Глава 22

- Привет. Я – Офелия Блэр, – радостно воскликнула новенькая и плюхнулась к ребятам, которые пуще остальных радовались ее зачислению на Когтевран. Ее однокурсники, те, с которыми она будет отныне жить и учиться бок о бок. Драко взглядом распиливал ее спину на части, изничтожал и сжигал. Сам не понимал почему она вызвала в нем такую ненависть, просто магглорожденная. Таких, как она в школе не мало, но именно эта вскипятила кровь в его венах на столько, что готов был бросить ее в пекло, лишь бы с глаз долой. Нестерпимое отвращение, обжигающая ярость, зудящее раздражение… Его бесила одна мысль, что собственный гормональный фон всплеском фенилэтиламина вызвал в нем подобие влюбленности в грязнокровку. Блин, и ведь в ней не было ничего, что он мог бы счесть красивым. У нее не было пухлых губ, которые ему так раньше нравились у девчонок, не было больших округлых глаз с длинными ресницами до бровей, не было тонких черт лица, которые добавляли внешности аристократической изящности. У Офелии Блэр маленький нос с круглым кончиком и горбинкой на переносице, губы, которые не назвать тонкими, но и до пухлых не дотягивают, миндалевидные глаза с радужкой ошеломительного синего цвета, струящиеся рыжие волосы, так похожие на языки пламени, плескающиеся по ее лопаткам… Да-да, он счел ее красивой, но зацепило вовсе не это… В вагоне экспресса Драко Малфой заворожённо смотрел на дивное создание грозного вида, уголком губ улыбался ее свирепым глазам, впивающимся в рожу Монтегю, ее уверенности, гордости и неприступности. С такой подачей она бы могла успешно учиться на Гриффиндоре. Он восхищался ей ровно до того момента, пока ледяное ведро со словами не окатило и отрезвило его: «Офелия, мать ее, Блэр! Магглорожденная, ребят, можете прятать свои члены за ширинку». Драко возненавидел ее в тот же миг. Воспротивился учащенному сердцебиению на нее, жару по спине, притоку крови к щекам и легкому напряжению в брюках. От одной мысли, что он мог узнать правду слишком поздно, плохело и крутило желудок ежесекундно. А новенькая, будто нарочно, смеялась слишком громко, чтобы не обращать внимания и игнорировать. Ни он, ни Пенси, ни Нотт не воспротивились любопытству и поглядывали на ее спину и широкие жесты на ее первом пиру в Хогвартсе. - Тц, нам теперь всегда это слушать? – шипела Паркинсон, меряя рыжую ведьму взглядом отвращения. - Не всегда, дорогуша. Два года и мы распрощаемся, - ободряющим голосом ответил ей Блейз, и Драко пришел в ужас от осознания. Два года ему терпеть эту раздражающую личность, наблюдать ее спину ежедневно и ходить с ней на одни занятия. Мерлин Всемогущий. Странно, что не в Гриффиндор попала, Малфой бы даже не удивился - всем убогим туда дорога. Но лучше бы ее вообще здесь не было, пусть бы училась там откуда пришла, сдался ей этот Хогвартс. Таким как она вообще не место в волшебном мире, пусть валит в мир сраных магглов и забудет про то, что имеет право на магию.

