Глава 40

      Терпение, граничащее со смертью, стальными пальцами держало винтовку.       Вся улица лежала на ледяной ладони, позволяя прицелу беспрепятственно скользить по ней.       Лежащий на крыше десятиэтажного дома, самого высокого в квартале, тёмный волчек с убийственным спокойствием встретил Красный патруль взглядом. Не дрогнула ни одна жилка, не защекотало предвкушением, не задержалось дыхание; сухому анализу не помешала ни одна эмоция.       В фитте патруля один Доспех отличался от остальных трёх – броня на ногах и одной руке имела другой цвет и форму элементов. А ещё он шагал пугающе ровно, на грани необъяснимого отрицания видимого. Лишь на секунду задержав прицел снайперской винтовки на нём, волчек торопливо перевёл его на обычных Доспехов.       Навстречу патрулю шёл гражданский – и слишком поздно сообразил, что ему следовало бы свернуть с этой улицы раньше. В такой поздний час любой праздношатающийся волчек привлекал внимание патрулей, в которых киборгам предстояло восстанавливать навыки и социализироваться.       Красные Доспехи обступили гражданского и лениво проверяли его ксиву, пока киборг начал окидывать взглядом ближайшие дома; его голова медленно поворачивалась, слишком размеренно, слишком ровно.       Лучшего момента и быть не может.       Четыре быстрых и абсолютно точных выстрела из снайперской винтовки – коготь не вошёл бы идеальнее.       Неопытный Красный киборг среагировал слишком поздно, но определил направление лучше любой машины. Корпус с красным индикатором на плече развернулся к дому, тварь задрала голову, посмотрев прямо в прицел. Перешагнув через тела своих трёх сослуживцев и гражданского, недоволчек пугающе механически рванул к дверям.       Тёмный волчек чёткими отработанными движениями разобрал винтовку на части и закинул в сумку на спину. Пригнувшись, он побежал к другому краю крыши.       Лифт киборг наверняка сломает и заклинит, оставит только лестницу для отступления. Вот только ещё ни один здравомыслящий Доспех и тем более компьютер не предположит, что волчек рискнёт просто спрыгнуть с десяти этажей вниз.       В районе пятого этажа Дракон истлел легчайшим дымом, обрывая собственную скорость, переместился вниз и приземлился с гораздо меньшим ускорением. Следующий прыжок в тень перенёс его на другую сторону улицы.       Ни одному киборгу, как бы он ни был быстр, никогда не угнаться за хаоситом.       Пользуясь всеми преимуществами своей противоестественной природы, Дракон бежал прочь, с каждым вдохом и шагом увеличивая отрыв от опасного преследователя.       Тёмный волчек действовал осторожно и только наверняка; он по-прежнему та самая карта Палача в даратаке, которая не может атаковать, прикрытая слишком толстой защитой из других карт.       Но ещё одну каплю яда он всё же пролил этой ночью.       Это будет уже третий случай, когда киборги выживали – в то время, как погибали их коллеги и умирали или калечились гражданские.       Кест-Фернал ещё не понимал, что происходит, но уже недовольно ворчал, шурша старой чешуёй черепиц и скрежеща когтями дверей. И недовольство столицы будет лишь расти, в то время как по другим городам поползут слухи и искажённые слова.       Красные Доспехи всё прекрасно поймут. Возможно, они даже рискнут избавиться хотя бы на время от тех, кто выставляет их мишенями, передадут другим цветам Доспехов. Расследование примет новый оборот, но пока инертная военная машина ещё слишком лояльна к происходящему...       В старой котельне была оставлена винтовка и потёртая куртка, а сам Дракон вышел из подъезда соседнего дома уже в безупречно сидящем чёрном пальто нараспашку. Он хорошо изучил маршруты патрулей, и в этом квартале их не должно было быть в данный час, но с улицы следовало убраться как можно быстрее.       