Глава 21

Малфой метался из угла в угол комнаты, меряя ее длинными тяжёлыми шагами. Он, конечно, хотел надоумить Фэл, что это не Теодор прячется под капюшоном, но ожидать результата было куда томительнее, чем парень ожидал. Навязчивые мыслишки о потенциальном поцелуе на свидании с Ноттом нервировали его где-то под черепной коробкой, чесались под кожей и наводили на выводы, от которых только плохело. - А если…? - Не если, – перебил его Блейз, уже в который раз пытаясь усмирить друга. - Ну, а вдруг…? - Не «вдруг». - Забини, я устал! – взвыл Драко, не находя себе места и мечась по комнате от собственных мыслей. - Merda, да успокойся же ты! Сядь вон…книжку почитай. - Книжку?! – возмутился он. Глаза метнулись к стопке учебников на прикроватной тумбочке, скопившихся там за последние две недели. На носу проверочные работы, в библиотеку он бегал часто и брал почитать «на дом», намереваясь сдать все книги одним разом, когда объявят все результаты. Взяв наотмашь самую верхнюю, не взглянув на название, Драко плюхнулся в кресло и раскинулся в нем в привычную расслабляющую позу. Закинул ногу на ногу, развалил локти по подлокотникам и опрокинул затылок на спинку. Открыв толмут «Собрание опасных для жизни растений из мира магглов», Драко забегал глазами по строчкам, пытаясь вникнуть хотя бы в одно слово. Но мысли его блуждали совсем далеко от этой комнаты. Он только и думал о том, что Теодор обнимает его Малышку за плечи, прогуливаясь с ней в «Зимнем саду» Помоны Стебль. Ему чудилось каждую секунду, что пара встречается взглядами под пышной листвой дерева, их окружает стайка светлячков, Офелия смущается, прикрывает свои красивые глазки, а Нотт, зараза такой, целует ее своими пахабными губами! Колено неконтролируемо запрыгало, слова разделились на отдельные буквы, потеряли всякий смысл, на лбу выступила испарина, а челюсть сжалась до ноющего ощущения в мышцах. - Почему они так долго? – не выдержал Драко и шумно захлопнул фолиант. Лизнув палец, Блейз, не обращая внимания на друга, перелистнул страницу и невозмутимо ответил: - Всего час прошёл. - Целый час! – взорвался Малфой, бросил собрание на свою измятую постель и подорвался с кресла. - За час многое можно успеть, - дрожащим голосом от нервов добавил он. Взглянув на него как на идиота и опустив глаза обратно в книгу, Забини, тяжело вздохнув, ответил: - Фэл и кофточку ради него не снимет, чего уж там… Драко бесило спокойствие друга в ситуации, в которой он сам не мог найти себе места. - Я этому придурку не доверяю, - рыкнул Драко и с психу пнул пуфик у кресла. - Да, давай, подерись с этой устрашающей мебелью, покажи ей кто здесь хозяин…, - саркастично произнес Блейз, не отрывая внимательных глаз от страниц. - Забини! - Малфой, успокойся…вот, увидишь вскоре, Нотт вернется не в духе… Драко нервно развернулся и полетел в другой конец комнаты, сцепив руки за спиной. Прошелся обратно и посмотрел на друга, которого, казалось, не волновало ничего кроме его чтива. Подойдя к нему из-за спины, он любопытно заглянул ему через плечо: - …Александр подхватил ее под бедра и повалил на кровать…Мерлин, ты что это такое читаешь?! – засмеялся Драко и выхватил книгу с пальцев друга. - Верни, - потребовал Блейз, не глядя протянув ему свою ладонь. - …ее каштановые кудри расплескалась по покрывалу…грудь наполнилась жаром…, - демонстративно актерствуя, читал Малфой, сдерживая порывы засмеяться. - Малфой, - спокойно отреагировал Забини и, нерасторопно встав, забрал свою книгу у него из рук. – Это…, - продемонстрировал слизеринец ее перед носом друга, - …роман. И даже не вздумай ляпнуть что-нибудь на этот счет. Драко спрятал руки в карманы и усмехнулся, все еще пребывая в увеселительном впечатлении – Блейз Забини, читает девчачьи романы. За годы их дружбы он не перестает его удивлять. - Сядь и успокойся, вон, в шахматы поиграй. - Шахматы… - Займи свою голову уже чем-нибудь, и дай мне расслабиться наконец, pendejo. - Сам такой, – покосившись на Забини хитрым взглядом, ответил Малфой и, рухнув на кровать, подложил руки под голову.

