Странник

Кабукимоно

      Это имя появилось на твоей руке во время обеденного перерыва, который ты проводила в укромном уголке беседки, спрятанной среди ветвей Священного дерева. День рождения — не повод пропускать учёбу, конечно, поэтому вместо праздничного торта и воздушных шариков тебя окружали учебники по астрологии и спелые закатники на перекус. Почувствовав покалывание по коже, ты отвлеклась от книги и задрала рукав студенческой формы, чтобы посмотреть на теперь помеченное запястье. Тонкие иссиня-чёрные линии, острота, резкость.       Кабукимоно — что-то незнакомое и даже инородное. Твой соулмейт не из Сумеру. Инадзума? Вполне вероятно.       Тебе всегда было интересно, каким окажется твой соулмейт, но не то чтобы ты питала особые надежды на него. Всем известно, что судьба бывает жестока. Однако теперь, зная его имя, у тебя было гораздо больше шансов узнать о нём побольше. Чтение по звёздам кое-что сможет рассказать — нужно будет попытаться выкроить на это время. К слову, почерк ведь тоже можно использовать для расшифровки. Нужно будет обратиться к кому-нибудь с Хараватата за помощью… Может быть, даже удастся уболтать профессора Фарузан? Ты слышала, у неё сейчас много свободных окошек для консультаций.       Коснувшись пальцем слога «ки», ты обвела его по кругу и задумчиво пробормотала:       — Кабукимоно…       Шурх!       Ты вздрогнула и удивлённо захлопала глазами, когда на край стола вдруг упала стопка перевязанных конвертов и открыток. Резкий порыв ветра подхватил ярко-зелёную ленточку, заставив ту затрепетать. Это ведь был посыльный? На весь Сумеру их было не так много, ты видела их несколько раз, но на такую высоту так легко смог бы забраться тот, которого за глаза называли подопечным Малой Властительницы Кусанали. Наверняка это был он — твои глаза только и успели уловить кусочек вычурной круглой шляпы, прежде чем он скрылся среди густой листвы. Не сказать, что тебя это удивило — этот парень, похоже, был нелюдим, но, тем не менее, нехотя помогал с письмами и посылками.       Улыбнувшись, ты переместилась на лавочке и подтянула ближе к себе свою почту. Поздравления от родителей, родственников, родственников родственников и друзей. Сумерская семья всегда подразумевает под собой большое число и чтение традиций — прописная истина. Как жаль, что отпраздновать с ними свой день рождения ты сегодня не сможешь… Впрочем, свой самый главный подарок ты уже получила, а значит, унывать причин нет! Да и некогда унывать, в общем-то — перерыв скоро кончится, а у тебя впереди ещё лекция по астрономии и семинар по космогонии, а потом надо будет готовиться к завтрашнему тесту по астрокартографии. Дел выше крыши!       Но зато вечером тебе с друзьями удастся посидеть у Ламбада — они уже и столик забронировали на втором этаже, чтобы вам никто не мешал. Пышного праздневства и лишнего шума, конечно, не будет, но зато точно будет торт! О большем и просить не стоило.

