Часть 62 (Разборки)

.... Всё не прекращал Каркаров. Судя по всему, накопленные им эмоции из-за данного неприятного инцидента с кубком тот решил выплеснуть на красноволосого. — Даже интересно, как такой человек собирается обучать детей самозащите? Дамблдор, вам бы призадуматься над этим. *Это ты мне? Болван, притворяющийся ответственным взрослым, смеет меня поучать?! Как его школа вообще цела, с таким-то директором?! * Незаметно для себя Хенитьюз стал выпускать ауру доминирования, но, вскоре опомнившись, сдержал её. Присутствующие в комнате люди, разумеется, почувствовали этот небольшой всплеск, но определить, откуда взялось такое сильное давление так и не смогли, а потому списали всё на то, что им почудилось. В общем, ненадолго все впали в оцепенение, разве что Каркаров пробыл в нем меньше всех, сосредоточившись на своём занятии. *Так, спокойно... непонятно, сколько мы ещё пробудем в этом мире, и потому наживать столь влиятельных врагов не следует. А теперь...* {— Рон, прошу, придержи детей от чьего-либо убийства. } {— Молодой господин, ваш слуга постарается, но гарантировать этого я не могу. К тому же, я вам говорил, что сегодня у меня весь день все валится из рук? Надеюсь, это же не произойдет сейчас с моими кинжалами.. А я ведь их только наточил... } У Кейла по спине от этих слов пробежали мурашки. Он даже сейчас представлял лицо этого жутко улыбающегося старика. Но сейчас не об этом: придя в себя, Хенитьюз хотел было ответить на очередную колкость и уже открыл рот, но его прервали, так и не дав ничего сказать. — Прошу, воздержитесь от такой фамильярности при общении с профессором. Вперёд вышел Чхве Хан, частично заслонив собой красноволосого и как бы отталкивая Каркарова от него подальше. Он уже был не на шутку зол, но всё ещё сдерживался, помня слова своего сюзерена, сказанные ему сразу после его прибытия в этот мир. — О, так у тебя есть защитничек? Тогда понятно, почему ты такой смелый. Директор хоть и сделал шаг назад, но свой взгляд он так и не отвёл от красных волос, столь ярких, аж сияющих в свете огня. — Вы.. Красноволосый только собирался что-то произнести, как его опять перебили. — Профессор Каркаров! Вы сейчас занимаетесь совершенно неуместными вещами. Прошу вас прекратить и вновь присоединиться к обсуждению проблемы. Вмешалась Макгонагалл, немного отойдя от шока и решив не делать вид, что она ничего не замечает. Сейчас прямо на её глазах одного из коллег высмеивали. Она знала профессора Кейла и то, что тот вполне мог постоять за себя. Но она также подозревала, что он вполне мог не раздувать из всего этого скандал и просто промолчать, дабы не портить отношения между школами. Как-никак, он с четырьмя детьми на руках оказался в довольно сложной жизненной ситуации и терять работу явно не хотел бы. А кому ещё разбираться с проблемой между школами, если не директору и его заму? — Профессор Макгонагалл, ну что вы? Я просто беспокоился о вашем преподавателе ЗОТИ. Директор Дурмстранга перевёл всё ранее сказанное в шутку и с доброжелательной улыбкой на лице повернулся к собеседнице. Он только собирался положить свою большую руку на ярко-алые волосы, а после погладить их, как бы подтверждая свои слова, но его остановили. Чхве Хан с выражением, полным презрения, перехватил ладонь мужчины, пока та была в воздухе, не давая совершить задуманное. После чего он отпустил её, только получив указание от Кейла. * Что это за сила такая? * Получив свою руку назад, директор поспешил проверить её целостность. Сила хвата мечника была нешуточной, и он уже было начал переживать: а не сломает ли он ему руку? На первый взгляд, ладонь вроде была целой, но она всё ещё побаливала. — Возвращаясь к нашему разговору, Гарри не смог бы пересечь запретную линию. Даже если бы захотел. В этом нет никакого сомнения. Решила всё взять в свои руки Макгонагалл. — Тогда, наверное, ошибся сам Дамбледорр. Пожала плечами мадам Максим. — Наверное, ошибся. Согласился Дамблдор. — Дамблдор, вы же прекрасно знаете, что не ошиблись! Вспыхнула Макгонагалл. — Всё это глупости. Гарри не подходил к линии. Не обращался ни к кому из старших учеников. Дамблдор в этом уверен. Полагаю, этого объяснения достаточно! И она смерила Снейпа презрительным взглядом который ничем не помогал а лишь мешал. — Мистер Крауч, мистер Бэгмен. В голосе у Каркарова появились льстивые нотки. — Вы — наши беспристрастные судьи. И вы, конечно, согласны, что произошедшее противоречит правилам Турнира? Бэгмен вытер носовым платком круглое мальчишеское лицо и глянул на Крауча. Тот стоял в тени, в нескольких шагах от камина. Полумрак старил его, делал похожим на призрака. Но заговорил Крауч обычным брюзгливым тоном. — Мы должны строго следовать правилам. А в них написано черным по белому: тот, чьё имя выпало из Кубка, обязан безоговорочно участвовать в турнире. — Ну, конечно! Барти знает правила как свои пять пальцев! Просиял Бэгмен и взглянул на протестующих гостей, как бы говоря: спор