***

Нотт вернулся поздно ночью, после отбоя, насвистывая мелодию, известную ему одному. Друг всегда это делал после удовлетворения с какой-нибудь девчонкой. Следующие два дня еще свистеть будет. В груди образовалась дыра вселенских масштабов. Мало того, что Драко самолично позволил другу трахнуть его девчонку, так и Фэл отдалась придурку, который только и мечтал об этом последние несколько недель. Мерлин Всемогущий, что он натворил! Драко схватился за голову и сдавил волосы в кулаки с такой силой, что кажется повыдрал клочки. По крайней мере было так же больно. - Не спишь? – загадочно спросил Теодор. - Нет, – сухо ответил Малфой, превозмогая желание вдарить другу по морде. Нотт скинул тапки в угол комнаты с шумом и зашелестел пижамой, шагая по ковру к кровати блондина. Он плюхнулся рядом с ним на бок и обнял, закинув ногу и руку на Драко. От него разило перегаром и женскими духами, и отдаленно не напоминающие малину Офелии. - Ну? Как прошло? – равнодушно спросил слизеренец. А Теодор блаженно чуть ли не пропел: - Бесподобно. Забрало грозилось рухнуть, Малфой сжал кулаки, чувствуя прилив крови к мозгу и подскочившее давление в артериях. - Грязнокровка меня отшила, но я склеил такую цыпочку в Мётлах, Малфой, ты б ее видел... – под солнечным сплетением жизненно-важный орган растворился, будто под чарами телепортации, и упорхал к ногам Малышки. Забирай, Фэл, оно твоё, отныне и навеки. Драко оно больше не нужно, он кретин и идиот, раз допустил в свою тупую бошку мысль о том, что ты можешь раздвинуть свои прелестные ножки перед Тео. - …Талия, бедра, бли-и-ин, ты б знал, что она ртом вытворяла… - Тебе что, ни разу не отсасывали? – прохрипел голос Блейза с соседней койки. - Не опошляй то, что сегодня сотворила эта куколка, – огрызнулся поддатый Тео и сильнее сжал свои объятия на Драко. - Слышь, свали, – отпихнул его друг локтем в живот и завыбирался из его хватки. - Тц, ну, Малфой, не будь жопой. - Свали, сказал. - Пойду достану Забини. - Только, бл*ть, попробуй, – пригрозился тот, зашуршав одеялом. Теодор встал с кровати и низенько протянул: - Блейзи-и-ик, я уже иду. - Иди спи уже. - А я не хочу-у-у. А следом на соседней койке послышался грохот упавшего на матрас тела. - Я те…бе что…ска…зал? Отвали…, - кряхтел Забини, отбиваясь от объятий Нотта, а Драко, умиротворенно вздыхая, наконец успокаивался. Ничего из того, что он себе навыдумывал, не произошло. Малышка отшила Нотта, видимо осознав, что он – не ее Любимый. Осталось только дождаться Рождества, и он наконец расскажет ей всю правду. Даже если отец с матерью будут против, даже если из дома придется уйти, Малфой предстанет перед ней без маски. А если понадобится, он напросится на временное проживание к Сириусу с Поттером или к тете Андромеде - эти Блэки поймут и примут его. Первый, конечно, обхохочет сначала на пару с очкариком, но с ним и жить не скучно будет. Закорефанится с гриффиндорцами, подастся в квиддич после школы, еще и Блейза подтянет. Тот может и с Уизли породнится, если Джини, конечно, наконец поддастся его чарам. И будут они все вместе жить дружненько, собираться вечерами большой компанией и пить дешевый огневиски. Посмотри, Малышка, на что Драко готов ради тебя. Он готов стать тем, кого презирал всю свою сознательную жизнь, но станет, если потребуется, только чтобы она была рядом и шла по этому пути отребья рука об руку с ним.