Заходить в бар к Дейку после убийства становилось уже опасной традицией, но Дракон позволил себе эту слабость; не так уж и долго осталось ему ходить в тени самого себя.       Он уже подходил к дверям бара, работавшего допоздна, как в висок стрельнуло пронзительным светом, выжигающим глаза изнутри. Непроизвольно вскрикнув, Дракон потёр глазницы и со злобой безошибочно посмотрел в направлении далёкого отсюда дома семьи Ферра.       С этим пора заканчивать – иначе этот непомерно счастливый щенок угробит его слишком рано и неэффективно, а смотреть на многозначительно закрывающуюся перед носом дверь Лабиринта тёмному волчеку уже надоело.       Щенку бы только чуть-чуть ещё подождать, чтобы нанесённый урон принёс наибольшую пользу.       Дракон толкнул дверь, машинально массируя висок.       - Мессейр Дракон! Рад вас видеть! – помахал ему полотенцем жизнерадостный Дейк за стойкой. – Один момент, я сейчас подойду, присаживайтесь!       Тёмный волчек огляделся и увидел за одним из столиков ситрека. Дракон уже научился отличать Клариста по совокупности черт, хотя не был уверен, что это конкретно он. Но Кларист тоже его заметил и приветливо улыбнулся маленьким ртом.       Не заставив себя уговаривать, Дракон кивнул и сел напротив ситрека.       - Добрый веч-чер, – стараясь поменьше щебетать, произнёс Кларист. – Мне радостно, что я вас увидел.       - Почему? – насторожился волчек.       - Вы же, наверное, хотите посмотреть на свою девочку?       - На какую... – Дракон осёкся, на трезвую голову быстро сообразив, о ком идёт речь. – На того щенка? Зачем?       - Ну как-к-к же, – разволновался ситрек. - Вы её спасли, о таких вещах не забывают.       К ним подошёл Дейк, и Дракон, помедлив, заказал обычного кнаа. Как бы ни хотелось сейчас выпить чего-нибудь покрепче, но он чувствовал, что момент резко перестал быть подходящим.       - Я тогда скорее думал об услуге вам, – осторожно подобрал слова Дракон.       - О, безусловно, я очень рад стечению обстоятельств – пронаблюдать вживую за развитием волчонка с такого юного возраста! Пусть это и не моя область деятельности и интересов, но я тщательно документирую этот бесценный опыт. Ситрекам ведь не доверяют маленьких волчат, к нашему сожалению.       - Отлично. На этом можно покончить с благодарностями за спасение.       - Я ей рассказал, кто её принёс, – продолжил иноземец. - Она бы очень хотела с вами встретиться. Поймите, Фелинн потеряла родителей, ей важна любая поддержка сородича, а ближе вас у неё по связи ник-к-кого и нет. Может, договоримся о встрече у меня дома? Когда вам удобно?       Первым порывом Дракон чуть было не отказался, но внезапная мысль о том, что так он обеспечит себе хорошее алиби на этот вечер и ночь, изменила его намерение:       - Тогда мне удобно сейчас. К чему затягивать, выпьем да сходим.       Ситрек заёрзал на стуле и пригубил молоко из своего стакана.       - Извините, но мне нужно ещё отъехать к сородичам, отвезти результаты моих исследований.       - Не поздновато ли? – прищурился тёмный волчек, но ситрека это не смутило:       - У нас иной режим, мы не спим несколько ваших суток. Поэтому работаем и по ночам.       - И вы... Оставите мелкую одну дома на ночь? – ещё больше прищурился Дракон.       - Конечно, – не понял намёка ситрек.       Нащупав нужные рычаги управления иноземцем, тёмный волчек облокотился на стол и проникновенно произнёс:       - Маленьким волчатам нужен присмотр взрослых. Особенно в тёмное время суток. Они, как правило, не выносят одиночества до определённого возраста, могут испугаться чего-либо... Приобрести страхи на всю жизнь. А ещё случайно покалечиться, исследуя опасные домашние предметы – ножи, спички, газовые вентили... Оружие, если есть...       