Глава 8. Победитель забирает всё (Часть 2)

22:29

      — Вы не идёте спать? — спросила Йосано, проходя рядом с нами.       — У нас футбол в два часа. Как минимум в полвторого вставать. В чём смысл идти спать? — ответил я, качая головой.       — Ну, хотя бы три часа поспите, я там не знаю, — покачала теперь головой она.       — Слушай, — ко мне повернулся Чуя, — в том, что она говорит, есть смысл. А то посреди матча я засыпать не собираюсь.       — Ну ладно, — сдался я.       — А вы чё стоите? — Йосано кинула взглядом на всех. Как-никак не только мы сидели на первом этаже. — Шуруйте наверх.       Без всяких споров мы дружненько встали и поднялись наверх.

***

      — Ну что, Чуя, будешь нас будить ещё и в час ночи? Поставь будильник на вибрацию, — пожаловался я.       — Исключительно для тебя, Дазай, я поставлю радар на полную громкость, чтоб ты умер от инфаркта.       Я закатил глаза и плюхнулся на кровать. Да пошёл он. Я не фанат футбола, и даже если все встанут, я не стану, потому что это глупая игра, которая приносит только лишний стресс. А у меня и так депрессия, зачем мне ещё и сильнее загоняться из-за какого-то спорта. Ну уж нет.       — А разве не очевидно, что у Японии нет шансов? Напрасно только нервы тратить, — сузил я глаза.       — Чья бы корова мычала. Ты не видел, как мы Тунис съели в 4:0. — началось… — И мы с Нидерландами в 2:2 сыграли. Бразилию? Да расплюнуть! Неймар меня не пугает, и уверен, что наших футболистов тоже.       — Ой, да заткнись уже. Футболистами в меня кидается. Я кроме Месси никого не знаю.       — А этот аргентинский лилипут вообще пускай идёт куда надо. Папочка-Инфантино опять сделает так, чтобы эта крыса выиграла.       — С чего это он крыса?       Чуя громко выдохнул:       — Ты матчи Аргентины просто не видел. Вот подумаешь: один из самых лучших футболистов, а подкупает судей. Да даже его фанаты понимают, что половина игр куплена. Ты вот футбол начнёшь смотреть и поймёшь.       Он отвернулся и наконец лёг в кровать, заведя будильник.       Ну понятно, что нам этой ночью поспать не удастся.

01:00

      — Ах, уже?       Я перевернулся на другой бок, слушая, как Чуя начал собираться. Ну, то есть вставать, ну и, по сути, собираться. Короче, мой мозг не мозгует. Акутагава встал в туалет, а Ацуши всё спал. Ну понятно. А потом говорит, что я глубоко сплю. Пошёл он нахер. Он храпит ещё и. Надеюсь, я не проснусь опять, от криков «Нет, мы проиграли 6:0», как будто это не было очевидно.       — Так где мой флаг? — спросил Чуя.       — Не это ищешь? — я указал на тумбочку. Там лежал его свёрнутый флажочек.       — О, пасиба. — Он засунул его в карман и начал копаться в шкафу. Спустя минуту-две он достал свою сине-розовую футболку а-ля футболку сборной Японии и начал её надевать. Не, ну никакого стыда… — Ну всё, я ушёл.       — Давай… не ори там громко.       «Ага»-кнув, он закрыл за собой дверь и спустился.

***

      — Чей это будильник? — я повернулась на спину.       — Мой, мой, простите, — Гин выключила его и, сев на кровать, потянулась.       — Ты что, с ними футбол смотреть будешь? — недоумевала я, чеша голову. Мои блондинистые пряди были запутанны и приятно болели, когда тянулись.       — Сегодня может быть последний матч Японии в этом World Cup'е. К тому же я люблю футбол. И в-третьих, — она подошла к зеркалу, — там играет Накамура-сан. — Она улыбнулась, слегка краснея.       — Влюбилась, что ли?! — усмехнулась Коё. — В кого-кого, но в футболиста… Не ожидала от тебя, Гин.       Она выдохнула:       — У меня на футболистов с детства фетиш. Как увижу кого-то — аж сердце схватывает.       Коё села.       — Ну, рассказывай, кто ещё тебе нравился.       — Скажу — забуллите.       — Нет-нет-нет, ни в коем случае, дорогуша. Давай, вываливай.       — Ну… к примеру, Роналду.       — Ой, ну это база.       — И играть умеет, и красивый, — сказали они одновременно и начали смеяться.       Я тоже ухмыльнулась, но почему-то в сердце стало неприятно колоть… Выпью таблетку — пройдёт.       — Ещё… ну… — она комкала руки, — Ламин Ямаль тоже прикольный, — явно стрессовала, — нет. Арда Гюлер. Хотя послушай, Беллингем, — она хлопнула тыльной стороной руки в ладонь. — Вот это мой краш forever.       — Ооооо да! — воскликнула Йосано. — Джуд и Холланд. Шип века.       — Legendary lovers! — начала петь Коё. — We could be legendary!       — La, la, la, la, lovers! — продолжила Йосано.       — Ну всё, всё, — она встала и пошла в ванную умываться.