***

Они и часа вместе не провели, но Фэл хватило этого, чтобы все осознать: с самого начала, с первой записки, подброшенной ей в сумку, она ошибалась. Теодор никогда не облачался в «смеркута» и не был ее Любимым. Он никогда не смотрел на нее взглядом полным нежности, который она себе представляла, не тосковал по ней, не целовал ее губ, не дрожал от желания… Дура. Какая же она дура! Можно было догадаться давно! Еще в тот самый вечер, когда он искренне насмехался над ней, а она разрывалась на кусочки и сгорала изнутри. Тяжело дыша перед своим отражением в зеркале, девушка сдерживала слезы обиды. Не на Теодора и не своего Незнакомца, а на свою наивность, глупость и невнимательность. Со стороны Нотта было сделано достаточно неверных шагов, достаточно его подсказок в виде насмешливых взглядов, издевательских ухмылок, которым Фэл все время находила оправдание. Гной будентюбера ему в зад, он просто конченный придурок! Не за чем было строить столь радужную фантазию! Офелия с грохотом ударила по комоду и, обхватив ребро ладошки, принялась растирать его, унимая обжигающую боль. Дверь в комнату распахнулась, и ведьма спешно отвернулась, не желая показывать свои покрасневшие глаза и отвечать потом на вопросы, от которых на душе тошно. Но это пришла Лайза… - Ну? Как прошло? – тяжело дыша, словно только что бежала вверх по лестнице, спросила подруга, осторожно прикрывая за собой дверь. - Это не он, – выдавила рыжая ведьмочка и с психом швырнула кофту на кровать. А чего она психует? Злится? Ведь уже давно поняла, что к личности Нотта у нее развилось отвращение. Ее держал лишь спасательный крючок в виде его альтер-эго под капюшоном, за который она цеплялась из раза в раз. - Почему ты отрицаешь, что это может быть Забини? Голос Лайзы вернул из размышлений. Заставил бросить из головы теперь лишнее. Важно ведь сейчас совсем другое. Кто так волнует ее сердце? - Потому, что он не бледный, – холодно произнесла Фэл. Хотя бы потому что Офелия не дальтоник и способна различить загорелый цвет кожи от почти молочного. - Малфой? – предположила Турпин, проходя мимо у нее за спиной. - Я уже говорила, что - нет. - Почему? - Он был на балу. - Допустим…, – согласилась Лайза, жмурясь и массируя виски пальцами. Но замерев, когтевранка распахнула округленные глаза и резко посмотрела на Офелию. - …а что если…Оборотное? - Нет, – усмехнулась рыжая ведьма. – Нет! – громче отрицала она, отметая вариант на корню. - Почему?! – возмутилась подруга. - Потому что он бы удуш… - Нотт бы тоже удушился…, - строго перебила ее упрямство девушка. - …но ты только что вернулась с свидания с ним. - Давай рассмотрим и другие варианты, ладно? – скривилась Офелия, не желая принимать предложенный вариант, и плюхнулась в кресло. Они перебрали всех слизеринцев от Гойла до Харпера, но так и не решились остановиться на ком-то конкретном, потому что один вариант хуже другого. Это был долгий мозговой штурм, который закончился тупиком и дебильным предположением, что это вообще Снейп. Но Лайза наказала уточнить у Забини лично, где он был в ночь Хэллоуина, ведь нельзя отметать вариант с применением Оборотного зелья. В конце концов пришла Мэнди, принялась расспрашивать о прогулке с Ноттом. Вечер превратился в девичник с масочками для лица и зельями для волос. Болтовня до глубокой ночи, которая помогла Офелии немного забыться, расслабиться и отдохнуть от постоянных попыток найти ответ. А потом и Падма пришла и накидала интересных сплетен: оказывается Блейз пригласил Гермиону на Новогоднюю вечеринку. Зачем? Чистокровные совсем кукухой поехали. Ни один магглорожденный в здравом уме не явится на вечеринку, где толпа чистокровных будет брюзжать в их сторону. Неприятные склизкие взгляды, вздохи отвращения, шушуканья за спиной… От одной мысли по коже электрические мурашки бежали. Но чуяло ее сердце, что вскоре и к ней поступит подобного рода предложение...

