Часть 3

      Хансок резко вдохнул и сел, хватая ртом воздух. Темнота спальни придавила сильнее, чем шлем хоккейной формы. Сердце билось так, будто он всё ещё скользил по льду, а в ушах стоял отголосок свистка — режущий, унизительный. Его территория. Его правила. И всё равно — вмешательство.       Хансок провёл ладонью по лицу. Кожа была горячей, пальцы дрожали — злость, раздражение и... возбуждение сплелись в тугой узел. Он стиснул зубы. Губы словно ещё помнили поцелуй, который должен был закончиться не так.       — Чёрт…       Перед глазами всё ещё стояла она. Не адвокат Хон Чаён из офиса, не холодная ироничная тигрица, смотрящая сверху вниз. А та, что пришла сама. Та, что смотрела так, будто выбирала. Та, что не боялась льда.       И это было хуже всего.       Хансок медленно поднялся с кровати и подошёл к окну. Сеул внизу жил своей жизнью — огни, движение, порядок. Всё под контролем. Всё — кроме неё. Потому что в реальности она не принадлежала ему. Она не смотрела с жаждой. Она видела в нём лишь стажёра. Удобного. Послушного. Иногда — раздражающего.       А во сне…       Во сне она была его слабостью.       — Тигрица… — тихо произнёс он, почти с усмешкой, но в голосе не было привычной уверенности.       Хансок не верил в предзнаменования, не верил в сны. Он сам всегда управлял своей жизнью, но сейчас этот сон казался предупреждением. Не о Винченцо. Не о брате.       О ней.       О том, что если когда-нибудь пламя в её глазах действительно вспыхнет при взгляде на него — это будет не победа. Это будет война.