***

Распределяться оказалось так весело! Будто снова на первый курс попала. Это предвкушение, которое будоражило ее с самой поездки на поезде, переросло затем уже в восторг от того, куда Фэл попала. Она шла меж столов, гордо расправив плечи тому, какому факультету теперь будет принадлежать. Умники, творческие личности и вообще - там мама училась, это так классно! Взгляд мельком зацепился за Забини и его друзей, но лишь на секундочку. Змеи. Хладнокровные и до безобразия красивые. Особенно тот блондин. Глаза такие красивущие, что за душу берут. Еще и так пристально провожал ее взглядом, пока Фэл шла к тем, кто встали с мест и радостно махали ей. Того блондина Фэл заприметила еще в поезде, когда он лениво поднял свои обворожительные глаза на нее и того придурка, и взглянул на нее исподлобья. В моменте ей некогда было раздумывать над ним, но позже ведьма проиграла момент в своей голове еще раз. Парень смотрел на нее по-особенному томно и будто жадно, словно зверь голодный. Но Фэл не припомнит, чтобы ощутила дискомфорт от его глаз. Наоборот, девушка будто почувствовала себя уверенней от съедающего взгляда такого привлекательного незнакомца. Но этот же незнакомец вскоре разрушил все хорошее мнение о себе. Выходя из Большого зала и увлеченно болтая с новой соседкой по комнате, Офелия не заметила высокую фигуру и случайно задела слизеренца краешком плеча. Такое легкое касание, что нормальный человек бы просто прошёл мимо и не обратил бы внимания, но он повернулся к ней в таком свирепом виде, что девичье нутро сжалось до микроскопических размеров. Ее будто в угол загнали и грозились вот-вот разрубить секирой на мелкие кусочки. - П-прости, - почти пискнула ведьма, нервно сжимая кулачки. - Грязнокровка, - прорычал он так озлобленно, будто Фэл не случайно задела его, а намеренно пихнула со всей силы. – Тебе здесь не место. От ядовитого отвращения в его голосе защипало горло обидой. Она впервые ничего не могла ответить обидчику - раньше с ней так не обращались. В обществе, где Офелия провела свое детство никому дела не было до того, какого ты происхождения, а приверженцы чистоты крови никого не осуждали за выбор или за рождение. Это был их первый контакт, который Офелия запомнила так надолго, что он отпечатался под кожей клеймом взаимной ненависти, девичьей обидой на сердце и темной меткой в глубине души.

***

Фэл остерегалась, что своей реакцией на слова о парфюме Блейза могла вызвать подозрение у него и Малфоя. Рассказав обо всём Лайзе перед обедом, она согласилась с подругой в том, что стоит сначала проявить осторожность, не торопиться, присмотреться и создать видимость будто ее жизнь идет прежним чередом. В Большом зале, сидя за столом лицом к Малфою и его друзьям, Фэл в упор впивалась глазами в каждое его движение. Она не видела как он ел раньше, ей представлялось, что слизеринец пользуется ножом и вилкой, нарезая еду на мелкие кусочки. Однако, к