***

В шумном коридоре у класса Заклинаний, в стороне от прохожих студентов, Блейз всеми правдами и неправдами уговаривал ее принять его приглашение на вечеринку в честь Нового года. - Фэл, ну, пожалуйста… - Нет, Блейз. Моя мама - русская, Новый год для нас такой же семейный праздник как и для вас - Рождество. - Блин, русская, - недовольно фыркнул Забини, почёсывая затылок. - Слушай, мне пора. Много подготовки, завтра весь день зелья варить, еще искусствоведение репетировать когда-то надо, а воскресенье - единственный выходной, который я в кои-то веки потрачу нормально. Напьюсь пива в пабе и лягу спать…возможно, там же. - Фэл, ну, пожалуйста. – взмолился мулат тонким голоском. Видеть на его лице жалобность непривычно, хоть и забавно – ведьма не могла сдерживать улыбки, глядя на него. - Джини не хочет идти без Грейнджер, а Грейнджер говорит, что не сунет свой магглорожденный нос на вечеринку чистокровных. Если бы ты подала ей пример…я уверен, они бы обе явились…солнышко, это последний год, когда я наблюдаю свою радость в стенах Хогварста, потом все - разлука…, - Блейз тараторил без остановки. В какой-то момент даже чуть не задохнулся от скорости собственной речи. А она лишь тяжело вздыхала от неловкости из-за своего отказа, что-то в ней дергалось желанием помочь приятелю. В конце концов, Блейз Забини не самый худший вариант для Джинни, по крайней мере лучше Дина Томаса, с которым она снова сошлась, но все время жалуется на ссоры с ним. – …я уже подумываю устроиться ассистентом к Снейпу или Люпину, понимаешь? - Чего-сь? – переспросила девушка, понимая, что совсем потеряла суть его монолога. Слизеринец одарил ее холодным взглядом и также леденяще спросил: - На вечеринку придешь? - Кхм, Блейзик…мне на твоей вечеринке, ну…не место, понимаешь? Я добровольно не сунусь в логово сатанистов. - Сатанистов? – истошно переспросил приятель. - Я не знаю чем вы там чистокровные занимаетесь. – беззаботно ответила девушка, пожимая плечами и уводя глазки в потолок. – Ритуалы, жертвоприношения, распитие крови девственниц…но я уверена, что на вечеринку это точно не будет похоже. - Merda, – простонав, закатил парень глаза, а перекатившись с носка на пятку, съязвил: – Твоя кровь вообще-то не подойдет. Фэл шумно захлебнулась вздохом, прикрывая рот ладошкой. Щеки обожгло приливом крови к ним, сердце испарилось из-под ребер, а в животе засосал вакуум: - Он, что, рассказал тебе?! – громко возмутилась Офелия и стукнула приятеля ладошкой в плечо. - С-с, ай! Меня то за что? - А, ну, вали! И своему «этому» передай, чтоб язык за зубами держал! - Ничего он мне не рассказывал! - Да?! Тогда откуда знаешь?! - А я слепой по-твоему?! Он два дня как блаженный ходил! - Ме-е-ерлин, - раздался голосок Гермионы, притягивающей книги к груди. Давно она здесь? Стыд то какой! Гриффиндорка неловко заправила пышные кудри за ушко и торопливо понеслась прочь. - Слушай, не хочу портить сюрприз, но-о…, - загадочно протянув последний звук, Блейз заговорщически улыбнулся и подергал бровями. – …это уже будет после Рождества. - И? – не поняла она. - Тц, Фэл, не тупи. Там ты и узнаешь имя своего ненаглядного. Блэр долго вглядывалась в лицо слизеринца и думала: этот пройдоха ведь все знает. Правда на столько рядом с ней, что стоит залить ему в глотку сыворотку правды, и Блейз сам все расскажет. Или пригрозиться, что Фэл наклевещет Джинни о нем… Кстати, вариант-то неплохой. - Я подумаю, Блейз. Мне надо сначала обсудить это с родителями. Узнать как можно