В бездонных глазах ситрека с каждым медленно капающим словом нарастало ужасное понимание.       - Ох! Пойдёмте же скорее ко мне! – всплеснул иноземец трёхпалыми руками. – Я даже и подумать не мог - наши выводки в отсутствие взрослых просто закукливаются в гнезде! Вас ведь не затруднит посидеть с ней, пока я отъеду на работу?       - Сегодня я абсолютно свободен, – отставил чашку с кнаа Дракон.       - Чудесно! И Фелинн наконец-то пообщается с вами!       Восторгов Клариста Дракон не разделял и предпочёл бы мелкую волчен вообще не видеть. Расплатившись с Дейком, ситрек и волчек вышли на улицу и направились в сторону дома Клариста.       Маленький иноземец подмерзал, кутаясь в свою толстую куртку и пряча голову под тёплым капюшоном. Он шагал быстро, но по скорости едва догонял средний длинный шаг Дракона.       По пути Кларист напряжённо оглядывался по сторонам, и тёмный волчек снисходительно фыркнул:       - Не волнуйтесь, со мной вам безопаснее, чем с кем бы то ни было.       - Правда? – с надеждой переспросил ситрек. – Я бы очень не хотел встречаться с вашими Доспехами...       - Проблемы с законом? – вздёрнул брови Дракон.       - Нет. Но... Вы же наверняка слышали об указе императора К’Аарана о депортации ситреков?       - И? Не всех ситреков депортируют.       Кларист помолчал, обдумывая следующую фразу, и слабо многозначительно улыбнулся из-под капюшона:       - Вы нас плохо отличаете друг от друга.       - Можете не продолжать.       Кларист с благодарностью кивнул.       Если конкретно этот ситрек подпадал под высылку с К’Аарана, то Дракону лучше об этом не знать – более того, до поры до времени он сделал себе пометку в памяти поддерживать при необходимости инкогнито Клариста и отслеживать его судьбу; с другим иноземцем контакт может быть найти проблематично.       В маленьком двухэтажном доме Клариста одно окно на первом этаже приглушённо светилось, приглашая в тепло и уют.       Ситрек поспешно открыл ключами входную дверь и облегчённо выдохнул: навстречу ему из гостиной выкатилась маленькая палевая и зеленоглазая волчен на четырёх лапках с какой-то тряпкой в зубах. Кларист включил свет и успокоенно поднял Фелинн на руки, ощутив её игривую ауру:       - И ведь ничего не испугалась, моя храбрая, – заулыбался он, отходя в сторону и давая Дракону пройти. – Фелинн, смотри, кто пришёл!       Но волчен уже и так во все глаза смотрела на высоченного тёмного волчека, цепко оглядывающего скудно обставленный, но практичный и уютный маленький коридор – всего-то вешалка да маленькая тумбочка, – проходы в гостиную, на кухню и узкую лестницу на второй этаж. Фелинн аж разжала зубы, и тряпка выпала на пол, оказавшись мягкой игрушкой каргала.       - Что ж-же ты молчишь, маленькая, поздоровайся, – ласково пожурил Кларист.       - В-вечер-р-р, – пискнула она, старательно рыча и вцепившись коготками в куртку ситрека.       Дракон лишь чуть скривился, снял сапоги и повесил на вешалку своё пальто.       - Проходите в гостиную, – показал рукой Кларист и опустил Фелинн на пол. – Я сейчас возьму документы и отъеду на часа три, вы пока пообщайт-т-тесь. Можно на кухне взять что-нибудь перекусить. Фелинн сама найдёт, что ей нужно, или вы посмотрите.       Фелинн со смесью опасливого восхищения смотрела на тёмного волчека снизу вверх и принюхивалась. От него пахло чем-то страшным, металлом, пеплом, дымом от сигарет... А ещё снегом и холодом. Но этот пугающий запах был не для неё, а для других – чтобы боялись. Маленькая волчен для себя уже решила, что с этим волчеком она не пропадёт, и этот запах её защитит.       