///

      Через минут пять я вернулась в комнату. Там все были уже на ногах, ну, кроме Хигучи. Она сказала, что узнает счёт завтра и что ей сильнее нравится волейбол. Ну, мы и не стали уговаривать. Я подошла к своей косметичке и достала из неё ярко-красную помаду, белый карандаш и с улыбкой повернулась к девочкам. Они, даже не думая, закивали, и мы стали потихоньку собираться вниз. Может быть, Коё и не так сильно знала про футбол, но на халяву можно было пожевать чипсы. Кто от этого откажется? Я достала свою олимпийку сборной Японии, пока девочки рисовали на щеках флаг нашей родины.       — Мне тоже нарисуйте! — попросила Кёка.       И так мы были готовы к бою. Мы подготовились так, будто собирались за них бегать по полю, ну серьёзно. Короче, с боевым настроем мы спустились вниз.

01:30

      — Ну, ещё пять минут…

01:35

      — Ещё пять…

01:40

      — Обещаю проснусь… в последний раз.

01:45

      — Ну всё, всё… встаю. — Я лениво встал с кровати.       Боже, кто думал, что встать с кровати будет так сложно… Ну, поспал я часнок, второй, но не проваливался же в сон так глубоко. Кто ж знал, что спать так приятно.       Я поплёлся в туалет, параллельно глядя на время на часах. Чуя, наверное, уже давно не спит, а вот я. Я свистнул и плеснул в лицо холодной водой. Через минут шесть я наконец спустился и зашёл с террасы на кухню, чтоб заварить себе кофе. Ну что, Николай? Ради футбола надо жертвовать. На кухне меня встретила… Йосано? А она что здесь делает? Да и она явно не вышла просто попить воды. Что это за прикид? А на щеках?       — Ой, Коля, — она воскликнула, поворачиваясь и суя чипсинку в рот. — Хочешь, и тебя разукрасим?       — Нет, спасибо, — я с уксусным лицом помахал руками и подошёл к кофеварке.       Что здесь вообще происходит? Почему она здесь, и явно не только она. Я думал, мы с Чуёй вдвоём футбол глянем. Ыыыыы!       Сварив кофе, я поплёлся через террасу в гостиную, где на диване с Чуёй сидело ещё трое девушек и Тачихара. Ну, Тачихаре я не удивлён, но девочки-то что здесь делают? Я почесал затылок и, отодвинув стул с террасы чуть подальше, чтоб было видно телевизор и уселся в ночной прохладе.       Чуя уже настраивал телевизор, пока Гин и Коё пытались разукрасить Мичизо. На самом деле это выглядит не так стрёмно. Может, мне тоже попросить? Они точно не откажутся от очередной возможности поиздеваться надо мной. В общем, вечер обещал быть весёлым.       Футболисты уже выходили на поле. И мы были очень в вайбе.       — Шакира не будет петь? — спросила Кёка, отчего все засмеялись.       — Это не церемония открытия, дорогуша, — Коё погладила её по волосам.       — Ну всё, — Чуя потянулся и уселся на диване, — let's play football.       — Let's go, we the champions, — продолжил я.       — It is the World Cup time, — пропел Мичизо, — It is the World Cup time.       Ну, щас узнаем, кто не знает текст…       — 'Cause this is the World Cup, — перехватила Коё, — Put your flags up in the air. Put your hands up in the air. Put your flags up.       — 'Cause this is the World Cup, — в унисон пошла с ней Гин, а потом в соло:       — Put your flags up in the air. Put your hands up in the air. Put your flags up, leave 'em there.       — Let's go, — Йосано.       — Let's fight, — Чуя, указывая на Кёку.       — We up, — сказал я.       — Tonight, — подключилась школьница, слегка краснея.       — Won't break, — Гин.       — That's right, — Йосано.       — One world, — Тачи.       — Unite, — Коё.       — We goin', we goin', — Мичизо.       — We live for this moment, — Гин.       — We told 'em, we showed 'em, — Чуя.       — We told it, — Кёка.       А потом все дружно засмеялись. Может, мы и не супергении, но Ishowspeed'овы песни знаем.       Короче, время шло, время шло, пока судья не свистнул в свисток.