скорее кем же является ее Любимый, конечно же, хотелось. Но и перспектива оказаться на вечеринке - где из всей толпы гостей, ей будут рады лишь полдесятка человек - совсем не прельщала. Она похлопала его дружески по плечу и отправилась на обед, но уже почти спустившись по лестнице на два этажа вниз, вспомнила, что Лайза наказала узнать где Забини носило в Хэллоуин. Когтевранка резко помчалась вверх, перепрыгивая через ступеньки и держась за перила. Дыхание естественно сбилось, а, вдобавок, окатило волнение, внезапно нахлынувшее на нее, когда взору открылся вид на Блейза в компании его друзей, стоящих все вместе у окна. Ни Забини, ни Нотт, стоявшие спиной ее не видели, зато Малфой с Паркинсон многозначительно кивнули Блейзу в ее сторону. - О! – ярко улыбнулся мулат, обернувшись к рыжей ведьме. – Звёздочка моя, ты передумала? - Кхм… нет, разговор есть. - Опять эти разговоры…что на этот раз? – бубнил Блейз, пока за плечи уводил Офелию в сторону. – Кто под кайфом у нас сегодня? Нотт? Если что, вчера он пришел в стельку пьяным, сегодня просто болеет. - Ничего я не болею! – возмутился голос Теодора позади. Офелия остановилась у самой стены, прижавшись к ней плечом, и прочистила горло, прежде чем спросить: - Кхм-кхм, Блейз, – тихонько начала ведьмочка, а мулат склонился к ней очень близко, так что запах его парфюма залетел в ноздри. Знакомые нотки дерева и табака разогнали приятные волны вожделения по крови. Тело вдруг обмякло, ей захотелось растечься вниз по стене от блаженства. В груди все отозвалось и забилось в ускоренном ритме, благородный и смолистый аромат окутал разум своими воспоминаниями. - Ну, крошка, говори, - тихо сказал слизеринец, в ожидании мягко улыбаясь ей. Ее глазки неконтролируемо расширились от внезапного осознания: Блейз Забини носит точно такой же парфюм, что и ее Любимый. - Я…э-э…, - заикнулась она и неловко почесала темечко ноготком, - …я уже вроде спрашивала…или нет…но спрошу еще раз, - волнуясь, она пыталась собрать вопрос. Совпадение ароматов никак не давало ей покоя, этот парфюм остался на ее водолазке, которую она даже стирать не хотела и нюхала порой, когда та попадалась ей на глаза. Фэл выучила наизусть каждую нотку и теперь уж точно не спутает ни с каким другим. – Где…ты был на Хэллоуин? Пока Блейз, не моргая, смотрел на нее, Фэл решила для себя, что ей не очень бы хотелось увидеть его лицо под капюшоном. Он, конечно, парень привлекательный, высокий, смуглый, с отменным чувством юмора и сострадания. Блейз спокойно относится к тем, у кого родители наполовину волшебники или вовсе ими не являются, он не прочь принять участие в какой-то забаве, но… Что-то сердце на него не отзывается, да, и он вроде как влюблен в Джинни. - Я в Мунго лежал, солнышко мое, - умилительно произнес слизеринец. - В Мунго? - Фэл, если ты клонишь к тому, что Он – это я, то…, - его карие глаза забегали по ее щечкам, а взгляд наполнился чем-то похожим на родительскую или братскую нежность, Аарон порой на нее смотрел так же, когда она воодушевлённо рассказывала ему о своих победах. – …это не я. Честно. Прости, но…я уже года два влюблен в Уизли. - Фух, хорошо. – облегченно выдохнула ведьма и улыбнулась, неловко поправляя лямку на плече. – Надеюсь, не в Рона? – отшутилась она, а Забини врезался каменным взглядом между ее бровей. - Все? Не совсем, Блейз Забини. Ее сильно волнует его парфюм… - А, эм, да, почти…знаешь, у тебя духи такие классные.. - Да? – удивился слизеринец и, оттянув лацкан мантии, принюхался к