ее удивлению, он вилкой отламывал внушительные ломти и отправлял их в рот, набивая щеки. Подозрительно, учитывая, что из его окружения так не делал буквально никто. Но могло ли это стать некоей переменой? Например после Хеллоуинского пира, когда ее Любимый сдался, отложил нож, аристократический этикет и перенял ее манеру поведения за столом… Но…Малфой. Малфой, черт бы его побрал! Быть того не может, ошибка! Это ошибка, это неправильно! Что-то не сходится, точнее совершенно не сходится! Он громче других звал ее грязнокровкой, Фэл помнит каждый его пренебрежительный толчок в плечо, когда тот, проходя мимо, не желал уступить дорогу. Девушка помнит каждый его взгляд, наполненный отвращением и ненавистью, каждое его отряхивание после контакта с ней. Но ведь все это прекратилось. А как давно? Примерно тогда же, когда в целом вся их компашка перестала звать ее грязнокровкой и перешла на магглорожденную с особым ядовитым тоном. - Фэл, ты в норме? – преградил взор Терри, склонившись в сторону. - Да, кышь, – шикнула Фэл и махнула ему ладошкой в сторону. Слизеренец беззаботно болтал с друзьями и громко смеялся над шутками Забини. Ему, кажется, и невдомёк, что одна настойчивая особа пялится на него уже битых полчаса. Но, протирая уголки губ салфеткой, его серые глаза мельком мазнули по ней. Фэл почуяла каждой частичкой своей кожи его взгляд, отдавшийся разрядами электричества по телу. Малфой взглянул на Тео, а потом, словно заметив что-то неправильное, вернулся к Офелии. Импульс их зрительного контакта обдал жаром все тело, ей так поплохело, что вдохнуть не смогла нормально. Малфой, нахмурив брови, кивнул ей, мол спрашивая чего это она пялится. А она уже заранее знала, что ей предпринять, если ее заметят на разглядывании. Фэл подняла из под стола кулак с выброшенным средним пальцем вверх, состроив премиленькую улыбку и часто моргая ресничками. Его брови вскинулись на лоб от удивления, но через миг мужское лицо расслабилось, обмякло, и он как ни в чем не бывало захлопал себя по мантии, будто пытаясь прибить назойливую букашку на теле. Малфой занырнул во внутренний карман с очень серьезным лицом, и Офелия ожидала, что он сейчас выпустит в нее Аваду из палочки, или Круциатус за подобное. Бошки ей точно не сносить… Но из под мантии Малфой высунул такой же жест со средним пальцем в ответ. Она обомлела. Иступлено похлопала глазами, чувствуя как рот приоткрывается удивлением. Но лишь на секундочку отбросив всю серьёзность ситуации и приняв ее такой, какой она сложилась, Фэл поджала губы в улыбке, чтобы искренне не разразиться смехом. А отвернув от него свой смешливый взгляд и спрятав ручку под столом, она постаралась вовлечься в беседу с ребятами. Но одна мысль не давала покоя: не прибил. Да, может настроение у него хорошее, вот и не прибил, построила она очередное оправдание и окончательно прогнала Малфоя из своей головы, до поры до времени.