***

      — А почему у нас вратарь чёрный?!       — Это чё за расизм?! Нормальный вратарь, ты его в деле не видел. Судзуки — рыжий поцеловал кончики пальцев — лучший вратарь во вселенной.       — Не будет лучше Льва Яшина, — съехидничал Николай, закидывая чипсы в рот.       — Ой, да твой Лев Яшин вообще где был, когда Судзуки World Cup выиграл?! — с сарказмом спросил Чуя, и они начали спорить.       — Да, но я спросил, — продолжил другой рыжий, — почему он чёрный, раз японец.       — Мать у него чёрная, отец — японец, — ответила Коё. — И вообще, цвет кожи настолько важен? Расист.       — Я просто спросил, с чего это я расист? — начал он оправдываться. — Я не говорил, что не люблю чёрных.       — Во-первых, — подхватила Гин их разговор, — не чёрных, а темнокожих. Они не чёрные, точно так же как и мы не жёлтые, и как Николай не белый.       Украинец повернулся к Гин:       — Меня звали?       — Нет, — Йосано вытолкнула его голову на террасу. — Ну и всё. Смотрите давайте!       На экране показали тренера, как всегда записывающего что-то в свой блокнот.       — Это он в Death Note записывает игроков Бразилии? — со стрёмным лицом спросил Николай.       — Да... — с таким же выражением ответил Чуя, — …пусть Неймара запишет. Ещё и выпустят — и нам пизда.       — Это было очевидно изначально, — послышался голос из дверного проёма.       — А ты как здесь оказался?       Все посмотрели на Николая:       — Что? Я на экран смотрю, а не на лестницу.       — Ну так уж и открою вам свой секрет… — он прошёлся рукой по волосам, — я спустился, вижу — футбол смотрите, пошёл на кухню, заварил себе это, — он указал на чашку горячего шоколада, — и решил вас проведать. Какой счёт?       — 0:0, — ответил Чуя. — Садись давай. — Он подвинулся. — Только не спойлери конец.       Рампо слегка покраснел:       — Я и не смотрел его, к твоему сведению. И вообще, очки наверху, и возвращаться за ними я не собираюсь.       Все напряглись. Была всего шестая минута, а уже был угловой и шестьсот голевых моментов.       — Судзуки? Судзуки! — воскликнул Накахара. — Молодец!       — Ну куда так далеко от ворот отходишь, а?! — это был уже Рампо. — Ты что, совсем глупенький?       — Вот ты всё говоришь «Бразилия, Бразилия», — Коё свернулась калачиком на диване, — да они тоже играть не умеют. Вы чё, ворота не видите?       — Ты вообще на чьей стороне?!       — На нашей!       — Да ты в футбол в жизни не играла. Попробуешь — поймёшь.       — Ой, так говорит, будто с пацанами во дворе в футбик гонял. А я тебя с пелёнок знаю.       — Значит, вчера у меня была борода, а теперь с пелёнок знаешь?       Все заинтересованно посмотрели на Чую:       — У тебя борода? — улыбнулся Рампо.       — Так, смотрите! — сказала Акико, запихивая в рот чипсы.       Винисиус упал на газон. Сано наступил ему на ногу.       — Ой, ну ничего страшного, — посмотрела на него с жалостью Коё, — он не специально, и вообще, не надо было так кидаться под мяч.       — Щас ещё и нашему жёлтую дадут, — проныл Рампо. — Ой, всё, идите нафиг.       Спустя время произошла очередная стычка между игроками.       — ЧЁ, ТОЛЬКО НАШИМ ЖЁЛТЫЕ ДАЮТ? — возмущался Тачихара.       — Не нам жёлтая, а Каземиро, — объяснил Чуя. — Ты вообще надписи читаешь?       — Штрафной мы должны забить, — прожёвывая, сказал Николай.       — Ну? Ну?! — стрессовала Гин. — ЭЭОООООООООО!!!       — ДА КУДА ТЫ БЬЁШЬ?! — начал орать блондин.       — Фух, — Чуя смахнул пот с лица. — Угловой хотя бы. Хотя… — он всмотрелся в экран, — не, не туда полетело.       Снова показали тренера.       — Когда эта его тетрадь смерти начнёт работать? — возмутился Эдогава.       — Спойлер, — Йосано провела рукой по волосам, — никогда.       На двадцать шестой минуте нам снова назначили угловой. На этот раз мяч пролетел ворота, но… спустя буквально две минуты, когда удалось увести мяч из-под ног бразильцев...       — ГОООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООЛ!       Сано открыл счёт на двадцать восьмой минуте.       — СЮДА!       — Я аж подпрыгнул.       — ИИИИИИИИИИИИИИИЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯААААААААА! — Чуя прыгал по всей комнате. — ДАВАЙ! МОЛОДЕЦ! ВТОРОЙ ЗАБЕЙТЕ! — После чего успокоился. Как он трясся. — Боже, Господи, мы ведь так и выиграть можем!       Бразилия будто с ума сошла тогда. Игроки начали атаковать и отбиваться, но, к счастью, в этом тайме им уже забить не удалось. Сейчас был перерыв, и к ним вниз спустился не кто иной, как... Фёдор.       — Чё вы тут разорались-то, я не пойму? — полусонно произнёс он.       — Да вот, — Гин пожала плечами, — забили.       — Вы что ли? — удивился русский.       — Да, мы. Бразильцы аж вскипели, но забить не смогли.       — Угу, — он покивал головой, смотря фиг пойми куда, опираясь о дверной проём. — Аплодирую. — И начал медленно хлопать. Спустя минуту он оттолкнулся от дверного косяка. — Пойду за чаем.       — Смотри, они пьют Powerade, — указала Гин.       — А что? — спросила Кёка.       — Это такой напиток, в котором как бы вода, но она как бы с углеводами и помогает энергию делать, — Акутагава погладила её по волосам. — А тебе что, интересно? — она улыбнулась младшей.       — Ну, — та покраснела, — немножко.       Гин усмехнулась и, оставив её, пошла в туалет, но остановилась посреди дороги, рядом с входом на кухню.       — Смотрите-ка, кто спустился, — она приподняла бровь.       — Как от ваших оров не проснёшься, — отмазался Дазай, проходя в гостиную.       Гин осмотрела людей на кухне. Фёдор лишь пожал плечами.