нему. - Мне вообще не нравится, мой закончился утром, прошлось у Малфоя одолжить. Разряд грозовой молнии вдарил в макушку, пронзил позвонки, натянул мышцы стрункой: ее тело окаменело в миг с той же дурацкой улыбкой, с которой она слушала приятеля. Малфой. Между ударами сердца промежутки затягивались, Фэл чувствовала как кровь отступает от головы, как холодеют руки, как по спине бегут ледяные мурашки, а в кончики пальцев вкалываются маленькие иголочки. Это ошибка… Точно ошибка. Она не верила в совпадение, не хотела верить, и буря смешанных чувств и эмоций охватила ее. - Солнышко, ты в порядке? – усомнился Забини. Его голос вернул на время к реальности, и Фэл спешно ответила: - Да…просто задумалась. Мне пора. Она развернулась и помчалась вниз по лестнице, чувствуя как спина исходится молниями чужих глаз, волосы на затылке встают дыбом, а щечки покрываются мелкими мурашками. Малфой. Малфой? Малфой! Нет! Нет-нет-нет, не может такого быть! Он танцевал! Танцевал с Пенси совсем рядом! Обротное? Вероятно. И что делать? Ничего еще не доказано. Может…просто парфюм одинаковый, вот, и все. Может и ее Любимый одалживал его пару раз у Малфоя! Надо проверить. Да, надо проверить и узнать точно. А как? Записка! Точно, записка. Записка. Записка. Записка. А как там действуют Протеевы чары? Объекты изменяются, но как? Нужна умная голова, которая сейчас нервно проходила мимо. Грейнджер. Грейнджер. Грейнджер. Где же ты, умница Хогвартса? Фэл торопилась нагнать гриффиндорку, отыскать и расспросить ее. Уж, эта девчонка даст точный ответ. И если Фэл права, то личность Любимого ей откроется раньше Рождества. Надо лишь убедиться, что это не Малфой. Пышная шевелюра Гермионы подпрыгивала на каждый ее торопливый шажочек. Ее не спутаешь ни с кем, разве что Лайза несколько похожа, но ростом выше, а волосы усмиряет зельями и в тугие пучки. Фэл спрыгнула с последней ступеньки, и стук ее ботинок о мраморный пол гулом отлетел от стен и потолков по просторному этажу зала Иродианы. Гермиона дернулась от испуга и, обернувшись, остановилась. - Гермиона! – задыхаясь, воскликнула Офелия. - Да? – удивилась она. Со старостой школы Фэл не часто болтала, вернее почти никогда. Только на уроках Заклинаний или Астрономии спорила над ответами. В остальное же время, они предпочитали не разговаривать, даже если когтевранка внезапно присоединялась к ней и Джинни, идущим в Хогсмид или в библиотеку. - Как хорошо ты знаешь Протеевы чары? – с ходу спросила Офелия. - Изучила их на пятом курсе, - горделиво призналась Грейнджер - Похвально. Блэр резко рухнула на колени по среди пустого коридора, и, расстегнув сумку, вывалила ее содержимое на блестящий мраморный пол. Волнение передалось из груди в руки, глаза замылились то ли от пота, то ли от нахлынувшей паники. - Ты…что-то потеряла? – усомнилась гриффиндорка. - Да. - Что? - Одну очень важную записку. Треморные ручки раздвигали учебники, отодвигали в стороны пергаменты и всякий мусор, пытаясь найти тот самый сверток. - Скажи мне…, - задохнулась Фэл и сглотнула слюну в пересохшее горло. - …в теории…если я подожгу свой предмет, то второй тоже загорится? - Ну...смотря что за предметы…если это например монета, то ты не сможешь ее поджечь и они просто накалятся. Записка. Важная записка. Фэл захлопала по карманам мантии снаружи, ощупывая содержимое. Точно. Записку от своего Любимого, Фэл держала с той же стороны, где носила и брошь. - А бумага? – засовывая ручку в карман, уточнила Офелия - Вспыхнет следом. Бинго!