hiç[17]

— Кто поженился? — какая же всё это глупость. — Никто. — Никто... И Фадиме опять посмотрела на него так. Этим редким и незнакомым, открытым и честным взглядом с каким-то немым, даже толком не сформулированным вопросом. И так внимательно, словно боялась упустить из вида вдруг бы промелькнувшие, показавшиеся хотя бы краешком ответы. Или всё то, о чём Исо молчал. И, казалось, был не один в своём молчании. Сопротивляться становилось всё сложнее. Держаться, убеждать себя, отворачиваться. Оставаться равнодушным к этому тихому ожиданию в её глазах. И в этот раз Исо сдался. Сделал шаг, склоняясь над Фадиме, протянул руку и... одернул себя, потянувшись к её лицу, к волосам. Замер в этом полудвижении, с силой сжав ладонь в кулак и не отрывая взгляда от глаз Фадиме. Не надо было это всё, зря он. С этой мыслью Исо хотел было отстраниться, но не смог: её тонкие пальцы вцепились в мягкие полоски джемпера на груди, у сердца, и удержали. Фадиме растерянно посмотрела на собственную руку, перевела не менее растерянный взгляд на Исо и сгребла ткань в кулак. Неосознанно наверное, но все тонкие проблески надежды на взаимность его интереса, которые изредка Исо видел прежде, от этого жеста взорвались ярким фейерверком. Ослепляющим обоих. А он её поцеловал. Осторожно, мягко, одними губами. Стараясь не спешить и не напугать её своим напором, ловя каждый её вдох и наконец притягивая к себе за талию, едва почувствовав ответ Фадиме. Неуверенный, неумелый, немного неловкий. Нежный. Исо млел и таял от того, что это просто происходит, Фадиме смелела и воодушевленно растягивала джемпер, всё сильнее привлекая Исо к себе. Исо подавался навстречу, всеми силами пытаясь удержать себя в руках, но это оказалось абсолютно невозможным, ведь Фадиме своими руками обняла его за шею. Исо сделал поцелуй глубже, интимнее и жадными руками нырнул под её куртку, прижимая к себе сильнее, чувствуя жар её тела, а Фадиме, не сразу, но отстранилась просто потому, что воздуха стало не хватать. То ли от поцелуя, то ли от того разлившего внутри горячего тепла, из-за которого дышать было сложно. Синхронно одёрнув руки, они одновременно отскочили друг от друга. Фадиме поправила куртку и натянула рукава кофты пряча ладони, Исо напряжённо пригладил волосы на затылке и так же напряжённо глянул на Фадиме. Растерянную и раскрасневшуюся. Если бы он ещё слышал, как бешено стучало её сердце. — А что... — она первая заговорила, не выдержав этой неловкости, — что это было? — Я тебя поцеловал, — Исо ответил уверенно и посмотрел так же. — А... — А ты поцеловала меня в ответ. — Да? — Да, — он говорил слишком прямо, смущая её ещё сильнее и не позволяя ей свернуть, спрятаться. А так хотелось. — Мм... — Фадиме нервно теребила край куртки, то и дело цепляясь натянутыми рукавами кофты о зубчики молнии. — А зачем? Исо задумался буквально на секунду, а потом тяжело выдохнул, будто перед прыжком в неизвестность: — Фадиме, я... Он запнулся, а Фадиме испугалась угрозы, что таилась в этой его серьёзности и решительности. Угрозы, что ещё немного, ещё чуть-чуть и он скажет что-то такое, на что закрыть глаза не получится. С чем придётся считаться. — Это... Ну, — и засуетилась, помогая подобрать объяснение. Правильное и безопасное, — это для нашего плана, да? Ты кого-то увидел? Исо отрицательно помотал головой, сжав губы в в тонкую полоску, а потом... снова сдался подыгрывая тихим: — Да. Это было разумно, это принесло Фадиме заметное облегчение, настолько бросившееся в глаза, что внутри Исо что-то упало. Так лучше. Правда, которую Исо только-только открыл для себя, несмотря на то, что она была с ним уже очень давно, которую пару дней как разглядел целиком и во всех причудливых деталях, — к этой правде Фадиме была не готова. Наверное, действительно пока лучше врать в глаза. — Хорошо сделал. Нельзя, чтобы нас так рано раскрыли. Верно. Нельзя раскрываться. Рано.