03:05

      — Нет, только не Эндрик, — Чуя зарыл руки в волосы.       Анчелотти заменил Лукаса Пакета на Эндрика Фелипе.       — А кто это? — спросила Кёка.       — Это нападающий, молодой и очень сильный. Ууууф… — протянул Накахара.       — А это плохо, да?       — Ну конечно да! Забьют ещё — и нам тогда конец.       — А мы только один забить можем?       — А ведь ты права, — рыжий щёлкнул пальцами. — Мы однажды бразильцев в 3:0 выиграли. Правда, тогда был товарищеский матч, а он не так важен. — Чуя выдохнул. — Но мы будем надеяться, не так ли, Кёка?       Девочка закивала головой, и парень похлопал её по макушке.       — Чипсы хочешь? — сказал он, закидывая ногу на стул.       — Нет.       — Тебе не холодно? В тоненькой маечке?       Нет, Кёка не боялась того, что он может оказаться педофилом. Его она давно знает, и кроме того, она знает то, как Коё воспитывает мужчин. Вот по Дазаю сразу видно, что воспитывал Мори, потому что вырос грязным извращенцем, бегающим за каждой юбкой. Чуя был не такой. Он был добрый, нежный, заботливый. В общем, джентльмен. И, кстати, Поль был точно таким же. А может, это не воспитание Коё, а просто то, что они оба геи. Ну, я вам этого не говорила.       — Эй! Тут жёлтая!       К пятьдесят первой минуте все уже собрались и надеялись на спокойный футбол, но, кажется, через пять минут что-то пошло не по плану. И никто даже не заметил, как Магальяйнс дал летающий пас к воротам и как Каземиро, то бишь чел с лицом Роналду, просто не он… забил гол головой прямо в ворота.       — НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!

