Часть 68 (Страх Чхве Хана)

Гарри сидел на уроке и всё думал о произошедшем. * Куда же профессор Кейл всё же увёл Малфоя? Урок уже подходит к концу, а их всё нет... Он его ещё так защищал... К чему тогда были те слова? Или профессор при помощи мне может вовсю помогать и Малфою? Но ведь одна из моих проблем — это и есть Драко. Вряд-ли он сможет защитить меня, как Грюм. Кстати о нём: я не ожидал, что он так поступит, но, возможно, честь и справедливость его волнуют гораздо сильнее, чем могло показаться. * — Займёмся противоядиями! Раздражённый Снейп обвел класс злобно поблескивающими глазками. Да и понятно, почему: один из его подопечных так и не явился на урок, а весь остальной класс всё не мог сосредоточиться на задании и постоянно шептался о чем-то. — Составы у вас готовы? Теперь осторожно заварите их. После чего выберем кого-нибудь и попробуем на нём их действие. Его глаза встретили взгляд Гарри. И Гарри понял: Снейп сейчас отравит его. Ему отчетливо представилась картина: он схватил свой котел, подбежал к профессору и опрокинул посудину на ненавистную голову... Мечты о расправе над Снейпом прервал стук в дверь. — В чём дело? Войдите! — спросил декан Слизерина скорее у себя самого, нежели у кого-то другого, а после разрешил войти. Вскоре показалась красноволосая макушка его нового коллеги и один из его слизеринцев, которого Снейп и потерял. Но не успел опешивший декан открыть рот, как ему всё подробно пояснили. — Вот, возвращаю вам вашего ученика. Мадам Помфри сказала, что ничего страшного не случилось, а также обработала его ушибы. — А что... — А с тем переполохом, что произошёл ранее перед вашим кабинетом, к вам вскоре придёт мистер Грюм. Вот с ним и будете разбираться. Снейп потер переносицу: у него явно вскоре начнется головная боль. — Хорошо, спасибо, что позаботились о Драко. На этом более не будем вас обременять. — А, нет, я тут ещё по кое-какому делу. На такие слова декан Слизерина лишь выгнул бровь. — Гарри Поттера вызывают наверх. Меня попросили его сопроводить. * Меня? Неужели это связано с турниром? * Услышав свое имя, уши гриффиндорца навострились, да и не только его. Всему классу была интересна стычка двух профессоров. — У нас ещё идёт урок. — До конца урока осталось не так уж и много времени, а Дамблдор попросил привести Гарри именно сейчас. К тому же, я уверен, что мисс Гермиона с радостью после предоставит своему другу все нужные конспекты. Мистер Бэгмен тоже ждёт, да и не он один... Голова Снейпа разболелась ещё сильнее. Вот что это за человек такой, против которого и слова сказать нельзя, как он найдёт ещё сотню в противовес. — Хорошо, можете забирать. Поттер, собирайся! — Не забудь взять сумку! Её здесь оставлять незачем, — улыбнулся Кейл. — Ха... Продолжаем урок! Гарри перекинул сумку через плечо и пошел к двери. Вслед ему на всех столах слизеринцев зажглись зеленые буквы: «Гарри Поттер — ты смердяк». — Профессор Снейп, не знал, что вы разрешаете играть в игрушки на уроке, — заметив оскорбительные надписи, произнёс красноволосый, придерживая дверь для Поттера. — Ничего подобного, профессор Кейл. Снейп прошёлся испепеляющим взглядом по классу, задерживаясь именно на тех учениках, которые решили "поиграться". Слова Хенитьюза заметно оскорбили зельевара, так что после их ухода он отчитал слизеринцев и отобрал их "игрушки". Выйдя за дверь, красноволосый ехидно улыбнулся и добавил: — Думаю, Снейп задаст им всем неплохую трепку. Сами же своего декана подставили. — Но если бы не ваши слова, он бы на их поведение внимания не обратил бы. Гарри прокручивал в своей голове фразу красноволосого и то выражение лица, приобретённое Снейпом, а после — его невероятно злой взгляд. — Ты прав, но они и вправду запятнали его честь своим поведением. А я просто показал ему, что теперь именно так я о нем и думаю, а не хорошо, как раньше. — Жаль, мы ушли, а дверь закрылась. — Твои друзья потом тебе всё произошедшее перескажут, а сейчас у нас другие дела. — Кстати, куда мы идём? — Вас будут фотографировать и брать интервью для «Пророка». — Что?! А можно от этого отказаться? * Только этого не хватало! Известность моя и так растёт. * — К сожалению, нет, Гарри, к