***

Всю субботу Фэл с самого утра пыхтела над котлами с зельями. Таланта к этому предмету у нее не было, но были отличные знания с Уагаду. Оценке «Превосходно» мешали только ее торопливость и невнимательность, но к зачету Фэл тщательно подготовилась. Возле каждого котла студентка разложила ингредиенты в правильном порядке и под пристальным надзором профессора приступила к работе. Напиток живой смерти, Эйфорийный элексир, Зелье от прыщей и Умострительное зелье, все это необходимо было сварить до наступления обеда, а после Снейп подготовил для нее устный тест. Времени думать и строить планы по разоблачению Незнакомца у нее не было, голова была занята более важными задачами. - Ну, как прошло? – с придыханием спросила Мэнди, как только Фэл плюхнулась за стол. - В Эйфорийное добавила желчь броненосца, вместо шипов дикобраза, - разочаровалась ведьма и шлепнула ложку картофельного пюре на тарелку. - Что, сильно орал? - Нет, но шипел: какая я высокомерная идиотка… - Всегда он так…даже с девчонками. Ну…это ведь ничего? – с надеждой уточнила подружка, глядя на нее с искренним сочувствием. - За практику «У». - «У»?! За такую маленькую ошибку?! – возмутился Терри. - Я запорола одно зелье из четырёх, для «В» не хватает трех зелий. - Ну, ничего. Может устный тест сдашь на «Превосходно», – приободрила Броклхерст. - Ха! – сардонично гоготнула Офелия. - Я рассчитывала, что практику сдам на «П». С устной частью - не все так радужно! А после обеда она вновь вернулась в кабинет Зельеварения, темный, но теплый, в отличии от остальных частей подземелья. Наверное винной тому постоянно работающие верстаки с печками и небольшая жаровня у преподавательского стола. Но какого бы уюта не нагоняли чудные запахи мяты, лаванды и оранжевый свет огня, ей все равно страшно и тревожно находиться в кабинете один на один с деканом факультета Слизерен. Черные глаза Снейпа смотрели будто в самую глубь души, читали ее как открытую книгу, видели ее переживания и накатывающую панику. А его голос, который она сравнивала с шипением змеи, пробирал дрожью до самых костей и мурашками отзывался по коже: - Какое зелье действует противоядием к Напитку живой смерти, мисс Блэр? - Тонизирующее, – выпалила студентка. - Конкретнее, - потребовал профессор, леденяще впиваясь в ее алое лицо. - Рябиновый отвар. Виггенвельд. Снейп, вскинув брови на лоб, приподнял подбородок, его лицо будто выражало недовольство ее правильному ответу. - Сколько пиявок требуется для приготовления Оборотного зелья? - Четыре. - Сколько должна настаиваться Сыворотка правды? - Лунный цикл. Двадцать один день. - Хм, – профессор постучал по столу пальцами и положил перед собой пергамент с вопросами. Почти на все из них Фэл смогла ответить, хотя ожидала от себя гораздо меньше результата. Не зависимо от того, какую оценку ей поставит профессор, она осталась собой полностью довольна. С полученной отметкой «Выше ожидаемого» ведьма в припрыжку вылетела из его кабинета и тут же врезалась в чье-то твёрдое тело. Ноздри обдало знакомым смолистым ароматом, и грудь оборвалась в пропасть. Нутро потянулось канатами к низу живота, а щёки обожгло притоком крови. Ей и поднимать головы не надо было, чтобы понять кто перед ней. Тёплый, высокий, ее кончик носа упирался в его зеленый галстук в серебряную полоску на мужской груди, от него веяло этим самым благородным парфюмом. По всем первичным ощущениям это ее Любимый, которого Фэл запомнила, выучила наизусть в их последнюю встречу. Сердце затрепетало под ребрами, дыхание перехватило, ручки зазудели желанием обнять его, а разум взмолился, хоть бы не Малфой. Но ведьма подняла глаза… Малфой. - Смотри куда летишь, дурочка, - насмехнулся слизеринец и аккуратно отвел ее в сторону. Через миг он скрылся в кабинете своего декана, оставив девушку в пребывании шокового состояния. Офелия прильнула спиной к стене с бурей внутри и пальцами в волосах. Он назвал ее дурочкой. Не грязнокровкой, не магглорожденной, а дурочкой. Не овцой, не дурой, не еще как-нибудь так, чтобы звучало непременно обидно, а дурочкой… Даже как-то мило что ли…ласково… Но это просто не могло оказать правдой, нет. Малфой и ее Любимый - два разных человека, небо и земля, рай и ад, Мерлин и Моргана, Всевышний и Падший, черное и белое. Эти личности не совместимы в одном, не может же он быть тем, кто так трепетно ее целовал и, леший его задери, просил позволения на это впервые! Нет, скулил ее голосок в голове. Не может быть, просто не может…пожалуйста. Офелия, ты поклялась, что примешь любую его настоящую личность. Да, но Малфоя она не рассматривала…всерьёз. Ты поклялась ему…себе. Тихонько шмыгнув накатившими слезками и утерев нос краем рукава мантии, Офелия упрямо пробурчала: - Еще ничего не доказано, - и, поднявшись с корточек, твердыми шагами покинула подземелье, оставив позади почти разгаданную головоломку.