***

      Прошло два часа с того момента, как девочки спустились вниз, и я просто спокойно спала. На самом деле его тогдашние слова про крики смерти никто не принял всерьёз. Только сейчас я поняла, что слышу не только его вой.       — Что там вообще происходит? — я встала с кровати и, найдя тапочки, слепо направилась вниз.       Так же слепо, как и вышла, я нашла лестничную площадку, открыла дверь и спустилась по ней на террасу. А тут на самом деле было очень даже много народу. Не считая четырёх девочек, там были ещё Чуя, Фёдор, Николай, Тачихара, Рампо и Дазай. Спали только Куникида, Сигма и Ацуши с Рю. И когда я говорю это, я не имею в виду в нашем доме. Я имею в виду в нашем районе. Соседи орали так же громко, как наши люди. Кажется, началась великая депрессия, но второй тайм ведь только начался. Это ещё не конец игры.       — Ой, да ты ничего не понимаешь! Иди вон вообще. Чё пришла?       — Гин, но ведь есть же ещё время.       Она отмахнулась и продолжила депрессовать. Один Фёдор вёл себя нормально. Хотя нет. Кажется, у него там литургия.       — Один Господь нам поможет, друзья. Всё, что мы можем — это молиться. Но так же не надо забывать о том, что ни я не Бог, ни вы не Бог, и мы не знаем полной картины. И даже если Япония сегодня проиграет, то это всё план Божий. Может, выиграет в следующий раз. Мы не видим полной картины так что слепо судить—       — Ой, да заткнись со своим пасторством, — перебил его Чуя. — Да кому оно нужно?!       — Я понимаю, но Бог… — он отмахнулся, — …ай, хотя ладно.       — Ура-ура, — безэмоционально добавил Дазай, — наконец-то уши вянуть не будут.       Фёдор на это не ответил. Просто покачал головой.

***

      Пока они велико депрессовали, пришло время уже пить воду. Во время водопоя бразильцы заменили Кунью на Мартинелли. Японцы так же сделали небольшие перемены, к примеру, замена Доана на Суговару, а Накамуру на Дзюнноске Судзуки. Всё было просто: Япония ставила акцент на защите, бразильцы же только собирались атаковать.       — Сука, этот другой Судзуки не успел выйти на поле — уже жёлтую получил! — воскликнул Рампо. — Иди домой.       — Эдогава-сан, а что здесь происходит?       — Ой, Сигма, смотри — поймёшь.       Винисиус направлялся к воротам и:       — Нет. Нет! — штанга. — Хаха! Cheh!       Время шло и шло. Каземиро получил травму, так что его убрали с поля, и арбитр добавил…       — Одиннадцать минут?! — вскликнул Дазай. — Ты вообще адекватный? Ты на чьей стороне вообще?!       — Дазай, у арбитра нет стороны, — объяснил Николай.       — Но он же японец!       — Всё равно. У него нет стороны, он не имеет права на сторону или как минимум на ставки.       — Ханта-вирус его зарази! — начал Рампо. — Фёдор, заткнись!       — …Батюшка. И пусть Твоя воля будет, и не наша— да что ты пристал ко мне?! Я спасаю нашу команду!       — Молитвами?! — все повернулись на него, недоумевая.       — Ну, нагонять порчу нам явно не поможет! — он посмотрел на Рампо. Тот заткнулся и вернулся к экрану.       Все были напряжены. Бразильцы атаковали и не собирались сдаваться.       — Нет, — напряжённо сказал Чуя. — Гимарайнш, нет! — Тот дал пас на Мартинелли. — Я сказал нет! Куда пас даёшь?!       — Сука, — напрягся Дазай. — Сука! Сука! СУКА! БЛЯ!       — Так, — попытался их успокоить Николай, — это не последняя минута. Не-не теряйте надежду! Мы отыграемся! Осталось ещё… сколько?.. пять минут. Этого вполне чем достаточно.       — ЭТОГО ВПОЛНЕ ЧЕМ НЕДОСТАТОЧНО! НАМ ПИЗ—       — Давайте не материться, — успокоил Коё Фёдор. — На это воля Божья.       — Да заткнись уже! Святой, нафиг! — Накахара кинул пачку чипсов на диван. — Я… я… — и, не договорив, ушёл наверх.

///

      Все просто молчали. Да, это был просто спорт, но, как я уже говорил, это лишний стресс, и стресс всегда приводит к последствиям.       Я встал с места:       — Я за ним. Не оставлю же одного плакать.       Да, Чуя был мафиози, да, Чуя был сильным, но он был человеком. Он тоже был свойственен чувствовать эмоции, и, может, смерть Флагов его так не убила, но этот матч явно да. И это вовсе не значит, что футбол дороже ему друзей. Просто он как вампир — в момент серьёзных проблем выключает эмоции.       К концу мы не смогли отыграться, и Япония вылетела из чемпионата мира этого года. Матч так и закончился 2:1 в пользу Бразилии.