***

      Спустя несколько дней, когда у тебя выдалась свободная минутка, ты засела в Доме Даэны, пособирав по полкам все книги, на которые тебе указала профессор Фарузан. Она сказала, что само слово Кабукимоно — необычное и достаточно старое, возможно, отсылает к истории Инадзумы в послевоенное время. Библиотека Академии была обширна и тебе наверняка удастся найти что-нибудь полезное — так сказала профессор, глядя на тебя с уверенным видом.       Если бы система Акаша ещё действовала, возможно, поиск бы гораздо упростился. Ну а так — своими силами. Дольше, но, может быть, так даже толку будет больше. Связь душ, знаки судьбы, и всё такое прочее. Когда ты будешь на верном пути — ты наверняка получишь подсказку.       Сёстры Райдэн. Катаклизм. Марионетки. Очень много статей было посвящено именно личности Электро Архонта — вернее, обеих сестёр на посту Архонта и их деятельности, но нужного тебе имени ты не встретила, даже пролистав третий том от корки до корки. Разглядывая красочные изображения с интерьером павильона Сяккэй, ты задумываешься насчёт Указа об изъятии Глаза Бога, принятого Райдэн Эи. Хотя он уже был давно отменён, многие продолжали обсуждать его причины и последствия. Так ли необходимо было бороться со своим же народом? Неужели нельзя было обойтись без гражданской войны? И как изменилось мнение людей о своём Архонте после пережитого?..       — Почта.       Ты удивлённо моргнула, когда поверх книжных страниц вдруг мягко шлёпнулась пара ярких конвертов. Затем посмотрела выше — в этот раз посыльный не испарился сию секунду, а остался на месте. Стоя подбоченившись у края стола, он пробежался синими глазами по обложкам разложенных книг, пока не дошёл до изображений павильона. Тебе могло показаться, но, кажется, его взгляд помрачнел, а брови нахмурились, но лишь на мгновение.       — Не знал, что звездочётам так интересна Инадзума, — ты впервые слышала от него больше двух слов. Приятный голос, только с какими-то надменными нотками, не очень хорошими.       — Это не для учёбы, — ты качнула головой. — Пытаюсь узнать что-нибудь о своей родственной душе.       — Ох, ну надо же, — парень хмыкнул, неприкрыто насмехаясь. — И кто же у тебя родственная душа? Тэнгу? О’ни? Юмэкуй?       Ты пожала плечами, а в мыслях подивилась его шуточному предположению. Не то чтобы случаи союзов между долгоживущими видами и людьми были чем-то удивительным, но предполагать такое о себе?.. Ну нет. А хотя…       — Не знаю, кто он, — ты опустила глаза в книгу перед собой, аккуратно отодвигая конверты в сторону. — Мне же только имя известно. Кабукимоно.       Стол неожиданно скрипнул, когда посыльный навалился на него бедром и резко выпрямился. Ты вздёрнула брови в недоумении и подняла на него взгляд. Твои слова явно вызвали у него шок и, может, даже недовольство. Не глядя на тебя, он скрыл лицо за полями своей необычной шляпы и пробурчал:       — Ты его не найдёшь, — но ты его слов не поняла, и он добавил: — Человека с таким именем ты не найдёшь.       — Это ещё почему?       — Потому что человека с таким именем больше нет.       Чем больше ты с ним говорила, тем больше вопросов у тебя возникало. Откуда ему знать, что ты не сможешь найти своего соулмейта? Что значит человека с таким именем больше нет?       — Это невозможно, — заспорила ты. — Если бы он был мёртв, имя бы не проявилось. Всем известно, что мертвец не может стать родственной душой.       Собеседник громко фыркнул — ему явно не понравилось, что ты не восприняла его слова всерьёз. Сложив руки на груди, он продолжал стоять с опущенной головой, но ты подозревала, что если бы не шляпа, он бы уже пялился на тебя исподлобья. Аура у него всё-таки тяжёлая — ты только сейчас начала это ощущать. Но, несмотря на это, тебе не было неприятно и не хотелось, чтобы он ушёл. Не так быстро, по крайней мере, ведь он явно что-то знал. Значит, тебе нужно умудриться вытащить из него нужные сведения.       — Я не говорил, что он мёртв, — сухо отреагировал он. — Его просто больше не существует. Кабукимоно не существует. Забудь о нём.       — Не бывает такого, что живое существо не существует, — не унималась ты. — Жить — это и значит существовать. Не веришь мне — спроси у любого с Амурты. И вообще, откуда тебе знать, существует он или нет? — твои глаза сузились под нахмуренными бровями в подозрительном взгляде. — Если вы знакомы — лучше бы поделился информацией или помог найти его, чем глупости всякие говорил.       Парень чуть ли не скрипел зубами от злости.       — Как можно быть такой упрямой?! — он вспылил, переходя на повышенный тон, несмотря на любопытно-осуждающие взгляды других студентов, выглядывающих из-за книжных стеллажей. — Я же сказал: нет значит нет! Нет его больше, не существует, это ясно? Кабукимоно был стёрт из истории и о нём должны были забыть все, абсолютно!       — Не неси ерунды! — ты вскочила на ноги, отбросив перьевую ручку, едва не разбрыгав чернила по книгам. — Будь это правда, метка никогда бы не проявилась! Хочешь сказать, в Книгу Судеб закралась ошибка? Да что за бред?! — не выдержав раздражения, ты резко задрала рукав, намереваясь доказать свою правоту. — Вот! Вот… же…       Твой голос стих, а глаза расширились от ужаса — метка на твоём запястье сияла. Сияние, искры, покалывание — верные признаки того, что родственная душа совсем рядом. В этом зале, соулмейт всё это время был здесь? Где он? Кто? Кто?!       Заозировавшись, ты взволнованно попыталась разглядеть хоть что-нибудь подозрительное вокруг, пока твой взгляд снова не зацепился за парня, который держался за собственное запястье. Тонкая ткань не смогла полностью скрыть свечение под собой. Он тоже чувствовал, как ваши метки отреагировали друг на друга. Чувствовал, прекрасно всё знал, но молчал всё это время. Значит, это он и есть? Кабукимоно.       — Покажи руку, — тут же потребовала ты, машинально потянувшись к нему. Несмотря на то, что стоя на небольшом каблучке ты оказалась выше него, ему всё равно удавалось будто смотреть на тебя сверху вниз с толикой презрения. — Покажи!       — А губа от запросов не треснет? — прошипел он в ответ и без предупреждения пихнул тебя с такой силой, что ты шлёпнулась обратно на стул, ахнув от возмущения. Едва ты успела опомниться, как он склонился над тобой, схватив за открытую руку, и вдавил её в стол. Тонкие, но сильные пальцы крепко вцепились в тебя до синяков, ещё и поверх метки. Стало больно.       — Пусти! — ты скривилась, попытавшись вывернуться, но чужая хватка оказалась просто стальной. Надавив на твою ладонь, обидчик-соулмейт забрал твоё перо, с кончика которого свисала капелька чёрных чернил, и занёс над твоей кожей. В его глазах появился недобрый блеск, пока ты в ужасе следила за его рукой.       — Вдолби в свою милую твердолобую головушку вот это, — злобно, с издёвкой произнёс он, понизив голос, когда начал выводить чернилами новое имя поверх старого: — Кабукимоно. Больше. Нет… — острый кончик ручки неприятно впился в чувствительную кожу, оставляя под краской царапины. Аккуратную метку перечеркнуло всего одно слово, написанное нарочно грязно и небрежно.       Странник.       Ещё не до конца осознав, что именно он сделал, ты подняла на него круглые от шока глаза. Когда ваши взгляды пересеклись, твоё лицо исказила сердитая гримаса, а он только с отвращением отстранился от тебя и отбросил ручку в сторону. Под его рукавом продолжало ярко сиять твоё имя, передавая твои собственные негативные эмоции.       Так ты узнала, что тебе досталась родственная душа, которая отказалась от всех своих предыдущих имён в пользу одного, самого простого, но отлично передающего его незавидную долю.