***

От тренировок юную загонщицу «Стоунхейвенских сорок» освободили на время экзаменационной недели, а там и конец игрового сезона, Рождество, праздники. К полноценной работе Фэл вернется ближе к февралю, а до этого ей предстоит поддерживать тело в форме самостоятельно, но с периодическими проверками. Прошлым вечером тренер задержал всю команду и открыл бутылку шампанского, под распитие которой сказал слова напутствия Офелии и пожелал удачи. Его удача бы ей сейчас пригодилась. Они с Лайзой снова устроили мозговой штурм, учитывая все факты, пусть даже и не самые приятные. - Так, - нервно выдала Турпин, длинными шагами меряя спальню, – …надо сначала завязать разговор...ослабить его бдительность, а потом… - Нанести удар, да, я помню, но что писать то? - Для начала…просто «Привет». - Привет?! – истошно переспросила Фэл. - А ты что хочешь?! Привет, Малфой. Мы тут с Лайзой подозреваем тебя, не подтвердишь наши догадки? Нервно дернув плечом, рыжая ведьма закатила глаза и недовольно цокнула языком. - Пиши «Привет», а дальше подумаем. - Нам еще надо как-то намекнуть, чтобы он заглянул туда, - насупившись лицом, обиженно пробурчала Фэл. - Сначала напиши, а потом остальное, - психанула подруга и строго взглянула на нее. Под его старым «Я соскучился», которое она получила от него пару недель назад перед их свиданием в Выручай-комнате, Офелия аккуратно, выдавливая максимум стараний, вывела корявое «Привет». Мерлин, какой же отвратительный у нее почерк в сравнение с его… Ответа ей пришлось ждать всю ночь с воскресенья на понедельник, а потом и терзаться ожиданиями весь понедельник, и утро вторника. Собираясь на учебу, девушка уже отчаялась на успех в попытке разоблачения личности Незнакомца. Хотя казалось бы, факты на лицо и гадать уже не о чем, но упрямства у Фэл не отнять. Она противилась, отрицала и до последнего надеялась, что все таки ей вскроется другой человек. Но за завтраком Офелия все равно вновь уселась так, чтобы видеть Малфоя: он жил свою обычную жизнь, не подозревая, что две ведьмы грешат на его личность в своем расследовании и ждут его ответа в записке. А может и не Его? Может это кто-то другой… Упрямства у Фэл не отнять. Ее бросало из стороны в сторону, она не знала что ей думать, как ей думать. Окончательно она может считать своего Любимого Драко Малфоем или все же есть шанс, что это не он. Ведьма каждую секунду боролась со своими мыслями, терзалась ожиданиями и опасениями. А Он все молчал… Подкралось сомнение, что Незнакомец вообще потерял кусок связи с ней, избавился, выкинув в урну или с моста над водопадом. Ей все чаще хотелось намекнуть предполагаемому слизеринцу, что она ждет ответа. Фэл прокрутила в мыслях все варианты каким образом она могла бы это сделать. Голова гудела от постоянного напряжения извилин, трещала по швам и давление отдавалось болью в висках. Постоянно преследующее чувство неизвестности доканало до ручки, ведьма уже подумывала подойти к нему напрямую и спросить, но воспоминание о неудаче с Ноттом травмой не давало совершить очередную ошибку. Тогда Офелия тоже была уверена, что Теодор тот самый аноним из записки… - Какие у вас совместные уроки? – шепнула Лайза, склоняясь к ней. - Все. - Дополнительные, – прорычала подруга в самое ухо. - Искусство и Алхимия, - нервно шикнула ей Офелия. Они вместе ходят на алхимию, а сегодня у них как раз экзаменационная работа: надо будет группой из четырёх человек провести ряд удачных реакций по предоставленным формулам. Преподаватель заранее не сообщал кто с кем будет работать, но состав человек обещал распределить сам. С завтрака Фэл старалась проверять записку при каждом удобном случае и попутно молилась всем Святым Волшебникам, чтобы ее поставили работать с Малфоем за один стол. Кусочек бумаги ведьма заранее положила в учебник по Алхимии, между страниц, чтобы якобы случайно показать ему записку, когда ей предстоит открыть книгу для повторения материала перед началом урока. А нагоняющие переживания о том, что это будет слишком подозрительно и очевидно, тремором конечностей мешали ей на каждом уроке. На Травологии дрогнула рука, пока Фэл срезала листья чемерицы, на Заклинаниях чуть не утопила Терри, выпустив мощный поток Агуаменти в него, а на Истории Магии ее стол ходил таким ходуном, что даже самый невозмутимый из всего преподавательского состава, профессор Бинс, сделал ей замечание. Паника и тревожность одолели ее окончательно. К Алхимии уже не было никаких сил, ни моральных, ни физических. Да, и работать ее поставили с Гольдштейном, Боунс и Макмилланом. Тц. План по намеку, что Малфою надо прочесть записку накрылся чугунным котлом. За ужином Фэл растеряла весь аппетит, а после поволочила ноги в спальню, размышлять с Лайзой над новым планом. Мысль о том, что ей действительно придётся ждать окончания каникул, в очередной раз посетила ее рыжую голову.

***

Он ответил! Он ответил, черт бы его побрал! Ответил! Фэл скакала по комнате как полоумная со счастливой улыбкой на губах в пижаме и лохматая после сна. Еще не умывшись и только продрав глаза, Фэл вытащила записку из кармана и увидела свежее послание от своего анонима:

«Привет. Ты соскучилась?».

