшь. Голос раздавался внутри головы Сюй Юна очень отчётливо. Он нервировал. Даже Система звучала не так резко. — За-зачем мне на-падать, — ещё не придя в себя от сразу нескольких потрясений подряд проговорил Сюй Юн вслух, заикаясь. — Я просто хотел посмотреть, где я жил раньше, а тут ты. Змей бросил взгляд на беспорядок вокруг. — Здесь вообще можно жить? А я думал, в заклинательских сектах должен быть порядок? А тут бардак! — Наверно я тут жил раньше, до того как... в общем не знаю, кто тут всё перевернул вверх дном. Сюй Юн ещё боялся подходить к этому змею, и его ноги всё ещё дрожали, однако рептилия теперь не выражала никакой враждебности. — Ну, возможно тот, кто меня сюда бросил. Он торговался с другим подростком на меня. Видимо, целью был ты, лисёнок. — Торговался с другим... Сюй Юн вспомнил Чжао Фэна и то, что тот отдал кусочек серебра юноше из другого павильона. «Теперь понятно, что у них за тёмные делишки! Вот же гад! Дружбу предложил! Ага, как же! Держи карман шире!» — А почему ты назвал меня лисёнком? Сюй Юн подумал о том, что может именно змей объяснит ему больше остальных про его невидимые уши. — У тебя лисья душа, я вижу уши, вижу хвост. — Эм... Я не знаю почему так, вообще я совсем обычный. Ну, я человек. То есть молодой заклинатель. Если бы ты рассказал мне правду, почему ты видишь то, чего не существует, я был бы очень признателен. Змей внимательно посмотрел на подростка. Затем его хвост подпёр голову. Выглядело это так, как если бы человек опустился подбородком на руку. — Скорее всего ты был лисом в одной из прошлых жизней, так что ты навсегда связан с миром совсем иными связями. Ты меня слышишь, раз отвечаешь. Обычный заклинатель не смог бы. Знаешь, что это значит? Острый кончик хвоста дёрнулся в его сторону. Человек бы в такой ситуации ткнул пальцем. — Нет. Я не понимаю, почему тебя слышу. Сюй Юн вспомнил, что Система рассказывала ему про его низкий уровень, из-за которого духовная лиса не смогла бы с ним говорить. Значит ли это, что уровень духовных сил у него повысился? — Тебе надо в секту неправильного заклинательства, у тебя есть дар чувствовать мир не так как эти бездари. Талант заклинательства, он ведь связан с природой, а остальные лишь техники развивают и свои скудные способности, которые чуть больше чем ничего. И развитие идёт за счёт поглощения чужих ядер. Это захватничество и присвоение чужой энергии. — Я так мало знаю об этом мире и о себе, — прошептал Сюй Юн подавленно. — Скорее всего твоя душа блуждает по перерождениям в этом мире, а значит ты найдёшь свой путь, и может очень скоро. Простыми словами, если ты рождаешься снова настолько быстро, что твоя душа оставляет отпечаток прошлой жизни, значит в этой жизни у тебя особая судьба! Ты должен что-то сделать здесь. — Но как понять, что я должен сделать? Проговорил Сюй Юн, а в голове всплыли главы новеллы про приход демонов и про его миссию. Значит ли это, что его роль спасти всех сейчас. Отдать свою жизнь как настоящий Цзян Лун, чтоб ужаса не случилось. И всё? На этом всё? Весь смысл его жизни здесь? Цзян Лун был значит лисом-хулицзином, он же, Сюй Юн, попал сюда по ошибке и теперь должен по судьбе первоначальной души и по воле Системы всё это разгрести, и всё, конец? Это несправедливо. Сюй Юн замер. Странная догадка поразила его. — Ты сказал, что моя душа имеет форму лисьих ушей... моя? — Да, всё верно! У меня нет сомнений. Ты даже пахнешь как лис. — А может ли быть такое, что вот представь, душа попадает в тело уже жившего человека, и тогда получается форма души предыдущего сохраняется, так? — Хм... Не знаю, что означает слово «потенциально», но... — змей задумался. — Если одна душа уходит, а по воле судьбы в тело приходит другая, то и форма тоже её, новой души. Душа уходя забирает себя собой. То есть, душу, ведь это она и есть. Остаётся только тело. Сюй Юн застыл. Он всегда негласно считал, что