сожалению, нет... Если бы можно было отказаться, Чхве Хан бы сейчас не стоял под дверью. Впереди, перед нужной им дверью, и впрямь стоял пуффендуец: не решаясь зайти, он переминался с ноги на ногу. — Кейл-ним! Вы наконец здесь. Наконец-то их заметив, парень подбежал к ним. — Чхве Хан, а что ты не заходишь? Не понимал Гарри. Чего такой, как он, мог бояться? — Там та женщина, я больше не хочу оставаться с ней вместе в одной комнате, тем более наедине. Она опять будет лезть, как тогда на чемпионате. Я не хочу наговорить лишнего. — ??? * Лезть? Оставаться наедине? Что же тогда произошло с Чхве Ханом? * — Именно поэтому я и договорился с Дамблдором, что я буду сопровождать вас. Всё, идём. — ??? * Я теперь тоже не хочу туда идти вовсе! * — Да, Кейл-ним. * Ты чего такой спокойный?! * Все трое вошли и очутились в небольшой аудитории. Большинство столов сдвинуты в конец, образуя в центре пустое пространство. Три составлены вместе перед доской и накрыты длинной бархатной скатертью. За ними — пять кресел. В одном сидит Людо, беседуя с незнакомой ведьмой в алой мантии. Виктор Крам, по обыкновению, задумчиво стоит в стороне от всех. Седрик и Флёр беседуют. Вид у нее довольный, не то что в день приезда. Она то и дело откидывает голову, и длинные белокурые волосы на свету красиво переливаются. Пузатый коротышка с большой черной камерой, слегка дымившейся, краем глаза любуется ею. Увидев Гарри, Бэгмен вскочил и радостно запрыгал к нему. — А вот и четвертый чемпион! И пятый! Входите, входите! Не волнуйтесь, это просто церемония проверки волшебных палочек. Сейчас подойдут члены судейской бригады. — Проверка волшебных палочек? Озадаченно переспросил Гарри. — Необходимо проверить, в каком они состоянии, нет ли поломок. Это ваш главный инструмент в соревнованиях. Специалист в этой области сейчас наверху с директором. После церемонии вас будут фотографировать. Познакомься, Рита Скитер. Бэгмен жестом указал на женщину в алой мантии. — Уже знакомы. Недовольно произнёс красноволосый, стоя возле Чхве Хана, но, по-видимому, это никто не заметил. * Так это и есть "та женщина". * — Да? Тогда ещё лучше. Она делает небольшой материал о Турнире для «Пророка». — Не такой уж и небольшой, Людо. Поправила Рита, впившись взглядом в Гарри. Волосы у нее уложены в причудливое сооружение из тугих локонов, нелепо сочетающееся с массивным подбородком; очки отделаны драгоценностями, толстые пальцы, сжимающие сумочку из крокодиловой кожи, завершаются длиннейшими ногтями, покрытыми пунцовым лаком. — О, а вот и наш юный чемпион! Быстрым шагом подошла женщина. — И наш герой здесь?! Так вот кто стал пятым участником. Как неожиданно и приятно! Наконец она заметила Чхве Хана, прячущегося за спиной Кейла. Правда, прятаться за тем, кто ниже тебя ростом, — не самая лучшая и надёжная идея. — Нельзя ли до начала церемонии взять у Гарри коротенькое интервью? Обратилась она к Бэгмену, не отрывая от Гарри глаз. — Самый юный чемпион, несомненно, прибавит статье живости. Также хотелось бы взять интервью и у Чхве Хана... Сердитые красно-карие глаза явно не подразумевали ничего хорошего, да и Рита помнила их прошлую встречу с красноволосым, поэтому вскоре добавила: — Но пока остановимся на Гарри. Можно ведь? — Разумеется! Гарри, ты не возражаешь? — М-м. Протянул Гарри. Он явно не хотел, но женщине было всё равно, и она решила просто надавить на паренька и утащить того с собой. — Вот и отлично. Красные когти железной хваткой вцепились Гарри в руку повыше локтя. Журналистка потащила его из комнаты и толкнула соседнюю дверь. * Удачи тебе с ней, Гарри. * Вслед им смотрел Пуффендуец и сочувствовал участи паренька, пока к нему не подошёл его друг. Кейл в это же время стал интересоваться, что делать с проверкой палочки Чхве Хана. — Там очень шумно. Побеседуем лучше здесь, в тихой, уютной обстановке. Сказала Рита. Гарри растерянно взглянул на нее: они оказались в каморке для ведер и швабр. — Входи, тут отлично. Вот так. Рита осторожно опустилась на перевёрнутое ведро, усадила Гарри на картонную коробку и плотно закрыла дверь. Каморка погрузилась в темноту. Что ж, приступим. * Этого боялся Чхве Хан? Атмосфера и впрямь