Часть 19

Гермиону выбросило аппарацией прямо в номер. Мягкий хлопок воздуха, лёгкое головокружение, и вот она снова в нью-йоркском отеле. За окнами вечер медленно плавился в закат, окрашивая стены тёплым светом. Она уронила сумку на пол, даже не глядя куда. Мысли все еще одолевали ее. Вчерашний день снова прокрутился в голове, как заколдованная плёнка. Случайная встреча. Его взгляд. И жаркие касания его рук. Малфой. Имя отзывалось где-то под рёбрами приятным теплом. Она провела рукой по лицу, но это не помогло. После разговора с Крисом, сон окончательно стал роскошью. Полночи она проворочалась в кровати, путаясь в простынях и собственных мыслях. Страх. Злость. Притяжение. От себя не убежишь. А фраза Криса всё крутилась в голове, как назойливая мелодия. Гермиона выдохнула. Она устала бегать. Устала делать вид, что ничего не чувствует. Будто сердце можно убедить логикой. Её тянуло к Малфою. И его к ней тоже. И он даже не пытался это скрыть. В отличие от тебя. Тогда почему бы не попробовать? Не бросаться в омут, нет. Просто… открыть дверь. Чуть-чуть. Дать шанс разговору. Может, Крис и правда прав. Может, честность лечит лучше, чем избегание. Гермиона стремительно вышла из комнаты в гостиную и громко крикнула: — Пэнси, я дома! И только тогда заметила, как было тихо. Слишком тихо. Гермиона уже собиралась пойти к ней в комнату, когда из угла вдруг вылетела Пэнси. Пэнси выглядела… подозрительно. И это было мягко сказано. Халат накинут наспех и запахнут неровно, словно она схватила его в последнюю секунду. Волосы растрёпаны, на лице остатки вчерашнего макияжа. Но при этом щёки горели живым румянцем, а в глазах прятался слишком довольный блеск. До сознания Гермионы вдруг начало доходить. Она не одна. Но они с Пэнси никогда не приводят в дом незнакомых мужчин, это всегда было табу. Всегда. Тогда… Боже. Неужели? — О, привет! Ты так рано вернулась, — выпалила Пэнси слишком быстро, словно репетировала фразу. — Как прошло мероприятие? И при этом её взгляд то и дело метался к двери за спиной. Что выдавало ее с головой. Гермиона медленно скрестила руки на груди и прищурилась. Чуть ниже линии халата, у ключицы, темнел отчётливый багровый след. Свежий засос. Красноречивее любых объяснений. Гермиона перевела взгляд обратно на лицо Пэнси. — Всё прекрасно! Я была с Крисом, и как только всё закончилось, решила, что мне там больше делать нечего. — Гермиона говорила спокойно, будто разговор шёл о погоде. — А как твоё открытие бутика? Ты одна ходила? Она нарочно держала голос ровным. Наблюдала. Пэнси часто заморгала. — Да, всё отлично, — ответила она с показной лёгкостью. — Тео решил составить мне компанию. Имя прозвучало слишком небрежно. А вот глаза её выдали. Они метнулись в сторону двери, потом обратно, потом снова туда же. Как стрелка компаса, сбитая магнитом. Гермиона медленно кивнула. — Мм. Понятно. Пауза повисла нарочно длинной. — А ты случайно не знаешь, где Малфой? — Без понятия. — Пэнси пожала плечами слишком быстро. — Видела его в последний раз тогда же, когда и ты. Гермиона перевела взгляд на дверь комнаты Пэнси. Прищурилась. И выстрелила наугад: — Нотт, ты не знаешь, где Малфой? Пэнси дёрнулась так, будто её застали за запрещённым заклинанием. Она уже открыла рот, натягивая на лицо фирменное невозмутимое выражение. — Грейнджер, что ты… И тут из комнаты, абсолютно спокойно, донёсся голос Тео: — Знаю. Он на мотогонках сегодня. Тишина. Пэнси медленно закрыла глаза и приложила ладонь ко лбу, издав глухой, страдальческий звук. Вот и всё. Гермиона медленно повернула голову к подруге. На губах появилась довольная, почти триумфальная улыбка. Пэнси выглядела так, будто мысленно уже придумывала, как убить Нотта без свидетелей. А Гермиона наслаждалась зрелищем. Редкая, заслуженная победа. — Скинешь адрес? — громче крикнула Гермиона, не отводя взгляда от двери. Из комнаты тут же донёсся спокойный голос Тео: — Уже отправил. Телефон в её руке мягко завибрировал. Уведомление вспыхнуло на экране. Гермиона опустила взгляд, открыла карту, пробежалась глазами по маршруту. Она медленно подняла голову. Пэнси всё ещё стояла посреди гостиной, прикрывая лицо ладонью так, будто надеялась стереть последние пять минут реальности. Но по тому, как дрожали