завершён. — Я настаиваю на том, чтобы увеличить число моих подопечных, получивших доступ к Кубку огня. Каркаров отбросил подобострастный тон, улыбка сползла, лицо злобно исказилось. — Зажгите его еще раз. Все школы должны иметь равное число чемпионов. Это, Дамблдор, будет честно! — Поймите, Каркаров, это невозможно. Кубок огня погас, и его разожгут не раньше следующего Турнира. Возразил Бэгмен. — Которому мы объявим бойкот! После всех встреч, переговоров, компромиссов я ничего подобного не ожидал! И готов хоть сейчас бросить все и уехать. Взорвался Каркаров. — Пустая угроза, Каркаров. Ты не сможешь отозвать своего чемпиона. Как уже сказано, чемпионы связаны магическим контрактом. Хотят они или нет, им придется участвовать в Турнире. Что, не согласен? Прохрипел голос у двери. В комнату вошёл Грюм и, хромая, подошёл к огню. Каждый его шаг сопровождался стуком, издаваемым правой ногой. — Согласен? Переспросил Каркаров. — Боюсь, я не совсем тебя понял, Грюм. Каркаров держался высокомерно, показывая всем, что слова Грюма не достойны его внимания, но профессора выдали руки, судорожно сжавшиеся в кулаки. — Неужели? Спокойно продолжал Грюм. — Тогда слушай. Все очень просто. Кто-то опустил в Кубок имя Поттера, точно зная, что выпади его имя, ему придётся участвовать в Турнире, пусть хоть небо обрушится. — Значит, мсье успешно помог Огвагтсу откусить от одного яблока два раза. Подытожила мадам Максим. — Полностью с вами согласен. Кивнул Каркаров. — И я намерен подать протест в Министерство магии и Международную конфедерацию колдунов… * Какие же эти директора дубиноголовые. Ни о чём не волнуются, за исключением собственной выгоды. * — Уж кому бы подавать протест, так это Гарри Поттеру. Но, смешно сказать, я ещё и слова от него не слышал. Прохрипел Грюм. Как бы ни было странно, но красноволосому в данный момент именно этот лже-Грюм казался самым разумным, не считая профессора Макгонагалл. Его слова были полностью верны, но слушать его, судя по всему, никто и не собирался. — Ему чего делать пготест! Топнула ножкой Флер Делакур. — Палец пальцем не стукнул, и чемпион! Мы много месяц тгудились, мечтали стать чемпион. Такая честь для всей школы. За тысяча галлеон многие готовы отдать их жизнь! — А может, кто-то и хочет, чтобы Поттер отдал жизнь. Грюм явно силился придать голосу мягкость. После этих слов в комнате воцарилось гнетущее напряжение. Не на шутку встревоженный Людо Бэгмен, нервно переступив с ноги на ногу, прервал молчание: — Грюм, старина, что вы такое говорите?! — Как всем нам известно, Грюм считает утро пропащим, не раскрой он к обеду полдюжины заговоров. Каркаров перешёл к прямым оскорблениям. — Ему всюду мерещится опасность. Небось и студентам то же внушает. Мягко говоря, странное свойство для преподавателя, который учит, как защищаться от Темных Искусств. Но вам, Дамблдор, конечно, виднее. — Мне мерещится? Фантазия разыгралась? Да поймите, подложивший в Кубок имя Поттера обладает огромной волшебной силой! Вновь захрипел Грюм. — А доказательства, мсье? Мадам Максим всплеснула ручищами. — Маг сумел обмануть предмет, обладающий исключительными магическими свойствами. Только мощнейшее заклятие Конфундус могло заставить Кубок забыть, что в Турнире должны участвовать три школы. Ведь чтобы Кубку не из кого было выбирать, надо иметь в школе всего одного претендента. И, скорее всего, имя Поттера подложили от некой четвертой школы. С пятым участником, должно быть, повернули то же самое. — Сдается мне, ты очень много об этом думал. Холодно заметил Каркаров. — Занятная гипотеза. А я тут недавно слыхал такую историю: ты вбил себе в голову, — ха-ха! — что один из подарков, которые ты получил в день рождения, — хитроумно замаскированное яйцо василиска. Ты его взял и разбил вдребезги, прежде чем понял, что это каретные часы. Потому-то мы и не воспринимаем тебя всерьёз… — Да, существуют люди, умеющие раздуть из мухи слона. В голосе Грюма прозвучала угроза. — Работа у меня такая: разгадывать замыслы темных сил, Каркаров. Тебе бы следовало об этом помнить… — Аластор! Предупреждающе остановил Грюма Дамблдор. *Хах... Дамблдор не хочет, чтобы поднимали прошлое профессора Каркарова?* Гарри не понял было, к кому он обратился. Но мигом сообразил, что вряд-ли Грозный Глаз — настоящее имя Грюма. Грюм прикусил язык, но с удовольствием поглядывал на залившегося краской Каркарова. — Нам неизвестно, как это могло произойти. Обратился Дамблдор к присутствующим. — Но иного выхода нет. Кубок выбрал троих: Седрика, Чхве Хана и Гарри. И им ничего не остается… — Но, Дамбледорр… — Дорогая мадам Максим, а вам иной выход известен? Буду рад услышать. Но мадам Максим не проронила больше ни слова, она просто клокотала от гнева. И не только она. Снейп был готов лопнуть от ярости, Каркаров злился не меньше. Кейл был полностью погружен в свои мысли, пытаясь найти наилучшее решение данной ситуации. И один только Бэгмен был охвачен радостным спортивным волнением.