Сбегав на второй этаж в свой кабинет за сумкой, Кларист наклонился и хотел погладить Фелинн по голове, на что она привычно вжала голову в плечи и увернулась.       - Три часа, не больше, – пообещал иноземец Дракону, и дверь за ним закрылась.       Тёмный волчек перешёл из коридора в гостиную и вольготно расположился на имеющемся там узком диване, намереваясь в тишине подумать над раскладом и дальнейшими действиями.       С опасно игривым перестуком лапок в гостиную прискакала маленькая волчен. В зубах у неё свисала тушка каргала, выпучив печальные пуговичные глаза.       Взгляд Дракона невольно переключился на Фелинн, забравшуюся под овальный столик; она вынула из пасти игрушку, расправила ей обмусоленную гриву и изобразила каргалом бег вверх по ножке стола.       - А ты знаешь, как быстро бегает кар-ргал? - спросила она у тёмного волчека и тут же ответила: - Двапитильон метр-ров в мисенду!       Перевода этому числу и единице измерения ни в старом, ни в восточном языке Дракон не нашёл и озадачился:       - Сколько?       - Двасиртильон метр-ров в мисенду! - снисходительно ответила Фелинн, чем ещё больше вогнала волчека в ступор.       - Это как?       - Это очень сильно-быстро! Как ур-раган!       - Каргалы не бегают со скоростью ураганного ветра.       - Бегают! У них длинные ноги, и они сильные. Поэтому могут вот так! - Волчен показала, как носится каргал по нижней поверхности стола кверху лапами.       Детской логике и такому ошеломляющему наглядному примеру Дракону нечего было возразить.       - А ты катался когда-нибудь на каргале? - спросила Фелинн, пустив игрушку спокойным аллюром.       - Ездил.       - Это быстр-ро?       - Быстро, но не настолько.       - Почему?       - Каргалы не могут двигаться с такой скоростью.       - Почему?       - Физиологически.       - Фисито... ликически... А почему?       - Сама подумай, - кое-как увернулся Дракон.       Дитя нахмурилось:       - Навер-рное, потому что ты большой и тяжёлый, поэтому каргал не сможет разогнаться, как ур-раган. - Почесав задней лапой за ухом, Фелинн продолжила допрос: - А что быстр-рее, каргал или мобиль? У меня нету мобиля, чтобы сравнить.       - Смотря где, - уклончиво ответил тёмный волчек, уже жалея, что ввязался в беседу с любознательным щенком.       - Если их р-рядом поставить, чтобы пробежали через весь стол?       В голове Дракона попытался сформироваться ответ, но логика и здравый смысл не смогли договориться по очерёдности объяснений, что настоящего каргала и мобиль на овальный стол в гостиной не поставить, а мобили и вовсе не бегают, а ездят.       - Я вот тоже не знаю, - по-своему интерпретировала его молчание Фелинн. - Надо у Клариста спросить, он всё знает. А что ты любишь больше - мобили или каргалов?       - Ни то, ни другое... - кисло произнёс Дракон.       - Почему?       - Плохо вожу и не приемлю мнение транспорта.       - А что вообще любишь?       - Ничего.       - Совсем? - деловито уточнила волчен. - А почему?       “Пить я теперь тоже не люблю”, мрачно решил тёмный волчек. “Чтобы потом ещё с такими последствиями разбираться...”       - Мне любить не положено.       - Почему? - удивилась Фелинн.       - Это самое ненужное чувство в моём деле.       - А чем ты занимаешься?       Разговор подошёл к той границе, за которой Дракон бы и на допросе ничего не рассказал; а отвечать на вопросы маленькой волчен уже само по себе становилось невыносимой пыткой.       - Всем подряд.       - Ты умеешь всё?! - восхищённо посмотрела на него волчен.       - Нет, всё уметь невозможно.       Восторг Фелинн не угас, напротив, она заинтересовалась ещё больше.       - Ты умеешь плавать?       - Да.       - А быстро бегать?       - Да.       - А летать?       - Только сверху вниз.       Волчен озадачилась, задумчиво подняла игрушку вверх и сделала ею крутое пике.       - Вот так?       - Да, - обречённо вздохнул тёмный волчек.       - Я бы хотела уметь летать, - тоже вздохнула волчен. - Но наоборот, снизу ввер-рх... До облаков.       - Почему же не выше? - съязвил Дракон.       - Потому что там космос, - снисходительно пояснила Фелинн. - Это как глубокая вода, только космос. Там так сильно холодно, что аж дышать нельзя. А ещё есть далёкие светящиеся точки, поэтому всё чёрное и в крапинку.       Познания маленькой волчен требовали корректировки.       - Выше облаков и до безвоздушного пространства есть ещё воздух, только всё более разреженный. И светит солнце. Это самая большая и близкая к нам светящаяся точка.       - Это тот бледный круг, котор-рый иногда видно в облаках?       - Да. И он особенно яркий летом.       На несколько драгоценных секунд Фелинн притихла, затем на её мордочке вновь появилась какая-то мысль, и она спросила, возя по полу игрушечным каргалом:       - А что такое лето?       Тёмный волчек провёл по лицу рукой. Он уже давно сбился, какой по счёту это был вопрос, но дитя было неумолимо.       “На кой хааш я это сделал”, подумал Дракон, не уточняя, что имел в виду: свой предыдущий ответ или спасение маленькой волчен по пьяни. Он уже был согласен заплатить любой выкуп, лишь бы Кларист вернулся домой поскорее и вызволил его из этого филиала Лабиринта. Но всё же волчек собрал в кулак остатки терпения и ответил:       - Время года. Тёплое.       Фелинн округлила глаза:       - Как – тёплое?       “Я был пьян”, попытался оправдать себя Дракон и объяснил:       - Как сейчас дома.       - Но так не бывает!       - Бывает.       - Не бывает!       “Я был пьян и почему-то решил, что щенок мне пригодится”.       Развёрнутое оправдание тоже получилось так себе, и волчек, закатив глаза, припечатал:       - Бывает, vasira! Я жил тогда, когда было лето.       - О-о-о... – Фелинн взяла игрушечного каргала в зубы и с четырёх лап запрыгнула к Дракону на диван.       Пристроившись возле его колена и обняв руками игрушку, она заглянула ему в глаза:       - А vasir-ra – это что такое?       Проще всего швырнуть щенка о стену – такой маленькой много не нужно. Но убить её означало навсегда испортить отношения с Кларистом и Дейком. И Хаос знает, как это ещё аукнется.       “Никогда, никогда больше не совершу такой ошибки”, пообещал себе Дракон, раздумывая над вариантами собственного спасения.              ***              Задержавшийся у коллеги Кларист ощущал тревогу, когда подходил к своему дому.       Ауры сквозь такие толстые стены чувствовались плохо, и ситрек никого и ничего не ощущал за дверью.       Он поспешно провернул ключ, отворил дверь и, не снимая тёплых валенок, протопал в гостиную... уже успокоившись мерцанием аур, а затем и открывшейся картиной.       Высокий бурый волчек лежал на боку на слишком коротком и узком ему диване, свесив с него одну руку и ноги. Под второй рукой у его груди доверчиво свернулась калачиком маленькая волчен, уютно сопевшая ему в рубашку и сжимавшая лапками быстроногую игрушку каргала.       Чутко дремавший Дракон при звуке шагов ситрека машинально прижал к себе спящего щенка, открыл зло сверкнувшие глаза и молча оскалился.       "Защищает", умилился ситрек, тихо пятясь обратно в коридор.       “Если разбудит её, убью обоих", закрыл глаза тёмный волчек.