те воспоминания, которые приходят к нему порой, и те уши, про которые говорили ему и дух реки и духи погибших дев, это либо аномалия, либо наследие Цзян Луна. Он даже не задумывался об этом, считая автоматически себя самого лишь невольным наследником. Как этих ушей, так и воспоминаний, что иногда врывались в его сознание. А оказалось, нет. Он почему-то вспомнил себя в Пекине и женщину, которая позвала ребёнка, Юаня. Это тоже часть воспоминаний, осенило его вдруг. Но они, эти воспоминания, были ещё в Пекине. Он считал себя случайно попавшим в это тело вместо друга. Да вообще, случайно оказавшимся здесь, в мире, о котором он и не мечтал. А оказалось, этот мир, видимо, его изначальная судьба. Словно тяжёлая плита опустилась на плечи. Он не случайный! Он здесь и должен быть! Это его мир! И его уши, как ни парадоксально. И его воспоминания: девушка с голубыми глазами и белыми волосами, и то, как она называла, оказывается именно его «Лисик». И получается долг всё изменить тоже его. С Системой или без. И его способности говорить с животными. Это его способность. И та лиса, которую он встретил в самом начале нахождения здесь, когда только шёл к школе, она не случайно пообещала своего ребёнка именно ему. Потому что он по душе лис. Он, а не Цзян Лун. У того был свой дар видеть будущее. Сюй Юн осел на пол. Его затошнило, голова закружилась, а сердце забилось очень быстро. «Получается, это в Пекине я был чужим, я попал туда случайно? Так ли? Я ничего не помню до аварии. До аварии... а если до аварии меня и не было в том мире? Если Сюй Юн, это как раз таки не я? Если душа мальчика, погибшего в той катастрофе, ушла с родителями? А туда я попал, погибнув в этом мире? Если так, то кем я был? Лисом! Я был лисом-хулицзином и значит, учился в одной из школ неправильного заклинательства или был самоучкой-культиватором.» Мир привычных представлений рухнул! — Эй! — раздался шёпот. — Ты в порядке? — А... да... я... да. Это странно. Узнать, что в прошлой жизни и так далее. Это словно у тебя нет земли под ногами. — Как это нет? Вот же она! Да, согласен, пол не мытый, но достаточно твёрдый. — Ты не понимаешь... все представления о жизни, о самом себе... — Хм, ты такой же как был несколько минут назад. И в прошлой жизни был примерно таким же. Я чувствую твою душу. Ты ушёл молодым и сейчас ты молод. Значит, ничего не изменилось. Мы те, кто мы есть в любом месте, в любом теле. Куда бы мы ни пришли по дороге жизни, мы приносим себя собой. Так какая разница, где мы? Это ведь мы. Я Змей Лун Ал Муньян. Я духовный зверь. Я тоже ещё молод, прожил около трёхсот лет, и несмотря на то, что я вырос и мои представления о жизни немного изменились, это всё равно я. — Духовный зверь... триста лет... То есть ты человеком можешь стать? — Ну... Я могу стать, если захочу... в воде. Перевоплощаюсь в воде. — То есть как оборотень, то человек, то змея? — Да. В Секте Серебряной Луны все духовные звери такие. Почти. Цин Ху требует от всех учиться перерождаться. Когда-то он чуть не погиб из-за нежелания учиться быть человеком. Название секты резануло какими-то смутными ощущениями чего-то знакомого. А имя почему-то принесло с собой боль. — Секта Серебряной Луны? — проговорил Сюй Юн. — Раньше там было много лисов-хулицзинов. Был даже чёрный лис, который стал белым и растворился в куполе. Это легенда, — проговорил змей. «Чёрный лис из легенд, о котором рассказывала Система? Не тот ли это лис? Лис из легенд! Может, мы были даже знакомы!» — А тебя как зовут? — тем временем проговорил змей, который очень внимательно наблюдал за Сюй Юном. — Я Сюй... Цзян Лун, но завтра я получу другое имя и духовный меч. Но не знаю какое. Говорят, это зависит от меча. — Приятно познакомиться, Цзян Лун. Как думаешь, мы уже подружились? — Да. Почему бы не подружиться, — Сюй Юн улыбнулся. — Я буду рад, Лун Ал Муньян. — Тогда ты ведь спасёшь меня? — Спасти? От