уголки её губ, было ясно, что она сама едва сдерживает смех. Гермиона подошла ближе, легко хлопнула подругу по плечу. — Развлекайтесь, детки, — сказала она с хитрой улыбкой. В её голосе не было ни капли осуждения. Только лёгкая насмешка и одобрение. Пэнси опустила руку и посмотрела ей вслед: — Иди к чёрту, Грейнджер. Но улыбка выдавала её с головой. Гермиона уже направлялась к своей комнате, не оборачиваясь. — Как раз к нему и собираюсь, — бросила она через плечо. Гермиона ещё раз открыла сообщение с адресом. Мотогонки, значит? Уголок губ дёрнулся вверх. Очень в его стиле. Она подошла к шкафу уже с другим настроением. Не сомневаясь, не перебирая варианты. Она точно знала, что наденет. Чёрный облегающий комбинезон скользнул по телу, как вторая кожа. Он подчёркивал каждый изгиб, не скрывая ни силуэт, ни уверенность. Молния медленно поднялась вверх и остановилась на середине груди. Короткая кожаная куртка легла на плечи, волосы она собрала в высокий хвост, открывая шею и подчёркивая линию подбородка. Чистая уверенность в каждом движении. Чёрный карандаш усилил взгляд. Теперь в зеркале она видела женщину, у которой внутри горит пламя и которая не собирается его гасить. Она окинула себя взглядом, и ей нравилось то, что она видела. И да, она едет поговорить. Но ещё она едет к мужчине, который ей небезразличен. И скрывать это от самой себя больше не хотелось.

***

Аппарация мягко стянула пространство вокруг неё, знакомо сжав воздух в лёгких на долю секунды. Гермиона появилась не прямо на месте гонок, а в стороне, на пустынной улице неподалёку. Когда-то один знакомый из нью-йоркского магического сообщества скинул ей карту официальных точек аппарации для волшебников. Тогда это казалось просто полезной информацией «на всякий случай». Сегодня этот случай настал. Иначе ей пришлось бы трястись через полгорода маггловским транспортом в какую-то индустриальную глушь, теряя время и терпение. А терпение ей сегодня ещё пригодится. Вечерний воздух был плотным, пах бензином и прогретым асфальтом. Где-то впереди глухо ревели моторы. Звук расходился по улицам вибрацией, пробирая грудную клетку. Гермиона поправила ворот куртки и уверенно пошла на шум. Она не выглядела потерянной. И, если честно, ей нравилось это ощущение. Мотогонки раскинулись на заброшенной индустриальной площадке. Старые склады, бетон, местами ржавые ограждения. Ничего глянцевого, только асфальт, скорость и люди, которым это действительно нравится. По периметру стояли машины с включёнными фарами, освещая импровизированную трассу. Свет резал темноту кусками, выхватывая силуэты людей, дым от шин и блеск металла. Где-то рядом взревел двигатель — громко, низко, с вибрацией в груди. Толпа отозвалась свистом и криками. И Гермиона среди этого смотрелась… органично. Она не озиралась. Не терялась. Шла уверенно, будто бывала здесь не раз. Потому что бывала. — Кудряшка? Голос донёсся справа, перекрывая шум моторов. Она повернула голову и узнала его сразу. — Марко. Он пробирался к ней сквозь людей, широко улыбаясь. Высокий, крепкий, с тёмной щетиной и вечной кожаной курткой, видавшей больше дорог, чем некоторые люди путешествий. В волосах ветер, в глазах тот самый азарт, который бывает у тех, кто живёт скоростью. Марко Ривера. Когда-то именно он впервые посадил её на байк в Нью-Йорке. — Не верю глазам, — усмехнулся он. — Ты вернулась. Он по-дружески обнял её за плечи. — Я тоже рада тебя видеть, Марко — ответила она, искренне улыбнувшись ему. — Сегодня меня потянуло на шум и плохие решения. Марко рассмеялся: — Лучшие решения, ты хотела сказать. Его взгляд скользнул по её одежде, и он понимающе хмыкнул: — Я всё ждал, когда ты снова объявишься. Знаешь, моё предложение в силе. — Какое именно? — приподняла бровь Гермиона. — Самый лучший байк. В любой вечер, когда решишь вспомнить старые привычки. На секунду внутри приятно кольнуло воспоминание: ветер под шлемом, дорога, чистая концентрация без лишних мыслей. Она усмехнулась: — Думаю, сегодня я воспользуюсь твоим предложением. — Я на это и рассчитывал. Где-то на трассе снова взревел мотор. Толпа ожила. А внутри Гермионы медленно поднималось знакомое чувство — азарт, свобода, предвкушение. И это было ещё до того, как она увидела Малфоя.