Ох, черт, ты не представляешь как Офелия «соскучилась»! Как она ждала твоего ответа! Всё! Сегодня же ведьма убедится в том, что это Малфой или не Малфой. Сегодня она узнает, сегодня она наконец-то лицезреет правду собственными глазами! Восторг распирал ее изнутри, вырывался из горла неконтролируемым смехом, а тело будоражило от одной только мысли о заветном моменте. - Че эт с ней? – потирая сонные глазки, буркнула Мэнди. - Не знаю, но мне кажется зачеты на нее плохо повлияли, – Покосилась на рыжую соседку Падма. Зато Лайзе ничего объяснять не надо было, подруга и так обо всем догадалась, ехидно улыбаясь и наблюдая за ней подозрительным прищуром. Фэл довольная кружилась у зеркала, собиралась, причесывалась и выжидала время для ответа, а перед выходом на завтрак девушка быстро черканула в записке:

«Да!».

За завтраком Офелия наблюдала крайне блаженное выражение лица Малфоя, и ее это пугало. Сердце неприятно саднило о одной только мысли, что она и Лайза правы в своих догадках. Но азарт и предвкушение победы над разгадкой тайны обуяли ее снова и снова. Затмевали, мешали пазлам уложиться в голове. Твердили, что может это и не Малфой вовсе, надо лишь только проверить. С трепетом в грудной клетке и с улыбкой на лице, Фэл развернула записку на первом же уроке и расплылась от хлынувших чувств умиления и нежности:

«Ты не представляешь, как я соскучился.

Ты в порядке? Вчера выглядела уставшей».

Подобные ответы Любимого постоянно плавили ее сердце в лужицу, она расплывалась в улыбке, краснела, но в этот раз пришлось собираться с мыслями, приводить их в порядок, отбрасывать собственные чувства и писать.

«Просто я долго ждала твоего ответа».

Наспех ответив, Офелия спрятала записку до окончания Трансфигурации. Урок Макгонагалл пролетел так быстро, что юная волшебница даже разочаровалась по звону колокола. Но зато энергия, выплёскивающаяся из нее фонтаном, понесла ее в кабинет Защиты на всех парах, не дожидаясь Мэнди или Корнера. Фэл пулей влетела на следующее занятие, чтобы успеть перед важным уроком прочесть послание и ответить своему собеседнику.

«Прости, что заставил тебя ждать».

Рыжие волосы расплескались по всему столу, когда ведьма упала на записку лбом, скрывая собственные эмоции на лице. - Волосы прибери, - буркнул Корнер и плюхнулся рядом. Девушка поднялась и выпрямилась в спине, мышцы лица ощущаемо задрожали, уголки губ неконтролируемо подпрыгнули вверх, но ей стоило огромных усилий, чтобы сдержать восторг на лице. Но паника вдруг охватила ее, когда глаза, опустившись на стол, не нашли записки. Пульс пропустил удар, сердце изнутри засосалось в вакуум и схлопнулось, а ладони судорожно забили по столу, раздвигая пергаменты и книги. Он уничтожил. Уничтожил ее. Нет-нет-нет! - Кхм, Фэл, - Майкл постучал себя по лбу указательным пальцем, глядя на ее лицо. Догадавшись, девушка шлепком схватила клочок бумажки с взмокшего лба и плюхнула ее стол, словив невероятное облегчение в теле. Пальцы весом перышек поправили клочок пергамента, а глаза в эйфорийной невесомости взглянули на него. На записке темными пятнышками красовались капельки ее пота - стыд и срам. Офелия наспех стерла все следы позора очищающими чарами, а вместе с ними и всю переписку. Но это ничего, все равно места уже не оставалось, оправдала она себя, приводя в порядок собственное нутро и частое дыхание. Глубокий вдох, Офелия, медленный выдох. Не торопясь, без гонки за правдой, которую она устроила сама себе, Фэл обмакнула кончик пера в чернила и, склонившись к столу, написала:

«Ничего, главное, что ты ответил».