кого? — От заклинателей этой школы. Если твои учителя поймут, кто я, с меня срежут шкуру с живого, потому что чешуя используется в лечении, и она должна быть снята именно с живого змея. И моё ядро кто-нибудь захочет себе присвоить. Голова моя тоже имеет много ценного, поэтому когда срежут шкуру, её отрубят, а тело выпотрошат. Я для обитателей этой школы набор ингредиентов. Поэтому я защищаюсь. Те идиоты, что меня поймали, думали, что я обычная змея. Я похож на ядовитую гадюку, пока не развернусь на полную, как сейчас. Это моё спасение от самых страшных хищников. — Это каких? Сюй Юн был в ужасе от рассказанного змеем. — Как каких? Людей. Заклинателей и обычных, кто охотится ради наживы на духовного зверя. — Ох! Ладно, но как мне... что мне... как я вообще могу тебя спасти? — Ты должен вывести меня за пределы твоей школы конечно. — Так. Да... Но это сложно. У меня нет пока пропуска на выход. Просто так его не дают. Ты можешь стать маленьким? — Могу. Змей превратился в обычную чёрную змейку, потом снова стал большим. — Я не могу выйти за стены школы, но могут другие, — рассуждал Сюй Юн. — Завтра отправляются заклинатели Павильона Трав. Если мы с тобой дойдём до них, ты можешь заползти куда-нибудь в их вещи. В этой безобидной форме? — Да, могу. — Хорошо, тогда постараемся завтра выловить одну девушку. Она собиралась за травами вместе со своим павильоном. Ладно. Давай пока разберём всё здесь, а ты мне расскажешь о твоей секте. Кстати, чем секта отличается от школы? — Ну, в секте главное сама секта как единица учения, объединённая целями и задачами своего существования. Секта должна защищать участников и двигаться к этим самым целям. Школа в первую очередь учит, а потом многие заклинатели расходятся по миру. А секта это дом навсегда. Внутри секты может быть школа или несколько. Секта Серебряной Луны — дом для многих магических зверей, чей интеллект уже человеческий. Они и форму могут принимать человеческую. И главная цель Секты Серебряной Луны, чтобы все виды могли выжить. Это защита. Школы, обычные заклинательские, лишь поглощают ресурсы. Не так уж много злодеев в этом мире, чтоб выпускникам прямо было с кем бороться. Демоны отделены духовной стеной. Только изредка тёмные магистры появляются, перерождаются, ну и животные, призраки, духи, живые мертвецы. А школы тем не менее всё становятся больше и больше. Они конкурируют друг с другом. Ещё немного и начнутся войны праведных школ, кто праведнее и чьё учение чище. Мир уже очень напряжён. Что-то должно случиться. Волна мурашек прошла по душе Сюй Юна. Слова казались пророческими. Змей рассказывал про свою секту, а Сюй Юн разгребал вещи, сломанные стулья, вспоротый матрац, тряпки, что видимо были простынями и занавесками. Личных вещей или одежды он не нашёл. Скорее всего Цзян Лун всё хранил в цзянькуне, опасаясь, что Чжао Фэн всё уничтожит. Думать, что это случайность, было глупо, а представить, что это может быть кто-то другой, кто всё здесь переломал, было бы странно. Сюй Юн слушал про то, что Секту возглавил голубой тигр Цин Ху, и в голове юноши появился образ огромного зверя, белого с голубыми полосами. В этот момент снова прозвучал жестяной звук. — Что это? Такой звук был, когда все шли на обед. Может, время ужина? Змей оживился. — А я как раз проголодался. — Ээээ, я не знаю, как вынести еду из столовой, её заметят. — Возьми меня с собой. Сядь в углу и незаметно роняй кусочки рядом с миской. Я буду их подъедать. — Но как я... Но змей уже уменьшился и юркнул в рукав одежды. Холодное тонкое тело, как провод, ощущалось Сюй Юном в рукаве и спускалось на голую спину. — Ну что стоишь, пошли. Ух, какой ты тёпленький. Так бы и жил в твоём рукаве. — А тебя не могут вычислить по ци? — Нет. Во-первых, ци у меня такая же янь, а во-вторых, когда я в такой ничтожной змеиной форме, то почти не ощущаюсь. Так что не бойся. Пошли скорей. Ням- ням.