***

      Сближение — если ваши попытки контакта можно было таковым назвать, конечно — проходило семимильными шагами. В основном шаги навстречу делала ты, а не Странник, хотя и ты не особо проявляла энтузиазм. Просто запал быстро пропал, как только ты осознала, насколько… непростой он был личностью. Странник был похож на резкий порыв ветра: он незаметно появлялся и исчезал, дразнил тебя, когда специально сдувал своей силой анемо бумаги с твоего стола и ерошил твои волосы во время прогулок на улице, делая вид, что он не причём. Он язвил и огрызался, когда ты пыталась его хоть немного приструнить.       Чёрные чернила поверх метки, что Странник оставил на твоей руке, местами успели въестся в кожу. Имя Кабукимоно всё ещё было на месте, но теперь красивый цвет был перекрыт грязно-серой дымкой. Сколько бы ты ни смотрела на это «творчество», логический вывод никогда не менялся. Даже если бы сильно хотела, отказаться от него не могла — не получилось бы. Родственные души на то и родственные, чтобы быть идеальными половинками друг для друга, дополнять плюсы и минусы друг друга, всегда быть рядом для поддержки. Но чем больше ты узнавала его историю мало помалу, путём лёгких манипуляций и хитрости, тем тяжелее тебе давалось мириться с его показным безразличием.       Созвездие Пилигрим оказалось ужасно сложным для чтения по звёздам. Может быть, тебе катастрофически не хватало теории или практики. Может быть, ты выбирала неудачные дни для гадания. Может быть, всё дело было в том, что Странник осознанно закрывался от тебя. Он вообще очень скептически относился ко всему, что было связано со звёздами, и даже вашу связь воспринимал не более чем грубую шутку.       — У меня нет сердца, я не понимаю чувства людей и для собственной создательницы являюсь ошибкой, — как-то раз он всё же выдавил из себя сквозь безрадостный смех, наблюдая за твоей очередной потугой разглядеть хоть что-нибудь среди его созвездия. — Так какого… эти твои звёзды отпечатали твоё имя на моём шарнире?       Судьба в самом деле забавная и жестокая штука.       — Зря стараешься понравиться. Как только тебе надоест играться, бросишь всё и уйдёшь, как и все. Это ведь так легко, правда? Чинить боль для людей всё равно что дышать.       Не то чтобы ты особо старалась. Но и бросать его не собиралась. Намеренно, по крайней мере. Вот только как подступиться к тому, кто сам отталкивает тебя?       Впрочем, несмотря на сложности в общении, Странник стал всё чаще и чаще появляться на подоконнике твоей комнаты в общежитии. Ты даже со временем перестала закрывать окно, чтобы ему было проще попасть к тебе. Незаметно появлялся, незаметно пропадал, когда на горизонте появлялись твои соседки или комендант. Он просто сидел рядом с твоим столом, разглядывая рабочие материалы, дырявил циркулем звёздные карты и чиркал «уродливые» созвездия на листах твоей тетрадки. Его рисунки, может, и правда не отличались точностью, но, как ни странно, именно твоё созвездие у него получалось лучше всего.       Ты знала, что Странник знал, что ты в самом деле начала ему симпатизировать. Было сложно бороться с этим чувством, на самом деле, хотя ты особо не пыталась отрицать свою симпатию. А как иначе? Каким бы Странник ни был, он всё же твоя родственная душа. Единственная, избранная, неповторимая. Даже мысли допустить о том, чтобы отказаться от него, было нельзя.        Не говоря о своих чувствах напрямую, ты просто стала чаще… обращать внимание на его привычки и меньше пытаться поучать. В твоём маленьком термосе вместо вкусного кофе теперь всегда был крепкий чёрный чай — самый горький, как он любит. Ты не говорила с ним попусту, чтобы заполнить тишину, потому что иногда молчание могло быть лучше любых слов. И в душу через звёзды ты к нему больше не пыталась залезть. Когда придёт время — он откроется сам. Ну или не откроется, но, значит, так угодно судьбе.       — Не питай ложных надежд. Что бы ты ни чувствовала, навряд ли я смогу ответить тем же. Но ты продолжай стараться. Архонты ведь любят упорных и трудолюбивых?       Наверное, ты и правда была слишком наивной, раз пошла на поводу собственных эмоций и поддалась. Была ли в том твоя вина? Отчасти, наверное. Однако принятие оказалось гораздо лучше отрицания.

***

      Как-то раз, когда ты находилась в Доме Даэны, к тебе неожиданно подошла Малая Властительница. Сложив два и два, ты быстро догадалась, что её, разумеется, интересовала не твоя учёба или не какой-нибудь гороскоп, а твои взаимоотношения со Странником. Ну или как назвать то, что между вами было.       Ты не знала, чего именно ожидать от разговора. Может быть, Странник нажаловался на тебя Архонту? А может, она, наоборот, хотела защитить тебя и поэтому могла попросить тебя оставить затею с тем, чтобы «подружиться» с ним?       — Ты взволнована, — заметила Нахида, в любопытстве склонив голову набок. — Из-за меня?       Ты неловко улыбнулась, слегка покраснев, и повела плечами, застенчиво тыкая карандашом в блокнот.       — Ну, не каждый же день на меня снисходит… милость Архонта.       Она улыбнулась твоему ответу, внимательно глядя на тебя. Ты знала, что большие яркие глаза Нахиды могли видеть куда больше, чем глаза человека. А ещё ты знала, что она могла читать мысли. Смысла что-то скрывать от неё, разумеется, не было, но ты и не собиралась юлить. Да и зачем?       — Ты знаешь, он часто говорит о тебе, сам того не замечая, — Нахида тихонько хихикнула.       — Много хорошего, надо полагать? — ты хмыкнула, качнув головой.       — Когда как. Но много сетует на то, какая ты наивная и упрямая, — Нахида перекатилась с пятки на носок, переплетя пальцы, бросив взгляд на твой учебник по астрономии на мгновение. — Я же вижу, что ты юна, но мудра и очень проницательна — сам Странник это тоже понимает. Звёзды не дадут соврать, не так ли? Ему нравится считать себя злодеем, но на каждого злодея найдётся свой герой. Я уверена: из тебя получится чудесный герой, именно такой, какой ему нужен.       Казалось, Нахида возлагала большие надежды на тебя. Могла ли ты оправдать её ожидания? Ты не знала. Но если Архонт лично обратила на тебя внимание… было бы очень некрасиво подвести её.