***

Драко был здесь уже больше часа. Шум моторов, крики толпы, запах бензина — всё это обычно помогало прочистить голову. Скорость всегда выбивала лишние мысли. Но сегодня не срабатывало. Он всё равно возвращался к вчерашнему вечеру. К танцу. К её рукам на его плечах. К тому, как она смотрела на него. Челюсть напряглась. Он прокручивал их разговор снова и снова, выискивая, что сделал не так. Где сказал лишнее. Где мог быть мягче. Или наоборот — честнее. Как ещё он должен показать своё отношение, если она даже не даёт подойти ближе? Он вообще не собирался возвращаться в Нью-Йорк так быстро. Но после того, как увидел её с тем парнем… всё внутри закипело. Крис. Кажется, так его звали. Влез в разговор, как будто имел право. Еще и хватило наглости увести ее прямо из-под носа. Наверное, он потом и утешал её. Это воспоминание снова всколыхнуло в нем злость. Драко сжал челюсть сильнее. Ревность была глупым чувством. Иррациональным. Но она уже пустила корни. — Ты сегодня слишком серьёзный, красавчик, — пропела блондинка рядом, касаясь его плеча. Он даже не сразу понял, что она говорит с ним. Она крутилась рядом уже минут десять. Смеялась слишком громко, касалась чаще, чем следовало. Обычно такие вещи его не раздражали. Обычно он легко переключался. Сегодня — нет. Перед глазами всё равно всплывал образ Грейнджер. То, как она выглядела вчера, чуть не довело его до того, что он был готов кончить в штаны прям там, когда увидел, как она идет к нему навстречу. Слишком много длинных, загорелых ног. В груди что-то тянуло и злило одновременно. Ему срочно нужен секс, но почему-то он настырно игнорирует этот факт, хотя раньше это не было для него проблемой. Раньше. До того, как Грейнджер ворвалась в его жизнь и всё перевернула. Теперь любая другая казалась фоном. Шумом. Не тем. Он устало провёл ладонью по лицу, будто мог стереть этим жестом собственные мысли. Сколько можно вариться в одном и том же? Сколько можно прокручивать её слова, её взгляды, её дистанцию? Это изматывало. Реально. Он ведь не скрывался. Не играл. Не держал запасных вариантов. Он был готов быть с ней. По-настоящему. И давал это понять так прямо, как только мог. Но каждый раз натыкался на её стену. И, чёрт возьми, это било сильнее, чем он ожидал. Внутри неприятно тянуло от одной мысли: он может быть для неё просто неудобным напоминанием о прошлом, а не тем, кого она вообще хочет видеть рядом. Я готов доказывать ей, что достоин, хоть каждый день. Но если ей это не нужно… Горло неприятно сжалось. Если ей не нужен я, тогда лучше это прекратить. Сейчас. Пока не стало слишком больно. Он не боялся борьбы. Он боялся быть единственным, кто вообще борется. Драко выдохнул медленно, глядя на трассу, где очередной байк с рёвом сорвался с места. Может, правда проще отпустить. Дать ей пространство. Рационально. Взросло. Правильно. Вот только внутри всё сопротивлялось этой «правильности». Собственные мысли его неожиданно успокоили. Не полностью, но достаточно, чтобы дышать стало легче. Ладно. Решение принято. Он отступит. Перестанет ломать себе голову о том, что не может контролировать. Если Грейнджер не готова, это её право. Драко позволил плечам расслабиться и наконец перевёл внимание на реальность вокруг. А реальность в лице блондинки очень старалась. Он даже не был уверен, как её зовут. Кажется, она представлялась. Или они уже были знакомы, неважно. Он стоял, облокотившись бёдрами на байк, ощущая под ладонями холод металла. Блондинка с аккуратным кукольным