По звонку все ученики расселись по местам для прослушивания завершающей лекции по ЗоТИ перед каникулами. Профессор Люпин рассказывал об Инферналах и методах защиты от них. Примечательно, что многие заклинания на них не действуют и их нельзя убить. Но нечисть можно сжечь при помощи огня такими заклинаниями как Инсендио, Заклинанием огненного шторма, Конфринго и другие, при условии, конечно, что другой волшебник не заколдовал их таким образом, что бы твари инстинктивно избегали огня. Фэл посмотрела под ладошку и увидела ответ на своей записке:

«Давай увидимся вечером?

Хотя бы на 10 минут? Я ужасно соскучился».

Грудь защемило от ответной тоски: ей самой ужасно хотелось встречи с тем, кто так волновал ее сердце. На мгновение, Фэл даже допустила мысль бросить затею с разгадкой, согласиться на его предложение и встретиться с ним вечером. Но только на мгновение… Хотя если Незнакомцем окажется не Малфой, то их встреча произойдёт гораздо раньше и в других условиях. Ох, ну, и допрос она ему устроит! Фэл выжмет из него все, что так давно беспокоило ее! Но в какой-то момент, настойчивая мысль снова заскочила в ее разум: А вдруг это действительно Драко Малфой? Тело тряхнуло мурашками, будто от холода. Нет, эту истину она принимать отказывается. Когда колокол на перерыв прозвенел, когтевранка осталась на месте, замерев в собственных размышлениях. Если же это все таки тот самый слизеринец, что смотрел на нее, как на кучку навоза под своими ботинками, тот же самый человек, который не стеснялся называть ее грязнокровкой на потеху своим друзьям, тот самый Малфой, который в первый учебный день в прошлом году отпихнул ее от себя с таким лицом, будто дотронулся до затхлой воды или до мерзкого слизняка, тот самый человек, который неоднократно обижал ее, задирал, заставил возненавидеть его, то приближающийся момент истины уже не казался таким радужным, каким себе его предоставляла Офелия. Азарт азартом, а правда есть правда. Фэл не хотела, что бы ее Любимым оказался Драко Малфой. - Я поджигаю - ты тушишь, - шепотом повторила ведьма Майклу. - Фэл, может не надо? Я не хочу лишиться баллов… - Я возьму вину на себя, а тебя может и похвалят еще. - Фэл, - тихонько взмолился приятель. - Я поджигаю - ты тушишь, - наказала ведьма еще раз, прежде чем произнести твердое и решительное: – Инсендио. С кончика ее красного дуба соскочила прозрачная искорка, стремительно врезалась в клочок бумажки, и пергамент вспыхнул в тот же миг. - С-с-с, ай, бл*ть! - Аква Эрукто!