неуютная. * Раскрыв крокодиловую сумочку, она извлекла горсть свечей, волшебной палочкой повесила их в воздухе и зажгла. — Гарри, ты не против Прытко Пишущего Пера? Так я смогу более естественно говорить с тобой. — А что это такое? Рита Скитер широко улыбнулась. И Гарри сосчитал у нее во рту три золотых зуба. Рита вынула из сумочки длинное ядовито-зелёное перо и свиток пергамента. Растянула его между ними на ящике из-под универсального волшебного пятновыводителя миссис Чистике. Сунула в рот кончик пера, пососала и с явным облегчением поставила вертикально на пергамент. Перо, слегка подрагивая, закачалось на кончике. Проба... Я — Рита Скитер. Репортер «Пророка». Гарри взглянул на перо. Не успела Рита открыть рта, как перо само понеслось по пергаменту: Рита Скитер — привлекательная блондинка сорока трех лет. Ее острое перо проткнуло немало раздутых репутаций. — Отлично. Сказала Рита, оторвала сверху кусок пергамента, скомкала его и сунула в сумочку. — Так-так. Наклонилась она к Гарри. — Что же побудило тебя стать участником Турнира? — М-м. Опять протянул Гарри. Хотел было что-то сказать, но перо уже строчило: Безобразный шрам, подарок трагического прошло­го, портит во всем остальном очаровательное лицо Гар­ри Поттера, чьи глаза... — Не обращай на перо внимания, Гарри. Приказала его обладательница. Испытывая непреодолимое отвра­щение, Гарри перевёл взгляд на Риту. — Почему ты решил бросить в Кубок своё имя? — Я его не бросал. Я не знаю, как моё имя попало в Кубок огня. Я не подходил к нему. Рита Скитер вскинула густо очерченную бровь. — Тебе ничего не будет, Гарри, не бойся. Мы все зна­ем, что ты нарушил запрет. Но, пожалуйста, не волнуйся. Наши читатели любят бунтарей. — Но я и не думал ничего нарушать. Я не знаю, кто... — Что ты чувствуешь перед состязаниями? Взволно­ван? Нервничаешь? — Я... я ещё не знаю... Да, наверное, нервничаю... Ска­зал Гарри, и внутри у него ёкнуло. — В прошлом несколько чемпионов погибло. Жес­тко произнесла Рита. — Ты об этом подумал? — Но ведь говорят, в этом году будет не так опасно. Между тем, перо на пергаменте всё строчило и стро­чило, туда-сюда, туда-сюда, как на коньках. — Разумеется, ты и раньше сталкивался со смертью. Она пристально смотрела на него. — Что ты тогда испытывал? — М-м. В который раз протянул Гарри. — Может, полученная в детстве травма тебя подстег­нула? И ты захотел как-то себя проявить? Подтвердить свою славу? Не потому ли ты поддался искушению... — Не поддавался я никакому искушению! Начал сер­диться Гарри. — Ты помнишь своих родителей? Сменила тему Рита. — Нет. — Как тебе кажется, они бы обрадовались, узнай, что их сын — участник Турнира Трех Волшебников? Гордились бы тобой? Беспокоились? Или бы это им не понравилось? Гарри разозлился. Да откуда ему знать мнение роди­телей, останься они в живых?! А эта ведьма так и сверлит его взглядом. Гарри нахмурился и, стараясь не видеть её глаз, смотрел, что пишет перо. Когда наша беседа затронула его родителей, эти изум­рудные глаза наполнились слезами. Он едва их помнит. — Нету меня в глазах никаких слёз! Крикнул Гарри. Рита Скитер не успела ничего ответить — дверь отвори­лась, Гарри от яркого света замигал и обернулся: в проёме двери стоял Альбус Дамблдор и глядел на репортера «Про­рока» и его жертву, едва умещавшихся в тесном чулане. — Дамблдор! Возликовала Рита Скитер. Перо с пер­гаментом в мгновение ока исчезли с коробки пятновы­водителя, а когти журналистки поспешно защёлкнули за­стежку на крокодиловой сумочке. — Как поживаете? Рита встала и протянула директору Хогвартса крупную мужскую длань. — Надеюсь, вы видели мою летнюю ста­тью о Международной конференции колдунов? — Отменно омерзительна. Блеснул очками Дамбл­дор. — Особенно меня потешил мой собственный образ выжившего из ума болтуна. Рита Скитер нимало не смутилась. — Я только хотела подчеркнуть старомодность не­которых ваших идей и то, что многие простые волшеб­ники... — Был бы счастлив узнать подоплеку ваших инсину­аций, Рита. Сказал Дамблдор. — Но, боюсь, придётся пе­ренести нашу беседу на другое время. Сию минуту нач­нётся церемония проверки палочек, а один из чемпио­нов упрятан в чулан для щёток и веников.