лицом крутилась рядом, прижимаясь ближе, чем нужно. Её пальцы скользили по его предплечью, ладонь задерживалась на плече, взгляд снизу вверх был отрепетирован до идеала. Драко не прикасался к ней. Вообще. Его руки оставались на байке по обе стороны от себя. Дистанция соблюдена, насколько это возможно, когда к тебе буквально липнут. Он просто включил привычный режим. Лёгкая ухмылка, ленивый тон, фразы ни о чём, но сказанные так, будто в них есть подтекст. Раньше это работало безотказно. Блондинка краснела, смеялась, ловила каждое слово. И он почти поверил в собственную игру. Так проще. Так привычнее. Женское внимание, лёгкость, никаких обязательств. Никаких теплых глаз, которые смотрят так, будто видят тебя насквозь. Он уже почти нырнул обратно в это состояние, когда вдруг почувствовал на себе взгляд. Тяжёлый. Ощутимый кожей. Будто холодной водой окатило. Улыбка ещё оставалась на его лице, когда он повернул голову, ища источник, и сразу же встретился с горящими хищными глазами. Грейнджер. Мир на секунду сузился до одной точки. Все звуки гонок ушли фоном. Толпа исчезла. Блондинка рядом перестала существовать. В голове мелькнула одна, кристально ясная мысль: Гори оно всё пламенем. Мне нужна только она. И никакие принятые решения уже не имели значения. Драко и Гермиона так и смотрели друг на друга, не отводя взгляда. Долго. Упрямо. Не было ни сил, ни желания отводить взгляд. Сначала Драко был уверен: сейчас она развернётся и уйдёт. Перед ней ведь стояла картина яснее некуда — он, облокотившийся на байк, и блондинка, которая откровенно к нему льнёт, смеётся, касается его так, будто имеет право. Он почти приготовился увидеть в её глазах разочарование. Но вместо этого произошло другое. Он заметил, как уголок её губ медленно дрогнул и пополз вверх. Так соблазнительно и восхитительно. Она будто приняла его вызов. И в ту же секунду бросила свой. Опасно. У Драко внутри что-то перевернулось. Он был готов сдаться ей прямо сейчас. Да он уже сдался. Лишь бы не прекращалась эта дуэль взглядов. Лишь бы она продолжала смотреть на него так. И тогда Гермиона двинулась к нему. Снова. Блядь. Драко решительно убрал руки безымянной блондинки со своих плеч. Без объяснений. Как убирают помеху из поля зрения. И сделал шаг навстречу. Не разрывая зрительного контакта ни на секунду. Они сократили расстояние так быстро, что момент, когда между ними ещё были люди и шум, просто исчез. Гермионе пришлось поднять голову, когда он подошёл вплотную, чтобы поймать его взгляд. И она всё ещё улыбалась. Дерзко. — Не хочешь прокатиться? — спросила она сразу, без приветствий и лишних слов. Снова вызов. Драко прищурился, внимательно вглядываясь в её лицо, будто пытался найти скрытый смысл между строк. Он уже знал: с Грейнджер ничего не бывает просто так. — В чём подвох? — медленно протянул он, растягивая слова. Гермиона на секунду отвела взгляд, глянув куда-то ему за плечо, и тихо хмыкнула. В этом звуке было слишком много уверенности для человека, который сомневается. — Мы поедем на разных байках. Пауза. Она специально дала ей повиснуть, наблюдая за его реакцией. Ловя малейшее движение лица. — Кто первый приедет? — продолжила она, возвращая на него взгляд. — На желание, а, Малфой? Она ненормальная. Мысль пронеслась мгновенно. И почему-то это только сильнее его зацепило. Грейнджер не убегала. Она шла прямо на него. Драко быстро натянул привычную уверенную маску. Уголок губ медленно дёрнулся вверх. — Готовься проиграть, Грейнджер, — ухмыльнулся он.