***

Драко подскочил с места, сотрясая запястьем. Ладонь горела болью, а с другого конца кабинета послышались скрип отодвинувшегося стула и девичий захлебнувшийся вдох одновременно. Бл*тство. Он обернулся, и глаза мигом нашли Офелию, стоя прикрывающую рот ладошкой. В груди все оборвалось, к ожогу моментально прибавилась паника, колени подкосило, а ее испуганный взгляд не предвещал ничего хорошего. - Офелия, я ценю ваши познания в защите от инферналов…, - усмехнулся профессор, - …но Драко вроде бы пока живой человек. Класс разразился смехом, однокурсники оборачивались на нее, кто-то переговаривался, шушукался. А ведьма перевела свои перепуганные глазки на учителя и дрожащим голоском затараторила: - П-простите, профессор, тут полз…паук…я их до смерти боюсь…, - взгляд ее потемневшей синевы мазнул по лицу Драко обжигающей пощёчиной, - …их и змей…, - добавила она серпом по сердцу и вновь посмотрела на преподавателя. Люпин в некоем недоумении уставился на ученицу, а Забини задёргал Драко за рукав, чтобы тот наконец перестал сверлить ее взглядом и уселся. - Беда, - шепнул друг, а в голове Малфоя покатился перекати-поле от отсутствия понимания ее действий и своих дальнейших. - И как же так вышло, что…? - Не знаю, профессор! – выпалила Офелия, заметно нервничая. – Искра просто отскочила, как будто…не знаю, простите. - Ну, не передо мной тебе следует извиняться. Малфой смотрел на нее не переставая, внимательно следил за каждым ее движением и переменой мимики. - Прости, - тихонько пискнула ведьма и, плюхнувшись на стул, скрылась от его взора ладошкой и волосами. - Драко, тебе следует сходить в Мунго. Малфой медленно перевел глаза на Люпина и, сдерживая эмоции, произнес: - Спасибо, профессор, я дождусь перерыва. - Ты уверен? - Абсолютно. Урок вернулся к прежней рутине, студенты перестали перешёптываться, а учитель снова заговорил о нечисти. Все бы ничего, да только теперь все изменилось куда сильнее, чем казалось остальным. Офелия узнала. Намеренно подпалила записку и открыла для себя правду, а Драко подобно наивному мальчонке повёлся, предоставил ей возможность узнать его личность на белом блюдце. Не хватало еще открытки с напутствиями и инструкцией. Тц, Фэл. Ну, надо было оно тебе, до Рождества то осталось всего пара дней, не считая сегодняшнего. Он был растерян и опустошён, в голове миллион вопросов, на которые у него не было ответов. Что теперь? Неизвестно. Что она думает? Один Мерлин знает. Разочаровалась? Судя по реакции – определенно. Что если разочаровалась? Спасать ситуацию всеми силами, признаться в чувствах и просить прощения за все обиды. Все тоже самое, что Драко должен был сделать на каникулах в Новогоднюю вечеринку, на которую ее должен был уговорить прийти Блейз. Офелия, Офелия, зря... Зря ты решила узнать все таким образом, это доставит кучу неприятностей и тебе, и ему. Кто ж знает, что творится в твоей голове прямо сейчас. Возможно ты уже пишешь план его убийства на пергаменте, расписывая подробности расчленения Драко, а может ты все таки так потеплела к его настоящей личности, что и думать забыла про обиды. Малфой обернулся на девушку: она смотрела на профессора, но словно бы почувствовав его взгляд на себе, повернулась к нему лицом. Этот момент пересечения взглядов не понес за собой облегчения. Офелия запахнулась мантией в испуганном личике, будто бы Драко способен видеть через одежду, и с краснеющими щечками отвернулась. Малышка точно не в восторге. Колокол прозвенел. Драко подорвался с места, намереваясь перехватить ведьму раньше, чем ее кто-то уведёт на обед, но Офелия и сама подорвалась так быстро, что получилось одновременно с ним. Они стояли и смотрели друг на друга: она сверлила его тяжёлым взглядом, а он молча умолял ее не ненавидеть его. Ведьма сделала первый шаг, затем еще один. Сердце долбится в темечке на каждое ее приближение. Она обошла все столы и ряды стремительными шагами, не тормозя и сбивая на пути всех кто попадался. Даже Нотта отпихнула, когда тот ненароком преградил дорогу. Шаг. Два. Три. Сердце остановилось. Воздух потяжелел. Ее посеревшие глаза убийственно впивались в его лицо. Время будто остановилось, посторонние звуки исчезли вместе с его пульсом. Пощечина разбилась звонким шлепком о его щеку. Боли совсем не чувствовалось, ожог на ладони перебивал, блин, все на свете, но ее удар прошиб до мозга костей иным ощущением. Фэл только что в щепки сломала последнюю толику надежды на грядущие светлые перемены между ними. Даже среди громкой суеты пощечину слышали все. В миг класс действительно затих, а множество глаз уставились на магглорожденную волшебницу, влепившую на глазах у всех чистокровному волшебнику. Драко врос в пол не в силах пошевелиться и ответить на ее жест. Да, и желания не было. Он заслужил. Целиком и полностью. - Локомотор! – на грани истерики воскликнула ведьма. Ее палочка рассекла воздух с такой силой, что, кажется, он услышал свист. Все ее вещи со стола полетели в сумку, девушка преодолела два стула одним прыжком, опираясь на парты, схватила лямку и, перекинув ее через голову, помчалась бегом из класса. Это крах.