***

      Несмотря на то, что Странник зачастую использовал свою яркую вычурную шляпу, чтобы скрывать своё лицо или прятать вас обоих от чужих глаз, иногда она работала в совершенно противоположном направлении и привлекала слишком много внимания.              — Мастер Шляпка! Мастер Шляпка, ты где? Выходи, я тебя видел! Поможешь посылки разнести?       Ты возмущенно куксилась, нахмурив брови, пока Странник вжимался в тебя, пригвоздив к широкому стволу дерева. Он зажимал тебе рот рукой, не давая издать ни звука, и стоял неподвижно, очевидно, надеясь, что Сетос не заметит вас и уйдёт. Шляпу удалось вовремя отбросить в кусты, к счастью — это первое, что пришло тебе в голову, стоило голосу Сетоса раздаться поблизости. Нельзя сказать, что Страннику твоя идея показалась отличной, судя по тому, как больно он ущипнул тебя за бок, ты и пискнуть не успела.       И вот вы стояли, чуть дыша, прячась за деревом, пока по ту сторону бродил незваный посыльный в поисках «коллеги». Зная его упёртость, шансы так просто избавиться от него у вас были невелики. И ведь надо было ему появиться именно в этот важный момент, когда вы оба находились в достаточно уязвлённом состоянии!       Глухо фыркнув, ты закатила глаза, чувствуя, как неприятно цеплялись за одежду бороздки на толстой коре. Не дай Архонты ещё форму порвёшь! Вот ведь…       — Мастер Шляпка? — Сетос, кажется, наступил на веточку и обиженно замычал. — Да ладно. Уже ушёл?..       Потоптав траву под ногами ещё пару раз, парень развернулся и пошёл прочь — до вас донеслись стремительно удаляющиеся шаги. Стоило чужим звукам совсем стихнуть, Странник наконец отпустил тебя и затряс рукой, покривив губы.       — Всего обслюнявила…       — Сам виноват, — огрызнулась ты. — Нечего было затыкать меня.       — Не заткнул бы — нас бы нашли, — парировал он, фыркнув. — Ты, между прочим, выбросила мою шляпу. Вот теперь иди и ищи!       — Больно надо, — ты тоже фыркнула, сложив руки на груди. — В следующий раз целоваться не будешь лезть.       — Скажи ещё, что тебе не понравилось.       — Ах ты!..       — Я ведь точно что-то слышал! — голос Сетоса вдруг прервал вашу перепалку. Синхронно оглянувшись, вы уставились на выглянувшего из-за дерева парня, который широко улыбался, разглядывая вас. — А у вас тут свидание? Я понял!       Как оказалось, от Сетоса правда было очень нелегко избавиться.

***

      Странник твой оптимизм, и правда, не то чтобы разделял — скорее, он его забавлял. Но его отношение к тебе и враждебным нельзя назвать было, как ни странно. Больше было нельзя. Как к хорошему быстро привыкают, так и он привык к тебе, разумеется, не показывая этого в открытую. Ни прямолинейность, ни колкости, ни напускное недовольно никуда не делись, но зато ты чувствовала, что каждое его полу-приятное слово, каждое прикосновение и каждый взгляд были наполнены искренностью.       Звёзды тебе подсказали: ему на самом деле где-то глубоко внутри правда это нравилось. А ещё ему нравилось уносить тебя высоко-высоко и сажать куда-нибудь на крону Священного дерева, откуда открывался завораживающий вид на каждый уголок Сумеру. А ещё ему нравилось щёлкать тебя по носу и играючи целовать, всё так же пряча вас за шляпой от любопытных глаз, в особенности от шустрого парня по имени Сетос, который зачастую оказывался в нужном месте, но не в нужное время.       В конце концов, Страннику нравилось, что ты появилась в его жизни — даже если вслух он всё ещё отказывался признавать это.